Глава 7. Тайное причастие

 «Через мучеников мы узнаем, кто мучитель».
                (Русские старцы). 

    Духовные учителя, вроде бы, на то и духовные, что никогда не ругаются между собой. Они добрые и любят всех своих учеников. И вовсе не относятся к ним, как к стаду баранов. Правда? Но, это если по писаному,  и как положено. Но жизнь – это совсем другое дело. Здесь учителя рьяно могут делить между собой паству, да так, что искрит между ними; впрочем, иногда при этом в лицо мило улыбаясь друг другу. Откуда, иначе, такой делёж с поливанием грязью других религий и конфессий? И хорошо ещё, если учителя хотя бы любят не людей, но идею... Но иногда, оказывается, они не любят ни людей, ни идею, а любят просто пожрать…

     Вечерний Магнит, назначенный на шесть часов вечера, отменили. Так распорядился   Евграфий, когда к нему наведались Матушка Мария и Надежда, желающие у него просветиться и стать ещё духовнее.

    Евграфий являлся одним из признанных Учителей всей эзотерической Поляны, приезжал сюда каждый год и знал абсолютно всех руководителей тех групп, которые сюда наезжали. И сейчас, поскольку он был осведомлён, что уже прибыло довольно много народу, Евграфий решил, что пора вместе с палаткой и вещами спускаться на Поляну  с так называемой Шамбалы: так здесь прозвали место с весьма живописными развалинами нескольких дольменов. На то, чтобы собрать вещи, палатку и перебазироваться, требовалось некоторое время после ухода Матушки Марии и Надежды, и потому Евграфий мог присоединиться к Магниту только поздним вечером, а к шести явно не успевал.

Должно быть, именно Евграфий назвал место своей стоянки Шамбалой, и название с его лёгкой руки закрепилось у эзотериков. Впрочем, найти туда дорогу без проводника было достаточно трудно: запетляешь среди тропок. И вынесет тебя или на вершину, с посадкой ёлочек и заброшенным сюда, не понятно какими судьбами, ржавым трактором, или на чуть меньший пригорок, по краю которого лежит тропа на речку Скобидо. Или, вовсе пойдёшь лесом к живописной Скале и грязевому, бурлящему источнику. Но Евграфий отлично знал эти края.

     В этом году он  сидел на Шамбале уже давно: то ли с последних майских дней, то ли с начала июня. Он хорошо освоился в горах, и, как громко утверждал, «продолжал исследовать местность».

     Итак, вниз Учитель Поляны ещё не спустился, но об отмене Магнита, назначенного ранее на шесть часов вечера, знали не все. Потому, некоторые всё-таки собрались там, где было запланировано заранее: в центре Ромашковой, у большого камня. Среди них - и Наталья с Сергеем. Незадолго до этого, к счастью последнего, приехала машина с вещами Веры Николаевны, среди которых была палатка, вручённая ею у костра ему и Михаилу из Саратова. Промаявшись, они её, всё-таки, поставили, хотя немного косо, и закинули внутрь свои вещи; Михаил даже расстелил заранее одеяла. После чего, Сергей успел догнать Наталью, уходящую на Магнит.

 Теперь, в ожидании Магнита, люди, пришедшие сюда, расположились вокруг камня: по одному, по двое и небольшими группами. Их было не так уж много. Кто медитировал, кто просто наблюдал за окружающими.
 
Наконец, к ним подошла тётя Роза в своём неизменном «персидском» халате. Она жевала какое-то умопомрачительное печенье, от которого исходил сладкий и приятный запах. Именно она и сообщила, что общий Магнит перенесли на более позднее время. А ежели кто здесь и сейчас соберётся, рекомендовали или заняться индивидуальной работой, или же, по желанию, провести небольшой тренировочный Магнит.

   - Может, раз уж собрались, так начнём? Тренировочный? - сбивчиво предложил Анатолий, суровый лидер группы с Кавказа. - Тем более что в конце Магнита я хотел бы показать вам всем одну вещь... Я о ней здесь уже сообщал, и может, кто из вас уже слышал. Я говорил, что этот предмет подвезут попозже... Похоже, что он не хочет быть явлен всем, но мне идёт информация, что время выбрано правильно, и на большом Магните его показывать не нужно. Пусть он приоткроется сейчас! Но, это – после нашего Магнита. А пока — уже начнём, пожалуй.

     - Хорошо, а кто будет проводить Магнит? - спросила у окружающих тётя Роза, как ни странно, вдруг решившая поучаствовать.

   Поднялась Валентина - маленькая бабулька с фигурой и глазами семнадцатилетней девушки. Молча подошла к камню. Она улыбалась и находилась в приподнятом настроении. Душа её пела. Валентина быстро разложила на камне иконы и портреты Учителей, поставила громадную свечу и зажгла её.

  - Начинать? - спросила она. - Я ещё никогда сама не проводила Магнит. Но я попробую.

Все поднялись с мест и образовали вокруг камня и Валентины небольшой круг. В это время с разных сторон подошли ещё трое человек, среди которых был Андрей. Волосы у него были мокрые, но всё равно по-прежнему волнистые. Казалось, что он соткан из капелек воды и тонкой, лучистой энергии и дышал каждой клеткой своего сильного, светящегося радостью и светом, тела. Что-то очень необычное ощущалось сейчас в в этом человеке.

- Давайте, начнём! - поддержал он Валентину, улыбнулся ей и стал в общий круг. И Магнит начался.

- Мир всем мирам! Мир всем народам! Свободы, счастья, радости, всем-всем! Господь твой, живи! Всё лучшее в тебе, живи! Им, Господом твоим, живи! - начала Валентина читать веления своим детским, звенящим голосом. Сергей закрыл глаза и раскинул руки, душой и телом устремляясь к солнцу. Казалось, чувствовалось биение всех сердец, объединившихся вокруг. И это единое сердце пело свою щемящую, радостную песню.

   -...Я есть свет Вознесения, свободно текущая победа! Всё добро, победившее, наконец, на всю вечность! Я есть свет, вся тяжесть ушла! Я поднимаюсь в воздух. Всем я изливаю с полной Божьей силой свою чудесную песню хвалы. Приветствие всем!

                *  *  *

Когда Магнит завершился, обсуждать свои впечатления, видения и чувства, как рекомендовали после тренировочных Магнитов, не хотелось. Как обсудить полёт к свету?
 
     Но, никто не расходился. Все продолжали стоять вокруг камня, подставляя руки солнцу.

И тут заговорил Анатолий.

- Я прошу немного вашего внимания. Вот - то, что я хочу вам сейчас показать, - и он извлёк из потайного кармана плотного жилета небольшую чашу и поднял её вверх. Лучи солнца заиграли на ней. Она была золотая. Анатолий, опустив чашу на ладонь и держа её перед собою, тихо сообщил:

- Долго она шла ко мне... Я нашёл вначале лишь осколок... Видите, у неё отбит край, совсем как у стеклянной? - и он покрутил чашу, показывая всем её края. Это была не чашка и не пиала: по форме этот предмет больше всего напоминал средних размеров рюмку, красивой формы, с ножкой, и с прочерченной тонкой линией, чуть отступившей от края.

   - Когда я служил в Афганистане, я нашёл сначала именно отбитый осколок. Потом, к сожалению, он был навсегда мною утерян: его украли. Впоследствии, я специально ездил на место этой находки. Я искал   чашу, и она... будто звала меня. Одному Богу известно, чего мне это стоило: вновь попасть в те места... Но я нашёл её! Мне самому это кажется невероятным. Здесь, на Поляне, примерно год тому назад, мне уже давали информацию... Но тогда я не предъявлял саму чашу, только более подробно описал место и обстоятельства находки, да ещё словесно описал эту чашу. Но мне нужно сейчас подтверждение тому, что я думаю о ней сам. Я не согласен с той информацией, что мне тогда дали, слишком разнились  догадки и между собой, и с моими предположениями… В общем, может ли мне сейчас кто-нибудь рассказать  об этой чаше?

К удивлению и ужасу Натальи, в центр круга вышел Сергей, с полуприкрытыми глазами, с отрешённым взглядом. Он взял у Анатолия чашу в свои руки, бережно поставил её на свою вытянутую ладонь, а другой ладонью принакрыл её сверху. Потом провёл этой рукой над чашей несколько раз и начал:

   - Чаша эта - с того самого стола, за которым сидел Христос на Тайной Вечере: вся посуда, что находилась там, впоследствии стала золотой и разбрелась по свету. Эта чаша открылась нам сейчас. Она дана, чтобы быть заложенной в центре храма той религии, которая объединит разные духовные силы при построении нового, живого организма Сил Света. Чаша также будет служить тайной поддержкой и символом для объединения людей в самые трудные годы. А построение храма случится тогда, когда основные силы, несмотря на их разность, всё же войдут в согласие между собой и начнут серьёзную и важную духовную работу. А до тех пор, будут назначены судьбой хранители чаши... Пока её час ещё не пробил, и тайна эта должна быть открыта не многим... Важно лишь уберечь, сохранить её.

Когда он это говорил, сзади него стал Андрей, держа над ним свои руки. Будто прикрыл, отгородил его от чего-то или кого-то. Когда Сергей закончил говорить, Андрей обратился к присутствующим:

     - Спокойно! Это - чистый контакт! И, пока канал не ушёл, можно задавать ещё вопросы.

И Сергею стали задавать вопросы, довольно личные. Он отвечал, не задумываясь, а когда он молчал, Андрей говорил резко:

      - Информация закрыта!

     Потом Сергей сообщил, что теперь чаша должна пройти по кругу собравшихся три раза, и сам первый стал на своё место, замкнув круг, и передал чашу следующему, по часовой стрелке.

     - Это - подтверждение, - тихо произнёс Анатолий.

   Чаша проходила по кругу, и будто совершалось невидимое причастие. Когда оно окончилось, Сергей протянул чашу Анатолию. Тот принял её молча, с сосредоточенным лицом. И все тихо, в полном молчании, стали расходиться.

   Уже на краю Поляны Сергей догнал уходящего Андрея. Он, торопясь, всё приближался к нему, и Андрей, почувствовав это, обернулся и остановился.
 
Неожиданно, Сергей, когда приблизился, преклонил одно колено и опустил голову.

   - Учитель! - начал он затем порывисто, протянув вперёд к Андрею правую руку, а левую положив себе на грудь.

   - Нет. Мучитель, - ответил тот. У него в глазах стояли слёзы. – Идёшь ты где-то, проклятый судьбой, М-учитель, не найти твоей руки…

   - Я хочу следовать за вами! – воскликнул Сергей патетически.

   - И на камнях дорог, заброшенных тобой, склоняют головы твои м-ученики…

Немного помолчав, он продолжил: 
- Учения – нет. Есть мучение. И – мученичество. Учение – это всегда мука…

- Я – ваш ученик, - на этот раз совсем тихо сказал Сергей.

- Ты – мой м-ученИк? Ну, здравствуй! Через учеников всегда узнают, кто был их учитель… Но ты, кажется, умудрился привнести новую, свежую струю на эту Поляну? Рад тебя видеть. Если б ты знал, как давно я тебя жду… И как давно не видел...

   Сергей от удивления даже вскочил на ноги. Андрей приблизился к нему, и они порывисто обнялись.

   Стихийно собравшаяся толпа застыла возле них полукругом; люди молча наблюдали эту странную сцену.

                *  *  *

     Тем временем, в палаточном лагере, на подходе к которому сейчас находились  Андрей с Сергеем, наконец, уже состоялось долгожданное сошествие с Шамбалы Евграфия. К  признанному патриарху и Учителю всея эзотерической Поляны сразу же повалил народ с наболевшими вопросами. В основном, то были желающие узнать, кем они были в прошлой жизни. Но Евграфий не спешил встречаться с народом, а продолжал медленно расчехлять палатку. Наконец, он надсадно гыкнул и проницательно посмотрел на первых из подошедших. И небрежно проронил: " Вы были братьями... Двоюродными". Затем, он глянул на следующего, которым оказался Мишка Возлюбленный. "В Великую Отечественную ты здесь воевал. За Родину", - кратко бросил ему Евграфий.

Матушка Мария, живенько бегающая вокруг, от одного к другому, с восхищением замечала:

   - Вишь, как человеку дано! А скромный какой! Только, если их, таких людей, спрашивают, только тогда им и можно говорить. И то - не всегда.

    Поставив палатку, Евграфий, медленно попивая услужливо предложенный кем-то горячий травный чаёк с медком и печеньем, довольно похлопывал себя по бокам. Он небрежно интересовался, кто приехал на Поляну в этот раз, как идёт работа. Был он, в общем-то, человеком весёлым и добродушным. С хитрыми, бегающими глазками и неприметным, не запоминающимся лицом.

- Завтра, как рассветёт, пойдём на Лысую. Кто хочет, пусть там остаётся со мной ещё и на ночь, для личной работы. Чтобы контакт установить. Будут идти сильные энергии, - с весёлым видом, но строгим голосом, неспешно проговаривал Евграфий.
 
    Тем временем, он нарезал подаренный ему кем-то из только что приехавших фруктовый торт. И, символическим жестом предложив присоединиться к дегустации всем желающим, со смаком сам первый к ней приступил.  Прибавив при этом, что вскоре такой роскоши здесь больше не будет, а будут, в основном, супы да каши. Затем Евграфий подробно и обстоятельно описал план похода на Лысую гору.

   - Кто не уверен, что выдержит такое испытание, пусть остаётся здесь, вместе с дежурными, - весело улыбаясь и кося глазами, прибавил он. При этом, Евграфий старательно и въедливо изучал каждого. - Эльмира, Анатолий и другие контактёры, только самые сильные, - конечно же, должны отправиться со мной: уже этой ночью, мы примем послание на дольмене. Заранее попытаемся  установить связь с Орионом. Возможно, что выйдут на связь также Орёл и Кассиопея.

    На этом, вступительное слово Евграфия было закончено, и он задумчиво уставился в пламя костра.

    Никого из постящихся эзотериков, даже Михаила из Саратова, почему-то абсолютно не гневил торт в руках Евграфия. Нет, все были просто в восторге от великого и признанного Учителя. К Евграфию здесь относились с большим почтением.

Наталья и Сергей ненадолго заскочили к костру и застали весь этот цирк. Молча и удивлённо переглянулись. Да, этот Учитель показался им странным экземпляром, важным и напыщенным, как индюк. Больше всего он напоминал лектора на партсобрании, и совсем не был похож на человека, занятого духовным поиском. На «своего»…

    Но всех остальных такое положение дел вовсе не смущало.

Немного погодя, состоялся и долгожданный вечерний Магнит. Он сильно отличался  от предыдущего, первого общего Магнита.
 
На этот раз, его проводил сам Евграфий: он стал в центр единственного круга, который образовали все остальные. Вдобавок, все соединили между собою руки, как во время детской игры в Каравай. Чего, конечно же, не было раньше. Сам Учитель, будучи "на канале", теперь проговаривал идущий ему свыше, «по каналу», текст. Что-то о соединении точки света со Вселенским Логосом, про очарованные кварки, про связь с Кассиопеей, Орионом, всеми Учителями и духовными силами. А также, о расширенном потоке сознания и закладке здесь и сейчас информационных свитков, дающихся на тонком плане каждому индивидуально. Свитков, которые проявятся и раскроются в дальнейшем.

     Некоторые, и среди них - Настя, Володя, Михаил из Саратова – неожиданно почувствовали себя плохо и с трудом удерживались на ногах, но не желали выходить из Магнита. Они ощутили лёгкую и ласковую вначале, но весьма существенную после ударную волну в живот. Какая-то женщина совсем упала на траву и не вставала. Окружающие люди вновь сомкнули руки, уже без неё, и Магнит продолжался.

   - Кто почувствует себя плохо - ложитесь... Идут очень сильные энергии, - последовал резкий приказ Евграфия.

    То один, то другой из участников начали подавать голос:
   - Я вижу крест, крест в круге! Он светится! И Порфирия Корнеевича, который улыбается нам!

   - Солнышко! Солнышко садится за деревья! Давайте попросим у него прощения за то, что плохо к нему относимся! С завтрашнего дня, нам следует всем смотреть на солнышко широко открытыми глазами, не щурясь. Это - очень полезно.

- Я вижу зелёный треугольник, а в нем - глаз. И лучики, лучики кругом!

     - А теперь, - завершая Магнит, провозгласил Евграфий, - поблагодарим Учителей, впитаем последние энергии, посылаемые ими. Будем считать, что сегодня состоялось наше первое причастие… Мы соприкоснулись с Силами Света. И теперь, обратим последний раз свой внутренний взор к Точке Света… И тихонько, не спеша, не нарушая внутренней гармонии, перейдём каждый к внутреннему самоанализу и ментальной работе. Не забываем при этом, что ментал - выше астрала. Надо нам всем прежде всего сосредотачиваться не на чувствах и образах, а на работе ментальной. Думайте о ментальных построениях, прорабатывайте их. А вскоре, я вас созову на следующий Магнит…

   - Он будет сегодня? – спросил кто-то из толпы.

   - Часика через полтора, быть может. В общем, как только придёт мне информация по каналу. Но, будьте готовы и не разбредайтесь!

     Круг уже был нарушен; кто лежал на траве, кто сидел в медитации. Затем, с позволения Евграфия, все стали потихоньку расходиться.
 
     Наталья и Сергей, вновь на краю Поляны, догнали Андрея. Перебросились парой фраз: судя по всему, Магнит Андрею тоже не понравился. Он, шутя, даже назвал Евграфия «лазутчиком из спецслужб». Действительно, напряжённый был какой-то Магнит. Совсем не светлый, хотя о Свете так много говорилось… Тяжёлый. Не было душевности, единения, лёгкости, вдохновения. Но, быть может, так и должно быть, когда идут сильные энергии – кто ж их знает?

После краткого разговора, Наталья и Сергей расстались с Андреем на той небольшой полянке, что была за ручьём. Андрей самолично отвёл их туда - и вскоре обещал вернуться.

     - Ждите здесь! Мне надо отлучиться ненадолго… Чтобы найти одного парня. И мы вместе с ним придём сюда, - пообещал он, - Обязательно придём. Только дождитесь меня.