11. Идут бараны и бьют в барабаны. Валерия

Я твердо решила возвращаться домой. В Россию. Немедленно. Ксюша помогла поставить точку. Мы с ней вчера на рынок ходили. Как она и задумала. В рамках моей китайской адаптации.

В качестве отступления поведаю, что я с уважением отношусь к стейкам, эскалопам, антрекотам, любому тушеному, вареному и жареному мясу. Если только оно не баранина...

В общем, даже седло барашка для меня не деликатес, а тошнотворная субстанция . Запах приготовленного блюда из мяса этого животного, пусть и в ресторане, и даже в Мишлене (если он таковой экзотикой занимается), ввергает меня в дикий ужас. Ненавижу...

А Ксу провела меня на рынок, где аккурат ягнятами торгуют.

Сначала я ничего плохого не заподозрила. И с удовольствием брела себе по пространству, по обе стороны от которого располагалось огромное количество палаток.

Потом пригляделась, что продают. Ковры, кинжалы, ювелирные украшения, халаты, шапки, орехи и фрукты. И...

И баранов. Или ягнят. Без разницы. Оказывается, мы со свекровью именно за таким мясом и пришли. Чтобы приготовить то ли плов, то ли что-то такое. Вроде пулао называется. Жирное, баранье и ароматное. На её вкус. И невероятно вонючее, на мой.

Увидев моё брезгливое выражение лица, Ксу подвела меня к готовой пище. Заставила попробовать известное мне лакомство типа самсы. С бараниной. Я откусила и выплюнула. Не могу.

День был испорчен. Свекровь сильно разочаровалась. Дело в том, что об этом шанхайском воскресном рынке слышали немногие. Даже сами жители Шанхая. Поэтому она считала, что я окажусь в полном восторге. Такой сюрприз мне приготовила...

Типа, куплю вместе с ней ягнёнка и захочу возвращается сюда вновь и вновь. Чтобы радовать своего любимого Вэнмина национальными китайскими вкусностями.

Баранина — популярный продукт в местной кухне, особенно в блюдах, приготовленных на гриле и в горячем горшочке. Хоть так, в общем, хоть эдак.

Вот мы и должны были сегодня стряпать не то пулао, не то хот-пот. Со свежими овощами и зеленью...

Осознав то, что я никогда не стану своей на китайском празднике жизни, я твёрдо сказала Ксюше, что не ем баранину и никогда не стану её готовить.

Что я привыкла жить по другим обычаям. Что понимаю, что приехала в чужую страну и должна подчиняться законам её гостеприимства и исполнять обязанности гостя. Но...

Потом вдруг резко вспомнила, чему меня Венька учил, и изменила тон. Затараторила. Дескать, все так и будет. Потом. Когда научусь. Когда привыкну. Постепенно...

Ксу нахмурилась и выдала мне:

— Валерия, ты очень плохо говоришь по-китайски. А думать по-нашему ты ещё совсем не можешь. Я бы решила, что ты не любишь моего сына, но решила дать тебе ещё один шанс...

Я перепугалась до смерти. Что меня еще заставят готовить и есть?

Вспомнила, что китайцы не только баранину уважают, но и диких животных употребляют. Помните Ухань и ковид?

— Ты не сможешь там жить, — выплыло из прошлого заплаканное лицо Аллы, отговаривавшей меня от опасного замужества, — они там экзотику едят, — она всхлипнула. — Живая змея, подумай, живая – фирменное блюдо китайских поваров. В ресторанах её жуют, когда она ещё двигается...

А Анька засмеялась:

— А еще эмбрионы утки - известное китайское блюдо. Они употребляются в пищу тогда, когда вот-вот должны вылупиться из яиц, но до конца еще не сформировались. Сырыми, — подчеркнула она, сама себе не веря...

Видимо, все это я бормотала вслух. Потому что Ксюша расхохоталась и добавила жару в мои тревоги:

— В Китае часто новорожденных мышей едят. Палочками для еды. И подают под острым соусом. Блюдо называется «три писка», потому что оно звучит трижды: первый раз – когда мышат захватывают палочками для еды, второй раз – когда их обмакивают в соус, и третий последний раз – во рту едока...

Я потеряла дар речи, не понимая, она шутит или говорит всерьёз. Остановилась. Посмотрела на Ксу. У неё чертики в глазах плясали. Поди, тоже, как я, интернет пользует...

Но главное не это. Я вдруг увидела, что моя свекровь отлично выглядит. Я не знаю, сколько ей лет. Наверное, около пятидесяти. Судя по возрасту старшего сына Веньки. И ни одной морщинки...

Кожа чистая и свежая. И макияж незаметный. И серёжки ручной работы. Я в этом понимаю.

А что касается типа внешности, так я уже привыкла к китайским лицами и начала понимать их красоту. Или некрасивость. Ксу была красавица...

И, главное. Она меня понимала, когда я начинала от неожиданности или по другим причинам говорить по-русски. Кто она? Агент китайской разведки? Профессор кислых русских щей? Или полиглот-любитель?