Мой друг

      
       Владимиру Михайловичу Белко за семьдесят. Но, не зная об этом, глядя как бы со стороны, – сделаешь круглые глаза – он всегда куда-то спешит, торопится, а часто произносимой фразой является: «Все, время пошло!» Он где-то продолжает работать, занимается общественной деятельностью, участвует в спортивных соревнованиях по стрельбе, метанию ножей и топоров, кстати весьма успешно, а в оставшееся «свободное» время является активным дачником.

       Мы с ним иногда пересекаемся, но только как соседи по гаражу. И то, что он полковник милиции в отставке, да еще и кавалер ордена Мужества, узнал я недавно.

       Как известно, орденом Мужества награждаются лица за смелые и решительные действия, совершенные при исполнении воинского, гражданского или служебного долга в условиях, сопряженных с риском для жизни. Когда идут военные действия обывательский интерес к такой награде и награжденным этим орденом лицам из-за определенной массовости постепенно теряется, но получить такую награду в мирное время – это, как минимум, местная сенсация.

      В 1994 году Владимир Михайлович в экстремальной ситуации в одиночку задержал очень опасного преступника. Как показало потом дальнейшее расследование, за группой этого преступника тянулся длинный шлейф преступлений, совершенных в разных городах.

      Мое журналистское любопытство обострилось и переросло в желание взять интервью.

      Встреча состоялась, однако Владимир Михайлович, дипломатически, как скромный благодарный ученик, с аккуратной настойчивостью «перевел стрелки» со своего жизненного пути на своего бывшего наставника, Волина Анатолия Федоровича, – подполковника милиции в отставке, прослужившего более 30 лет на оперативных должностях. Выйдя на пенсию, Волин восемь лет преподавал в филиале Краснодарского университета МВД РФ, а свой служебный опыт отразил в мемуарном двухтомнике «Будни ушедшего века» (повести и рассказы о новороссийской милиции). Лаконичной фразой: «Своими успехами я обязан ему» Белко окончательно склонил меня к новому варианту беседы.

      Это оказалось еще большей интригой, потому что, как известно, весь мир развивается от того, что ученики идут дальше своих учителей. А хороший наставник не только учитель, обладающий большими знаниями в своей области и умеющий их эффективно передавать, он – проводник по жизни и друг, который помогает профессионально расти, поддерживает и вдохновляет.

      После уличной жары в помещении было прохладно и от запаха свежезаваренного кофе по-домашнему уютно. Мы удобно устроились. На серьезном лице Владимира Михайловича как будто расправились морщинки и появились еле заметные особенные душевно-добрые черты. Он начал рассказывать о своем учителе.

       – В 1976 году я, неопытный молодой лейтенант после окончания специальной средней школы милиции, был назначен на должность оперуполномоченного уголовного розыска в РОВД города Новороссийска. В качестве наставника мне определили заместителя начальника РОВД Волина Анатолия Федоровича. Его наставления всегда были четкими, понятными, подкрепленными реальными примерами из жизни оперативников РОВД. Своего опыта оперативной работы у него было к тому времени уже более чем достаточно, но на мои просьбы – рассказать, уклончиво отвечал словесным оберегом:

      – Учись профессии, и пусть на твоем пути как можно меньше встречается вооруженных бандитов, убийц и прочей крупной нечисти.

      Однако об одном ярком и необычном деле Волина я узнал из рассказов сослуживцев своего наставника.

      Необычность этого случая заключалась в том, что «объектом внимания» преступников оказался женьшень, и не где-то на Дальнем Востоке, а в нашем Краснодарском крае, в станице Васюринской, где находился филиал Всесоюзного научно-исследовательского института лекарственных и ароматических растений.

      Тревожный звонок в Москву о пропаже 20 растений женьшеня с опытной делянки научного руководителя филиала очень быстро вернулся назад: через МВД в ГУВД Края и оттуда – в РОВД. Все понимали, что дело было на особом контроле у начальства и поэтому расследование поручили Волину.

      Оказывается, бывают не только оперативные, но сверхоперативные действия. Приехав на место происшествия, в течение одного дня Волин досконально изучил ситуацию, опросил более десяти человек, имевших прямое и косвенное отношение к происшедшему. Скрупулезно проанализировав версию участкового о причастности младшего научного сотрудника, четкие следы от сапог которого были во множестве оставлены на злополучной делянке после полива, Волин понял, что преступник таким способом хотел выиграть время, и пустить следствие по ложному следу. Он вычислил преступника – недавно уволенного за халатное отношение к своим должностным обязанностям охранника и, в присутствии участкового и понятых, уже вечером этого же дня из багажника потрепанного «Жигуленка» бывшего охранника извлек всю, еще «бодрую», пропажу.

      В результате все были очень довольны. – Владимир Михайлович сделал паузу.
      – Кроме, конечно, бывшего охранника. – и с юмором добавил:
      – Если не умеешь охранять, то хотя бы не воруй!

      Отхлебнув остывающий кофе, Владимир Михайлович продолжил.
      – Участившиеся квартирные кражи, совершенные одним «почерком» – забирались только драгоценности, долгое время не давали мне покоя. Наконец вор был пойман и, хитря, сознался в совершении только одной незначительной кражи. При этом придуманными объяснениями фактически отказывался сообщить о месте нахождения тайника со всеми украденными ценностями. Я интуитивно чувствовал его вранье, но доказать не мог и расследование застопорилось.

      Во время моего очередного доклада о ходе расследования Анатолий Федорович как-то отрешенно задумался, потом прервав меня, сказал:

      – А ты отпусти его. Опешив, я спросил:
      – Как отпустить?
      Он повторил:
      – Отпусти, отпусти – и открыл свой замысел.
      – Подключай наружное наблюдение, ходи за ним, не выпуская из виду, и он приведет тебя к тайнику.

      В этом случае опыт и интуиция Волина сработали очень эффективно – уже через несколько часов я держал в руках узелок с украденными драгоценностями. Преступник был полностью уличен и понес заслуженное наказание.

      Еще немного кофе, и мы окунаемся в события 1979 года.
      – В РОВД обратилась женщина с заявлением о краже денег в сумме 25000 рублей (по тем временам – очень большие деньги). Эта женщина была большим оригиналом – деньги она хранила на работе в алюминиевом бидоне среди невостребованного хлама. В процессе проверки по факту заявления подозрение пало на одну из коллег потерпевшей. Однако подозреваемая неожиданно оказалась человеком с удивительно хорошей репутацией. Она искренне призналась в содеянном, объяснив свой спонтанный поступок каким-то наваждением. Деньги в полном объеме были возвращены, а заявитель попросила не принимать никаких карательных мер в отношении «вора», поскольку судебное наказание испортило бы ей всю жизнь. Анатолий Федорович пошел навстречу оступившемуся человеку, проявив при этом свои гуманно-воспитательные качества.

      Наставник очень многое значит для ученика: он видит и развивает его способности, передавая свой опыт, помогает ему профессионально расти, приобретать нужные знания и навыки.

      Успехи «ученика» радовали Анатолия Федоровича, их видело и более высокое начальство, но только наставник видел в нем еще больший потенциал и не переставал напоминать о необходимости продолжить образование. Действуя в ущерб своим служебным интересам (он на несколько лет терял хорошего оперативника), Волин, тем не менее, неоднократно обращался к начальству о направлении Белко на дальнейшую учебу. Наконец, в 1979 году, его стараниями Белко Владимир Михайлович поступил в Киевскую высшую школу МВД СССР...

      И вот таким, с его профессиональной мудростью, интуицией, заботой о сотрудниках и гуманным отношением к людям, буквально крупными мазками, фрагментарно, нарисовал портрет своего бывшего наставника Волина Анатолия Федоровича его бывший ученик Белко Владимир Михайлович.

       Старания наставника нередко перерастают в крепкую дружбу с учеником. Свою дружбу оба берегут в равной степени всю жизнь. Дружба Волина и Белко продолжается почти 50 лет. После перенесенной болезни Волин не водит машину, но с постоянной регулярностью Белко заезжает за ним, и они вместе едут на свои дачи, расположенные по соседству.

      Время нашей беседы заканчивалось – «Ученику» опять куда-то нужно было успеть. Хотя задуманное интервью не состоялось, я, тем не менее, чувствовал удовлетворение от услышанного. А от приятного послевкусия нашей беседы возникла только одна мысль: «Дай Бог каждому встретить в жизни такую дружбу!»

      Мерно шумел кондиционер, посылая прохладу и вводя в расслабленное состояние…

       Вдруг из глубины моего подсознания выплыла великолепная песня Игоря Крутого и Игоря Николаева «Мой друг», которую я когда-то в их исполнении впервые услышал на концерте, посвященном российским спасателям:

       …«Мой Друг, ты уж меня прости
        За все, что нам пришлось пройти.
        Мой Друг, на повороте дней
        Вижу, я все ясней,
        Кто настоящий друг.
        Друг не тот, кто в застолье крут,
        И когда за здоровье пьют
        Друг не станет тебе кричать –
        «Пей до дна».
        Друг почувствует, что тебе
        Стало холодно на земле
        И согреет своим теплом
        Без вина»…