Бог молчит. Часть 34

Черновик.

Не спится ночами порою, -
Мысли тревожат покой.
Ой, ты моя неволя!- Рядом,
Опять примостилась со мной.


Привычно с утра ноют, болят кисти рук, пальцы. Они непрерывно днями в трудах. Первая тетрадь дневников исписана -заканчивается. Её принесла с собой в рюкзаке. Пишу в каждой клеточке, в каждой строке, без полей и без пустот. Так экономлю бумагу, ибо она немало весит, а каждый грамм лишнего веса рюкзака при заходе в тайгу, то нежелательная лишняя ночёвка под кедрОй.

Вчера довольно долго не спалось. Сильно пропотела, точно в бане, в парилке, однако, -во благо. - Лицо и то в поту. Вечером руки, ноги, смазала традиционно жиром, размассажировала; выпила компот, настоянный в термосе на лекарственных таёжных ягодах и травах, - смесь: ягоды брусники, черники, шиповника, лист брусники, листья и кисть красной рябины с ягодами, лист и ветки лабазника. - Прогрев при лечении таёжными лекарствами сильный. Происходит активация кровотока во всём теле, усиливается иммунитет. Почивать было уютно, - тепло, точно с печкой.

Написала в тетрадке список того, что имею в наличии. Так поступают опытные таёжники, дабы не забыть в другой раз необходимого и не везти лишнего. В наличии имеются полога, спальники, постельные принадлежности в достатке, топоры, канистры, куртки, майки, рубашки, трикушки, носки, спички, спирали от гнуса, посуда всевозможная в достатке и прочее. Необходимо подготовить на выход лыжи, обувь, одежд; пробить лыжню, путики почистить; заготовить для костра дрова на путиках. Нужно побороть фобии дорог тщательной подготовкой выхода в село.

8.10. 2025. Утро. 9.00. Весьма много необычностей случается здесь – в тайге, в избе. Так спальник расстёгивала, когда укладывалась спать, а вчера он оказался частично застёгнутым. Грешу, естественно, на память, хотя мысли странные появляются…

Пуля занялась мышами. На ночь вчера опять чистила зубы содой. Помогает неплохо поддерживать здоровье в таёжной автономки, вдали от больниц и лекарств. Пью, наслаждаясь вкусом и ароматом, кофе. Осадок кофейный процеживаю ситечком, затем его запариваю, доливая кипятком, довожу до кипения на печи, немного кипячу. Получается приемлемо.

Вчера случайно нашла стекло от керосиновой лампы. Оно валялось около избы под кустом во мху, с дырой в боку, - сломано. Как там очутилось? – не знаю. Вероятно, гости выбросили. Мы никогда стекло не бросаем около избы, для разных отходов выкопана специальная яма. Стекло же ещё и сжигаем в костре, чтобы случайно лайки не порезали лапы, да и сапоги не пробить. Занесла домой, - думаю, каким образом отремонтировать фольгой. В прежние годины умела, сейчас навык утерян. Теперь нужно ещё найти керосин по канистрам. Всегда этим занимался муж, а я не заморачивалась, теперь не знаю, как отличить соляру от бензина по запаху. Керосин или солярка должны оставаться в канистрах. Фольга пищевая в моих запасах нашлась. Я её завозила сюда в избытке. В фольге запекала рыбу, мясо – готовила всяческие вкуснятины. В керосиновой лампе, что на столе стоит, немного бултыхает солярка, на немного хватит.

Ночью сегодня проснулась и внезапно ощутила, что село для меня давно пусто. – Необычная побудка! – Точно озарение, ответ на мои вопросы. В посёлке не осталось никого, кому б я поверила или доверилась. Друзья, близкие или уехали навсегда, или ушли в небо, к верхним людям. Кто в соседстве ныне,- все предавали в сложный момент. Мир в корне поменялся! От советской эпохи честности, взаимопомощи фактически никого не осталось в живых. Развалился и Союз братьев, и геология с тысячным составом коллег, а родные республики, народы уже стали и врагами смертельными. Практически каждый сосед, что в соседстве сейчас на Севере, имеет близких родственников на юге, в том числе и по ту сторону реального фронта – в стане теперь не друзей, а лютых врагов.

О том же говорила одна местная женщина. Однако и ей рискованно лишнее говорить теперь. С её слов, она давно не верит никому. И тем ни менее тесно общается с теми, кто обо мне намерено распространял мерзости по поселению, когда пропал муж. Её же мужа ещё в первый год их совместной жизни убил сосед; что жил через стену, сына растила одна; толпа родных, но никому не верит, ни на кого не полагается, всё вывозит сама. Невольно подумалась расхожая уголовная фраза села: «Не верь. Не бойся. Не проси». Не понимала прежде её смысл, ныне дошёл смысл. Бояться давно обучилась разумно. Обращаться за поддержкой отучили: слишком большую материальную цену затребовали за обычную, грошовую в прежние времена человечность. – Подумать в прежние времена было немыслимо, что за всё элементарное затребуют соседи с пенсионерки оплату… Бесплатно сейчас из молодёжи никто не поможет ни в чём…

Все близкие души из обоих миров не в селе, а тут – в тайге.– Пуля, Дымка – со мной в этом мире. Муж, мама, отец, бабушка, тетушка, сестра… - в верхнем мире небес. В селе дом развалили, - рушится. Соседи проявляют себя частенько зверьём. …Дикое изучение. – Счётчик, усилитель - всё тайно прикрепили к проводке, оттого и болячки. А в тайге чисто: река, еда, постель, лайки верные, Лешак – помощник, наставник и души, Духи….

Пишу на листке в клетку. Расход продуктов:
Мне : 1 кружка гречки +1 банка тушонки на 5 дней. Сахара идёт много. Кофе - 1 столовая ложка в день. Чай – 1 пакетик на 2 дня. Мука – 1-2 кружки на одни - двое суток. Манка - 0.2 стакана на сутки

Собакам: 1-2 кружки круп на день. Масло растительное много идёт.

Не носить с собой! - Орехи грецкие- не ем. Галеты, печенье – не ем, если настряпаны блины.

Кончился стержень в ручке. Новый – дурной! - Короткий и неполный. Заточила спичку, стараюсь им подогнать стержень под длину ручки. – Паршиво! Новый и не пишет совсем! Заполнен лишь на треть! – Экономят! Раскручивают родителей школяров на деньги на повседневных мелочах! Нашла в сумочке с рукодельем старый огрызок ещё советского простого карандаша. Придётся экономно затачивать, если не подберу стержень – если все не пишут…

Вечерами читаю Федосеева про эвенков. - Жуть! Детей меняют на собак! И то 20-ый век! Пишется, якобы честны и не воруют,а чужого пса сосед у Улукиткана привязал! – осознанно украл промысловую лайку - лосятника! И в итоге бросил новорожденного сына, - ребёнок калека, не помощник, а обуза! – продали обманом! Мать продала! - Утаили, не сказали, покупателям дитя, обманув. А восхваляется этнос, традиции тем же Федосеевым как пример человечности…

11.30. Хмарно. В воздухе висит стойкое ощущение сырости, грядущего снега. Тропа к реке на спуске подстыла. Иней на мхах склона растаял. А на реке в заводинах разрастается ледок, схватывая напористо стеклом поверхность стоячих пространств. Как и предполагала: сеть пуста. В заиленную снасть рыба не идёт,- видит. Решила подтащить к противоположной стороне на глубину с мелководья, да сорвала с обледенелых камней верёвку. Теперь её крутит в омуте. Хотела подцепить стремительно уплывающий конец палкой, да под рукой не оказалось подходящей и не достать, а черпать в сапоги ледяную воду не захотелось. Сетку оттащило от берега в омуток, где вода вращается каруселью. Долго старалась вернуть на место, - не выходит. Оставила до завтра. - Завтра сниму и поставлю новую…

Принесла восемь литров воды, очередной плоский окатанный камень к печи. Попутно собрала ведро шишек на тропе. Заново нападали. Раздавила сапогом, потом вышелушила Пульке три шишки. Ест уже хуже – наелась. Обедаю щукой жареной. В плане сегодня принести остальную муку.
Пора печь хлеб. Всё думаю, почему Володя упал, не дошёл до избы, - что случилось? Кто тому помог?..

12.30. Подвела часы. Принесла муку, осталось, примерно, восемь килограмм. – Хватит надолго, не экономя! Принесла горох, сахар. Мешки разваливаются все! Необходимо всё переупаковывать. Хорошо, что вовремя обнаружила! Каркает вОрон. Пуля мышкует. Дымка достаёт. Осталась в нычке от зверья банка тушёнки, пара пачек рожек, соль, сахар в мешке и в бутылках, пара бутылок растительного масла, сечка…

Всё думаю: «Не уйти ли домой до снегопада, - пешком, без лыж?..». Да торможу себя. - Одной в тайге жить сложно, но в селе я вовсе одна. Там ещё наживусь, намучаюсь! Здесь хоть алкашня «коренная» не достаёт! Не нужно ежесекундно защищать свою жизнь, свой дом от алкоголиков, от криминала. Здесь можно спокойно спать. Никакой медведь по опасности не сравнится с аборигенами пьяницами в селе. Ни одно таёжное животное не сравнится по опасности с человеком. В тайге спокойно и не страшно. В селе опасно жить, спать, опасно выйти во двор… - в селе могут покалечить, жестоко убить, сбить машиной, снегоходом, умчавшись, скрывшись… – опасно - во дворе, в подъезде, на собственном крыльце, в собственной квартире…


 - Что сейчас тревожит?.. – Это только дорога до трассы и переправы через реки. Прикидываю:

- Резиновую лодку можно надуть и протаскивать через реку, - катить перед собой для устойчивости польду, опираясь на борта руками. – Как переправить по первому льду лаек?..

Помню, - один год выходили с тайги в декабре по морозу с Володей без лыж. – Почти не было снега!Пешком шли в валенках по тайге двадцать километров. - БолотА сморозило и они прекрасно держали. Надеюсь на морозы, но пока по прогнозу сороковников не светит. Но вероятны снегопады, что край нежелательно! Если завалит сразу снегом болота, те не простынут и идти край, как сложно будет. Мороз без снега - это мечта! - Стужа схватит топи и мхи. Можно тогда идти по западу, по чистым открытым болотам. Они лучше держат, нежели шагать по мшистому урману. Случается, - бегаешь по ним, точно по асфальту без лыж, пока не заметёт… - Нужно поставить кислое тесто на хлеб.

13.10.Прошлась до старой избы. Брусники, ягод нет. Немного набрала бересты. Вернулась, - пью компот, ем щуку. Блины подсохли в миске.

15.40. Пасмурно. Плюс три градуса. Сыро. Тихо. Заморосило. Развела костёр. Пилю дрючки. Жарю блины. Поставила мешки с шишкой у северной стены и пара мешков лежит в сенках. Надо доесть уху.

16.15. Думаю: часы отстают. Ставила их наугад по солнцу. - Темновато уже. Костёр тухнет. Чурка кедровая не горит. Жарю ландолики. Пью уху. Выпила две кружки. – Жирная, вкусная. Чищу граблями двор, сжигаю в костре хлам, опад. Лыжи сняла -Володины большие, широкие охотничьи и очень старые лесные мои. Они с разных пар, - ломались. Необходимо подогнать под сапоги на выход.

Принесла продукты. Мешки рассыпаются в труху. Зло берёт и на спички с надписью «Уфа» с Салаватом на этикетке. Они совсем не зажигаются! – Брак заведом! На спичках почти нет или вовсе отсутствует сера. Чиркнешь, а спичка, не загораясь, дымит,искрит или отлетает искрой на метр, грозя поджечь. - Мат один на то и на другое. Сталина невольно вспоминаешь добрым словом. – чёткий развод людей на деньги!..

Пулю не видать – непрерывно добывает себе пропитание мясное. А Дымка традиционно лодырничает. Работа в тайге непрерывна! – не присесть. Ем и то порой стоя, на ходу. Витает в атмосфере устойчивое ощущение снега. Жду, что зима морозная на первое ноября традиционно пожалует к нам и реки Первого ноября встанут. Больно не хочется возится с лодкой на переправах!(Так и вышло. Щекурья на плёсе покрылась ледком 28 октября. Река Ятрия встала ночью на первое ноября, - в срок, как и годами ранее. А мороз на Первое ноября установился в минус тридцать один. Но и снега навалило в метр!). Помню, на 1 ноября 1989 года мороз в селе ударил в минус тридцать шесть, стоял неделю, а на 4 ноября всё растаяло. Появились лужи. После октябрьских праздников зима окончательно изгнала осень.

16.30. Жарю блины. Пока жарится очередной блин, гребу в костёр опад, - чищу территорию, - жгу около избы опавшую хвою, чтобы обезопасить зимовье от лесного пала летом. Листвы нет, но слой хвои присыпает землю. Зашумела резко река. - Вероятно, начался ледостав, - подошла с гор шуга. У гор, вверху, холоднее, чем на равнине. У гор Манья, вероятно, уже стоит, а днём течением скинуло лёд, шугу.

17.00. В избе темно. Пишу у костра, точнее – у дымокура. Костёр дымит, а не горит пламенем. Завершила дневные дела. Варю назавтра кашу хвостикам. Угостила их свежими блинами. Те готовы всю миску заглотить, не жуя, - так вкусно! Пуля хоть немного, да смакует, а Дымок глотает, спеша, не жуя, в расчёте, что так ему больше достанется, - выклянчит умело добавку у доброй хозяйки. Дала сверху блинов по миске гречневой каши. Сама так и не доела гречку, - питалась ею пять дней. - Не подходит. На вечер осталась ещё жаренная рыба, блины, вкусный компот.

Река затихла, перестала шуметь, наверное, шуга прошла вниз, и вода у нас очистилась. Тревожусь, чтобы не сдёрнуло льдом сеть. Кричит кедровка. Сегодня с земли у избы на кедр поднялась белка. Она собирала орехи, которые крошила Пульке, и растаскивали поползни. Белочка с шумом стремительно вскочила в макушку кедра, да ругается сверху на меня, на лаек на своём языке. – Возмущённо цокает. – Шишковала животинка!..

Пуля, отдыхая, лежит у сосны, прислонившись спиной к стволу. Дерево растёт рядом с тропой, ведущей на реку. Набегавшись, накопавшись, - моет лапы. В этом местечке лайки частенько возлёживают, контролируя и хозяев со стряпнёй, и тропу к реке, и саму реку, и старицу, и прошенно непрошенных всевозможных гостей. Частенько срываются, заслышав подозрительные шаги, и галопом сбегают по тропе к реке, там сердито гавкают, гоняя врагов, привлечённых запахами еды. Место приметно! – Все и всё в поле контроля лайки.

У Пулечки шерсть похорошела, загустела, - чистенькая! Прихорошившись, лайка дремлет, глядя временами на костёр. Мордочка зарыта в пушистую шёрстку пушистого хвоста, точно в подушку. Дымка же, лежит у избы и тоже колечком, тоже караулит, но блины, что в миске источают чудо аромат! - Красавцы! Мне они дороги. - Часть меня. - Делят со мной и трудности, и радости. – Не представляю, как бы без них пережила все трагедии, что свалились на эти истекшие три года… - смерть забрала мужа, сватов, сестру… многих из соседей совсем молодых… - война, ковид, рак, нервы, криминал… - и никто не ушёл по старости!..

Стало вокруг уютно, подметено, прибрано. Дятел стучит на сухом кедре.
Ветра нет. - Хвоинка не шелохнётся! Иголки на ветках кедров застыли, не шевелятся, замерли. Чирикают птахи, перелётывают синички. Второй дятел затинькал по-дятловски. Дымок выздоравливает. Вспомнила сестру. Жалко, что так всё случилось. Мне не понять её. – Дети одних родителей порой совсемразные. Думаю, то влияние среды проживания. Она всю жизнь прожила в городе, а я - в тайге, оттого и ценности отличаются…

- Володя! Поговори со мной!.. - Гляжу на избу. Всё здесь, точно прежде, только я одна сижу у костра... В голове слышу знакомый голос:

- Ой, Танюшка! Танюшка!.. Какой же я был дурак, что тебя не слушал! Жили б и жили б сейчас! Эта разгульная жизнь!.. Бабы!.. А ты всё терпела, страдала. Я не понимал того совсем…

Вдали каркает вОрон. На разные голоса напевает костёр. Мошки сегодня нет. Щуку вчерашнюю ещё не разделывала. - На улице холодно,- не испортится до завтра. Её мне на неделю хватит. Ещё и ранешняя осталась на жарево. Завтра в плане поставить новую сеть. Эта полностью заилила, перестала ловить. Далеко ходить не хочется от избы, - находилась за лето, за осень, за год, за жизнь, хочется просто спокойно жить в тайге подальше от людей, радуясь, отдыхахя, наслаждаясь тишиной, покоем, красотой, безлюдьем.

Дымка смотрит то на меня, то на костёр. – Пушистый хвост! Глаза чёрные! Сам палёвый под цвет жухлой осенней травы. Перевернулся, лёг кверху лапами на спину – блаженствует. Засекла на днях, что, поганец! - Лазит в помойку. Отругала! Однако, то свойственно лайкам, - не хватает еды. Мехом обрастает нА зиму, требуются соли. Пулька та охотится, за день пару полёвок, или ондатру, проглатывает, оттого и не ползает в помойку.

Дымок блаженно прикрыл глаза, дремлет. А голова не спит, - повёрнута ко мне, - внимательно следит. Пулька крепко спит вдали, наохотилась. Дымка в отличии от Пульки сложно прокормить, он и орех не ест.

18.00. Поела блинов со щукой жареной. Попила вкусного компота ягодного из термоса, долила кипятком, чтобы ягоды настаивались. Помылась, смазала на ночь руки, ноги, плечи жиром, утеплила, размассажировала. Полощу рот, зубы настойкой ореха на водке. Кедровый орех препятствует развитию парадонтоза, укрепляет дёсны. Водка дезинфицирует, убивает микробы и бактерии. Шумит опять Манья. – Подошла новая партия шуги с какого-то притока горного. Дымка в конуру забрался на свежее сено. Разлёгся. Лапа торчит, вылезла сбоку из стены брезентовой. Конура ему мала - не растянуться во всю ширь, только колечком можно спать, а псу хочется и на боку полежать вольготно.

19.05. Темно. Читаю с фонариком, сидя на постели. Горой положила подушки под спину, прислонилась удобно к стене. Зажгла на столе свечу. Так уютнее в избе, однако, экономлю. Свечи тяжёлые, чтобы таскать с села на своём горбу десятки вёрст бездорожья. Надо чистить зубы и спать. Опять появилась мысль идти в село, пока нет шуги и на резинке можно Щекурью переплыть, а на Ятрии переправа ещё действует. И… велик едет. - Но стоит ли?..

***

31.12.2025 19:54:42. Набираю этот текст на компе. Пришла с выгула. У квартирантов аборигенов традиционный гам. В подъезде – вонь перегара и кошачьей мочи. Потеплело со вчера, с сорока двух до минус тридцати.. Интернет глючит. Дымка ожил, принёс мне рукавицу и, прося накормить, пристально смотрит в глаза. Вчера в подъезде, на лестнице, проглотил кусок печенья, не успела пса остановить. Вытащить из пасти тоже не удалось. Надеялась, - не отрава брошена соседями. Остатки успела отбросить в сторону ногой. Интуиция не обманула: в подкладе оказалась отрава. Главное, чтобы не иглы! Пёс отказался от еды, лежит – отравили! Удалось напоить молоком. К вечеру ожил. Вывела на выгул, пёс не смог сходить по- большому с первого раза. Присел и от боли в голос закричал! Побежал. Но немного погодя удалось прокакаться. Надеюсь, - иглы, лезвия вышли, не остались в кишечнике. Дала до того ему каши. Поняла, что хочет есть, появился аппетит. Достала косточку мозговую, угостила, а Пульке ребро олешка. Дымка обхватил кость лапами, пряча от Пули, смакует. А на Новый год укры атаковали кафе с мирными жителями на юге. Погибли люди. 29 декабря атаковали почти сотней дронов резиденцию Путина в Новгородской – покушение на президента и на ядерный центр. Удалось избежать ядерной зимы…


Продолжение следует.

Фотографии Татьяны Немшановой. Западная Сибирь, Приполярный Урал, Зауралье, ХМАО Югра, лес северный таёжный. Лайка Западной Сибири Вайта и мухоморы. Осень таёжная таёжная.