Опасные улыбки. глава 25. end

Вернувшись из отпуска, Татьяна обнаружила странную метаморфозу. Алена сияла истеричным, почти болезненным счастьем, смеялась слишком громко и без повода. Наташа, напротив, похорошела и приобрела уверенную, почти властную осанку. Даша же глухо засела на удалёнке, словно её окончательно стёрли с поля боя.

Татьяна ждала Павлика. Как ни парадоксально, она всегда ждала его появления, и за девять лет ни одна его подлость, ни один выкрутас не убили в ней этой странной, тёплой привязанности. Просто она чувствовала родство с ним даже в худших его проявлениях, и в том, что несмотря на вечные маски, он был удивительно искренним временами. На фоне бурных страстей её брака Павлик и вправду казался почти славным парнем. С мужем она успела и сбежать двадцать раз, и выпороть его ремнём, когда он оказался беспомощным, имея глупость ее разозлить придирками к дочке, и выбросить в окно свадебное кольцо, и наизменять от скуки, а еще потому, что она была не в состоянии и ночи прожить без мужчины рядом, которые почему-то соглашались нянчиться с ней, а она всерьез используя их как успокоительное, а все остальное - честную плату... Впрочем, это была уже совсем другая история.

Сердце ёкнуло от знакомой радости, когда она увидела его блондинистую, вечно юную мордашку. Само собой, она холодно бросила: «Привет», — и равнодушно спросила, как дела.

Он быстро окинул её оценивающим взглядом, но на микросекунду в его серых глазах что-то потеплело, чтобы тут же снова стать ледяным.
— А, привет. Как ваш отпуск?
— Прекрасно. Ты не в курсе, что с Аленой? Она всё время жизнерадостно хохочет.
— Хм-м… вообще не заметил.

Вошедшая Наташа тут же завладела его вниманием, обсуждая рабочие моменты тоном эксперта. Заглянувшая было Алена болезненно захихикала и выскользнула, словно обожжённая. Таня изучающе уставилась на Павлика.

— А куда вы Дашу дели?

— Ой, не знаю, — отмахнулся он. — Вы же сами ей разрешили работать раз в месяц.

— Не раз в месяц, а дважды в неделю, — начала было Татьяна, но Наташа снова вклинилась экспертной репликой, а Павлик грубовато перебил Таню.

Тут она вскипела, как в старые добрые времена, и когда он обратился к ней с вопросом, зазвенела на весь кабинет:

— Ты серьёзно считаешь, что нагрубив женщине, ты будешь и дальше, как ни в чём не бывало, сметь со мной разговаривать?!!

Она кричала что-то ещё, но Павлик смотрел на неё почти с восторгом, словно был безмерно рад, что она вернулась — именно такой. Он извинился — изящно, с достоинством, почти по-рыцарски. Инцидент исчерпал себя. Пришедшая как на зло Даша насмешливо бросила Павлу: «Что, получил?» И дальше всё пошло стандартно, кроме одного: Татьяна кожей ощущала, что все стали другими за время её отсутствия. Алена, скорее всего, была унижена вниманием Павла к Наташе. Даша поджала хвост — видимо, он наконец жёстко отбил её домогательства, но теперь, возможно, чувствовал досаду: прыгающая вокруг него смазливая дура была нужна ему для подпитки эго.

Но больше всех Татьяну шокировала Наташа, которая вдруг заговорила, когда они остались наедине:

— Надеюсь, у вас ведь ничего нет с Павлом? А то я вам не стану подругой.

Татьяна смотрела на неё почти в панике. «Может, он им всё-таки что-то подмешивает?» — думала обалдевшая главбух, тщетно пытаясь собрать рассыпающуюся картину реальности.

— Ой, какая вы красивая сейчас с этой помадой! — вдруг убедительно сказала Наташа. — Признайтесь, в вас же был влюблён начальник склада, Кротов? Это всё мне объясняет. Поэтому он так недобр с вами и придирается по мелочам.

Татьяна, на всякий случай, закивала, решив, что согласие — единственный безопасный выход. Мало ли, Наташа кусается?

Потом она рассказала всё это Павлику, который подвозил её, как обычно, до остановки. Им дорогу перебежала серая лиса.

— Ты не знаешь, почему нам всё время всякие звери дорогу перебегают? — спросила Татьяна недоумённо.

Он рассмеялся — тем самым серебристым мальчишеским смешком, который она так любила. В самом деле, им часто перебегали дорогу зверьки. Возможно, потому что промзона находилась на окраине, у леса.

— Наташа меня самого пугает, — невинно пожал он плечами.

Она рассмеялась одними глазами и продолжила слушать музыку, которую он ставил в их поездки. Удивительно точно попадавшую в её вкус. Как и всё в этой странной, бесконечной игре, которой не намечалось конца.