Зима пришла в лесной городок

  Редкие снежинки закружили под окнами. К обеду снег пошёл уже густыми хлопьями, отвесно вниз, без ветра. Сегодня первый день обильного снегопада в Мещёре. Я не вытерпела, приехала снова сюда, как только завершила все рабочие дела в своём городе. Уже в первую ночь после приезда домой, я видела моего Дэни до самого утра в чутком сне. Он скулил, жаловался мне, плакал… Я позвонила Алле Львовне спросила о его самочувствии и услышала от неё короткое: «Приезжай!» Произнесла она это тревожным голосом, и я в среду с утра была уже в Исаковске. Да, всё так и есть, после моего последнего визита он очень расстроился мой Дэни, потому и снился мне такой жалкий и потерянный. За эти дни даже цветом облез, ничего не ел, скулил, смотрел на дверь, сидел на коврике в коридоре. Я приехала и его глаза засветились яркими огнями радости и преданности.
- Увезу тебя с собой мой малыш, в этот раз, - проговорила я, на что сразу получила злую отповедь Аллы Львовны.
- Ты же в разъездах по работе постоянно… Что же ты собаку-то за собой бродяжничать потащишь? Даже не думай, пусть уж как есть, раз так всё вышло. Он не перенесёт дальних поездок, ни в Ярославль, ни в Орёл.
  Она права, это так, моя судьба теперь такая после смерти родителей, быть без приютной. Постоянную работу найти сложно вот и приходится мотаться, пока есть такая возможность, хоть такую работёнку предоставили, спасибо! А Дэни?!
- Как хорошо, что ты нам позвонила сразу, как только у тебя несчастье случилось. А то бы выкинули твоих питомцев, как ненужный хлам из квартиры. Ведь ты и сама была там на птичьих правах. Хорошо, что так всё обошлось, что хоть крыша над головой осталась, - говорила Алла Львовна, меня увещевая, - и животные твои пристроены, не бросили мы их.
  Я подошла к этой мудрой, доброй женщине, обняла её крепко, а теперь вот сижу, прижавшись лбом к холодному стеклу, смотрю в окно на падающие с неба пушистые снежинки, глажу Дэни, сидящего рядом на подушке у подоконника. Сидим, смотрим, наблюдаем за кружевным полётом матушки-метелицы, которая всё больше разыгрывается, всё шальнее носится между молоденьких деревьев, оплетая густые кроны вологодским узорчатым покрывалом. В последние декабрьские дни я всегда пишу природный дневник, этот год не исключение. Он был интересным в плане погодных явлений, очень непредсказуемым, ярким, атмосферным. На предыдущей странице я обещала коснуться ещё немного того таинственного, о котором нам так любит дед Матвей рассказывать. Они в прошлый раз с батюшкой Арсением про озёра вспоминали, но вот если среди них ещё встречаются «светлые места силы», то о болотах, которых в этих краях великое множество, этого никак не скажешь. Во все времена они считались гиблыми. Помимо того, что люди тонули в трясине, там ещё, по поверьям, обитала нечистая сила, а утопленники, по словам того же деда Матвея, тащили к себе живых. Сказка, конечно, ложь, да в ней намёк. В болотистых местах издавна происходило «неладное». Вот рассказ москвича Максима Мигалина, который записали наши ребята-студенты в один из летних приездов сюда:
«Это произошло в августе 2002 года в 70 км от Москвы между станциями Шевлягино и Платформой 73-й километр по Казанскому направлению. В конце августа я отправился за грибами. Решил обследовать неизвестный мне участок леса, забрёл далеко. Осмотрелся – кругом болото. Минут через десять я понял, что заблудился. Хотел выйти с болота, но безрезультатно.
  Был на грани нервного срыва. К тому же возникло чувство, что за мной кто-то наблюдает. Наст под ногами из переплетённых корней деревьев, кустарников, травы, стал проседать, и я словно оказался в большой, выше пояса воронке, которая начала стремительно заполняться водой. Я забрался на дерево и огляделся: вокруг метров на 50-60 одна и та же безрадостная картина - болото. Я вспомнил правила, усвоенные ещё во время службы в погранвойсках: из болота выходить по своим следам. Так и поступил. Вышел минут через тридцать. Успокоился, под ногами теперь была твёрдая земля. Вскоре вышел в редколесье, стал собирать грибы и сам не заметил, как оказался у плоского холма. Весь он, словно головка сыра дырками. Был усыпан загадочными отверстиями прямоугольной формы. Судя по всему, это были норы, устроенные какими-то загадочными существами. Как только я заметил эти отверстия, чувство что кто-то за мной наблюдает, усилилось. Стало жутко.  Я обратил внимание, что земля вокруг плотная, следов, остатков пищи или экскрементов на ней не было. Насчитал 500 нор и сбился, возможно, их было больше тысячи. Земли, которую при рытье нор загадочные землекопы обязательно подняли бы на поверхность , тоже не обнаружил… Когда я шёл прочь от холма, возникло ощущение, что меня «ведут». Однако мой противник был невидим. Вскоре чувство тревоги прошло, но ощущался чей-то взгляд.
  Я ещё довольно долго плутал, как если бы меня не отпускали, возвращали назад… Меня это измучило. Я понял, что нахожусь в так называемой аномальной зоне, и решил проверить, где её граница. Пошёл по направлению к станции ровно, уверенно и вдруг заметил, как в какой-то краткий миг земля словно перевернулась на 180 градусов, вернее, перевернулся я: впереди болото, а дорога к дому за спиной. При этом я не почувствовал ни головокружения, ни нарушения равновесия, ни изменения темпа движения или хотя бы дуновения ветра. На почве даже не осталось следов от моих сапог, которые должны были бы сохраниться, если бы я развернулся на месте.
  В конце концов, я развернулся к болоту спиной, перекрестился и с бравой солдатской песней, чеканя шаг, пошёл к станции.»
  А теперь обратимся к запискам Константина Паустовского: «К востоку от Боровых озёр лежат громадные Мещёрские болота. Это заросшие в течении тысячелетий озёра».
  Вблизи Мещёрских болот находится так называемое Прокшинское урочище. «Прокша» на одном из старославянских диалектов означает «нечистый дух». Хотя культ урочища по другой версии связан с языческим богом Переплутом. А ещё поговаривают, что на острове среди болот жил разбойник Рокша. Вот урочищу и дали имя Рокша, а позднее переделали в Прокшу. В девяностые годы там проходила железная дорога, а с поездами в этом месте неоднократно случались аварии.
  С недоброй славой Мещёрских болот связано будто бы и название посёлка Черусти. Название посёлка Черусти может быть связано по Э.М.Мурзаеву, с топонимом Чарус – топкое зыбучее болото, непроходимое болотистое место. Это слово встречается в Рязанской области (селение Чарус) и названиях болот в бассейне Северной Двины. А окрестил эти места таким именем хан Батый. В 1238 году его всадники застряли в топях по пути из Москвы во Владимир. «Чарус!» - в сердцах крикнул хан и повелел свернуть с дороги. А вот у поморов есть термин «чурас», означающий тоже самое – «топкие болота». Происходит оно, понятно, от слова «чур» - этих мест следует чураться, остерегаться. Я бы конечно, здесь поспорила, так как у древних славян слово «чур» обозначало «дед». Им, когда было страшно, они кричали: «Чур меня!» - то есть «Дед, защити меня!» Но, впрочем, у каждой местности и народности свои поверья. 
  С Аллой Львовной мы сегодня долго гуляли под этим новым неспешно падающим снегом, разговаривали о природной составляющей этих дивных мест, про болота говорили. Например про Кудеяров городок под Шатурой… Хотя впрочем, это я в другой раз расскажу, в следующих записях, а пока все мои сегодняшние мысли занимает только мой пёс Дэни!

     Среда, 24 декабря 2025 года.