Хроники... Кончаловского. Финальный аккорд

Знаете, о чём я подумал о всей этой трескотне про олигархов-капиталистов, тяжкой народной жизни и ностальгии о справедливых большевиках? Виновата во всём наша зависть. Я это в первую очередь о себе. Иной раз подумаю, сколько чубайс денег спёр, или о яхте Усманова и так закипит мой разум возмущённый. Прям запылает. А тут ещё интернет подзудит, мол, как ты терпишь такую вопиющую несправедливость? Одни жируют, а другие последний хрен или редьку без соли доедают. Так бы, кажется, и стал в один ряд с большевиками. Был бы помоложе, может быть, даже и стал. Я ж тоже бы не против, ну, на яхте-то... сигарку гаванскую выкурить, благородных напитков испить, морду свою южному солнцу подставить, наяду, ой… Ну, понятно, да?) Но вот ведь какое дело... Помните притчу про дракона. Лиходеем был страшным, народ угнетал. Находились смелые и умные революционеры-богатыри, сражались с драконом, а победить так и не смогли. Потом оказалось, что на самом-то деле каждый из них победил дракона. Но когда столкнулся с несметными богатствами и безграничной властью дракона, сам становился драконом. То, что нам впаривали про ленина и революцию к настоящей правде мало имеет отношения. Наверное, были и там романтики, одержимые эфемерной идеей привести человечество к счастью, не считаясь с жертвами. Один из вождей даже говорил примерно такие слова, мол, пусть нас даже погибнет с десяток миллионов, но зато остальные будут жить в земном раю. Без Бога, разумеется. Но, что такое земной рай, они описали очень смутно. В итоге жертвы были, а рай так и не наступил.
Зависть не очень хорошее чувство. Оно хоть и легитимное, как говорил покойный Лимонов, но требует обуздания. Иначе может довести до цугундера или до более тяжких дел.
Здесь же надо руководствоваться человеческой природой. Понимать, что равенство, это понятие очень эфемерное. Моя мама говорила, что Бог даже деревья сделал неодинаковыми. Есть очень богатые, есть менее. И что понимать под богатством? Если ты сыт, одет, обут, полон сил, здоровья, разве это не богатство и стоит ли растрачивать себя на такое разрушающее чувство, как зависть? У каждого свой крест.
И вот, что нам повествуют кончаловские «Хроники…» Про крест Божий. Это уже самая последняя серия киноромана. Всё свершилось, началось закручивание гаек большевиками. Жалко и растерянно выглядит певец революции, хороший писатель и человек, видимо, неплохой Максим Горький. Он больше не нужен, мавр сделал своё дело и его отправляют в Италию. Он едва сдерживает слёзы, наивный. Он же думал, что он певец свободы, романтик, что это самое начало и он ещё скажет свободные «несвоевременные-своевременные мысли» о свободной стране в свой газете «Новая жизнь». Что он будет светить своим словом, как Данко сердцем, подвигая народ на революционные свершения. Но лодка революции уже наткнулась на прозу жизни. Впереди всё плохо - Гражданская война, террор, голод, разруха, мучительное прозрение народа. И кажется, самое тяжкое понимание, что с ним сыграли втёмную и он испытывает страшнейший когнитивный диссонанс.
А образ ленина в последние дни его земного пути вызвал у меня даже странное, давно забытое першение в горле и, кажется, у меня готова была выкатиться слеза. Пронзительно, конечно, сыграл Ткачук. Я даже не ожидал, что накопленная за все предыдущие серии негативное неприятия революционного жреца, превратиться у меня в щемящее чувство жалости к нему. А в жалости ведь нет ненависти. Я смотрел и всё пытался себе представить, о чём может (а может ли?) думать или мыслить человек в таком положении? Неужели о мировой революции, о движении народных масс? Или о пустом, какой-то тетрадке в черной обложке, которая совершенно уже НИКАК не сможет повлиять на ситуацию. А могла у него возникнуть мысль о Боге? Не знаю… Эти странные слова сталина о яде, который просил Ильич принести ему…
А далее всё весело и назидательно. Финал просто грандиозный. Идёт заседание сначала Коминтерна, потом узкий круг политбюро. Рыков, Троцкий, Каменев, Зиновьев, Бухарин… Все воры. Коллективный дракон.
До мурашек гремит «Интернационал», завет простой люд на великие свершения.