Глава 6 Квинт

— Что? Новое задание? — Терций поджидал Квинта у порога.
— Дали выходной. Можешь идти.
— А это что? — Терций попытался вытащить восковые таблички.
— Не трожь, — Квинт ударил по руке. — Для Корвина.
— Для Корвина? — скривился Терций. — Ты хоть знаешь, кто это?
«Корвин. Знаю ли я Корвина?» — усмехнулся про себя Квинт. Кто же в Таррако не знает Корвина. Хочешь решить проблему — иди к Корвину, но готовь увесистый кошель. Хочешь проблем сам — тоже к Корвину, тогда бесплатно.
— Идёшь со мной?
— Нет. Без меня. — Терций сплюнул.
— А я и не звал. Иди, выпей.
— Не пью. Я что, похож на винную бочку Терезия? — он развернулся и пошёл прочь.
— Молокосос, — буркнул Квинт и отвернулся.

Квинт сидел в тёмном углу таверны. Кувшин опустел наполовину. Каждая чаша делала голову тяжелее, но не снимала боли. Страшные слова в табличках терзали изнутри, лежали как приговор за все годы службы. Квинт едва сдерживался, чтобы не вцепиться в них и не выскрести каждую букву, ощущая, как воск забивается под ногти.
А внутри, под слоем винного оглушения, росла грубая, звериная ярость. На весь мир. На Терезия. На сам Орден. Ещё вчера он считал, что у него есть место в этом мире. Вино не грело, просто стекало вниз по горлу.
Он вытер рот тыльной стороной ладони, посмотрел на чашу и тихо рассмеялся.
«Значит, вот как это заканчивается?»
Толкнул кувшин, задев чашу. Та перевернулась и покатилась по столу, выписывая красную, почти кровавую струю вина. С резким сухим хрустом разбилась на мелкие черепки о каменный пол. Квинт смотрел, как тяжёлые капли падают вниз, на осколки. Протянул руку, погрузил палец в тёплую лужу и повёл им. Вязкая жидкость послушно поползла за пальцем, подчиняясь его воле.
И сквозь тяжёлую пелену всплыла мысль: «Никто не спросит. Никто не поднимет тревогу. Раствориться. Пропасть. Исчезнуть для всех, кто знал его имя». И впервые за много лет перед ним был не тупик, а выход.

Масляная лампа едва освещала тесную комнату. На грубом деревянном столе над глиняной миской поднимался пар. Грузный мужчина посмотрел на вошедшего.
— Квинт. Вот уж кого не ждал.
На стол легли восковые таблички. Рядом с глухим стуком упал тугой кожаный кошель. Корвин отодвинул миску, жёлтым ногтем поддел восковую печать и пробежал строки. Глянул на Квинта, перечитал и взвесил кошель.
— Тут сумма крупнее, чем обещано.
Квинт лишь пожал плечами.
— Тебя нужно отправить в путь? Надолго. — Корвин бросил взгляд в угол, где на лавке сидел огромный детина. — Что ж, можно. Это всё?
Корвин прищурился, снова посмотрел на Квинта — тот стоял без тени страха. Корвин кивнул. Один раз. Квинт снял с пальца бронзовое кольцо. Оно с лёгким стуком легло на стол. Корвин перекатил кольцо в ладони, серебряная змейка по ободку сверкнула изумрудными глазами.
— Счастливого пути, Квинт. Жаль. Видимся в последний раз.
Корвин пододвинул миску и продолжил прерванный ужин. Средств у него хватало на любую кухню, но он довольствовался тушёными бобами, ломтем серого хлеба и чашей разбавленного вина. Закончив есть, взял кольцо, положил на раскрытые таблички и вмял в воск. Затем подозвал сидевшего в углу здоровяка.
— Отнеси банкиру Терезию. Передай, что Корвин работу выполнил.
Громила поклонился и вышел, пригнувшись под низкой притолокой.