Спасибо, Мила

    В четвёртом классе я была безнадёжной двоечницей, сидевшей на последней парте, с такими же двоечниками, послевоенными дылдами-переростками. Не просто отстающими, а вообще ничего не знающими и не желающими знать. Мой путь лежал в ПТУ.
    На уроках я ничего не слушала и не записывала, а только смотрела в окно, где были свобода, друзья, бесконечные игры и улица, манящая и разнообразная.
    Со мной надо было что-то делать. Моя мама попросила соседскую девочку Милу Вицнудель позаниматься со мной.
    Мила – одногодка детей нашей дворовой компании – никогда не принимала участия в наших играх. Да мы её почти и не видели. После уроков она быстро проходила домой и больше не появлялась. Нас она тоже не интересовала.
    Все семьи нашего двора жили в коммунальных квартирах двухэтажного бывшего купеческого дома. И только квартиры Вицнуделей и Козарновских находились в отдельных пристройках.
    Занимались у неё дома – светлые комнаты, большие окна, чисто, пианино.
Задано было прочитать текст на английском языке из четырёх абзацев. Как я потом поняла, оказалось, что у Милы был очень твёрдый и решительный характер. Она упорно, раз за разом пыталась научить меня произносить эти совсем непонятные и ненужные мне звуки. А когда я, минут через десять, вскочила, что бы выбежать во двор к ребятам, Мила твёрдо и уверенно удержала меня. Занятие продолжалось. За окном слышались весёлые голоса ребят, а я повторяла и повторяла всё четче и чётче слова, смысл которых научилась понимать.
    На другой день на уроке я первая вызвалась отвечать и получила четвёрку. Это была первая четвёрка в моей жизни. Но это был и первый урок – урок труда, упорства и ответственности. Я начала заниматься. Спасибо тебе, Мила.
    А игры? Игры, конечно, остались. «Что ж светилось в глазах детворы, / сотоварищей игр дворовых. / Чувство братства такой чистоты, без которой мне жизнь не построить».