Дежа вю - не можешь срать, не мучай жопу

     Я медленно, словно закипающий чайник, подходил к той черте раздражения, за которой начинается натуральное бешенство. Полюбил я чтение с раннего возраста; как - то сам собой сформировался принцип прямого отношения и непосредственного воздействия именно чтива на мое настроение, хорошо, когда книга глотается влет, запоем, стремновато, когда читаешь просто от не хер делать, и уж совсем п...ц, как вот сейчас вот, когда абсолютно ничего не заходит. Конечно, я самоограничился, чотко так расставив приоритеты, во - первых, никакого говна на русском или советском, только и лишь переводная литература, желательно документальная, хотя беллетристика тоже иногда имеет место быть, но с неделю, что ли, бесило все и вся. Сраный Фрэнки Машина, гангстер, приходит к развесистой клюкве, когда сенатор США арестовывается прямо на своей прессухе, чего вообще быть не может. Это как убийства членов Верховного суда в говнокине с Жулькой Робертс. Никогда сенатора не арестуют, это покушение на национальную безопасность. Явно провинившегося свои же тихонько, без шума, задвинут на пензию, организуют скоропостижный инфаркт или автокатастрофу, как с поганкой шлюхой леди Ди, списав все косяки хоть вот на папарацц, по хер. Да и арестовать сенатора за убийство проститутки - нонсенс. Смерти шлюх и наркоманов не расследуют вообще, раньше, при Трумэне, даже писали в рапортах о нахождении криминального трупа, что человеческих жертв нет, зачем тратить время на убитую тварь или дозанувшегося по своей воле мудака ? Я понимаю, что американские свиньи агрессивно формируют определенное представление, но это же для лохов, для говенных домохозяек, для тупых тинейджеров, я же себя в эти категории  ну, никак не отношу, какого хера жевать клюкву, приводя себя в бешенство ? А вот х... вот вам вот, товарищ Лоськов !
    - Вряд ли американец будет носить такую гнусную фамилию, - произнес я, скачав печальную историю Джека Бриллианта и пару - тройку ниггерских новелл Честера Хаймза, - ему ее сократят для удобства, так что не товарищ Лоськов, а мистер Лос.
    - Лос - Лобос ! - жизнерадостно орал Чич Марин, косо поглядывая в объектив кинокамеры распластавшегося по асфальту оператора, кем был, вне всяких сомнений, мудак Тарантино, придумавший новый способ извратить сценарий, работу оператора и режиссера, прекрасно понимая, что срать ему и срать до Фрица Ланга и того же молодого Скорсезе, вот они все, суки рваные, и придумывают х...ю на ровном месте, делая мне омерзительно своими изъё...ми. - Лос - Ангелос !! И толстый - толстый слой шоколада.
    Тарантино что - то подсказывал с асфальта, беззвучно артикулируя губами, и Чич, вспомнив текст, склонял свою дикую рожу вниз и орал :
    - Фака !!!
    - Ни х... себе новация, - изумлялся на премьере еврейский продюсер Харви Вайншток, пока ему упорно и трудолюбиво насасывали в два рта Тарантино и Ума Турман, - зрителя прямо на хер шлют.
    - Скоро технологии до того дойдут, - мрачно пророчил его неразменный приятель Мартин Скорсезе, с восторгом слушающий чмокающие звуки, исторгаемые деятелями мира большого кина, - что актеры станут харкать в рожи зрителей.
    - Вот нехай и хавают, - реготал смешливый Харви, как всегда правильно оценивая ситуацию.