Как совы Новый год встречали

В глубоком заснеженном лесу, на старой ели с раздвоенной верхушкой, жила семья сов: папа Филимон, мама Ухтышка и двое совят — Пух и Клювик. Днём они спали, а к вечеру начиналась их настоящая жизнь.

За несколько дней до Нового года Пух спросил:

— А к нам праздник тоже прилетает? Или только к людям?

Филимон важно поправил крыло:

— Праздник прилетает туда, где его ждут.

— Значит, надо ждать громче! — заявил Клювик и так ухнул, что с соседней сосны посыпался снег.

Подготовка началась сразу. Филимон отправился к замёрзшему ручью — хотел принести длинные прозрачные сосульки для украшения входа в дупло. Он выбрал самые красивые, но по дороге одну уронил. Сосулька разбилась с хрустом.

— Вот тебе и мастер, — пробормотал он, собирая осколки.

Тем временем Ухтышка нанизывала ягоды рябины на сухую травинку. Пух держал конец «нитки» клювом, а Клювик всё время отвлекался и пытался попробовать ягоды на вкус.

— Это для красоты, а не для ужина! — строго сказала мама.

— Я проверяю качество, — оправдывался Клювик с красным клювом.

К вечеру украшения были готовы. Филимон развесил сосульки у входа, Ухтышка аккуратно уложила рябиновые бусы, а совята посыпали всё «снежной пылью» — пушинками, которые нашли под корой старого дерева.

Они отлетели чуть в сторону, чтобы посмотреть.

— Похоже на дворец! — восхитился Пух.

И в этот самый момент налетел ветер.

Сначала тихий, потом сильнее. Ветки закачались, бусы сорвались и разлетелись по снегу. Одна сосулька упала и треснула. Пух даже присел от неожиданности.

Несколько секунд все молчали.

— Ну вот, — тихо сказал Клювик. — Праздник отменяется?

Филимон вздохнул. Он уже хотел сказать что-то взрослое и серьёзное, но Ухтышка его опередила:

— Если украшения падают — значит, будем украшать вместе ещё раз. В этом и весь праздник.

И они принялись собирать ягоды. Снегири, наблюдавшие с соседней ветки, вдруг тоже подлетели и помогли найти самые яркие бусины в снегу. Даже дятел, который обычно ни во что не вмешивался, принёс тонкую кору, чтобы закрепить гирлянду покрепче.

На этот раз бусы висели ниже, но надёжнее. Сосульки получились короче, зато их стало больше. А «снежной пыли» совята насыпали столько, что ель стала похожа на огромный пирог с сахарной пудрой.

Когда в лесу наступила полночь, её никто специально не объявлял. Просто стало очень тихо. Даже ветер устал.

Совы уселись на своей ветке, прижавшись боками. Украшения тихонько покачивались, но больше не падали.

— Знаете, — сказал Филимон, глядя на свою немного кривоватую гирлянду, — так даже лучше.

— Потому что не идеально? — спросил Пух.

— Потому что вместе, — ответила Ухтышка.

Клювик зевнул и добавил:

— И потому что ничего не отменилось.

Они сидели и смотрели на звёзды. Праздник не был самым громким в лесу и не самым блестящим. Но он точно был их.

И когда первая снежинка нового года опустилась на ветку, Пух тихо прошептал:

— Значит, он всё-таки прилетел.

И никто с ним спорить не стал.