Зимнее утро

     В это солнечное январское утро всё было тихо. Снег лежал ровной пеленой. Ветер не завевал его в связки. Слегка касался всего, до чего доводилось дотронуться. Между домами струилась довольно широкая тропинка. На дальнем её конце обозначился  силуэт кота. Он шёл не торопясь – хозяин дороги, насколько хватало глаз. Был чёрного, но не угольного оттенка, а так … Я не люблю чёрных котов. Они напоминают мне гоголевскую нечистую силу. Если они попадаются навстречу, я стараюсь обходить их стороной. Подальше от тёмного. Кто их знает, что они предрекают, все эти зверьки. Народная память метит их не зря. Пушкин боялся зайцев, и, как выяснилось, не случайно. Один такой перебежал ему путь, когда он собрался ехать свататься, другой, попавшись ему на дороге в декабре 25-го года, отвратил его от появления в мятежном Петербурге. То есть, вопреки суеверию, отвёл от беды. Но коты и зайцы всё равно остались в памяти народной как вестники тёмных сил.
     Но бог с ними, зайцами, Тут навстречу двигался другой вестник мистического мира. Правда, в этот раз он не вызвал во мне никаких дурных предчувствий. Дорога была пустынна и прекрасна, пока на другом её конце не показались два охламона. Кот тотчас свернул в сторону. Может быть, у животных существуют свои приметы и суеверия, которые, к несчастью, слишком часто оправдываются.
Охламоны нагнали меня через несколько шагов. Один почтительно обошёл стороной, другой сказал: «С Новым годом!».