Девушка со шрамом-14. Схватка

                Схватка

                глава пятнадцатая
Темнота черными глазами съедает человека целиком, без остатка. Она съедает все вокруг. Глаза не могут видеть то, что есть и то, что окружает. Тогда, как фантазия, постепенно сковывает ум и забирает его в плен.  Руки, ноги, тело не осязает пространство. Ум замирает и вязнет в темноте, не понимая какие, команды отдавать. И только слух улавливает сигналы, которые подает ему ночь. 
Игорь стоял в полной темноте, которая жила своей жизнью из шорохов, шуршаний и шевелений. Все живое вокруг словно ждало ночи, чтобы начать жить своей потаенной, скрытой жизнью. И вот свет исчез, светильник дня погас. Луна еще не выглянула из-за гор. Все замерло в ожидании чего-то нового и в предвкушении неизвестного, опасного, рискованного. В темноте легко вырастает неизвестность, обостряются все инстинкты: инстинкт насилия и самосохранения, инстинкт выживания и подавления. Совесть и честь отправляются спать. Ум перестает работать, как прежде. Ему не хватает информации, чтобы принимать решения. Он воспринимает резкую боль и смертельную опасность, работает в сильном напряжении и зачастую вхолостую.
Эта ночь для него ничем не пахла, кроме затхлой падали, которая вызывает рвоту и отвращение. Если бы он знал, как пахнет опасность, он бы ее уловил и узнал по запаху.  А те, кто за ним наблюдали, хорошо знали все запахи. Теперь они узнали и его запах. Они различали запах людей, в котором скрывался запах овец, огня, дыма, запах сыра, пота, крови, кожи, собак и лошадей.  Они знали, когда начинается ночь и когда заканчивается, они знали ее в деталях, потому что хорошо видели в темноте и хорошо ориентировались. И для них эта ночь сейчас пахла добычей, она пахла кровью, мясом и костями. Игорь ждал, когда его обнаружат, когда на него обратят внимание и вступят в схватку за поживу, то есть за его жизнь. Он принял защитную позу, выставил вперед локтем левую руку, а правую отвел назад. Он ждал. И вот ночь проявилась во всей своей красе. Затявкали, заскулили шакалы. В их звуках скрывался обман подражания детскому плачу и вой. Шакалы не приближались к нему.  Они ходили перед ним то в одну, то в другую сторону. Слышался хруст веток и тихие, едва различимые шорохи. Их охота не носила системный и тактический характер. Они ждали, когда его защитная поза преобразуется в позу усталости.  Тогда они начнут подходить ближе, наскакивать на него и покусывать. На небе появилась луна. Она осветила поляну перед ним. Игорь отступил к кустарнику.  Теперь сзади на него не могли напасть – он чувствовал спиной упругие сучья, впивающие ему в спину. Только с боков и спереди он оказался доступным для нападения. Где-то на отдалении слышался протяжный вой. Такое складывалось впечатление, что кто-то трубил в тоскливый рог и звал на охоту. Это был волк, и звал он на охоту сородичей. Игорь подумал, что с шакалами ему будет справиться легче. Они то подбегали, то отбегали, словно пробовали его готовность. Когда первые два шакалы приблизились к нему, Игорь схватился за ветку, которая упиралась ему в спину и выгнул ее. Она оказалась упругой и податливой. Он направил ее пред собой то на шакала справа, то на шакала слева. При любом ее движении шакалы, оскаливаясь и рыча, отскакивали. Ветка оказалась удобным инструментом  для защиты  и легко поворачивалась справа налево и слева направо. И он продолжал  направлять ее на шакалов справа и  на шакалов слева. Но через какое-то время шакалы заволновались. Их тявканье потеряло окраску агрессивности. Игорь плохо видел и больше догадывался, что происходит вокруг. Мелькали только отдельные силуэты и тени, которые, приблизившись, приобретали не только очертания, но и образы. Узкие морды и тощие хвосты. Оскалы острых зубов и хищные взгляды. В какой-то момент Игорь заметил, что шакалы прижали хвосты. И одни шакалы стали нападать на других.  Шакалы побольше разгоняли тех, кто сторожил Игоря, как свою добычу. К них были пушистые хвосты. В следующую минуту Игорь понял, что это не шакалы, а волки. Они выглядели крупнее, грубо рычали и вели себя агрессивно, резко.  Стало понятно, что обстановка ухудшилась. Теперь в первой линии его будут атаковать волки, а на второй линии завершения схватки станут ждать его останков  шакалы. Шансов у него не оставалось никаких. Куст надежно защищал тыл, но одной выставленной вперед и подвижной ветки становилось мало. Игорь заметил, что как только он начал двигаться и искать способы защиты, ум из ватного, сжатого и неподатливого шара превратился в вещество, которое подавало правильные сигналы. Он взялся рукой за другую ветку, наклонил ее. Она сопротивлялась и не сгибалась. Игорь приложил усилие и ветка с громким хрустом, с щелчком сломалась.  Волки замерли и настороженно посмотрели в его сторону. «Осторожные», - пронеслось у него в голове.  Он взял другую ветку, которая  оказалась сухой, и снова, склоняя ее, заставил сломаться. Снова раздался сухой звук выстрела.  Волки моментально замерли и с удивлением и настороженно посмотрели на него. «Этими щелчками их не отгонишь», - подумал Игорь. И в этот момент ощутил в руке сломанную палку, которая, сломавшись, приобрела на конце характерную заостренность. Теперь у него появилось, какое-никакое, оружие.  Волки отогнали шакалов подальше и приняли решение атаковать его. Они встали полукругом, нагнули морды к земле и, глядя исподлобья, постепенно стали подбираться к его кусту. Если он раньше почти совсем их не видел, теперь их морды показались совсем близко. Волк обычно нападает спереди, глядя  в глаза жертве. Будучи опасным противником, он может охотиться как в одиночку, так и в стае. Свою жертву он часто хватал за горло, после чего она начинала дергаться в конвульсиях и терять силы.  Волков Игорь насчитал троих. В центре на него надвигался крупный волк, ощерившийся  и раскрывший пасть. Игорь левой рукой выставил вперед ветку, которая выглядела разлапистой, густой от листьев и которая гнулась и не ломалась. Эта ветка не давала волкам приблизиться. Слева от него оказался небольшой волк подросток, который действовал осмотрительно и с оглядкой на большого волка, хватавшего зубами ветку в центре, рычащего и выбирающего момент для броска. Справа к нему подбиралась волчица. В отблеске света луны мелькнули ее отвисшие сосцы. Она раскрыла пасть и приблизилась так близко, что Игорь, отбиваясь веткой от центрального волка, сунул ей палку с заостренным концом в месте слома прямо в пасть. Она подавилась ей, удорожно задергалась, начала пятиться и в это время он дернул палку на себя и снова, как рапиру, выставил ее вперед и попал волчице в глаз. Та завертелась на месте. Вожак же, который рвал выставленную ему ветку, оставил ее и оскаленный оттолкнулся от земли, чтобы прыгнуть на Игоря. Игорь дернул ветку  на себя вверх и она подкинула волка над землей. И в это время Игорь ткнул в него сухой веткой с острым наконечником, который попал волку в горло. Тот захрипел, повалился на спину, перебирая перед собой лапами. Молодой волк рванулся в этот момент к Игорю и схватил его за левую руку, которая держала ветку.   Игорь выпустил ветку, и пока волк рвал ему левую руку у плеча, бил его правой рукой с сучком в тело. Волк оставил его левую руку, извернулся и попытался схватить его за горло. Игорь загородился от него рукой и тот схватил его за кисть правой руки, которая держала сухую ветку, которая к этому времени потеряла острие в теле волка. Игорь выпустил обломок сухой ветки и двумя руками схватил волка за шею, упал на него и стал душить. Когда тот перестал биться, выпустил его из рук и попятился через кусты в глубь леса. Он некоторое время пятился и потом побежал. За спиной он слышал, как шакалы расправлялись с волками на месте их схватки. Игорь пытался убежать как можно дальше, понимая, что он удаляется от дворца Султана все дальше и дальше.
Он шел всю ночь, боясь остановиться. Нервы у него были так напряжены, что мышцы подрагивали, и он реагировал на любой шорох. Перебираясь через лесные завалы, он спотыкнулся о корень, упал и потерял сознание от усталости и крайнего напряжение.
Очнулся, когда сквозь ветви деревьев на него падал свет. Он чувствовал свое тело, как не свое. Все видел, слышал, но ему казалось, что он сам мертв. Лежа навзничь, он приподнял левую руку, которая в ранах еще сочилась кровью. По ней бегали муравьи. Приподнял и осмотрел правую руку. Она болела в плече. Если правая рука кровоточила ранами на пальцах, то левая рука выглядела вся кроваво засохшей. Он приподнялся на правом локте и осмотрел себя. Рубашка рваная в пятнах крови. Штаны рваные и тоже в пятнах крови. Ноги казались целы. Руки болели. Правая рука болела в кисти, левая болела вся от кисти до плеча. Игорь, пошатываясь, встал. Небо странно кружилось над ним и где-то в стороне. Оно стремилось появиться то с одного бока, то с другого.  Он не устоял на ногах и снова упал. Попытался подняться.  Земля неожиданно возникла то справа от него, то слева. Она сильно ударяла его  тело.  Он полежал и снова поднялся на ноги. Пошатываясь, взялся за тонкое деревце, которая дало ему устойчивость.  В горле стояла такая сухость, что ему нечем было сглотнуть. Дико хотелось пить. Он стал собирать влагу с листьев, которые еще хранили утреннюю росу. Росы казалось мало, и он принялся просто жевать листья. Он жевал листья и выплевывал зеленую массу. После этого он уже мог сглотнуть появившуюся во рту влажность.  Подкрепившись листвой, Игорь пошел по склону. Он чувствовал небольшой  уклон, который облегчал ему движение.  Деревья росли вверх и образовывали с землей некоторый угол.  Он понимал, что идти ему следует вниз. Поэтому спускался, хватаясь руками за ветки кустарника и за небольшие стройные деревья.  Он едва успевал переставлять ногами, чтобы не упасть. В каких-то ситуациях он чудом не падал, в последний момент, уцепившись за согнутую ветку, которая  выпрямлялась в струнку и удерживала его от падения. Пока он спускался, ему не попалась ни одна примета, которая говорила бы о том, что здесь побывали люди. Когда солнце поднялось к зениту, он вышел к речушке, которая бежала по ущелью. От жары, шатаясь, он вышел на берег, встал на колени, опустил кисти рук в холодную воду, наклонился и, погрузив все лицо в воду, принялся пить. Вода забирала его жар. Он глотал ее и не мог напиться. Она казалась ему очень вкусной, потому что стекала откуда-то с гор, с  ледника или струилась из родника и, перекатываясь по камням, набирала природный вкус. Он пил до ломоты в зубах. Вынимал голову из реки и снова пил. В какой-то момент он посмотрел на свое отражение в воде и не узнал себя. Заросшее бородой лицо, диковатые глаза и потрескавшиеся на жаре губы. «Неужели этот человек я?» - подумал он с горечью.  Зачерпнул воду в ладонь рукой и выплеснул на лицо. Провел рукой по лицу. Вода с лица закапала в воду. Отдышавшись, он сел на камень и умылся. Когда он смывал с ран на руках кровь, вода потекла от него с кровавым оттенком. Пальцы болели от мелких саднящих ран.  Глубокой рана оказалась у предплечья левой руки. Освеженные водой раны снова начали болеть. И Игорь подогу держал руки в воде, пока они не замерзали. У него осталось мало сил. Их хватило, чтобы лечь тут же у речки на камнях.  Отдохнув, он перебрался дальше от воды в тень дерева. Он чувствовал себя опустошенным. Никаких мыслей в голове. Тело просило отдыха и покоя. Интуитивно он понимал, что ему нужно идти вдоль реки и где-то там внизу он встретит людей. Речка будет разливаться, расширяться и сужаться до ручья и где-то ниже превратится в арык, который потечет по селению.  Где вода, там и люди.  Надо было идти вниз  по речке. Отдохнув, пошатываясь, встал, нашел равновесие  и пошел вдоль реки по наклонному берегу. Время от времени он останавливался и садился отдыхать.  На одной из остановок  сел под кустарник и обнаружил, что это малинник. Это была настоящая удача. Он срывал, ел ягоды с таким увлечением, что забыл где он находится. Он никак не мог наесться, к тому же, ягоды утоляли не только голод, но и жажду.  Он брал их с ветки, засовывал в рот и давил языком.  Сок тек по щекам и подбородку.  Ягоды выглядели крупными и просились на съедение так ярко и жадно, что он не мог им отказать. Когда он не мог уже есть, то набрал ягод в ладони, шел дальше и время от времени все равно ел малину. Русло речушки выглядело шире, чем сам поток воды, который по нему стремился. На песчаных и каменных отмелях, на повороте реки и на камнях, лежали сухие коряги, которые непонятно как сюда попали. И только через некоторое время, когда прошел сильный дождь, речка ожила, побежала живее мощным потоком,  Игорь понял, что весенние паводки с затяжными дождями делали горные реки шире, бурливее и возникающие мощные потоки несли сверху коряги, срывали ветви, сучья, выворачивали прибрежные деревья с корнями. В одном месте он увидел орех, который когда-то плодом занесло потоком и который теперь рос близко от берега. Через некоторое время горная речка влилась в продолговатое горное озеро. Вода в нем казалась такой же голубой, как и небо, которое нависало сверху.  Это создавало иллюзию, что горы выглядели зеленовато-коричневой прослойкой между голубыми водами озера и небом. На берегах озера растительность выглядела скучной и бедной. Игорь шел по берегу озера к тому месту, где оно, заполнявшее ущелье, должно было найти выход из него в виде другого озера, если это каскад озер, или продолжения речки. Он шел по крутому, зыбкому от осыпей берегу под знойным солнцем. А озеро все тянулось по ущелью и тянулось. Он устал, но не мог позволить себе спуститься к воде, потому что берег казался слишком крутым. Незаметно он подошел к тому месту, где вода из озера водопадом летела вниз и, падая, текла меж скал дальше. Прыгая с камня на камень, он двигался по отмелям берега реки, окунаясь в воду ступнями и поливая холодную воду себе на горячую от солнца  голову. Спустившись несколько десятков метров, ему предстояло выбрать по какому берегу бурливой реки идти по левому или по правому. Он выбрал левый берег и ошибся, потому что через сто метров по левому берегу нельзя было идти. Он оказался слишком крут. Прыгая с камня на камень, Игорь замер на большом камне, понимая, что на противоположный берег он не допрыгнет. Задумавшись, он сел на камень и стал смотреть, как вода убегает от него прочь, подскакивая волнами, брызгами и завивая водовороты и буруны.  Назад идти он не мог.  Ему хотелось накопить сил и прыгнуть на другой берег. Там по откосу он мог забраться выше и спокойно пойти вдоль берега. Недолго посидев, он поднялся и покачался на ногах, примеряясь к прыжку. Казалось – один прыжок, и он на той стороне. Но стоило ему посмотреть под ноги на расстояние, которое ему следовало перепрыгнуть, и он понял, что его полет может оказаться короче, чем нужно. И тогда он сорвется, полетит вниз и, влекомый потоками воды, поплывет по реке, словно ветка, палка или бревно. Игорь собрался и прыгнул. Он вытянул руки вперед, чтобы зацепиться за выступающий камень, но только коснулся его, соскользнул  вниз и поплыл по реке. Все оказалось лучше, чем он мог предположить, если бы на его пути не возник опасный каменный выступ. Потоки воды слева омывали камень и уносились дальше. Справа, у самого выступа образовался водоворот. И туда в эту раскрученную воронку тянуло и Игоря. Он барахтался, пытался плыть, но его сносило к центру воронки. Где-то там под воронкой находилось что-то такое, что затягивало воду и представлялось чем-то неизвестным и пугающим.  Игорь греб изо всех сил. Но его три гребка равнялись скорости, с которой его сносило. Он усилил гребки, ускорил их и выплыл из воронки, после чего его пронесло в воде десяток метров и увлекло в водопад. Он упал между двух острых выступов, кувыркнулся в воде и только тут, где вода с поворотом уходила дальше, его вынесло на берег с песочком и камушками. Он лег, приходя в себя и расслабился. Река забрызгивала его каплями воды, которые попадали ему в рот, на щеки, на лоб. Отдышавшись, Игорь встал на колени и посмотрел туда, где он выплывал из водоворота. Повернул голову вправо и долго смотрел на реку, которая с перекатами по камням убегала все дальше и дальше вниз. Снова вспомнил, как барахтался в водовороте и подумал о том, что в жизни у него все происходит точно так же. Его закрутило в такую же воронку, из которой он никак не может выбраться. Он   поднялся на ноги и, качаясь, пошел по берегу.  Река потеряла сильный уклон, ущелье спустилось к пологому склону. По это склону горстками и скоплениями разбрелись пушистые серые комочки. Они казались неподвижными. «Овцы… - пронеслось в у него в голове. – Отара… Где здесь должны быть и пастухи…» Он сел на травянистый холм  и стал высматривать людей.  Сначала он увидел собаку. Она отгоняла овец от крутого места на склоне. Он с трудом поднялся и шатко пошел по склону в сторону овец. Появились тучи, поднялся ветер. Прошел короткий ливень.  Весь мокрый Игорь шел к отаре. Вышло из-за туч солнце. И одежда на нем стала подсыхать.  Уже подходя к отаре он увидел под скалой костерок и двух человек. Он подошел к ним и остановился.
- Здравствуйте, - сказал он и не узнал своего голоса.
Пастухи смотрели на него и не понимали его.
- Ас-салям алейкум, - тогда сказал он им.
Двое пастухов посмотрели на него с удивлением. Переглянулись. И один из них старший сказал:
- Ва алейкум ас-сялям..
Тот же пастух начал говорить с ним на своём языке. Игорь отрицательно покачал головой, давая понять, что он не понимает, о чем тот говорит.
Он показал  на место у костра. Игорь сел, скрестив, как пастухи, под собой ноги.
 На костре вскипятили чайник. Ему дали лепешку и сыр.  Игорь улыбался, понимая, что выжил, и что худшее осталось позади. И, может быть, он скоро увидит Виолетту. Дурацкая улыбка не сходила с его лица пока он пил чай. Только борода скрывала его эту нелепую улыбку. Старший из пастухов снова ему что-то сказал. Игорь не понял, что его спрашивают. Пастухи коротко переговорили между собой и снова замолчали. Игорь им начал рассказывать про волков, как он шел по горам, плыл по реке.  Он им рассказывал про малину. Пастухи смотрели на него и кивали головами. Вряд ли они что-то понимали из того, что он им говорил. На ночь ему дали бурку. И он заснул под открытым небом. Утром ему снова дали лепешку и сыр. Чай пили с травой, которую пастухи собирали тут же на горных склонах.  Старший достал черный камень, отломил от него кусок, бросил чашку, залил водой и размешал. Полученной кашицей он смазал раны Игорю и дал выпить полученный раствор.
- Что это? -  спросил Игорь, перед тем как пить, и показал на черную коричневатую жидкость.
Его поняли.
- Мумие, - сказал коротко старший пастух. 
Это было единственное знакомое слово, которое услышал от пастухов Игорь. Он знал, что мумие — это универсальный природный препарат, который стимулирует организм, заживляет раны, укрепляет кости, улучшает иммунитет, лечит разные болезни. Его собирают в пещерах и на скалах, где живут летучие мыши. Они питаются полезными растениями, которые перерабатывает их организм и выводит в виде испражнений, которые за годы наслаиваний приобретают лечебное свойство.
К вечеру Игорь действительно почувствовал себя лучше.  Пастухи жестами давали ему поручения, и он ходил на озеро за водой, бегал за овцами и помогал собакам. Все время он думал о Виолетте.      
Через день приехал конный. Он скинул пастухам большую сумку с едой, поговорил. Те рассказывали ему об Игоре, потому что глазами показывали на него и кивали  в его сторону. Тот в ответ с пониманием смотрел на них. Когда конный собрался ехать обратно, пастухи попрощались с ним, поднимаясь на ноги и отвешивая поклон головами.   И на этот раз Игорь услышал только одно знакомое слово «Аллах».  Пастухи показали ему на приезжего и помахали руками, чтобы он шел с ним. Игорь поклонился им в пояс и пошел за конем конного. Тот ехал шагом так, чтобы Игорь успевал за ним идти. Всадник ехал по полю, подминая конем траву. Игорь разглядел едва заметную тропку и шел по ней. Время шло к обеду. Всадник остановился, достал из сумки черную папаху и надел на Игоря. Игорь поблагодарил его и двинулся следом. Он смотрел на пейзажи гор, вспоминал Виолетту, разговаривал с ней, обещал ей скоро встретиться и поглядывал на то, как извивалась впереди тропа. В какой-то момент он вдруг увидел на тропе нечто подозрительное, почувствовал резкую боль, и в тот же миг трава с извивом задвигалась, шевелясь от него в сторону.
- А, - коротко вскрикнул Игорь, остро ощущая боль, и на секунду замер. 
Все произошедшее пронеслось у него перед глазами, словно он снова видел пролетевшие кадры кино. Он вспомнил серую палку, которая лежала поперек тропы, и на которую не обратил особого внимания. Когда он наступил рядом палка, изогнувшись, дернулась и щиколотку левой ноги, словно укололо, ужалило и обожгло. «Змея… - пронеслось у него в голове. - Он поднял левую штанину, пригляделся и увидел ранку. Две точки рядом и кровь. Это был змеиный укус.  Всадник остановился около него, наклонился и зацокал языком. Игорь сел на землю, придвинул щиколотку к себе и стал выдавливать из ранки кровь.  Яд нужно было отсосать, но сам он физически не мог этого сделать и из-за опасности не мог предложить это сделать всаднику. Он просто с силой выдавливал кровь из ранки. Всадник достал из сумки флягу и протянул ему, предлагая пить. Игорь выпил воду. Всадник показал, что нужно еще пить, много пить. Игорь выпил много воды. Всадник показал рукой на дорогу. Игорь поднялся и пошел вперед. Он чувствовал, как у него постепенно поднимается температура. Он плохо себя чувствовал. Его шатало, но как только он хотел остановиться, сзади на него наезжала лошадь, всадник гортанно кричал на него и плеткой показывал, что ему нужно двигаться дальше.  Игорь шел по тропе. В голове шумело и гудело. Он чувствовал в висках удары своего сердца. И снова останавливался, чтобы попрощаться с Виолеттой и жизнью. «Любимая, прости, я так хотел увидеться с тобой…» И снова всадник кричал на него, махал руками и показывал, что ему нужно идти. Игорь снова шел, продолжая говорить с Виолеттой. Он бредил наяву:
- Виолетта... Любимая, я умираю… Меня укусила змея. Ее яд попал в мою кровь… Он скоро достигнет сердца… И головы…. Сердце перестанет биться, а голова соображать. Жалко… Жалко, что я тебя так и не встретил. Столько пришлось пережить… Столько испытать… Яма… Глубокая… Заза… Она хотела учиться… Нас поймали… Она удивительный ребенок… Волки дрались с шакалами… Они набросились на меня… Но… Я отбился от них… Я не знал, куда идти… Упал в реку… Никак не мог выплыть на берег… Меня закрутил водоворот… Но я выплыл… Добрался до людей… Теперь я отравлен… Меня укусила змея. Она уползла… Я теряю силы… Теряю… Не могу больше… Не могу…  Любимая… Прости меня…» 
В какой-то момент Игорь потерял связь того, что происходило  с ним самим и того, что происходило вокруг. Он остановился без сил, теряя сознание, его повело в сторону от тропы и бросило лицом на землю. Он лежал, обнимая землю, прислонившись к ней щекой, раскинув полусогнутые ноги и не двигался. Всадник остановился, зацокал языком, спустился с коня, подошел к нему, наклонился. Лежавший перед ним человек, как будто дышал. Он поднял его за плечи, подхватил под мышки и потряс, приводя в чувства. Игорь открыл глаза и посмотрел в небо. Его глаза с трудом сосредоточились на том, кто его держал. Тот сошел с тропы, спустился к реке, чтобы набрать во флягу воды. Принес воды и дал Игорю пить из фляги. Потом  показал, чтобы он снова вставал, шел и не останавливался. И он с трудом поднялся и пошел.  Когда Игорь, чувствуя жар, не мог уже идти по тропе, всадник показал ему, чтобы он держался за седло и все равно шел. Он заставлял его двигаться самостоятельно. И это спасло ему жизнь. Через два часа Игорь начал потеть. С него градом тек пот. Ему стало легче, хотя сил идти у него уже совсем не было. Болели ноги и все тело. Его ботинки, побитые об камни, превратились в ничто. Подошвы еле держались и хлопали при каждом шаге.  Когда Игорь упал без сил, всадник слез и подсадил его на коня. Остаток пути он ехал на коне и чувствовал себя едва живым. Все остальное он видел, как в тумане, и лишь отдельными фрагментами. Его сняли с коня и на руках отнесли в дом.
Игорь проснулся утром. Через маленькое оконце в комнату проходил солнечный свет.  На окне тонкая, едва заметная паутина. По ней бежит паучок. «Проверяет свои сети», - подумал он. Слабость, которую вчера испытывал, прошла. Встал, огляделся. Его положили на кровать поверх одеяла и накрыли тонкой шерстяной накидкой. Послышался стук калитки. В дом вошли люди, переговаривающиеся между собой.
Первым в комнату, где он спал, вошел хозяин, вторым молодой парень, худой, кучерявый и в очках.
- Здравствуйте, - сказал парень. – Меня зовут Максуд.  Я учусь в институте и приехал в родное село на отдых. Как вас зовут?
- Игорь…
- Что с вами случилось? – спросил Максуд.
- Отдыхал с друзьями в горах, потерялся. Пропали вещи и документы, - соврал Игорь.
Он не хотел рассказывать о Султане, потому что неизвестно, как это могло обернуться.
Хозяин дома стоял за Максудом и ждал, когда закончится разговор.
- Документов нет? – спросил Максуд.
Игорь отрицательно покачал головой.
- У вас есть родные, друзья, которым вы могли бы позвонить? – спросил Максуд.
- Телефон тоже потерян, - сказал Игорь. – Он все это время пытался вспомнить номер телефона Виолетты и не смог. И другие телефоны он тоже вспомнить не смог. Когда-то он знал все телефоны из записной книжки. Теперь он не помнил ни одного. – Я помню один телефон. Это телефон бабы Ани… - сказал он.
- Без проблем. Я вам даю телефон, вы звоните ей, и все рассказывайте. – Максуд достал из кармана мобильный телефон. – Говорите номер.
Игорь по цифрам назвал телефон. Максуд набрал номер и протянул его Игорю Игорь взял трубку и прислушался. Что он мог сказать ей? Жив, здоров… Как он мог переложить на пожилого человека груз неприятностей и все свои невзгоды. Может быть, она что-то знает о Виолетте?  Гудков долго не было, и потом равнодушный автоответчик голосом женщины сообщил, что номер находится вне зоны действия сети.   
- Вне зоны действия, - произнес Игорь и набрал повтор.
Тот же женский голос сообщил, номер находится вне зоны действия.  Игорь расстроенный отдал мобильный телефон  Максуду.
Может быть, вы знаете другой номер? – спросил Максуд.
И в этот момент Игорь вспомнил номер телефона Виолетты. Его как будто осенило. Он приободрился, набрал ее номер, представляя, что может с ней поговорить. И в этот момент он услышал, что номер телефона выключен или находится вне зоны действия сети. Эмоции, которые выразились на его лице, оказались красноречивее слов. Максуд все понял.
- Кому вы звонили? – спросил молодой человек.
- Виолетта… Это моя девушка. Она меня ждет.
- Я через несколько дней уезжаю. Но обещаю, что обязательно дозвонюсь и все передам. Что ей нужно сказать?
- Скажите, что я ее люблю… И.. А где я нахожусь?
- Это аул Гув-жий… 
- Как?
И дальше парень снова сказал название аула, которое Игорь не смог  повторить.
- Гув-жий… Гув – это гора… Жий – это овца… 
- Скажите ей, что я здесь и скоро к ней приеду.
- Без проблем, - сказал парень и повернулся к хозяину.
Они о чем-то поговорили. 
- Вы можете остаться в этом доме. Будете работать за еду. Одежду вам дадут, - сказал Максуд.
Игорь посмотрел на хозяина и кивнул головой. 
- Здесь автобус ездит до районного центра.  Там паспорт не спрашивают. В городе нужно в полицию идти, чтобы паспорт восстановить.
Игорь снова кивнул.   
Максуд ушел.  Хозяин выдал ему чувяки, штаны, рубаху. И махнул рукой, чтобы он шел за ним. Они вышли из дома, прошли вглубь двора и подошли к строящемуся дому. Дом выкладывался из серых необтесанных камней.
- Али, - позвал хозяин.
Из дома вышел невысокий подвижный человек лет сорока пяти.   Хозяин ему что-то сказал, и тот закивал головой, после чего хозяин ушел.
Али улыбнулся и показал Игорю, что ему следует носить камни, сложенные у входа наверх. Али работал каменщиком и строил этот дом. Он плохо говорил по-русски. Путал слова, говорил с акцентом. Сначала он приглядывался к Игорю, больше молчал, работал и пел на своем языке.
Игорь набирал в мешок камни и таскал их наверх. В обед ему принесли чай и лепешку. Работали до вечера с короткими передышками. Вечером ему дали похлебку, лепешку и сыр. Али пел. Он был любитель поговорить. И говорил сам с собой.
На другой день во время обеда Али заговорил с Игорем и уже не мог остановиться.
- Я каменщик… У меня много работы… Как это правильно сказать, заказов. Я хорошо зарабатываю. Ты кем работаешь?
- Я певец.
- Как певец? Я тоже пою…
- Но я на сцене, - улыбнулся Игорь.
- Ты артист?
- Да…
- Работу сделаем… Вместе споем. Я тебя научу петь одну нашу песню…
Игорь согласно кивнул.
- Хочу… Как это по-русски? Жениться… У меня невеста есть.  Братья ее меня не хотят. Она хочет… Я коплю заработанное на калым…  Заработаю, отдам за невесту и женюсь. Зухра будет моей женщиной… Как это по-русски?.. Женой… Она будет рожать мне детей…
Две недели они строили дом. Две недели жили бок о бок. В той же комнате, куда его принесли, сняв с лошади, стояла еще одна кровать. Али рано уходил работать и поздно возвращался. Поэтому Игорь его не обнаружил, когда проснулся в первый день.
- Я в армии служил. У меня был русский друг. Он меня чуркой называл… Я его болваном. Мы оба смеялись. Нет, он мне помогал изучать матчасть. Знаешь, что такое матчасть?
- Нет, - покачал головой Игорь.
- Техника… Регламент…  Я водителем служил. Скажи мне… Ты чурка!
- Ты чурка, - произнес Игорь.
И Али засмеялся.
- Я не обиделся, нет.  Мой друг называл меня Сашей. Александр, Али… Хороший парень из Перми. Не был там?
- Нет, - Игорь покачал головой.
Когда они заканчивали укладывать стены дома, Али сказал ему.
- Держись за меня.  С Али не пропадешь. У меня брат работает в полиции. Это районный центр.  Поедешь со мной, я тебе билет куплю до райцентра Бежа Лоам.  Ты был когда-нибудь в Бежа Лоам?
- Нет.
Поедем, посмотришь.
И перед самом отъездом он показал ему пояс, в котором лежали деньги.
- Это калым за Зухру. Она в райцентре живет. Работает в детском саду… Ждет, когда я заработаю денег…
Али снова спрятал деньги в пояс и надел его на себя под рубаху.   
Он был добрым человеком и счастливо улыбался.  С ним Игорь чувствовал себя легко. Проблемы не трогали Али, потому что он со всеми проблемами справлялся. Так сам Али говорил о себе.
В последний день они попрощались с хозяевами. Игорь решил ехать с Али до райцентра и оттуда как-то добираться домой. Али сказал, что он его посадит на поезд и что у него есть знакомый проводник.
Они утром пошли на остановку автобуса. Али купил билеты, и они поехали в райцентр.
Автобус двигался по дороге и кружил между горами и холмами. Каменистая дорога вела по ущелью, которое изгибалось то влево, то вправо. Сначала они качались по дороге с камнями и ямами. Потом дорога улучшилась. И, когда они поехали по шоссе, тряскость совсем ушла, превратилась в мелкую дрожь. Али сидел рядом с Игорем, напевал и улыбался. Они вместе запели веселую пе6енку, которой научил его Али, и улыбались. Вдоль шоссе появились пирамидальные тополя. Автобус вошел в плавный поворот и въехал в райцентр.   Через пять минут автобус остановился на автостанции. Али взял сумку и вышел из автобуса. Игорь последовал за ним.
Все казалось понятным и предсказуемым настолько, что все происходящее рисовала ему приятную  перспективу. Но, похоже, от самого автобуса за ними уже кто-то следил.
- Подержи мою сумку, я зайду в туалет, - сказал Али и отдал Игорю сумку. Игорь стоял и смотрел по сторонам, соображая, как ему дальше быть. Али вышел из туалета и направился к нему. Когда он вернулся назад и протянул за сумкой руку, кто-то сзади сильно толкнул Игоря. Тот начал падать на Али и в это время услышал стон. Али оседал перед ним на колени. Игорь попытался его поднять и увидел страшное. Из живота у друга текла кровь. Игорь не понимал, что случилось. Набежали люди. Али упал на землю и, умирая все еще улыбался.  Живот у него был распорот. Игорь поставил сумку, наклонился над Али. Но сделать ничего было нельзя.
- Это они… - прошептал Али, и улыбка на его лице стала таять.
Его тело самопроизвольно дергалось. Судороги затихли. И на губах появилась кровь. 
- Али… Али… - повторял Игорь.
Он стоял растерянный, не понимая до конца что произошло. Только что его друг, его новый хороший знакомый был с ним, был полон планов и вот он лежал на асфальте без чувств и истекал кровью. Его распоротый живот обильно кровоточил. 
Игорь был так ошарашен происшедшим, что плохо понимал, где он и что  с ним случилось.   
Скорая помощь и полиция приехали, когда Али уже был мертв. Игоря с сумкой Али, которая так и осталась у него в руках, повезли в полицию на допрос. Все казалось против него. В руках у него оказалась сумка. Паспорт, удостоверяющий личность, отсутствовал.  Очевидцы давали показания против него. Он ничего не отрицал, потому что плохо понимал происходящее.
Его посадили за решетку, устроили допрос, провели опознание погибшего.
- Вы знали Али?
- Да.
- Где вы с ним познакомились?
- В ауле… На стройке…
- Вы знали, что у него с собой были деньги?
- Знал.
- Где они?
- Они были спрятаны в поясе под рубашкой.
- Об этом еще кто-то знал?
- Нет… Не знаю…
- Где орудие, которым вы его убили?
- Нет, я его не убивал…
- Назовите сообщников…
- Я здесь никого не знаю.
В тюрьме Игорь попросил, чтобы к нему пришел брат Али.
И тот пришел через день.
- Что вы хотите мне сказать?  Я брат Али… Махмуд…
 - Я не знаю, как это произошло. Я в этом не виноват. Последние слова, которые сказал Али, были… «Это они…» Больше я ничего не знаю.
Махмуд выслушал его и ушел.
Игорь понял, что помощи ему ждать неоткуда.
Когда в тюрьме ему принесли тюремную баланду в камеру, тот, кто ему принес еду, сказал через окошко:
- Тебе просили передать, чтоб ты помалкивал, если не хочешь, чтобы с тобой произошло то же самое, что с Али.   
Каждый день его водили на допросы. И каждый день он повторял одно и то же.
- Он вам сам показал, что у него деньги спрятаны в поясе? – спрашивал дознаватель.
- Да, - отвечал Игорь.
- Зачем он вам это показал?
- Я не знаю.
- Вы специально его разговорили, чтобы узнать, где у него деньги?
- Нет. Я не спрашивал у него, где он прячет деньги. 
- Вы его убили?
- Нет.
- Вы видели убийцу?
- Не видел.
- Вы специально отвернулись, когда его били ножом.
- Меня сзади толкнули на Али.
- И вы не оглянулись?
- Я услышал крик Али… И увидел, что он падает… Я не сразу понял, что его ударили ножом.
- А когда вы поняли, что его ударили ножом, вы обернулись, чтобы посмотреть на того, кто это сделал?
-  Нет. Я растерялся и ничего не мог понять.
- Это вы взяли его деньги?
- Нет.
- Вы видели, как с него сняли пояс?
- Нет.
- Это вы сняли с убитого пояс с деньгами?
- Я не брал пояс.

И так продолжалось день за днем. Игорю казалось, что он сойдет с ума. Проходили допросы и очные ставки.
На этот раз привели пожилую женщину с белым платком на голове, в светлой кофте и длинной коричневой в серый цветочек юбке.  От солнца у нее были коричневые руки. Их посадили за стол напротив друг друга.
- Вы знаете этого человека? – спросил дознаватель.
- Видела на автобусной станции, - сказала старая женщина.
- При каких обстоятельствах?
- Он вышел с тем, другим  из автобуса.
- Каким другим? – спросил дознаватель.
- Которого убили.
- Вы знаете эту женщину? – спросил дознаватель у Игоря.
- Нет, не знаю, - ответил тот.
- Вы видели, как он ударил Али ножом?
- Да, видела.
- Нож был у него в руках? – спросил дознаватель.
- Да, - сказала женщина.
- Куда он его дел? – спросил дознаватель.
- Не знаю, - ответила женщина.
На следующий день дознаватель снова спрашивал ту же женщину:
- Нож был у него в руке?
- Был.
- В какой руке?
- В правой.
- В правой руке он держал сумку. Может быть, он держал нож в левой руке?
- Может быть.
- Куда он его дел после убийства?
- Не знаю.
- Нож был у него в руке?
- Был…
- Вы уверены?
- Нет, не знаю…
- Не знаете?
- Нет, не видела.
Показания свидетелей расходились. Удар ножа Али приходился в живот справа. Но в правой руке Игорь держал сумку, и он ударить Али не мог. Дознаватель говорил, что возможно вместе с сумкой Игорь держал в правой руке нож. Игорь твердил, что ножа у него не было.   
 В камере сидели еще два заключенных. Они говорили ему, что надо признаваться.
Игорь объяснял им, что не убивал Али.
- В чем мне признаваться, если я этого не делал? – спрашивал он их.
Те переглядывались и молчали.
- Против него же есть свидетели, - говорил один сокамерник, Рафик. - Люди видели. 
- Они не нашли орудие убийства, - говорил другой сокамерник, Хаким. – Нет прямых улик.
- Все равно посадят, - сказал Рафик.
Через несколько дней к ним в камеру посадили еще одного человека. Его стали расспрашивать, кто такой, откуда, как сюда попал.
- Меня зовут Абдулла. Я ни в чем не виноват, - сказал тот.
- Все так говорят, - усомнился Хаким.  – Обвинения какие?
- У меня была невеста… Готовились к свадьбе. В день свадьбы Гюзель умерла. Остановилось сердце. Врачи сказали, у нее было больное сердце. Ее похоронили в свадебном платье. На следующий день ее могила была осквернена. Кто-то раскопал ее, вытащил из могилы и изнасиловал. Ее снова похоронили. И через день все повторилось.
Абдулла сидел расстроенный и повторял:
- Я ни в чем не виноват. 
- Тебя обвинили в этом? – спросил Хаким.
Абдулла закивал головой. И снова повторил:
- Я ни в чем не виноват.
И заплакал. 
Его стали все успокаивать. И Хаким, и Рафик, и Игорь.
- Не плачь, - говорил Хаким. – Слезами горю не поможешь.
- Следователи во всем разберутся, - обнадеживал Рафик. 
- Успокойся, выпей воды, - предлагал Игорь.
Они с трудом успокоили Абдуллу.
Игорь сел на свою лежанку, обнял голову руками и задумался. Его жизнь сломалась, когда он встретил Виолетту. Все пошло наперекосяк. Карьера, благосостояние, успех у женщин. Но он любил Виолетту и ни о чем не жалел. Ему хотелось с ней встретиться, обнять и поговорить. Он не знал, жива она или нет. Не знал, о чем договорились  Султан с Жорой. Мысли сами перескакивали с одного на другое. И в этот момент он вспоминал бабу Аню. Дозвонился ли им студент или нет. Если дозвонился, то, что может сделать старенькая женщина для него? Что может сделать Виолетта? Еще недавно он был бомжом, который строил дом в горном ауле. Теперь он подозревается в убийстве.   
- Граммов на выход, - послышалось от двери.
Это звали его. Опять на допрос, подумал он.  Игорь встал с лежанки и пошел к двери, где его поджидал конвоир.
Его вывели из камеры и повели по коридорам.
- Прямо… Налево… Направо… Стоять…  Лицом к стене… - приказывал конвоир и ему ничего не оставалось, как подчиняться его приказам. Его завели в кабинет, где сидел мужчина в костюме.
- Граммов? – спросил человек за столом.
- Да, - ответил Игорь.
- Следователь Турсунов.
Игорь кивнул.
- Мы звонили вашей бабе Ане, но ее телефон выключен.
Игорь закивал головой.
- И второй телефон вашей знакомой не отвечает.
Игорь сидел и кивал головой. Все складывалось против него. 
- Нашли вашего друга Владислава по месту работы.
Игорь оживился.  Как будто мелькнула слабая надежда.
- Он оказался в отпуске с супругой. Связь с ним установить не удалось.
Игорь обреченно опустил голову.
- Все против меня, - грустно сказал он.
- Но мы также послали запрос на вас в ГОВД по месту проживания. Оттуда пришел ответ. Ваши данные и фотография. Они полностью совпадают с тем, что вы рассказывали о себе. Так что будем считать, что личность ваша установлена.
Игорь вздохнул.
- Обвинение в убийстве с вас все равно не снимается. Вы по-прежнему утверждаете, что турист и что шли по маршруту?
- Да, - кивнул Игорь и отвернулся к окну.
Он по-прежнему не хотел рассказывать о Султане и о Жоре. Он знал, что Султан здесь не последний человек и это ничем хорошим ему не грозило.
- Больше ничего не хотите рассказать? – спросил следователь.
- Нет.
- Зачем вы убили Али Ахметова? Мне хочется узнать мотив… Деньги?  Корысть? Личная неприязнь? Ссора?
- Я его не убивал.
- Денег при вас не обнаружено. Но вы могли их кому-то передать. У вас были сообщники? – спросил следователь.
- Нет. Я его не убивал, - повторил Игорь.   
- А кто его убил?
- Не знаю.
- Конвой… - позвал следователь.
Вошел конвоир.
- Уведите, - сказал ему следователь. И обратился к Игорю. – Если что-то вспомните, дайте мне знать.
Игорь кивнул и пошел по коридорам, слушаясь приказов конвоира.