Рогнеда. Вторая часть. Пятая глава

- 5 -

 

 

В праздничные дни, в которые, как знала от подруг Рогнеда, ученицы традиционно освобождались от учёбы и хозяйственных работ, всех отпускали на прогулки в город. Приближался как раз основной зимний праздник – Метэльница*, знаменующий окончание старого и переход в начало нового периода; и Неда, которая пока знала о выходах в город лишь понаслышке, в волнении предвкушала свой первый выходной. Они с соседками по комнате заранее договорились провести этот день, втроём гуляя по празднично украшенной столице. Тавия, как оказалась родом из близлежащего поселения, и милая девчушка пригласила обеих подруг провести праздник вместе с её семьёй.

 

Утром праздничного дня, вставшие ранее обычного девочки, наскоро позавтракав и облачившись в тёплую одежду – за пределами школьной территории, на которой силами метер постоянно поддерживалась комфортная атмосфера и температура, могло быть по рассказам приятельниц довольно холодно – отправились в город.

 

Рогнеде давно хотелось увидеть столицу воочию. Она дождаться не могла своего первого выхода в свет. И теперь ей всё было интересно: и улицы, ярко украшенные разноцветными фонариками, которые, как обещали Тунья с Тавией, должны были к вечеру засветиться мириадами огней. И извилистые заснеженные переулки, которыми подруги пробирались к главной площади города: сплошь искрящиеся в утренних лучах яркого зимнего солнца, по краям которых впритирку к домам лежали огромные сугробы. И сами дома: аж по три и даже: невиданное дело – четыре этажа ввысь. И спешащие по расчищенным от снега улочкам по своим предпраздничным делам редкие прохожие, одетые в странноватые для непривычной к моде городских обитателей Неды, одежды.

 

- А что там на площади? – Спрашивала Рогнеда, стараясь в новой и несколько неудобной обуви не отстать от быстро передвигающихся по привычному маршруту Туньи и Тавии.

 

- Увидишь. – Загадочно отвечала одна из приятельниц, оборачиваясь к Неде, но не сбавляя шага.

 

- А дальше… дальше мы куда пойдём? – Снова начинала расспросы, едва переводя дух, запыхавшаяся от непривычной ходьбы в тяжёлом одеянии, Рогнеда.

 

- Там будет видно. – Снова кидала в ответ одна, из привычных и к местному климату и удалённости площади от школы, девчат.

 

- Далеко ещё? Ох… – Воскликнула, не вынесшая темпа движения подруг Рогнеда, поскользнувшись на припорошенном снегом ледку, и упав в ближайший сугроб.

 

- Нет. Всё. Пришли уже. Ой! – Хором вскрикнули Тавия с Тульей и, хохоча подбежав к своей неловкой приятельнице, начали со смехом помогать той выбраться из снега.

 

Смеясь над собственной оплошностью вместе с ними, помогая подружкам отряхивать свою одежду от плотно налипшего снега, который придавал и без того громоздкой одёжке ещё больше весу, Неда заметила просвет между доселе близко стоящими друг к другу домами и домишками. И замерла, восхищённо всматриваясь вдаль из-под инея, опушившего ресницы. Изумлённая открывающейся взору дивной картиной, она не сдержалась от нового восклицания:

 

- Ах, что это?!

 

 

Действительно: вид на площадь открылся грандиозный! Торжественно-праздничный и одновременно уютно-милый. По периметру большого открытого пространства разбегались вширь и вдаль разнокалиберные торговые ряды. Чего только не было там, на прилавках этих разношерстных рядов: и утварь, и различные сувениры, игрушки и разнообразные украшения, какими исстари принято украшать интерьеры на Метэльницу. И нарядная, и повседневная одежда и обувь, и всякие вкусности: от целых окороков, источающих пряный копчёный аромат, до маленьких калачей, бубликов, конфет да пряников… Просто глаза разбегались от подобного изобилия. Вдоль торговых рядов сновали туда-сюда проворные подмастерья, подвозящие продавцам в лавках на импровизированных санках всё новые и новые тюки с изделиями мастеров. Сами же торговцы громким удалым кличем зазывали, бродивших по рядам покупателей, коих тоже было в избытке. Повсюду слышались шутки да задорные прибаутки торговцев снедью и напитками, приглашающих отведать их штучный товар. Вот, оказывается, куда подевались с улиц горожане.

 

Рогнеда, никогда не видавшая подобного скопления народа да и такого разнообразия товаров, прямо рот открыла от изумления. У девочки даже немного закружилась голова, как в первый день её прибытия в школу метер, когда окружившая её стайка девочек наперебой закидывала новенькую вопросами. Она пошатнулась, вновь оскальзываясь нетвердо стоящими на обманчиво мягкой заснеженной поверхности ногами. Но Тунья с Тавией и здесь не дали приятельнице пропасть: подхватив Неду под обе руки с разных сторон, девчата весело повлекли её с собой в самую гущу праздничной толпы.

 

Вдоволь нагулявшиеся за день по торговым рядам центральной площади подруги, ближе к вечеру отправились к родителям Тавии, жившим неподалёку. Бредя вслед за приятельницами, Рогнеда почти перестала отставать и оступаться. Девочка вспоминала насыщенный яркими эмоциями сегодняшний день: она останавливались буквально перед каждой лавкой, и широко распахнув глаза, чтобы лучше видеть и даже чуть приоткрыв рот, видимо чтоб лучше впитывать запахи и звуки вокруг, разглядывала весь ассортимент, представленный на прилавках. Кажется, Неда могла вмёрзнуть в снег возле каждой торговой точки, к счастью, подруги были рядом и каждый раз спешили утащить свою очарованную одноклассницу от одного – к другому, не менее привлекательному – прилавку. Рогнеда, ни разу до того, не тратившая денег… да ей их до отъезда из села никто и не собирался давать: на кой ребятне деньги?... с упоением тратила из потаённого, набитого звонкой монетой мешочка, что сунул ей перед отъездом в руки отец, в дополнение к выданной матерью небольшой сумме на расходы. Зная, что в школе метер дочь будет обучаться бесплатно, Рамая не посчитала нужным выдать девочке большую сумму денег, чем исключительно «на сладости»… Однако, приметливый Фрол Асипович незаметно для супруги устранил этот недочёт. И теперь Неда отрывалась по полной, скупая чуть ли ни весь товар на корню: благо её семья жила в добром достатке, и меньшая дочь зажиточного краснодеревщика могла позволить себе подобное транжирство.

 

Помимо подарков родным: матери яхонтовые бусы, отцу справный ремень из сыромятной кожи Якорога**. Буядару добротную заплечную перемётную суму, в предстоящий поход из дому по миру. Старшим братьям по здравому размышлению девочка не стала ничего покупать. Она прекрасно понимала, что вряд ли будет иметь возможность, по крайней мере, в обозримом будущем лично доставить гостинцы в Невелею. Поэтому предполагала отправить их с ближайшей оказией. И чем меньше кулёк с дарами получится – тем проще ей будет его отослать… Да и при всём прочем: не принято девице одаривать старших мужчин, окромя отца. А вот Метране и Иреде девочка припасла по приятному гостинцу.

 

С удовольствием приобрела Рогнеда украдкой по подарку и своим новым подругам: для Тавии купила атласный поясок на тонкую талию, который та разглядывала, да так и не решилась приобрести из-за цены; а Тунье цепочку с миловитовым***камушком – девочка как-то поведала Неде о своей давней мечте иметь такое украшение.

 

Не обидела, разошедшаяся в тратах девчонка и себя: впервые покупая что-то и себе лично, Неда с удовольствием примеряла и разные украшения, бусы, кольца, браслеты; и шубки, полушалки, шали и безрукавки – однако, остановиться на чём-либо на могла… И наконец, когда уставшие и голодные подруги стали на неё ворчать, что пора бы уже и честь знать, и вообще: не следует ли перекусить… Рогнеда вдруг увидела чудесную вещицу – небольшое овальное зеркальце в розоватой оправе, инкрустированное сияющими словно звёзды на небе: мелкой россыпью каких-то неизвестных ей каменьев. И так как у девочки отродясь не было собственного зеркала, да и в общее она стеснялась глянуть даже походя – строгая Рамая сердилась на дочь, если замечала за той подобное – а вещица и впрямь выглядела премиленькой, Неда с одобрения обеих подруг купила зеркальце для себя.

 

Вволю нагулявшись по морозцу, напившись пряных напитков на разный вкус из пузатых уличных самоваров и наевшись купленных, либо подаренных добродушными продавцами в честь праздничка сладостей, все трое отправились наконец в отчий дом Тавии, располагавшийся вблизи городской окраины.

 

Рогнеде родные подруги понравились: отец – приятный на вид розовощёкий балагур-толстячок; мать – серьёзная на первый взгляд, маленькая симпатичная женщина, как две капли воды похожая на Тавию внешностью и скромностью, но как потом оказалось – остроумней и ироничней, чем виделось сначала. Двое старших братьев: один, внешностью похожий на отца, а другой – чуть младше – на Тавию. Стеснительный высокий стройный шатен, с выразительными большими глазами на тонком, словно девичье, лице, с пробивающимся первым юношеским пушком. Который, однако, нет-нет да с любопытством из-под густых ресниц поглядывал на новую приятельницу сестры. И младшая сестрёнка, малолетка годков до пяти, про которую было пока трудно что-то сказать: вроде и на маму похожа, а с другой стороны и отцовы черты в ребёнке просматриваются.

 

Семейство встретило обеих подруг Тавии, словно родных дочек. И если по отношению к Тунье – ещё можно было понять подобное добросердечие: видно, домашние уже знали соседку дочери по общежитию. Но и Рогнеду приняли, как близкую родственницу, с которой давно не виделись. Неде это показалось странным: в Невелее не были приняты такие душевные отношения с посторонними, однако, удивление девочки было приятным.

 

Обменявшись принятыми в семье взаимными приветствиями с крепкими объятиями и радостными возгласами, да недавними новостями, вся компания весело уселась за праздничный стол, который Рогнеде показался чересчур изобильным. Даже в большие праздники у них в селе не видывали подобных, больше половины не известных девочке, яств. В ответ на её недоуменно поднятые брови, словоохотливая Тунья, сидевшая рядом с Недой начала шёпотом знакомить подругу с новыми для той блюдами, составляющими гастрономическое пристрастие местных жителей.

 

Когда в полночь Метэльница вступила в свои права, празднующие, как водится стали обмениваться подарками. Раскрасневшаяся от обильной еды и непривычного к ней внимания Рогнеда, сама с удовольствием вручила свои презенты обеим подругам. Их радости не было предела! Девочка даже не ожидала, что они так обрадуются этим безделушкам… А ещё… она не могла представить, что и ей самой настолько понравится одаривать подруг. Но что было ещё удивительней для непривычной к сюрпризам и проявлению повышенного внимания к ней, Рогнеде – это то, что и она неожиданно получила несколько сувениров: и от обеих приятельниц и –  что вообще казалось невероятным –  от родителей Тавии. Причём, как и сама Неда, все и дарящие, и одаривающие выглядели одинаково счастливыми. Или это матушка-Метэльница постаралась, чтобы разудалое веселье от встречи с ней разлилось широкой рекой всеобщей радости?

 

После обмена подарками, застолье продолжилось, разворачиваясь всё ярче и искромётней, хотя казалось, куда уж больше? Слегка захмелевшая от удовольствия, граничащего с беспредельным счастием, девочка веселилась и смеялась наравне со всеми, будто она не была впервые в гостях одна в чужом доме. Похоже для неё сейчас это вообще не имело значения. Неде хотелось, чтобы праздник в уютном кругу этой удивительно доброй и гостеприимной семьи длился и длился, и ей не надо было возвращаться по хрусткому снегу под морозным ветром обратно в школу. Порой она подмечала внимательный, и казалось ласковый, взгляд среднего брата Тавии… как его там? Ровенд, кажется… какое удивительно мелодичное имя! Иногда ловила себя на мысли, что никогда не чувствовала настолько легко, вольготно и радостно в кругу собственной семьи. И… снова предавалась безудержному веселью. Похоже девочка даже вплела свой голос и в общий гимн, распеваемый нестройными голосами, но дружно и радостно загулявшим по полной шумным и душевным семейством.

 

Так, с шутками-прибаутками Рогнеда впервые вне дома отметила главный зимний праздник.



----------------------------

Метэльница* – большой местный зимний праздник, сравнимый с нашим Рождеством.

Якорог ** – крупное млекопитающее (вариант: як+носорг).

Миловит *** – поделочный и декоративный камень молочно-лазоревого цвета с зеленоватым отливом (напоминает малахит+лазурит). Используемый в украшениях считается придаёт смелости и дарит ясность ума.





Продолжение пишется....