Новый год 2026 Конь-огонь

  «Стоял светлый, но не яркий день. Снега немного: он лишь припорошил землю тонким слоем, приоткрывая местами бурую лесную подстилку и корявые корни. Берёзы стоят обнажённые, их ветви ресницы едва тронуты белизной; тёмные стволы сосен контрастно проступают на светлом фоне.

  Воздух неподвижен и прозрачен, пахнет сухой хвоей и морозной древесиной, хотя мороза нет — лишь лёгкая свежесть, будто дыхание спящего леса. Тишина густая, плотная: ни скрипа ветки, ни шороха, ни птичьего голоса. Деревья выстроились в безмолвный строй, словно замерли в ожидании…» - ржал сам над собой медведь, вслушиваясь в ровный скрип снега под могучими лапами. «Шатун, шатун… Совсем, я не шатаюсь. Назначили нынче смотрящим, вот и хожу» - но тут его мысли оборвала непонятная картина. Мелкая живность, с шумом кучковалась вокруг старой березы и слишком сильно шумела для зимы, которую никто не отменял. Шуганув мелочь, чтоб не потоптать, он увидел приколотую на сучек записку следующего содержания: «В связи с техническими проблемами истечения времени, новый год переносится на неопределенный срок. Подпись Небесная канцелярия». «В целом конечно ничего страшного» - подумалось медведю, но: «Как же бочонок меда на рябине, заготовленный как раз для этого случая? Непорядок! Срочный сбор! Ответственным прибыть в установленное время к дежурной берлоге…» - как-то так подумалось ему, и от переизбытка чувств пришлось завалить ближайшую осинку. На этот грохот тут же слетелись разные птички, а уж они-то быстро собрали всех на общей поляне.

  Попросив всех заткнутся грозным рыком медведь зачитал всем содержание полученного послания. После паузы осмысления, начался галдеж: «Не может быть! Такого никогда не было в нашем благополучном лесу». Потом перешло в: «Да как же так… Охренели, что ли в конец... Я вам всегда говорила…». Начались мелкие стычки, которые медведь моментально пресек грозным рыком и ударом лапой о землю. Тут же началось: «А может и нафиг этот новый год, надоел, каждый год одно и то же…Это все бобры воду мутят, я им никогда не доверял, давайте с ними договоримся… что за канцелярия такая, кто ее видел…». Услышав первое: «Нет так нет.» - медведь снова ударил лапой о землю, и все решили, что будут спасать новый год. Стали думать, рассуждать. «Не запретили, т.е праздник остается. Перенесли, т.е не хватило времени. Но время исправить ситуацию еще есть! Но как?» - на этом поток мыслей вновь оборвался и начались склоки… «Я слышал все можно намайнить, давайте недостаток намайним» - тихо прошипел уж. Но его никто особо не услышал. «Намийним! Намайним!» - подхватил петух, и его уже услышали все. Как обычно в лесном «бардаке», после решения, начался разброд и братание, которое остановил громкий тигриный рык: «Как?».

  Тут все резко задумались. Оказалось, кроме слова «майнить» никто больше ничего дельного сказать не может.  Тут лось, мотнув головой, так что на мягкий снег упали рога, произнес: «Осел! Он же лет десять всем предлагал купить какой-то бубон». «Где осел» - взревел медведь, которому уже надоел этот бесполезный треп. Звери расступились и все обернувшись увидели осла, стоявшего одиноко в конце толпы. От удивления и такого резкого внимания, он открыл рот, из которого на снег выпала веточка свежей лаванды. Поднялся удивленный ропот. Делая шаг назад от такого, осел споткнулся о корень дерева под снегом и сел на попу. И тут все увидели, как на серых копытах, показавшихся из-под снега, блеснули золотые подковы.

  Больше осла никто ни о чем не спрашивал. Его взвалили на еловые ветки и повезли в сторону большой берлоги, которую единогласно назначили главной базой мероприятия. Осел ехал и постоянно повторял: «Арбитраж, арбитраж…» - но на это уже никто не обращал внимание. По прибытию на базу осел немного протрясся и выдал: «Необходимо оборудование, тащете что есть из персоналок». Я слышала какой-то чебурнет будет нужен – пропищала мышь. Обойдемся лесонэтом – ответил осел и все разбежались. Осел вскоре вернулся, раскрыл во главе берлоги, рядом с медведем, тонкий металлический предмет и все увидели на крышке изображен золотой обгрызанный орех. «Это, что за фигня у тебя?» - засмеялся барсук, втаскивая в берлогу ящик больше себя размером, с огромной прорезью на передней панели: «Покоцанный что ли?». Осел ничего не ответил, просто сказал: «Свою хламину вот в тот угол». По маленьку парк разрастался. Осел сортировал оборудование, давал рекомендации по подключению, и все чаще остервенело стучал копытом по клавиатуре, вглядывался в экран, раздавал команды. Берлога заполнилась мерным шумом, покрылась разноцветными мигающими огоньками.

  Стало тепло. Медведь оживился и стал принесенный хлам, из угла выносить на улицу, периодически, по-отечески трепать осла по голове и раздавать адекватные указания. Например смекнул, что мышки, ежики и прочая мелочь тащат шнурки, переходники, в лучшем случае флешки. Распутав иголки очередного ежика от очередного кабеля, он решил: «Хватит. Все, кто меньше зайца, больше ничего не приносите!» - стало легче. Тут конь притащил остановившиеся часы с кукушкой и радостный стоял, занимая значимую часть помещения, когда его находку применят. Уходить не хотел. Волк с воем повесил их на корень, торчащий из стены, и вытолкал коня наружу. Осел только благодарно помахал ему, не отвлекая взгляда от экрана, мигающего загадочными цветами.

  Вечерело. Лес все больше приобретал сказочной загадочности, а в берлоге осел подозвал медведя и указав на бегущее к 2026 число сказал обреченно: «Не успеваем». Медведь взревел и обреченно опустился в углу. Тут же вскочил, взревев и потирая зад. Из норки вылезла оса. «Кабан тащи с улицы, что выглядит поновее!» -взревел он. «Оса, Паук лезьте во внутрь цепляйте что живое напрямую, благо проводов натаскали» - поддержал кабан. Началось невидимое движение. Что-то щелкало, начинало попискивать, помигивать выдавая признаки жизни. «Миша молодец! Еще, еще!» - поддержал осел. И тут стоящие часы заорали: «Ку-Ку». Распихивая всех, с вопросом на морде к ослу, влетел конь. Тот просто повернул к нему экран. На нем красовалась цифра 2026.

С новым годом!