Режиссёры не торопятся

Мы находились на стоянке служебных автомобилей, справа от главного входа в здание телевидения. Вся съемочная группа была на месте, кроме режиссера. Я посмотрел на электронные часы, висевшие как раз над автоматически открывающимися раздвижными дверями. Ярко-красные светящиеся цифры сложились в комбинацию 5:45 утра.
Помню, это была середина февраля. И рассвет и не думал заниматься. Порывистый ветер швырял охапки мокрого  снега нам в лицо… Мы стояли перед стареньким синим Фордом, микроавтобусом. Мы, это водитель, он же совмещал должность осветителя, Евгений, роста выше среднего, спортивного телосложения, в коричневой с обтрепанными локтями и плечами короткой кожанке. Открыв дверцы сзади, что-то поправлял…
Ведущий и оператор курили, стоя сбоку от машины как раз напротив открытой боковой двери. Ведущий, Александр, невысокий, плотный, с седыми волосами, лет пятидесяти пяти, в очках и с несколько припухшим круглым лицом в долгополом черном драповом пальто с отложным воротником, из которого выглядывали люстриновые брюки, стоял, опершись на трость. Он прихрамывал. В пальцах левой руки, держал сигарету, не спеша поднося ее ко рту, зачем-то посмотрев на нее сначала, приложившись губами к фильтру, глубоко затянулся. Он был абсолютно спокоен, прекрасно зная особенность своего друга режиссера опаздывать.  Оператор же, напротив, не скрывал своего негодования, нервничал. Шатен, с короткой стрижкой, худощавый и бледный, с резко выступавшими скулами и кругами под глазами в темно-синем коротком пуховике и синих джинсах. Он часто затягивался. Я стоял, единственный в шапке и сером шерстяном пальто, с застегнутым под горло поднятым воротником, несколько поодаль, так как не переносил сигаретного дыма, разглядывая, как вихрь талых снежинок словно рой мошкары лепился к фонарю…
- Да сколько можно ждать? Через полчаса мы уже должны быть на месте…
- Все когда-нибудь будем на месте, - многозначительно заявил Александр, и снова с нескрываемым удовольствием, прищурившись, затянулся. – Клара у Карла украла кораллы…кораллы…
Когда тление подошло к самому фильтру, эффектным движением Александр отбросил окурок от себя.
- Клара у Карла… у Карла, это я артикулирую… Предательская хрипота одолевает… Паша, ты волнуешься по пустому, вовсе не заботясь о том, что виновник торжества сегодня не в форме…
- Мы не должны опоздать… Марина, редактор, сегодня на другом проекте. Мне самому пришлось всех обзванивать. Вдова будет ждать…
- Паша, работа на воентв убила в тебе артиста, художника, творческого человека… Откуда это солдафонство в тебе? Ты же знаешь Михаила… Клара у Карла… – при этом губы Александра на звуке «у» вытягивались в трубочку, и складывалось впечатление, что предлагает поцеловаться, на гласном «а» рот растягивался в притворную улыбку, демонстрируя несколько золотых коронок.
- Вам легко говорить… Знаю я все…
Наконец, я увидел, как на пустынном тротуаре появилась дирижаблеобразная фигура режиссера. Он спустился по лестнице и подошел к нам. Роста пусть и невысокого, но кряжистый, широкоплечий, с огромным животом и рыжей бородой, со всклоченными волосами и изрезанными морщинами недовольным лицом. На нем была зеленая куртка, похожая больше на военный френч, с большими карманами на груди, нараспашку, открывающая серый свитер и клетчатую рубаху под ним. Куртка была довольно коротка и заканчивалась на запястьях. Из рукавов выглядывали одна как две мои волосатые руки. Глядя на столь колоритную фигуру я невольно подумал, что кто-то из варягов на пути из варяг в греки, оставил тут своего потомка… Типичный викинг.
- Чего еще стоим? – Безапелляционно и с претензией заявил Михаил. Он и не думал извиняться.
- Вас ждем, - Евгений многозначительно улыбнулся…
- Ты фильтры взял? А минилайт? Проверь, а то будет как в прошлый раз… Забыть главный свет…
И монитор…
Я подошел ближе и сказал:
- Я взял монитор.
- Вы, между прочим, опоздали, - укоризненно буркнул оператор.
Михаил и ухом не повел.
- Если, как я понимаю, труппа в сборе, можно ехать? – сказал Александр…
Мы сели в автомобиль и тронулись.