Тик-так по новой

Чон Хи Сон стоял на балконе своей безупречной, но такой пустой квартиры и смотрел на звездное зимнее небо. Он ничего не чувствовал — лишь пустоту внутри и тихую злость на всех: на нудных коллег, на бывшую жену, на шумных соседей, которые даже в новогоднюю ночь умудрились нарушить тишину. Через час будет Новый год, а мужчина даже не накрыл стол. Ему некого было приглашать: жена недавно ушла, родственники жили в других городах, а друзья уже вовсю отмечали праздник со своими семьями. Как же он им завидовал. Хи Сон всегда мечтал о любящей супруге, радостных детях и пушистой собачке, но из-за тяжелой работы у него не оставалось времени ни на что. Впрочем, еще вчера он утешал себя мыслью, что может купить себе все что захочет, поэтому одиночество не казалось ему такой уж трагедией.
Его размышления прервал звонок матери, которая хотела поздравить сына с Новым годом. С тяжелым вздохом он взял трубку, но, не успев сказать ни слова, связь оборвалась из-за плохого интернета. «Все как всегда. Почему всё идет наперекосяк? Даже родная мама не может меня поздравить!» — Хи Сон был в ярости. Уже который праздник повторялась одна и та же история. Он швырнул телефон на диван, налил себе бокал шампанского и вернулся на балкон, где уже вовсю мигали салюты, а во дворе кричали радостные дети. Взгляд сам собой упал на маленькую девочку, которая одна сидела на лавочке. В руках она крепко прижимала к себе одну варежку. Видимо, не только у него этот год начинался плохо. На часах было 00:05. Он опустил голову и медленно направился к дивану, где лежал телефон. Настроения не было вовсе, поэтому, удобно устроившись, мужчина прикрыл глаза и вскоре задремал.
Ему снилось, будто кто-то с размаху бьет ему по голове молотком, а он не может даже крикнуть. Новая волна боли пронзила тело — и Хи Сон открыл глаза, обнаружив себя на полу. Он просто упал с дивана во сне. С трудом придя в себя, он поднялся, потирая ушибленный бок, и, хромая, подошел к полке с часами. «Что за ерунда? Часы что ли сломались?» — хрипло произнес он, увидев на электронных часах 23:30, 31 декабря 2025 года. Он поставил их обратно и, достав из кармана телефон, удивился еще больше: там было то же самое время, даже звонка от матери в истории вызовов не значилось. «Неужели временная петля? Может, стоит сделать то, на что раньше не решался?» — эта мысль не выходила у него из головы еще минут двадцать, пока телефон снова не зазвонил. Как и в прошлый раз, звонила мама, и все повторилось: помехи, обрыв связи. Соседи сверху продолжали неистово шуметь. Терпеть это было уже невозможно, поэтому раздраженный мужчина быстро привел себя в порядок и побежал на этаж выше, чтобы наконец высказать все, что он думает.
Поднявшись, он грубо постучал в дверь. Когда открыла девушка лет тридцати, он просто накричал на нее. Было видно, что она вот-вот расплачется, но, к сожалению, Чону было все равно. Ему просто хотелось тишины, а то, что он мог задеть ее чувства, его не волновало. Хлопнув дверью перед носом соседки, холодный и раздраженный мужчина вернулся к себе, когда на часах было уже 23:55. Он снова сел на диван, налил шампанского и решил никуда не ходить, а встретить Новый год прямо здесь. Однако в 00:05 он снова внезапно отключился и проснулся в 23:30 31 декабря.
«Опять? Серьезно? И что мне делать? Ладно... теперь я вообще с места не сдвинусь», — Хи Сон облокотился на спинку дивана и просто ждал, когда на небе появится первый салют. Но, устав сидеть без дела, нетерпеливый мужчина резко встал, чтобы допить свой напиток, — у него потемнело в глазах, а на часах снова было 00:05. Значит, все повторится вновь.
Еще раз пять Хи Сон пытался что-то изменить, но тщетно. Временная петля держала его в железной хватке, и вдруг его осенило: «Может, это испытание? И пока я его не пройду, время не сдвинется с места...» Подумав так, он со всех ног бросился к вешалке, натянул куртку и выскочил на лестничную клетку. Первой мыслью было вернуться и махнуть на все рукой... но он быстро отогнал ее и с максимально (хотя и натянуто) дружелюбным выражением лица направился к квартире той самой девушки сверху.
— Добрый вечер, — он постучал и, когда дверь открылась, продолжил, — я, конечно, не Дед Мороз, но очень хочу помочь вам наконец-то закончить этот ночной ремонт. Вы не против?
— Ой... Здравствуйте, простите, что мешаю, — смущенно ответила девушка, несколько раз слегка поклонившись. — Я живу одна, работаю до позднего вечера, даже по выходным, вот и пытаюсь сама и картины развешать, и шкаф собрать...
— А почему вы меня не позвали? Впустите, я помогу, — лицемерно улыбнулся Хи Сон, хотя соседка, надо признать, была ему симпатична.
— Конечно, заходите! Меня, кстати, зовут Кан Ми Рэ. А вас? — она робко указала на стопку картин у стены.
— Меня... Чон Хи Сон. Просто Хи Сон, — немного запнулся он.
— Красивое имя... Вот эти картины, пожалуйста, сюда. И давайте на «ты», если не против, — предложила Ми Рэ.
Закончив с помощью, он взглянул на телефон: было ровно 23:50. Значит, сейчас должна позвонить мама. Так и случилось, и в этот раз разговор наконец состоялся без помех.
«Сынок, с Новым годом! Пусть у тебя все будет хорошо, найдешь настоящую любовь, и все следующие праздники будешь встречать не один. Мы бы с радостью приехали, но билеты дорогие, да и ты сам через неделю в гости собрался. Не грусти, хорошо?» — прозвучал до боли знакомый голос.
Хи Сон был счастлив, что смог нормально поговорить с матерью и сказать ей в ответ самые теплые слова.
— Хи Сон, постойте, — окликнула его Ми Рэ, когда он уже собирался уходить. — Я случайно услышала, что вы сегодня один... Может, встретим Новый год вместе?
— Это... хорошая идея. Только мне нужно сейчас кое-куда сходить, а ты тем временем собирай угощение и спускайся ко мне, — он с удовольствием помог бы ей донести все, но его ждало еще одно небольшое, неоконченное дело. Варежка.
Спустившись во двор, Хи Сон увидел, что девочка все еще сидит одна, крепко сжимая в руке красную варежку. Судя по всему, вторую она потеряла, а родители в это время готовили фейерверки на соседней площадке. Спустя три минуты поисков он нашел пропажу и, радостный, вприпрыжку подбежал к малышке, торжественно вручив ей варежку. Ее глазки засияли, а воздух вокруг наполнился искренней благодарностью. Хи Сон погладил ее по голове, отвел к родителям и помчался обратно в квартиру.
Часы всё так же тикали, но их звук теперь казался не метрономом пустой жизни, а ритмом новых возможностей. Он взглянул в окно, где взрывались фейерверки. Он не нашел волшебной любви, денег или глобального смысла. Он нашел **связь**. Маленькую, хрупкую, человеческую. Ми Рэ тоже была счастлива — теперь никто из них не встречал праздник в одиночестве. Хи Сон посмотрел на полку и облегченно выдохнул: на часах было 00:06. Новый год наконец-то наступил. Теперь уже точно.