Дунаевский и Шульженко

(Четыре встречи, которых не было)  12+
Театр «МнаК»
Режиссёр и автор оригинальной идеи Екатерина Лисовая

— Не могу я петь «Широка страна моя родная», — жаловалась она Жаку,  а прочтя газету, расплакалась. — Я очень люблю Дуню, но сколько я прошу его, чтоб написал для меня, и все без толку. <…>
— Дунаевский теперь очень высоко. Он пишет прекрасные песни. Но те, которые от него
требуют, — Илья усмехнулся.
— Так грустно… Ничего не хочется, ни петь, ни жить, — Клавдия вздохнула.
(В. Хотулев. «Клавдия Шульженко. Жизнь. Любовь. Песня»)

Как тепло и уютно перед Новым Годом в Театре МнаК! Сегодня нас ждёт ностальгическое путешествие в  30-е — 50-е годы прошлого века, когда сочинял свои мелодии великий советский композитор Исаак Дунаевский и блистала на  сцене певица Клавдия Шульженко. Что связывало этих известных творческих личностей? Пути-дорожки, по которым вела их жизнь, то и дело пересекались друг с другом. Не так, чтобы часто, но каждый раз памятно.

А ещё их связывала песня,  не известная в начале спектакля «Дунаевский и Шульженко. Четыре встречи, которых не было» ни композитору, ни исполнительнице.  Ещё не родившаяся, но столь желанная, что сама Судьба то и дело сталкивала этих творческих личностей,  напоминая страшно занятому  Исааку Осиповичу громким голосом Клавдии Ивановны: «Великий советский композитор у Шульженко песню зажал!»

Спектакль сей — история веселая и грустная, основанная на реальных фактах. Кроме Шульженко  и Дунаевского, роли которых исполняют Екатерина Лисовая  и Даниил Коробейников, в постановке есть ещё два персонажа. Это Владимир Коралли, муж Клавдии Ивановны (артист Артём Мосин-Щепачёв) и Ляля(актриса Ольга Берестенко).
И если о Коралли, известном куплетисте и конферансье, всем известно, то кто же такая прекрасная блондинка Ляля? Право же, стоит об этом задуматься, ибо ее яркая внешность и прекрасный сильный голос сего достойны. Поразмыслив об этой таинственной женщине, то и дело появляющейся в жизни главных героев, я пришла к выводу: Ляля — образ собирательный, образ всего советского народа, прошедшего нелёгкий, но славный путь.  Народа, которому «песня строить и жить помогала».

Поначалу Ляля — всего лишь официантка в кафе, страшно сердитая на  Коралли и Дунаевского, уже не в первый раз просящих налить им пиво в долг…  Ради того, чтобы немного промочить горлышко, эти «райские птички» не только разыгрывают перед  официанткой спектакль с умирающим (в связи с отсутствием пива в желудке) Дунаевским, но и исполняют очаровательную песенку «Роман с квасом»:

«И он стоял и повторял:
«Какой у вас чудесный квас»,
А про себя твердил хитро:
«Вы лучше кваса и ситро!»»

А потом является Клавдия Ивановна,   певица в то время не очень известная, и просит композитора, пока  не «первого в Союзе», написать для неё песню.  И тот обещает…
При знакомстве с биографией Шульженко становится ясно, почему она так хотела, чтобы Дунаевский написал песню именно для неё, а не «просто песню», кою она могла бы исполнить. Еще совсем юной, бродя по Харькову, она то и дело читала на афишах: «Песни из личного репертуара исполняет певица такая-та»… И желание иметь свой собственный репертуар наполняло ее сердце.  А если вспомнить еще и о неудержимом темпераменте Шульженко, то веселая песенка «Не шути!» в адрес давшего ей обещание «Дуни», звучала совсем  не так уж и шуточно!

Но  вот певица Клавдия Шульженко становится известной. Как  две большие птицы взлетают ввысь ее прекрасные руки, воспетые в песне композитора Ильи Жака на стихи Лебедева-Кумача. А весь советский народ тем временем ждёт суровое испытание…

22 июня 1941 года начинается Великая Отечественная война, моментально уничтожившая счастливую, мирную жизнь. Коралли и Шульженко надевают солдатские гимнастерки и вступают во фронтовую агитбригаду, поддерживая  своими выступлениями боевой дух наших солдат.
И песни у  артистов теперь резкие, правдивые, на злобу дня. Вот такая, например:

«Порою у людей я вижу то же свойство,
И люди, как часы, таят и фальшь, и сор.
По внешнести, глядишь, он - образец геройства,
А в душу загляни - и трус, и паникёр».

Или — вот такая:

«Гадам нет пощады, и нет спасенья гадам.
Встретит ли их пуля, молодецкий штык ли,
Мы врага спросили: разве вас не били?
Может, вы отвыкли, может, вы забыли?»

Прямо мороз по коже, когда их слушаешь!

Встреча Шульженко в кафе с «Дуней» после войны, на мой взгляд, — самая волнующая сцена спектакля. И дело даже не в том, что Исаак Осипович, обласканный правительством и любимый народом, совершенно забыл о данном ей обещании. Артист Даниил Коробейников сумел в эти минуты настолько «стать Дунаевским», что в глазах его появились настоящие слёзы. Да и было от чего. Далеко не всегда приходилось композитору писать так хорошо получавшиеся у него лирические мелодии; частенько бывало, что наступал он «на горло собственной песне». «Дунаевский Иссяк» — едкий каламбур в газете, только что прочитанный композитором… Вот тебе и благодарность! Какая уж тут радость от собственного творчества?
Мы слушаем  арии из оперетт Дунаевского в исполнении героев спектакля.  Оптимизмом наполнены куплеты из «Вольного ветра». А строчка из романса Максима из оперетты «Сын клоуна»: «Счастье я погубил навсегда своею рукою» — кажется нам пророческой.

Эту встречу Дунаевского и Шульженко можно считать «вечером воспоминаний». Клавдия и Исаак смеются, воскресив в памяти приход юной певицы в Харьковский драмтеатр и душераздирающую  песенку «Шелковый шнурок», которую она исполнила на прослушивании под дружное хмыкание вежливых артистов.  Клавдия хохочет: как-то раз ей, дебютантке, даже посчастливилось сыграть в «Идиоте» роль Настасьи Филипповны! Правда, это была сцена, когда героиню уже убили,  и единственный ее  поклонник, отец, видел из-за полога только ее прекрасную белую руку…
И вдруг — прорыв, невероятный успех песни «Кирпичики», слова которой работницы фабрик переписывали сразу после концерта!

Воспоминания — это, конечно, хорошо, но где же ее, Клавина, личная песня? В каких таких ветвях апельсинового дерева она затерялась? Певица призывает в свидетельницы Лялю, и та соглашается: да, Исаак давно обещал написать песню для Шульженко, но обещание свое до сих пор не выполнил. Будучи сама человеком честным, Клавдия Ивановна не может и не хочет понять, почему «Дуня» находит время для чего и для кого угодно, но только не для неё!

Да, Дунаевский занят, очень занят… Но говорят, что если очень долго о чем-то мечтать, то все обязательно сбудется. Клавдия Шульженко мечтала о своей, специально для неё написанной песне, с юности. И сама судьба распорядилась так, что явилась на свет песня «Молчание», музыку к которой написал Дунаевский. И это была именно она, песня специально для Шульженко, прозвучавшая в фильме «Веселые звезды», где певица сыграла саму себя.
Затаив дыхание, внимаем мы мелодии вальса и простым, но очень проникновенным словам:

«Не спугни очарования
Этих тихих вечеров.
Ведь порою и молчание
Нам понятней всяких слов».

Ну вот и все… Певица спускается со сцены и обращается к нам, зрителям. Ведь если мы пришли сегодня на спектакль, значит помним старые добрые песни, от которых сильно  бьется сердце и вырастают крылья:

«Ведь песня людям так нужна,
Как птице крылья для полёта».

Поклоны артистов, игравших в этом спектакле, были тоже самыми что ни на есть музыкальными.  Прозвучал «Марш Энтузиастов» и  зрители, словно сговорившись, подхватили знакомые слова. И приятно было видеть, что несколько молодых людей тоже подпевали артистам:

«Нам нет преград ни в море, ни на суше,
Нам не страшны ни льды, ни облака,
Пламя души своей, знамя страны своей
Мы пронесём через миры и века!»