Глава 15 Никита и Скавр

«Не подумал бы, что такой тяжёлый», — Никита еле дотащил Титуса до дивана. Перевернул на живот.
«Ещё блеванёт — захлебнётся. Плевать на диван. Жаль, телефон отобрали — вот был бы кадр».
Вернулся к столу, положил на тарелку приличный кусок утки. Жевал машинально, размышляя о том, что произошло. За дверью послышался звук — не шаги, не стук. Кто-то дышал, тяжело и неровно. Никита подошёл, вытер руки о подол туники, прислушался.
— Тебе лучше уйти, — сказал негромко.
— Открой. Это Скавр.
Никита приоткрыл дверь. На пороге стоял парень — уже не мальчишка, но ещё не мужчина. Тяжёлый подбородок, внимательные глаза.
— Слышал от Тита. Что надо?
— Поговорить. Если пустишь.
— Заходи, — Никита отступил в сторону. — Раз пришёл.
Скавр прошёл в комнату и уткнулся взглядом в распластавшегося на диване Титуса. Тот лежал лицом вниз и что-то бормотал.
— Что с ним случилось? — спросил Скавр.
— Слабак. Думал за мной угнаться. Где ему.
Никита сел за стол, рукой указывая на стул, где сидел Титус. Подвинул чашу, плеснул вина.
— Будешь? Фалернское. Хорошо пошло. — Никита наполнил чашу Титуса. — Только чистой нет.
Скавр поднял чашу, посмотрел на свет, пригубил.
— Разбавить?
Скавр покачал головой.
— Как хочешь. Если что, диван широкий.
— Давай без этого.
Скавр отпил из чаши, закусил маслиной. Косточка со звоном упала на тарелку.
— Что ты помнишь о том, как оказался здесь? — Скавр спросил будто мимоходом, но взгляд стал жёстче.
— Не много… — Никита задумался, пытаясь вытянуть из памяти хоть что-то. — Дождь… машина… фигура в луже… а потом уже здесь.
— В руках ничего не было? — голос Скавра стал резче.
— Точно! — Никита уставился на раскрытую ладонь, словно пытался увидеть след. — Кубик. Маленький, чёрный. И странный знак на грани светился. Голубым.
Скавр выложил на стол маленький чёрный куб.
— Такой?
— Он?.. — Никита нахмурился.
— Нет. Другой. Этот… не откликается.
— А похож.
Никита потянулся и кончиком пальца коснулся грани. Куб сразу отозвался: символы вспыхнули голубым, куб чуть нагрелся под пальцем.
Никита в испуге отдёрнул руку, но тут же потянулся обратно. Скавр оказался быстрее. Он рванулся вперёд, схватил куб и мгновенно спрятал в карман. Лицо на миг побелело. В комнате наступила тишина. Никто из них не рассчитывал на такой поворот.
— Кто вы? — спросил Никита.
Скавр вытер руки куском грубой ткани, лежавшей на столе, и взглянул на Никиту, явно не понимая вопроса.
— Я, возможно, не самый умный, но вовсе не идиот, — Никита облокотился на край стола. — Ты понял, о чём я. Здесь — он обвёл комнату рукой — телик вместо окон, свет врубается по команде. Разные штуки, от которых можно язык за пару часов выучить. А там, наверху — мечи, копья, телеги с ослами. Словно в другой мир попал.
Скавр налил ещё вина, отломил кусок сыра. Выпил почти залпом, долго жевал. Никита откинулся на спинку стула, скрестил руки на груди. Смотрел, молчал, не задавал вопросов.
— Проще показать.
Скавр поднял перед собой руки ладонями друг к другу. Свёл вместе. Почти. Оставив небольшой промежуток.
— Представь, что это два мира. Они вроде разные, но…
— Параллельные вселенные, что ли? — прервал Никита. — Да ладно! А я, значит, по-твоему, Доктор Кто?
— Какой доктор? — удивился Скавр.
— Так, чудик один. Забей. Долго объяснять. И ты считаешь, я должен поверить в твои сказки.
— Это не сказки.
— Так, стоп! — Никита выставил перед собой руки ладонями вперёд. — Реально? И эта штука… — он кивнул на карман, в который Скавр спрятал куб. — Да ну… нафиг…
Никита вскочил, прошёлся по комнате.
— Если я попал сюда с помощью той… штуки, что у тебя в кармане. То ты… — он посмотрел на Титуса — вы. Отсюда? Но тогда всё это — Никита оглядел комнату. — Или…
— Ты верно понял. Мы тоже не отсюда. Только с другого мира, чем ты.
— Да ну на… И что вы тут делаете?
— Как тебе сказать? Надзираем за этим миром.
— Типа как у Стругацких? Охренеть…
— У Стругацких? Кто это?
— Не поймёшь.
Никита плюхнулся на стул, налил вина.
«Всё хорошо. Всё путём», — успокаивал себя Никита.
Выпил залпом. Налил ещё.
— Эй! Притормози, — Скавр забрал чашу из рук. — А то ляжешь рядом с ним. — кивнул на Титуса. — Мне кое-что ещё сказать тебе надо.
— Не пугай так.
— Не начинал ещё. И вообще, давай лучше туда, — Скавр указал на два кресла в дальнем углу комнаты.
— Держи, — Скавр протянул Никите грушу. — Нервы успокаивает.
— Стоит начинать?
— Думаю, да.
— Ну выкладывай, — Никита прилично откусил.
— Здесь тебе небезопасно.
— С чего это?
— С того, что тобой заинтересовался Терезий. Ты представляешь, что это за человек?
— Шеф ваш местный, — не переставая жевать, пробормотал Никита. — Мне что с того?
— Ты точно не знаешь, кто он, иначе бы не сидел спокойно.
— Угу. Валяй дальше.
— Не знаю, кто ты такой, но Терезию от тебя что-то нужно. А это уже опасно. Ты не видел его, когда он узнал про тебя.
— Да кому я нужен? Сирота. Ни квартиры, ни машины. Кроссовки и те драные.
— Думаю, ему нужны не твои кроссовки.
— И что мне теперь делать? Плакать или смеяться?
Никита стёр с губы сок. Поискал полотенце и, не найдя, вытер липкие руки о подол туники.
— Не смотри так, их тут навалом. Так что делать-то?
— Не знаю. Только вот смеяться мне совсем не хочется после того, как пропал Квинт.
— Кто это? — спросил Никита, подхватывая другую грушу.
— Тот, кто тебя приволок сюда с площади. Так вот. Он пропал. На следующий день. И никто не знает, где он.
— В самоволку сбежал?
— Если бы.
— Думаешь, того? Кокнули?
— Что?
— Ну того. Раз — и нету.
— Хотел бы верить, что нет.
Никита откусил ещё, пожевал.
— Тогда надо валить отсюда. Пока не поздно.
— Молодец. Быстро соображаешь.
— Знаешь что? Если у тебя эта штука, — Никита положил огрызок на стол, — отправь обратно. Только не в этом прикиде. Засмеют.
— Не могу. Не знаю, как он действует.
— Как?
— Не мой. Отцовский. Он погиб.
— Прости. Не знал.
— Ладно. Так что тебе придётся как-то самому. Ножками.
Никита приподнялся, уселся на кресле поудобнее, поджав ноги.
— Как всегда. Не успел привыкнуть к хорошему — так попёрли. Говори куда.
— Иди в Барцену, — Скавр положил на стол медную монету. — Покажешь банкиру Сотеру. Он поможет до Массилии добраться. Там свой человек. А это на дорогу, — Скавр положил рядом кошель с монетами. — До Барцены хватит, а там Сотер ещё даст.
Никита взвесил на руке кошель.
— Мне пора, — Скавр поднялся. — Дела.
У двери остановился, протянул металлическую коробочку. Никита открыл — в ней лежали круглые серебристые капсулы.
— Утром тяжко будет, — усмехнулся Скавр, глядя на Титуса. — Ему две, себе одну. Сходите завтра на праздник Юпитера, а потом уходи как можно быстрее. И не говори ему о нашем разговоре.
— Чего так?
— Он не такой сильный, как ты, — улыбнулся Скавр.
— Тут ты ошибаешься, — Никита посмотрел на Титуса, сопящего на диване. — Ты его плохо знаешь.
— А ты, значит, за несколько дней узнал его лучше.
— Выходит так, — пожал плечами Никита.
Никита закрыл дверь, проверил Титуса и ушёл в спальню.