Ржевско-Вяземская наступательная операция 1943

Еще месяц назад, 2 февраля 1943 г., завершилась Сталинградская битва, в результате чего кардинально изменилась ситуация на советско-германском фронте. Разгром 6-й армии Паулюса повлек обрушение всей южной части советско-германского фронта, и вермахту пришлось экстренно выводить свою группу армий «А» из Северного Кавказа.
Речь о повторном наступлении на Москву, до которой оставалось всего 150 км, из Ржевско-Вяземского выступа, где размещались значительные силы фашистов, уже не стояла. Неоднократные попытки советских войск ликвидировать этот выступ в 1942 г. не увенчались успехом, но и враг при этом понес значительные потери.
6 февраля 1943 г., после многократных обращений командования группы армий «Центр» и начальника штаба сухопутных войск Германии генерал-полковника Курта Цейтцлера, Гитлер разрешил отвести 9-ю и часть 4-й немецких армий на линию Духовщина – Дорогобуж – Спас-Деменск. (Поэтому утверждения некоторых послевоенных историков о том, что ожесточенные бои 6-го Сталинского корпуса на Локнянском направлении заставили немцев начать отвод своих войск из Ржевско-Вяземского выступа, мягко говоря, не соответствуют реальной действительности.)
Операция фашистов получила название «Бюффель» (нем. B;ffe –буйвол). Ее основной целью было выравнить линию фронта и высвободить часть дивизий в качестве резерва. Ответственным за выполнение операции назначили командующего 9-й армии генерал-полковника Вальтера Моделя.
Сразу же враг начал подготовку к планомерному отходу из Ржевско-Вяземского выступа.
Вальтер Модель, «прославившийся» своей жестокостью не только к советским пленным и гражданскому населению, но и к своим военнослужащим, подразделениям и частям, которые без его разрешения оставляли оборонительные позиции, приказал эвакуировать или расстрелять все мужское население Ржевского выступа призывного возраста, конфисковать все запасы продовольствия, отравить колодцы и сжечь дотла все деревни.
Подготовительный этап проводился в режиме секретности. Загрузка в железнодорожные вагоны эвакуируемой техники и местного населения происходила, как правило, ночью. Артиллерийское вооружение, которое невозможно было перевезти с помощью лошадей или тракторов, доставляли на новые позиции по железной дороге, а для экономии места его грузили в разобранном виде.
За февраль 1943 г. фашисты не только оборудовали у себя в тылу новые отсечные и блокирующие оборонительные рубежи для планомерного отхода и построили новую 200-км дорогу для автомобилей и 600-км – для саней и гужевого транспорта, но и вывезли все свои склады, весь скот, запасы урожая, изъятые у местного населения, эвакуировали всю неисправную технику и вооружение, уничтожили более 1 000 км железнодорожного пути и 1 300 км проводов и кабельных линий, а также угнали в рабство, расстреляли и заживо сожгли более 60 тысяч наших соотечественников, в основном стариков, женщин, детей и военнопленных. Кроме того, минированию и уничтожению подлежал любой гражданский или военный объект, который не мог быть вывезен. В Вязьме немцы заминировали все, кроме немецкого военного кладбища в центре города. Были разрушены все мосты, повреждены телеграфные столбы, баки, цистерны и бочки на нефтебазах, стрелки на железнодорожных путях, стыки рельсов, семафоры.
На передовой остались лишь саперы и подразделения прикрытия СС, состоящие в основном из наших предателей-шуцманов, вооруженных трофейным, советским оружием.
Об этой операции фашистов знали и в нашей Ставке ВГК, которая также 6 февраля 1943 г. издала Директиву № 30043 о подготовке наступления на центральном участке советско-германского фронта.
18 февраля 1943 г. работы по подготовке к отходу немецких войск обнаружила разведка Западного, а 23 февраля 1943 г. – Калининского фронтов. В донесениях говорилось, что отдельные группы противника отходят в западном направлении, часть артиллерии подтягивается ближе к дорогам, а часть блиндажей, мостов, зданий и железнодорожное полотно готовятся к подрыву.
Окончательное решение на вывод немецких войск было подписано Вальтером Моделем только 28 февраля 1943 г. Начало операции «Бюффель» он назначил на 19-00 час 1 марта. Арьергардные отряды прикрытия должны были оставить передовую и г. Ржев в       18-00 час 2 марта 1943 г.
Ровно в назначенное время главные силы немецких войск отошли на заранее подготовленные позиции, в Ржеве остались только отряды прикрытия. Фашисты заминировали старый мост через Волгу, построенный еще при царе Николае II. Гитлер пожелал лично услышать взрыв этого моста, и немецкие связисты по специальной телефонной линии предоставили ему такую возможность. Вечером 2 марта 1943 г. немецкие саперы подорвали мост, связисты «порадовали» Гитлера и только тогда враг покинул многострадальный город.
Советская разведка постоянно докладывала своему руководству обо всех изменениях на переднем крае и об отходе немецких войск, но несмотря на это командующий 30-й армией генерал В.Я. Колпакчи отдал приказ о переходе армии в наступление с опозданием, лишь в 14-30 час 2 марта.
Уже к концу дня, в 17-15 час 2 марта 1943 г., получив информацию об отводе немцами своих войск, Верховный Главнокомандующий И.В. Сталин выразил свое недовольство командованию Калининского и Западного фронтов, отметив в Директиве Ставки ВГК № 30062, что «преследование отходящего врага проводится вяло и нерешительно». Он потребовал немедленно принять меры к энергичному преследованию отступающих войск противника, создать подвижные отряды из разных родов войск во главе с инициативными командирами и направить их в тыл врага для перехвата путей отхода, вести сражение не по плану немецкого отхода, а по плану наступления советских войск.
Только утром 3 марта 1943 г. наши передовые части вошли в Ржев. О том, как советские войска пытались освободить этот русский город еще летом 1942 г., много лет спустя вспоминал начальник разведки артдивизиона 1028-го артполка старший лейтенант Петр Алексеевич Михин: «Мы наступали на Ржев по трупным полям. Не побывавшему там трудно вообразить, что такое смердящее под летним солнцем месиво, состоящее из покрытых червями тысяч человеческих тел. Ползешь по трупам, а они навалены в три слоя, распухли, кишат червями, испускают тошнотворный сладковатый запах разложения человеческих тел. Разрыв снаряда загоняет тебя под трупы, почва содрогается, трупы сваливаются на тебя, осыпая червями, в лицо бьет фонтан тлетворной вони…»
А утром 3 марта 1943 г. город был пуст. Вошедшие в него первыми разведчики не увидели ни людей, ни животных, ни птиц. Лишь разрушенные до основания дома. И только в одной из уцелев-ших церквей советские бойцы обнаружили запертыми фашистами еще два дня назад более двухсот оставшихся в живых местных жителей, в основном стариков, женщин и детей. Все подходы к церкви и двери были заминированы. Но когда из заточения их освободили наши саперы и разведчики, невозможно было передать того счастья и радости, какие испытали советские люди после освобождения из фашистского ада. Слезы, поцелуи, восторг…
Отступая, фашисты сожгли и разрушили около 350 сел и деревень, выгоняя местных жителей на холод и мороз только в нижнем белье, а во многих, таких как деревня Афанасово Ржевского района, расстреляли 66 женщин, детей, стариков, пленных красноармейцев и сожгли их тела вместе с домами.
Этот отвод немецких войск был отмечен особой жестокостью фашистов к местному населению, поэтому командующий 9-й армии генерал-полковник В. Модель был объявлен военным преступником еще задолго до окончания Великой Отечественной войны.
3 марта 1943 г. фашисты начали уничтожать все уцелевшие здания в г. Белый. Воины-сибиряки из состава 75-й и 78-й стрелковых бригад отчетливо слышали сильные взрывы со стороны города. Одновременно воздушная разведка обнаружила движущиеся в тыл большие колонны пехоты противника с обозами. Враг покидал г. Белый.
По приказу командующего фронтом в 41-й армии в срочном порядке была создана ударная группа в составе 17 гв.сд, 75-й стрелковой бригады сибиряков и других частей, которая уже утром 4 марта 1943 г. должна была прорвать фронт обороны противника и, развивая наступление в общем направлении на свх. Шамилово, совместно с частями 22-й армии окружить и уничтожить Белыйскую группировку противника. 78 осбр сибиряков прикрывала участок прорыва ударной группы армии, обороняясь на правом фланге.
Но фашисты быстро обнаружили сосредоточенные для атаки советские части и, не жалея снарядов, открыли ураганный огонь из артиллерии и минометов по нашему району. Наступление пришлось отложить до утра следующего дня.
В это время войска прикрытия противника быстро отходили на промежуточный оборонительный рубеж Сычевка – Белый. Это позволило советским частям без боя освободить 4 марта поселок Оленино, а 5 марта –г. Гжатск (Гагарин).
В лесах у Сычевки немцы натолкнулись на активное сопротивление партизанских отрядов, которые обстреливали арьергардные части и автоколонны отступающих немцев, а также повреждали их телефонные линии связи, поэтому фашистский палач Вальтер Модель приказал провести масштабную противопартизанскую операцию, которая сразу же превратилась в террор против местного населения. К этой бесчеловечной карательной акции помимо подразделений СС, полиции и русских добровольцев-предателей были привлечены кадровые части вермахта. Начались массовые варварские убийства мирных жителей. Так, 8 марта 1943 г. была уничтожена деревня Колодезки в Темкинском районе Смоленской области, все ее жители – 93 чел., в том числе 24 малолетних ребенка и младенца заживо были сожжены в одном из домов (чудом спаслись только три девочки). Тогда же почти полностью истреблено население в соседних деревнях Дорофеево, Долженки и Замыцкое. Как потом докладывали своему командованию фашисты «было уничтожено более 3 000 русских партизан».
5 марта 1943 г. севернее г. Белый фашисты провели мощный огневой налет по позициям нашей 93 сд и после этого начали отвод своих подразделений прикрытия в юго-восточном направлении. Это позволило нашим частям перейти к преследованию врага и к исходу дня освободить четырнадцать русских деревень. Но южнее города атака ударной группы 41-й армии успеха не имела, только две штрафные роты (45-я и 46-я), приданные 75 осбр, с боем овладели д. Плоская и продолжали наступление на д. Шипарево. 17 гв.сд попыталась прорвать оборону войск прикрытия противника на своем участке, но ее атака была отбита сильным артиллерийско-минометным огнем врага.
На следующий день новая попытка прорыва оборонительной линии врага южнее г. Белый также не принесла успеха. Фашисты не жалели снарядов, и ударная группа 41-й армии стала закрепляться на достигнутых рубежах.
Промежуточный оборонительный рубеж Сычевка – Белый фашисты удерживали до 7 марта 1943 г., а потом начали планомерный отход. Их преследовали от рубежа к рубежу войска 39-й армии Калининского фронта, в состав которой постепенно входили наиболее боеспособные дивизии 22-й и 41-й армий.
В ходе операции по отходу 8 марта 1943 г. немецкие войска оставили г. Сычевку, 10 марта – г. Белый.
Первыми в многострадальный город с северо-востока вошли воины 93 сд, а уже затем с запада – части 134 сд 41-й армии. Белый предстал перед освободителями в руинах и развалинах. Корреспондент газеты «Красная звезда» Василий Павлович Ильенков в своей статье «Исчезновение города» от 24 марта 1943 г. писал: «...Мы стоим на перекрестке, оглядываясь по сторонам, в напряженном ожидании, что вот сейчас откуда-то из-за развалин, из подвалов появятся жители города. Но проходит полчаса, час и ни души, ни признака жизни. Город мертв. Тысячи людей исчезли бесследно. Такое ощущение, что стоишь на развалинах города, потерпевшего страшное землетрясение, и глубокие траншеи, как трещины, рассекли землю, и как напоминание, что здесь когда-то жили люди, на куске белой стены виднеется крупная надпись: «Не курите!», здесь, по-видимому, была керосиновая лавка».
Из 1 400 довоенных зданий в марте 1943 г., пригодных к эксплуатации, и то после капитального ремонта, было признано всего шесть. (Только в 1975 г. с улиц г. Белый исчезли последние руины.)
По мере отхода противника из Ржевско-Вяземского выступа, имевшего по фронту до 200 км и до 160 км в глубину, освобождались значительные силы советских фронтов. Первой в резерв Калининского фронта была выведена 22-я армия под командованием генерал-лейтенанта Василия Александровича Юшкевича, который был снят с должности командарма по итогам операции «Марс» еще 15 декабря 1942 г. Г.К. Жуковым и, после долгих разбирательств, восстановлен в прежней должности. Уже с 5 марта 1943 г. по распоряжению генерал-полковника М.А. Пуркаева, передав часть своих дивизий в состав 39-й армии, управление, штаб и другие армейские соединения 22-й армии начали движение на Холм-Локнянское направление. В полночь 10 марта 1943 г. командующий этой армии принял под свое командование войска Оперативной группы фронта в составе двух стрелковых корпусов – 2-го гвардейского и 6-го Сталинского. А заместитель командующего фронтом генерал-лейтенант М.Н. Герасимов с офицерами штаба срочно выдвинулся к г. Белый на передовой пункт управления фронта.
11 марта 1943 г. части 41-й армии перешли к преследованию отходящих войск прикрытия фашистов и к исходу дня вышли на рубеж р. Нача, который оставили еще в декабре прошлого года после неудачного прорыва в ходе операции «Марс». В этих боях особо проявили себя стрелковые батальоны 75 осбр сибиряков. Отходя в южном направлении, противник оставлял сплошные участки минно-взрывных заграждений и разрушил все мосты, что в начавшуюся весеннюю распутицу, когда маленькие ручейки и речушки превратились в непроходимые реки и озера талой воды, делало низинную местность Смоленщины непроходимой. Поэтому темп наступления советских войск был довольно низким, невзирая на постоянные упреки вышестоящего командования, вплоть до Ставки ВГК. Тем не менее части 41-й армии за два дня наступления освободили до 70 русских сел, деревень и хуторов, захватили большие трофеи и более 20 единиц боевой техники, оставленной врагом.
12 марта 1943 г. войсками Западного фронта была освобождена Вязьма.
К.М. Симонов в своем корреспондентском фронтовом блокноте записывал увиденное: «В овраге убитые немцами старики и женщины, незакопанные. Одна с ребенком. Немолодой сапер смотрит в овраг, говорит, ни к кому не обращаясь: «Робеночка не пожалели». И повторяет еще раз: «Робеночка не пожалели». Вязьма разбита и сожжена так, что ничего не могу понять. Сейчас, когда уже прошли ее с одного конца насквозь, видны крайние развалины на другом конце города. Все так завалено обломками, что даже трудно понять, как и где шли раньше улицы».
В этот день части 41-й армии, невзирая на все препятствия и ведя упорные бои с арьергардами противника и батальонами шуцманшафта, продолжали наступать и освобождать населенные пункты Смоленщины. Войска армии своим левым флангом вышли на новые рубежи. И опять командование фронтом отмечало успешные наступательные действия 75-й сибирской бригады.
12 марта 1943 г. в штаб 41-й армии после госпиталя прибыл полковник Ф.И. Лобанов, но его 91 осбр воевала на другом участке фронта, поэтому Федор Иванович был назначен на должность командира 78 осбр красноярцев-сибиряков, которая еще оставалась в распоряжении командарма-41 и находилась в обороне, занимая прежний рубеж. Ее бывший командир полковник М.И. Кучерявенко стал во главе 306-й стрелковой дивизии 43-й армии Калининского фронта.
Уже на следующий день, только вступив в должность комбрига и до конца не успев познакомиться не только с офицерами штаба, но и с комбатами, полковник Лобанов со своей бригадой перешел к преследованию отходящего противника в своей полосе наступления. И, несмотря на упорное сопротивление врага на промежуточных позициях, пройдя с боями по советской земле более 6 км, 78 осбр освободила новые русские деревни от фашистской нечисти.
А всего в этот день войска 41-й армии освободили более 60 населенных пунктов и вышли на новые рубежи.
13 марта 1943 г. полоса наступления 75 осбр сибиряков настолько сократилась, что дальнейшие ее действия начинали мешать наступающей слева 134 сд, поэтому командующий 41-й армии вывел эту добровольческую бригаду в свой резерв. К этому времени уже пришел приказ генерал-полковника М.А. Пуркаева № 815/Ш от 12 марта 1943 г. о передаче 75-й стрелковой бригады в состав своего 6 ск 22-й армии. Поэтому, вначале сосредоточившись в районе сбора на большаке Смоленск – Белый у полностью разрушенной и сожженной деревни Емельянова, бригада сибиряков под командованием полковника А.Е. Виноградова на-чала выдвижение на станцию погрузки Жарковский, где и сосредоточилась 16 марта 1943 г. В дальнейшем сибирякам предстояло совершить марш комбинированным способом в новый район предназначения.
Преследование частями Красной Армии войск противника осложнялось заблаговременно оборудованными оборонительными рубежами, минными полями и разрушенными коммуникациями, поэтому темп наступления был крайне низким – только 6-7 км в сутки, а с середины марта началась оттепель, и продвижение наших частей еще замедлилось, что позволило противнику уже к 14 марта 1943 г. вывести основные силы двух армий на заранее указанный рубеж, а это 7 корпусов, 15 пехотных, 2 моторизованные, 3 танковые дивизии и кавалерийская дивизия СС, а также в огромном оставленном районе разрушить все объекты военного значения (мосты, вокзалы, водонапорные башни, железнодорожные пути, автострады).
В этот день в наступление перешла еще одна дивизия 41-й армии – 262 сд, и советские войска, хоть и медленно, но продолжили освобождать свою многострадальную землю.
15 марта 1943 г. части 41-й армии, не останавливаясь, преследовали врага и к исходу дня заняли еще 32 населенных пункта, в том числе и районный центр село Батурино. Поздно вечером, передав свои наступающие дивизии в состав 39-й и 43-й армий, управление, штаб и части армейского подчинения были выведены в резерв Калининского фронта и 20 марта 1943 г. 41-я армия была расформирована. (Ее штаб и подразделения обеспечения были обращены на формирование полевого управления Резервного фронта 3-го формирования).
Одновременно и 78 осбр красноярцев-сибиряков вывели из боя в резерв, а потом приказом командующего фронтом №817/Ш передали в состав своего 6 ск 22-й армии. После сбора в исходном районе полковник Лобанов отдал приказ о начале движения вслед за 75-й бригадой на станцию погрузки, для убытия в новый район сосредоточения.
Во второй половине марта войска Западного фронта попытались отрезать отходящих фашистов от орловско-брянской группировки, но немцы успешно отразили попытки 1-го и 5-го танковых корпусов Красной Армии, окружили их в районе Спас-Деменска и Ельни. После нескольких дней боев, потеряв 132 танка, советские танковые корпуса прорвали кольцо окружения и вышли к своим.
Только 22 марта 1943 г. советские войска вышли на рубеж Духовщина – Дорогобуж – Спас-Деменск, на котором уже более недели закреплялись войска группы армий «Центр». Немцы сумели организованно отойти на заранее подготовленные оборонительные рубежи, создать новые районы с проволочными заграждениями и минными полями, усиленные долговременными огневыми точками и блиндажами, а также использовать высвободившиеся части на других участках советско-германского фронта.
Попытки наших дивизий с ходу прорвать этот рубеж не удались. Встретив активное сопротивление врага, при отсутствии необходимого количества боеприпасов и продовольствия из-за большого отрыва от баз снабжения, войска двух советских фронтов вынуждены были прекратить наступательные действия и перейти к обороне.
За все время операции советскому командованию так и не удалось вырвать инициативу из рук противника, окружить и разгромить пусть не всю немецкую группировку в Ржевском выступе, но хотя бы ее отдельные части. Фактически советские дивизии двигались вслед за противником и занимали, в большинстве случаев без боя, только те населенные пункты, что он оставлял, а попытки прорыва заранее подготовленных многочисленных промежуточных рубежей обороны при отставании артиллерии и танков силами одной пехоты вели к потерям. Использовать многочисленный перевес в живой силе советскому командованию не удалось. При проведении этой операции советские войска понесли тяжелые потери: 138 577 чел., из них 38 862 чел.– безвозвратные и 99 715 чел.– санитарные.
Линия советско-германского фронта была отодвинута от Москвы еще на 130-160 км. С фашистским «трамплином», который много месяцев угрожал столице нашей Родины, было покончено. Линия фрон-та сократилась с 530 км до 200 км.
31 марта 1943 г. завершилась вторая Ржевско-Вяземская наступательная операция советских войск. Вместе с этой операцией окончилась многомесячная, начавшаяся еще 8 января 1942 г. одна из самых кровопролитных битв Великой Отечественной войны – Ржевская битва.
Общие потери Красной Армии на этом направлении в 1942-1943 гг. составили более миллиона солдат и офицеров, среди которых число убитых и умерших от ран насчитывало более 450 тыс. человек, при этом потери противника были значительно меньше. Но, несмотря на то что 9-й армии вермахта удалось уйти непобежденной, она, потеряв более 100 тыс. своей пехоты с еще довоенной подготовкой, надорвалась. «Эхо» Ржева догнало ее уже на Курской дуге летом 1943 г.