Коза Марка Шагала

Шагал шагал… шагал… и дошагал до «первой за 40 лет выставки в ГМИИ имени А.С. Пушкина»… и это был… кошмар? Да вы что, это и не рифма вовсе.

В декабре 2025 года в Государственном музее изобразительных искусств, в главном здании, с большой помпой открылась выставка «Марк Шагал. Радость земного притяжения». Об чем и речь.
 
Итак, покупаешь билет, даже не поглядев на цену (какая цена, когда на повестке дня   ИСКУССТВО),  и в трепетном предвкушении встречи с прекрасным поднимаешься по  торжественной лестнице музейного дворца, а сверху над головой плывут в полутьме подвешенные на тросах горны, скрипки и виолончели (настоящие, тяжеловесные весьма), овеянные лиловой вуалью, видимо, занесенной сюда из картины  «ПРОГУЛКА»,  осеняющей своим присутствием дверной проем. А впереди уже маячит фанерный  СИЛУЭТ  КОЗЫ,  и это удивляет, а могло бы и насторожить, потому что дальше вместо великолепного  БЕЛОГО  ЗАЛА  с его великолепными мраморными колоннами ты попадаешь в сарай, натурально, и не сразу догадываешься, что эти серые, не побоюсь этого слова, декорации должны символизировать театр (а висячие скрипки с горнами были, стало быть, театральной прелюдией).

С данного момента вокруг делается  ТЕСНО  и  ТЕМНО,  когда же все-таки удается протиснуться в этих потемках вдоль стены, задевая поневоле других посетителей, ломая глаза при попытке рассмотреть маленькие рисунки с неудобными для прочтения сопроводительными текстами и вдруг ненароком узрев тех самых  ВЛЮБЛЕННЫХ  НАД  ГОРОДОМ,  почему-то сейчас засунутых в угол рядом со странно пустующей круглой сценарной нишей с зачехленным роялем (а ведь какие только шедевры в ней не красовались, а тут вдруг оказалась не у дел), - когда все это уже произошло, включая заход в так называемый «театр», раскинутый шатром посередине, где можно натолкнуться уже не на посетителей, а на винтажные венские стулья, начинается, вопреки робкому ожиданию лучшего, еще более темная  ГАЛЕРЕЯ,  обшитая снизу доверху тем же серым картоном настолько плотно, что превращается в узкий коридор, в конце с «черной дырой» маленькой выставки рисунков и маленькой же комнаткой над лестницей, мигающей окошками и набитой старыми вещами, от которых должно дрогнуть сердце, потому что вот так жил на своей малой милой родине великий художник…

В общем, вот тут понимаешь, что представленный ряд картин банально скуден, смотреть их жутко неудобно, красота Белого зала словно бы намеренно спрятана, чтобы не диссонировала с этой убогостью слишком явно, - что, стало быть, ажиотаж вокруг выставки раздут искусственно, а цена билета, видимо, формировалась по рыночному принципу «не обманешь-не продашь». К тому же чуть позднее приходит недоумение от многочисленных пробелов в биографической справке о жизни и деятельности художника. Это называется: ничего не сказать по существу. Ах да, а комнатку над лестницей сдали на время выставки искусственному интеллекту (куда ж нынче без него): там в окошке старичок то появляется, то исчезает. Прикольно. Хотя лучше бы приколов: музей все-таки.

Вот вам вся «радость земного притяжения», вуаля, как говорят французы.

Но что бы вы понимали… это же проект-блокбастер, и его так долго ждали от главного столичного музея. Не знаю, правда, кто именно ждал. Во всяком случае, это была не я. Консервативна, каюсь. Мне бы картины, а не вот это вот все.

Конечно, посетители художественных галерей от очередной подобной развлекаловки в обморок вряд ли упадут, успев повидать кое-что из набора передовых течений в музейном деле: и чучела собак в петербургском Эрмитаже, и гладильные доски, оформленные наподобие рыцарских гербов, здесь же, на Волхонке. О, и как не вспомнить недавнюю, потрясающую воображение развеску картин в залах Нидерландов и Фландрии, когда Рембранта и Рубенса втиснули в белые переносные стенды, вдобавок при неудачном освещении от дорогущего заграничного оформителя. 

Можно понять, что музейщикам банально скучно. Одно и тоже каждый день. Хорошо бы изюминку внести в эту рутину, да? Кажется, кому-то за это веселье тогда по шапке все же прилетело. А за Шагала прилетит, нет? И дело тут не в стиле его работ. Нужно же было подать его в обстановке, подчеркивающей «национальный колорит» и «тоску по родине», с приданием «патетического размаха его вселенской местечковости» (это все из рецензий, в том числе искусствоведческих: про патетический размах в сочетании с вселенской местечковостью вот так ядовито только искусствовед может).

Да и с тоской по родине не все гладко. Посетив в 70-х годах прошлого века Москву и Ленинград, Шагал в свой родной  ВИТЕБСК  не поехал. Конечно, это был бы уже совсем другой, не серенький дощатый Витебск, каким он рисовал его когда-то. Даже без супрематических трамваев Малевича. Хотя отцовский дом Шагала там стоял по-прежнему, только музей в нем еще не был открыт. 

Мне казалось, что в картине  «НАД  ГОРОДОМ»,  написанной в самое революционное время, в 1918 году, есть дух этого времени, дух перемен, отсюда и восторженный полет на крыльях чувства любви и новизны одновременно. Но, как выяснилось, полет здесь можно трактовать иначе, поскольку он символизирует скорее «течение времени, где герои, подхваченные воздушными потоками, бессильны перед историческими обстоятельствами». А это уже совсем другое дело.   

Вообще-то я всегда была уверена, что знаю о Шагале достаточно. В смысле, о его творчестве. Сам он меня особенно не заинтересовал. Да, родился в Витебске за 30 лет до Великой Октябрьской, потом уехал во Францию и дальше жил своей жизнью в полном отрыве и от малой родины, и от большой, и ото всего, что с ними обеими происходило (а происходило много всего). Прославился, выполнял громкие заказы, получал награды. При этом жаловался, что французы так и не признали его своим. Рисовал парящих над депрессивной провинцией любовников и прочих персонажей, тоже временами летающих в небесах. Еще козу, играющую на скрипке.

О том, что  КОЗА  – не просто коза, а символ еврейской культуры, мне слышать тогда не доводилось. Согласно моему личному мнению, когда смотришь на картину, вообще лучше для начала знать об ее авторе поменьше, иначе непосредственное восприятие может быть деформировано информационной диверсией. (А зачем оно, такое деформированное, надо? Уже ведь не твое.)

Так вот, о козе. В комедийно-романтическом  ФИЛЬМЕ  «НОТТИНГ  ХИЛЛ» (1999г., режиссер Роджер Мишелл, США-Великобритания) звучит фраза,  несколько парадоксальная, что «без козы и счастья не бывает». Ее произносит героиня (актриса Джулия Робертс), когда видит в доме героя (актер Хью Грант) репродукцию своей любимой  КАРТИНЫ  ШАГАЛА  «Невеста». Вот тут-то они и начинают догадываться о родстве своих душ. 

Теперь, после посещения выставки, я не хочу думать, какой еще смысл мог быть вложен в эту фразу создателями фильма. Надеюсь, только тот, который считывается по ходу действия, когда картина выполняет роль символа искреннего признания в чувствах, сыграв важную роль во взаимоотношениях этих двоих.

Нет, о том, что я побывала на этой выставке, я не жалею. Ничего просто так не бывает и не проходит, как ни сглаживай острые углы. Хотя хотелось бы половину из увиденного, что называется, развидеть, чтобы вернуться к прежним ощущением.

После того, как выставка в ГМИИ в марте 2026 года закроется, и картины вернутся на свое место в  НОВОЙ  ТРЕТЬЯКОВКЕ  на Крымском валу, я туда отправлюсь, чтобы без помех окунуться в мир изобразительного искусства первой половины прошлого века. Там будет светло, что удобно для созерцания, и никакой местечковости, даже вселенской. И ветер перемен, разгулявшись над серым старым миром, не будет нагонять тоску, но напротив – вселять надежду. А коза пусть играет на скрипке для счастливой влюбленной пары.
(28.12.2025)