Дюма не Пушкин. ДНК 5

Глава 5. Морошка. Масоны. Рост фельдфебеля.

Желать добра другому или бояться за него — единственное переживание, дающее человеку полноценное ощущение собственного существования.
А. Дюма «Путевые впечатления»

Прибавим, что у самого Дюма в жизни было не меньше приключений, чем в его романах. А это подлинное наслаждение для биографа.
Андрэ Моруа «Три Дюма»

Морошка
Дуэль является весомым аргументом противников конспиративной теории «Пушкин-Дюма». Объективно доказано, что дуэль была, были предпосылки для дуэли, затем имеются множество воспоминаний, доказывающих, что Пушкин находился при смерти, умер при свидетелях, а странности с отпеванием и похоронами связаны с его проблемами с царем Николаем. Причем, воспоминания некоторых свидетелей были написаны после смерти императора Николая, следовательно, написаны без давления, от чистого сердца.
Все это - бесспорно, практически все, если бы не морошка! Морошка – любимая мной ягода из карельского детства. Помню до сих пор оранжевые поляны, полные этой вкусной ягоды. Как же мне не понять раненого поэта, попросившего морошки на смертном одре?  Морошка полна витаминов, годится для оздоровления при легких недомоганиях. Не зря ее любил Пушкин, как и другую простую крестьянскую пищу.
Но именно морошка зародила во мне сомнения.

Есть статья современного автора Михаила Давидова, доцента Пермской медицинской академии «Дуэль и смерть А.С. Пушкина глазами современного хирурга», в которой подробно рассмотрена последняя дуэль и течение смертельной болезни Пушкина со ссылками на других авторов (перечень авторов – в статье). Опубликовано в журнале «Урал», номер 1, 2006 г.

Вот выдержка из статьи:

«Около 14 часов Александру Сергеевичу захотелось морошки. Он с нетерпением ждал, когда ее принесут, и попросил жену покормить его из своих рук. Он съел 2—3 ягодки и с наслаждением выпил несколько ложечек сока, подаваемых женой, говоря: “Ах, как это хорошо!”
Наталья Николаевна вышла из кабинета, вся искрящаяся надеждой, и сказала, обращаясь к окружающим: “Вот вы увидите, что он будет жив”.
В 14 часов 45 минут 29 января 1837 г. (10 февраля по новому стилю) зафиксирована смерть. Закрыл глаза умершему доктор Е.И. Андреевский».

Описание болезни выглядит, как реальное событие, особенно доказательно в статье  - профессиональное рассмотрение пулевой раны, воспалительного процесса с медицинскими терминами, наличие нескольких светил медицины, которые проводили консилиум и помогали больному.
Мы не можем не доверять этим лицам, а так же другу, находившемуся у смертного одра до последнего вздоха Пушкина, затем опубликовавшего статью об этом (Даль В.И. Смерть А.С.Пушкина. Московская медицинская газета. 1860, 3 декабря).

Почему меня смутила морошка, которую Пушкин попросил перед самой смертью, чтобы непременно его покормила жена? Странно, что никого больше это не смутило - ни одного академика, ни одного врача и ни одного писателя, исследователя человеческих душ.
Став взрослым и переехав в Сибирь, я находил морошку на южном, болотистом, берегу озера Байкал, хотя сейчас, говорят, ее всю выдрали – слишком была доступна туристам. Морошка создана для лакомства. Есть другая ягода, которую по незнанию называют морошкой, внешне похожая на морошку, чуть мельче, под названием княженика, та растет на солнечных полянках в лесу, а морошке требуется болото.

Поясню. Я был донором крови долгое время. Фактически сдал больше нормы «Почетного донора», но не все сдачи у меня записаны в донорской книжке, поэтому звания не имею. Вначале сдавал кровь по 250 мл, затем нормы изменили, сделали 400 мл, такую дозу (фактически 450, так как 50 мл шло на анализ крови) можно было сдавать один раз в два месяца, потом периодичность изменили, сделали 1 раз в месяц. Мое сложение было такое же, как у Пушкина: худощавый, крепкий, занимался бегом на большие расстояния.
Однажды на областном пункте переливания крови встретил в очереди парня, комплекцией крупнее нас с Пушкиным. Он был передо мной в очереди. Разговорились. Парень был бледноват, но доволен жизнью. Работал он водителем. Сдавая кровь, получал дополнительные дни отдыха и небольшие деньги. На мой вопрос он ответил, что сдает раз в две недели по 400 мл крови. Я удивился: не многовато ли? Он ответил в русском стиле: «Да нет, все хорошо!».  Тут подошла его очередь. Обычно уходило минут пять на сдачу, надо только работать кистью, сжимая и разжимая, тогда кровь хорошо перегоняется в емкость. Меня всегда удивляло, что емкость спрятана под столом, не видно глазу, я сомневался и шутил с персоналом: может, там литровая банка или ведро? У меня обычно была интересная книжка с собой - для очередей, которые в советское время были всегда и везде. Читая, поймал себя на мысли, что парня-то нет, прошло минут двадцать - пора. Оторвался от книжки. Слышу какой-то шепот из кабинета. Вместо двери была шторка. Я встал и заглянул.
Парень сидел с изменившимся, почти белым лицом, ему было плохо. Крови вышло миллилитров пятьдесят – только на анализ. Все! Давление упало, силы кончились. Там - специалисты, знают, что делать. Привели его в норму, объяснили, как надо сдавать кровь. Проходя мимо, сказал мне смущенно: «Кровь не пошла».
У меня после сдачи 400 мл крови всегда кружилась голова, особенно, если наклонялся. Приводил себя в норму стаканом сухого виноградного вина, в советское время качество вина было идеальным. Так же, сухим вином, лечили раненых бойцов при кровопотерях в Великую Отечественную войну. Папа был дважды ранен, я знаю непосредственно из его уст. Это – хорошее лечение анемии, особенно, красное вино.

Вывод. Пушкин, по объяснениям врачей, потерял два литра крови до момента, как его положили на диван в квартире на Мойке. Врача искали три часа. Врачи не делали операций, не зажимали кровоточащие мелкие сосуды, только прикладывали лед, хотя и не сразу. Кровотечение должно было продолжаться все время.
Рану смотрели, но пули не было. Пуля представляла собой свинцовый шарик. Потом ему ставили пиявки. Причем, описана картина, как Пушкин ловил пиявок в банке и сам себе их ставил. Пиявки, как указано в данной статье, извлекли из тела еще поллитра крови. Кстати, пиявки разжижают кровь (гирудин – основное действующее вещество), поэтому ими лечат и закупорки сосудов, а в этом случае, кровь лучше вытекала из раны.
За полтора суток могло само выйти еще минимум поллитра крови. То есть, из организма вылилось 2,5 – 3 литра крови. Тот парень-водитель за два месяца постепенно сдал 1800 мл крови, потерял сознание. Но он восполнял себе кровь регулярным питанием, поэтому и радовался, как хорошо жить, не замечая отклонений. Дорадовался.

А потерять более 2,5 литров крови без восстановления ее – невосполнимая потеря для организма. Сердцу нечего качать, часть крови находится в депо: печени, селезенке, в полых органах, в артериях, венах, капиллярах. Чтобы это откачать, необходимо создать давление, для этого нужна кровь.
Фактически Пушкин должен быть в состоянии комы – еще не умер, но уже не живой. Человек лежит без сил, глаза усилием воли могут еще приподняться, чтобы что-то увидеть. Но видеть и слышать, тем более, разговаривать человек в таком состоянии не сможет. Если бы он был под капельницей, в сосуды поступала глюкоза, то мог бы обращать внимание на окружающих. В современных клиниках к такому больному посетителей не допустят, но проведут немедленное переливание крови соответствующей группы. Он же беседовал с посетителями, переписывался с императором по поводу помощи семье, дожидался ответа от императора.
У массы поклонников поэта могла создаться определенная гордость: в тяжелом состоянии поэт дождался ответа императора, что семья будет обеспечена, только тогда силы его покинули.
«При потере трех литров крови однозначно: бред, потеря сознания, давление ниже 60 мм.рт.ст., пульс частый, нитевидный, жажда, судороги, безучастный взгляд» (обзор ИИ). Описание состояния больного Пушкина похоже, но при этом он был в сознании.

При ранении желудочно-кишечного тракта обычное питание противопоказано. Даже врачи позапрошлого века должны были это знать. А вот стакан вина ему не помешал бы: будет дезинфекция и очищение желудочно-кишечного тракта, к тому же алкогольная эйфория обезболивает. На фронте давали тяжелораненному бойцу стакан чистого спирта, затем делали операцию. Наверняка врачи 19-го века знали об обезболивающем действии алкоголя.

А теперь представляем по-новому картину, как жена кормит Пушкина морошкой. Как это оценим? Мы можем сказать уверенно: просто сказка!
Жена уходит, говоря: «Он будет жить!». Эту фразу я читал в двух вариантах – от разных авторов. Кому она говорит? Она говорит себе, успокаивает себя, потому что больше его не увидит, но знает, что он будет жить. Она в состоянии стресса, ей все равно, кто рядом. Два дня – до дуэли - они с мужем были в состоянии ссоры, почему? Напрашивается вывод: она не хотела, чтобы ее любимый человек, отец детей, исчез из семейной жизни.
Но она старается держать себя в руках. Так она простилась с мужем навсегда.

Умер человек. Составляется документ об этом. В данном случае умер известный человек, по чину статский советник, камергер (соответствует генералу), должен быть составлен акт или протокол о смерти с диагнозом и подписями лечащих врачей. Но такого акта нет до сих пор. Нет и пули, убившей его. В камзоле есть дырка. Он был в крови, пришлось камзол  разрезать. Диван, на котором лежал Пушкин, до сих пор, по утверждению Довлатова, который был экскурсоводом в Михайловском, если не ошибаюсь, цел. Его можно проверить на наличие крови и определить, что это за кровь.
Главное в том, что с тяжелым ранением статского советника привезли не в больницу, а домой. Потом Данзас три часа искал врача. Такое возможно?
Такое можно оценить двояко: плохой царь или, наоборот, хороший царь, потому что царь был в курсе событий. Не зря же он ждал записки от Пушкина.

Как видим, можно критически оценить документальные данные о дуэли, дошедшие до нас. Но описания свидетелей говорят о реальности смерти, что после морошки Пушкин скончался через три четверти часа. По описанию, с умершим поэтом прощались близкие люди. Они бы заметили подлог. А играть роль мертвого, то есть, лежать неподвижно даже один час невозможно.
Оценка может быть основана только на вероятности. С точки зрения врача (обязательно уточните, ведь я только бывший донор, это – мой взгляд) после такой кровопотери больной должен быть в коме.
В истории человечества есть примеры, когда великие экстрасенсы (пример: Иисус Христос) могли оживлять трупы, внедряя энергетику для жизни. Ожившие могли жить до трех дней. Поэтому исключать вероятность того, что Пушкин держался на сильной энергетике организма, а она была у него  мощная, нельзя. Тогда вопрос с морошкой снимается. В этом случае Пушкин перед смертью так простился с женой, чтобы ей запомнилось, затем силы его покинули.

Оптимистам морошка создаст такую версию: Наталья Гончарова знала пристрастие Пушкина к морошке. Когда он попросил морошки, она кормила его с ложечки, зная, что больше они не увидятся, а это равносильно смерти. Но себя она успокаивала мыслью, что он останется жив, что он страдает ради семьи (семья будет обеспечена), поэтому и вышла, озвучивая мысль: «Он будет жить». Это запомнили свидетели. В течение остального времени – 45 минут – произошла подмена. Пушкин вышел через запасной выход, на одре оказался гримированный труп мужчины, доставленный ранее. На улице Пушкина ждал Соболевский, его друг, или другое сопровождающее лицо, он сел в карету и исчез.
Для подтверждения этой версии оптимисты должны установить, был ли черный выход в квартире на Мойке. Если не было, то версия не годится, потому что пространство вокруг основного входа в квартиру было запружено народом, наверняка и ночью люди дежурили. Как говорили свидетели, никого – самых знатных или знаменитых – так еще не провожали.

Вывод: с точки зрения состояния больного – большой кровопотери – морошка выглядит, как невозможный факт. Следовательно, это – улика.

Поэт Жуковский, который был воспитателем детей императора и близким другом Пушкина, сказал о смерти только в письме отцу Пушкина.
«Солнце русской поэзии закатилось» - так выразился поэт и старший друг Василий Жуковский. А где закатывается солнце? На западе. Если есть два варианта исхода дуэли, то эта фраза соответствует обоим.

Масоны
До сегодняшнего времени можно встретить понятие «заговор масонов против Пушкина». Масонами было все окружение Пушкина: П. Вяземский, В. А. Жуковский, секундант К.К. Данзас и другие. Вяземский писал, что Жуковский положил белую перчатку в гроб с Пушкиным, и сам положил свою. Белая перчатка масона олицетворяет чистые помыслы. Пушкин был масоном, вступил в масонскую ложу «Овидий» во время южной командировки, хотя есть мнение, что он вышел. Судя по всему, в этой ложе он имел должность, так как впоследствии он делал записи в двух черных тетрадях с отметкой масонского треугольника.

Вот примечание к записи Пушкина в кишиневском дневнике.
1. 4 мая был я принят в масоны
«4 мая был я принят в масоны». - Пушкин был членом масонской ложи в Кишиневе, носившей название «Овидий», № 25. Существуя фактически, ложа, однако, утверждена не была. Начальник Пушкина И. Н. Инзов по запросу правительства отрицал существование в Кишиневе этой масонской ложи, очевидно, основываясь на том, что она юридически не была оформлена. У Пушкина сохранились счетные книги ложи, остававшиеся незаполненными. Ими поэт пользовался с 1823 г. как своими черновыми тетрадями (так наз. тетради 836, 834, 835)».

Думаю, что из масонской ложи не выходят, как не выходят из банды, мафии, секретных служб.  Масоны – это люди, скрепленные клятвой, они могут действовать только во имя одной цели, для решения одной задачи, соблюдая абсолютную секретность. Для встреч и общения у них имеются определенные знаки. Они могут показать человеку знак, как бы случайно. Простой человек пройдет мимо. Увидев ответ, масон поймет, что рядом – свой. Последующий обмен знаками покажет уровень обоих масонов. Никогда масон не действует против масона. Только клятвопреступник подлежит ликвидации, каждый масон это знает. Откуда я это знаю? Прочел у Дюма. Он показал, лучше всякого кино, как ликвидируют масона, поневоле предавшего братьев. Чтение Дюма – это занимательней любых фильмов. Сказки всегда интересны.

Художник Тропинин, рисуя портрет Пушкина, заметил длинный ноготь на мизинце. Показал Пушкину знак масона. Тот в ответ только погрозил пальцем. Не стал отвечать. Он скрывал масонство. Тропинин показал знаком, что был масоном. Масонство – это братство, имеющее цель – свободу и равенство. Но они могут решать частные задачи. Такая задача была – спасти Пушкина для человечества, помочь брату.
Итак, заговор масонов мог быть только для блага Пушкина, во имя своего брата.
Письменных доказательств, что был заговор масонов, нет. Есть только описания со слов, упоминания известных фамилий масонов, но не более. Если мы примем общественное мнение, что заговор масонов был, то мы получим улику, что дуэль была фикцией.
Мы решаем: была ли дуэль? Чисто рассуждая, мы видим, что были две силы, желающие убрать Пушкина с арены: император и масоны. Императору не важно, как. Масонам нужно было помочь своему брату. Но в случае наличия двойной жизни Пушкина, император и масоны могли действовать совместно – для переправки Пушкина за границу. Живым и здоровым.

Вывод: мы не можем простые рассуждения объявлять уликой. Было бы смешно, если бы объявилась улика на тему масонов. Скорее выдадут секреты государства, чем масонского общества. Друзья поэта – Вяземский и Жуковский – были масонами, но их с Пушкиным объединяла прежде всего дружба и творчество. Чтобы понять это, надо прочесть письма Пушкина.

А с императором - та же картина, как и с морошкой. Достаточно прочесть свидетельства последних часов Пушкина, когда он беспокоился, чтобы император выполнил их договоренность. Видно, что Пушкин не доверял всецело императору, беспокоясь о дальнейшем содержании семьи. Тот передал записку, Пушкин прочел, затем записку вернули обратно. Содержание ее известно только со слов читавших. Так вести себя больной человек, находясь при смерти, не сможет. Записка была, но тогда больного не было.

Резюме: основная странность в дуэльной истории – морошка. Все другое могло происходить иначе, не так, как мы знаем, но мы имеем факт – морошку. Это улика-ген.

Рост
В «Мемуарах» Дюма пишет: «Я говорил, что никогда не был красавцем, но я был высоким и хорошо сложенным, хотя и довольно худым; лицо у меня было тонким и у меня были большие карие глаза и смуглая кожа; одним словом, если было невозможно создать красоту, то достаточно легко было сформировать характер».
Он же пишет в «Мемуарах»: «Что касается телосложения, я был довольно симпатичным ребенком; у меня были длинные кудрявые светлые волосы, которые спадали на плечи и которые не стали кудрявыми, пока мне не исполнилось 15 лет; большие голубые глаза, которые до сих пор остаются лучшим, что у меня есть в лице; прямой нос, маленький и довольно хороший; большие розовые симпатичные губы; белые зубы, которые были не очень ровные. Что касается остального тела, то я был длинным и худым, как жердь».
Как говорится, путаница в показаниях. В мемуарах у Дюма глаза то голубые, то карие. Надо читать в подлиннике – на французском языке. Мы зависим от переводчиков.

Журналист Эжен де Миркур: «Физическое строение месье Дюма хорошо известно: рост фельдфебеля, конечности Геркулеса во всех возможных положениях, выдающиеся губы, африканский нос, курчавая голова, загорелое лицо. Его происхождение написано на всем его лице; но оно проявляется гораздо больше в его характере. Поцарапайте кору месье Дюма, и вы найдете дикаря. Он одновременно и негр и маркиз. Однако маркиз едва выходит за пределы эпидермиса. Маркиз играет свою роль на публике, негр выдает себя в частной жизни».
Другими доказательствами Миркура о чернокожести Дюма была его любовь к блестящим безделушкам и предположение, что Дюма жил дома голым и ел картофель без очистки. Главное обвинение было, что Дюма – мошенник, не сам пишет свои книги и пьесы, а некие писатели-призраки.
«Те, кто пишет с вами, должны подписываться вместе с вами; они должны формально потребовать этого, они должны заставить вас сделать это; в противном случае они сводятся к положению негров, работающих под кнутом мулата».
Дюма подал в суд на Миркура за клевету и выиграл его. Миркур получил 15 дней тюрьмы, позже стал священником и переехал на Гаити (Сан-Доминго, где родился Дюма).
После этой статьи помощников Дюма стали называть литературными неграми.

Нам интересно из нападок Миркура: рост фельдфебеля и картофель без очистки.
Сам Дюма в мемуарах говорит о своем высоком росте.
Вот фраза из романа «Анж Питу (стр. 36)»: «в 16 лет был верзилой 5 футов 4 дюймов». Верзила – значит, парень солидного роста. Давайте посмотрим в метрической системе измерений: фут 19-го века соответствует 30,48 см, а дюйм – 2,54 см, в футе 12 дюймов. Рост = 30,48 Х 5 + 2,54 Х 4 = 152,4 + 10,16 = 162,56 см.
Это – верзила. У Пушкина было понятие «великан», это - особенно крупные мужчины в России, к ним он относился с почтением. Рост Пушкина был 165-167 см, по разным оценкам. Есть предположение, что брат его Лев был ростом 166, а Пушкин ростом 161-2 см; заявление самого Пушкина для полиции: 160 см; по данным брата Льва: 164,5 см; по данным художника Чернецова, рисовавшего коллективную сцену с Пушкиным, 2 аршина 5 с половиной вершков, что соответствует: аршин = 71 см, вершок = 4,45 см, аршин = 16 вершков; 142 + 24,475 = 166,5 см.
То есть, с точки зрения Пушкина Анж Питу был бы верзилой, как взрослый человек.
Но понятие «верзила» звучит из уст Дюма, имеющего «рост фельдфебеля». Если будем сравнивать эти оценки, то рост фельдфебеля покажется нам не столь солидным. Фельдфебель – это старший унтер-офицер в европейских армиях, у нас – старшина, старший сержант, занимающийся хозяйственными вопросами роты. Следовательно, имелся в виду не рост, а вид: фельдфебель – солидный служака, упитанный, так как имеет постоянный допуск к продуктам, его не гоняют, не муштруют, и рост его можно оценить не в высоту, а в ширину, именно это имел, саркастически издеваясь в своем фельетоне, Миркур, за что и попал в тюрьму.

Вот фраза Дюма, сказавшего о России: «Мужчины-великаны пили горькую, женщины слыли самыми красивыми в Европе». Эту фразу привел Андрэ Моруа.
И Дюма и Пушкин одним словом оценивали крупных русских мужчин: великаны. Мы можем сделать вывод, что рост Дюма и Пушкина был похож или ненамного отличался. Хотя нам утверждают, что рост Дюма был 185 см, это можно найти в сети. ИИ дает ему рост 185-190 см, причем, делая оговорку, что «почему-то запрос попал в категорию Пушкин». Попал, потому что читателям интересно. Если автор имеет рост 190 см, то скажите, он назовет великаном другого человека ростом 185 см? Скорее, он назовет пигмеем, малышом, если ласково, человека ростом 170 см, но обычно рослые люди спокойны, не делают обидных сравнений, не оценивают рост других, считая это не корректным. Например, рост писателя Чехова составлял 182-186 см, найдите, где он оценивал рост человека, я такого не встречал. Ему важен был характер, поступки человека, а внешний вид, как следствие.

Вспомним, что Пушкин носил цилиндр большей высоты, чем другие, чтобы этим выровняться, не выделяться меньшим ростом. В данном случае он только подчеркивал свою физическую особенность. Величие творца – в голове. Вспомним здравствующую ныне Александру Николаевну Пахмутову, самого любимого композитора России, тоже небольшого роста. Для нас Пахмутова – великий человек с самой обаятельной улыбкой и самыми любимыми песнями.
Что интересно, что только два писателя употребляют это слово: великан, говоря о рослых мужчинах.

 О росте Дюма есть и другие воспоминания.
«На его выразительном лице сказывались новые впечатления. Надо было видеть его восхищение, когда в темной комнате загоралась синим огнем «жженка», и прибывший оркестр грянул «Марсельезу»: он воспрянул во весь свой недюжинный рост и сосредоточенно слушал родные звуки».
(из посещения Орлиного гнезда, Оленин А. П. Александр Дюма в "Орлином гнезде".— Исторический Вестник, 1903, т. XCI, февраль, с. 593-600.)
Все мы точно знаем, что Дюма имел недюжинный ум, недюжинные способности, которые он реализовал с лихвой. А вот понятие «недюжинный рост» требует уточнения. Сказано, видимо, чтобы оценить было невозможно.

Есть еще свидетельство: Салов И. А. Из воспоминаний.— Исторический Вестник, 1906, т. CVI, октябрь, с. 169—171.
«Дюма, как бы воспользовавшись этим, принялся говорить и заговорил о Бородинском сражении, о великом патриотизме москвичей, не задумавшихся даже, ради спасения своего отечества, зажечь Москву, о величайшей ошибке Наполеона, опьяненного победами и рискнувшего идти на Москву.
— Но,— добавил он,— великие люди делают и великие ошибки.
Говорил он много, громко и несколько театрально и театрально жестикулируя. Это был мужчина высокого роста, гигантского телосложения, с крупными чертами смугловатого лица, и мелко вьющимися волосами, словно шапкой накрывавшими его большую голову. Я не мог достаточно налюбоваться им, не сводил с него глаз и восхищался каждым произнесенным им словом».

Прочтем письмо Дюма.
Дюма-отец — Виктору Гюго: «Мой самый дорогой и самый великий друг!.. 28-го числа сего месяца моя дочь выходит замуж. Она просит Вас в письме, дорогой Виктор, чтобы Вы через поверенного были ее свидетелем вместе с Ламартином. Мы часто видимся с ним, и не было случая, чтобы мы не говорили о Вас. В конце концов Вы, мой дорогой Виктор, — частица моей души. И я, Ваш старый друг, говорю о Вас, как нескромный юный любовник о своей любовнице. Одно из великих и прекрасных таинств природы, одно из самых трогательных проявлений милосердия божьего заключается в том, что разлука бессильна расторгнуть духовные узы.
Как я говорил, как я писал, как буду говорить и писать без конца, мой великий и дорогой друг, тело мое — в Париже, душа — в Брюсселе и Гернсее, где Вы были, где Вы сейчас.
Я хотел бы, мой дорогой великан, чтобы Вы переписали на большой лист бумаги те прекрасные стихи, которые Вы посвятили мне. Я заключил бы их в рамку и повесил между двумя Вашими портретами, и тогда Ваш образ был бы всегда у меня перед глазами.

Виктор Гюго имел рост 178 см, других данных нет, его Дюма называет великаном. Каков же рост Дюма?

Но мы не будем оценивать конкретный рост, нам это не нужно, объясню, почему. Мы до сих пор искали улики, как в детективе. Мы занимаемся не поиском преступников, а создаем цепочку литературного ДНК, которое назвали ДНКФ. Поэтому, не меняя предыдущие главы, улики будем именовать литературными «генами» – звеньями ДНКФ.
Так как рост является весомым аргументом «скептиков», а доказательств «оптимистов» не достаточно, то имеем анти-улику «Рост» - ДП-2.

То есть, предположив, что есть – в каждом человеке - некое духовное или литературное ДНК, связанное с воспитанием, учебой, образом жизни, которое остается на всю жизнь, мы считаем, что оно обязательно будет проявляться в характере, действиях, мыслях, поступках, разговорах и творчестве человека.
Пушкин из лицея вынес высокую работоспособность, усидчивость, как литератор – этому тоже необходимо учиться - умение преобразовывать услышанные истории в сюжеты. Так же подвергались творческому анализу произведения всех прочитанных авторов – от самых древних до современных. Литература в России была в зачаточном состоянии. Писатели 18-го века были малодоступны, большинство народа – неграмотны. Более доступна была литература на французском языке, поэтому дворяне, получавшие домашнее образование и воспитание, французский язык знали лучше русского.  Это влекло малую потребность в русскоязычных текстах. К 1837-му году Пушкин ощутил, что его творчество потеряло ажиотажный спрос. А «ДНКФ», внедренное в лицее, требовало выхода.

ДНКФ: знание зарубежной, римской, древнегреческой литературы, искусства и истории, русской древней литературы; умение читать в подлиннике иностранных и древних авторов: в том числе, древнееврейских, латинских, романских, древнерусских. Наиболее одаренным давался перечень авторов для самостоятельного прочтения. Для усвоения материала лицеистов экзаменовали, что стимулировало их устойчивое совершенствование и закрепление материала.
Наклонности лицеистов были разные: из лицея вышли чиновники, офицеры, путешественники, работники основных министерств, литераторы. Для многих литература была сопутствующим увлечением только потому, что лицей дал литературное образование.
Пушкин обладал феноменальной памятью, расширял и развивал самостоятельно знание других языков, на латинском языке усвоил творчество большинства авторов Древнего Рима. Эти знания уложились в мозгу, как ДНК. Понятно, что такое «ДНК» обязательно выйдет в последующих произведениях, как упоминание об авторах или их произведениях, или моментах их жизни, или крылатое выражение, сказанное кем-то, или сюжет или эпизод из произведения. Чем душа наполнена у человека, то мы от него и получим.

Главная задача учебы: внедрить код усидчивости, работоспособности, поддержания здоровья (физические занятия), что является залогом качества творческой деятельности. Как это делается? Каждодневная муштра, слежка за особо непослушными учениками, наказание за отлучки или недостойное поведение – все это приучало к дисциплине. Для «сверчка» Пушкина это было чрезвычайно важно. Многогранность его таланта расцвела именно в лицее – под надзором лучшего учебного коллектива России.
Базу знаний может дать только школа. В современном понимании: база данных, которую загружают в компьютер.
Один человек – гувернер или аббат – может научить грамоте, разговорному языку, арифметике – в пределах своих знаний. Так солдаты Наполеона, оставшись в русском плену в 1812 году, становились учителями французского языка. Но они не знали ни французской литературы, ни, тем более, литературы других стран.

Очень хорошее сравнение, чтобы понять сказочность мемуаров Дюма. Он писал их с 50-х годов – более десяти лет. В компьютер загружаются знания, превышающие те, которые можно получить в обычной школе и самом крутом университете, можно загрузить знания за всю историю человечества. Достаточно научить человека пользоваться ими. А школа «загрузит» в голову ученика многократно больше, чем один талантливый учитель.
Поэтому объяснения Дюма, как он изучил всю литературу, находясь в библиотеке герцога Орлеанского, являются художественным вымыслом. Прежде, чем изучить литературу, надо изучить хотя бы английский, испанский, итальянский языки, не говоря уж о немецком. А если Дюма читал на всех европейских языках, то в его «ДНКФ» это кем-то когда-то было забито. Дюма говорит, что всему его научил аббат Грегуар в своем колледже. Но мы должны доверять фактам и логике.

Слово «великан» употребляли оба: и Пушкин и Дюма. Это есть факт, который мы назовем теперь словом «ген». Это будет нам понятней.
Нам не нужно уличить, нам нужно определить общее.

По утверждению Миркура, картофель без очистки был лакомством для Дюма. Миркур, явно, не выдумывал, а говорил известные вещи. Сел в тюрьму, возможно, за расистские взгляды в том фельетоне.
А наш Пушкин разве не любил картошку? Да он ее обожал! Но особенно душа поэта замирала при виде запеченной картошки. Анна Керн вспоминала, как Надежда Осиповна заманивала сына к обеду печеным картофелем, «до которого Пушкин был большой охотник». Он ел его на обед, завтрак и даже на ужин. Есть блюдо «Картофель по-пушкински»: вареная картошка, обжаренная в сливочном масле на углях, другой вариант: печеная на углях картошка, подать горячей к столу с маслом.  Примерно так. Есть картошку с кожурой вдвойне полезней, под кожурой находятся вещества, понижающее кровяное давление.
А причина такой любви известна? Известна! Выйдя из опалы, Абрам Ганнибал, прадед Пушкина, взялся культивировать картофель – по поручению императрицы Екатерины Второй,  и достиг в этом больших успехов. Благодаря ему картофель стали употреблять в России повсеместно, он спас многих людей от голодной смерти. Любовь к картошке у Пушкина заложена в обычных генах и, разумеется, в семейных преданиях.

Если действительно Дюма ел печеную картошку «в мундире», расхаживая голым по дому, то это не ген, а целое отдельное ДНК, как доказательство. Дюма любил картошку сорта Вителот, фиолетовую, от которой произошла нынешняя «Цыганочка». У Дюма есть свой рецепт картофельного салата.
Где вы найдете француза, способного съесть картошку «в мундире», то есть, в кожуре? Тем более, мулата. А почему ходил голым? В России было прохладно, северная страна, приходилось одеваться (Пушкин дома был в рубашке на голое тело, есть такая картина), а во Франции – жарко для такого энергичного человека. Кстати, именно картошка способствовала полноте Дюма, так как он меньше двигался, но много работал, сидя за столом. В картошке много крахмала, который превращается в организме в глюкозу, что необходимо для питания мозга.

Так ген и назовем: «Картошка».

Список улик-генов за 5 глав:
«Анжель»
Вольтер. Воспитанность. Великан.
Ганнибал.
Золотые рудники.
Костюшко. Картошка.
Лермонтов. Лестница.
Морошка.
«Нельская башня».
Суворов. Сталь. Сан-Доминго.
Полина. Письмо военному министру.  Пороки.

Формула ДНКФ: 1А3В1Г1З2К2Л1М1Н3С3П.

Анти-улика «Деятельность Дюма до 1837 года»: ДП1.
Анти-улика «Рост» - ДП2.

Продолжение - глава 6: http://proza.ru/2026/01/03/1354