Глава десятая. навязчивый гость

Вечером того же дня, Ирина сидела в гостиной и вышивала кухонное вафельное полотенце с петелькой. Виталя сидел в своей комнате и читал стихотворение Есенина «Черёмуха». Просматривая текст, он представлял, как вновь идёт вдоль речки по мосту у знакомого холма. Ему сразу же посыпались воспоминания о тех летних днях, которые он проводил со своей компанией. Мальчик думал всё о том, как однажды, он выйдет из дома, и увидит вновь тот прежний мир. В котором не было ни пришельцев, не кровожадных лошадей. В котором все были живы и целы. Листая на днях альбомы, натыкаясь на фотографии из начальной школы и детского садика, он видел Антона, что, когда – то с ним учился и не был мёртв.
Вспоминая с нежностью лето и первые дни знакомства со всеми, Виталию было в радость окунуться в тот мир, что им каждому показал Никита. Это выход за ограду, устремившись в далёкие места. Это пространство, где не было страха и каких – то преград. Это жизнь, где было безопасно, открытие мира, его чудес. Это где был рядом старший, неравнодушный старший друг, что был тебе, как брат. Это лучший друг, что был с самого начала, это всё друзья.
 Тут же отложив книгу со стихами на стол, подросток поднялся с кресла, подойдя к двери. Выглядывая из комнаты, Виталя взглянул на маму, заметив, что она преданно увлечена своим занятием. Выходя из комнаты, он слегка вздрогнул, когда Ирина к нему обратилась, не поднимая глаз:
- Милый, ты куда пошёл? – Спросила она хлопотливо, не отвлекаясь от своего дела.
- Чаю захотелось, мама. Будешь чай? – Предложил мальчик.
- Нет, спасибо, Виталя. Там тётя Поля мне дала печенье в виде орешек, внутри них варёная сгущёнка. – Подсказала Кроткина.
- Ух, ты, здорово. – Виталий радостно улыбнулся, посмотрев на неё, после чего ушёл на кухню.
 Оказавшись в небольшой кухоньке, Виталя заварил в заварном чайнике чай с мятой, накрыв его утепляющим колпаком из плотной ткани. Для насыщенности. Колпак был сшит в виде серого полосатого кота. Достав из шкафчика с посудой свою кружку, черноволосый подросток поставил её аккуратно на стол. Затем он наложил в неё три кусочка кубиков сахара. Подождав, когда заварится чай, он залил чашку кипятком с ароматом мятным.  Сев за стол, стоящий вплотную к стене с окном, мальчик взглянул на улицу через него. За ним он увидел красоту угасающего света солнца и причудливые формы облаков. Небо было окрашено в ярко – красные оттенки, вырисовывая контраст с затемнённым силуэтом забора. Виталя потянулся к середине стола, включая радиоприёмник, поймав волну эфира «Юность». Заиграла песня «Было и прошло». Звучала группа «Красные маки». Подросток убавил звук, чтоб сильно не мешать маме.
 Всё это было лишь уловкой для побега. Поднявшись со стула, покинув кухню, он вышел в коридор, дверь, которая вела в него, была открытой. Обув белые кроссовки, Виталя бесшумно вышел за входную дверь. На нём была только серая клетчатая рубашка – куртка и чёрные прямые брюки. За пять дней несвободы ему удалось с лёгкостью вдохнуть свежий воздух, коснувшись вечерней темноты. Можно было считать, что мальчику ничего, и никто не мешал сбежать. Василий, его отчим новый, в это время, был на заводе.
- «Прости меня, мама, за то, что я нарушаю твой запрет. Ты хочешь меня обезопасить, но заперев. И я бы был бы с тобой согласен, но не могу я отказаться от друзей. И ты права, мне страшно, я боюсь, сейчас опасно. И я бы спрятался, не покидая дом, если бы за его гранью мне не было так тепло. Оно исходит от них, от самых нужных и родных. И я скучаю по друзьям» - Образно выражался в мыслях подросток, присев на крыльцо, глядя наверх.
 Поднявшись, Виталий прошёлся мимо окна своей комнаты. На радость оно было накрыто шторами, Ирина его не заметит. Подойдя к забору, он забрался на поперечную балку, чтобы посмотреть, нет ли по близости Василия, что мог уже вернуться в любое время. Но то, что его объяло страхом, чуть не заставило упасть на землю с высоты.  Это было существо с человеческим лицом и телом, как у лошади. Правда, не было ничего человеческого в этой физиономии, лишь форма. Увеличенный свод черепа. Огромный лоб. Высокое расположение темени. Увеличенное расстояние между глазами. Половина тела, напоминающая человека, было светлым цветом. Часть его туловища с мехом покрывалось чёрным. Рога у него были жёлтыми. Волосы чёрные, а глаза – голубые. Существо смотрела на мальчика со смутной улыбкой. Но сущность моментально скрылась, когда на улице за оградой объявился мужчина в спортивках, что недавно здесь уже и появлялся. Подросток тут же слез с забора, увидев его. До этого Виталий его постоянно видел, когда сидел дома один, либо с репетитором, поглядывая изредка в окно. Он всё время задавался, что нужно этому незнакомцу от него, почему мужчина регулярно останавливается у его дома. И теперь он снова здесь, это значительно пугало Кроткина. Но страшнее стало ещё больше, когда калитка второго забора открылась. Виталя спрятался за бочкой с водой, что стояла рядом с окном его комнаты.
Следующим моментом, незнакомец прошёл в дом, где сидела одной Ирина. Она ни о чём совсем не подозревала, думая, что сын спокойно слушает радио за кружкой чая. Услышав, как кто – то выключил радио, женщина не отвлеклась, продолжая вышивать, но решила поинтересоваться:
- Виталя, ты уже наслушался радио, да?
Мужчина стоял на кухне, ничего не говоря. По коридору прошёлся запах сигарет и одеколона. Это заставило Кроткину отвлечься от занятия, подняв глаза.
- Вася, ты? – Спросила она чуть настороженным голосом.
- Какой такой Вася? – Ирина услышала до боли знакомого мужчину.
Его тембр был басистым, низким и тяжёлым. Не слыша своего ребёнка, женщина запаниковала, она отбросила крючки и заготовки кухонного полотенца на пол, поднявшись с кресла. Ей тяжело стало дышать от волнения, её окружали страх и тревога за Виталю, вдруг этот негодяй держит его насильно своими руками. Она боялась представить себе страшную картину, где он схватил его, прижав к себе, подставил нож к шее. Её маленького двенадцатилетнего сына... Собственный отец.
- Отпусти Виталю, подонок! – Голос Ирины испытывал дрожь.
 Она беззвучно подошла к журнальному столу, подняв из шкатулки спицы, вышла тихонько в коридор.
- Виталю? Я не вижу никакого Виталю. Это что ещё один твой любовник, да, неправедная блудница?! – Мужчина, не выходя из кухни, повысил тон.
- Это твой сын, урод! – Крикнула от укола бывшего возлюбленного женщина.
- Я надеюсь, что мой мальчик унаследовал всё только самое лучшее. И это то, что было во мне. – Он всё ещё не выходил в коридор на встречу к ней.
Виталя всё это время сидел за домом и слышал с помощью открытой двери крики, только невнятно.
- Где Виталя?! – Воскликнула истошно Ирина.
- Это я должен у тебя спросить. Не доглядела... Мать ещё называется. От тебя все сбегают, Ир. Но только я у тебя зверь, а остальные хорошие мужики... Что, я больше тебя в постели не балую, да?! – Мужчина в ответ воскликнул.
- Арсений, прекрати... Где мой сын? Виталя! – Слёзно завыла женщина, хватаясь за сердце.
- Мать из тебя дурная... Жена тоже, хозяйка также, да и как женщина ты ни о чём, Ира. Уже старая. Волосы крашенные. За собой вообще следишь? – Всё насмехался Арсений, не покидая кухни.
- Исчезни, тварь, уже! Где мой сын? Сынок! Сынок! – Во всё горло выла Кроткина, сжимая в руках спицы.
Слыша отчаянные крики матери, Виталя дрожал от испуга, негромко плача, прячась за бочкой. Он хотел выбежать к маме, но боялся, что незнакомец на него нападёт.
- «Мама!» - Трясясь от слёз, думал о ней подросток.
Вмиг в дом вбежал Василий, он остановился у двери, увидев на кухне Арсения и заметив ещё  взвывшую Ирину в коридоре.
- Вот он твой Виталий, любовник пожаловал. Девка дрянная! – Взревел мужчина в спортивках.
- Покинь дом по-хорошему, пока я не вызвал милицию. – Воздержался сожитель Ирины, глядя на Арсения со скрытной ненавистью.
- Что, прости? Я тебя не расслышал. Жужжи мне громче, сверчок! – Наседал мужчина.
- Ты зачем вчера на парня руку поднял? Страшно уже подымать свои лапы на сверстников? Боишься, что их оторвут? – Василий припомнил вчерашний случай с Никитой ему.
- Вася, осторожно! – Вскрикнула Ирина, увидев, как Арсений полез с кулаками на него.
Арсений толкнул к стене Василия, замахнувшись кулаком в его живот. Но новый отчим Витали перехватил его руку, остановив удар.
- Глядите – ка, ещё один святой завёлся. Что – то я не вижу, что ты в силах оторвать мне руки, сам ты тощ, как спичка. Это тебя легче сломать. – Рыча, произнёс мужчина.
Слыша третий голос, мальчик собрался, поднявшись с места, покинув укрытие. Пробегая окно кухни, Виталий увидел, как его отец нападает на Василия, а тот защищается, лишь удерживая его. Подростка в окне же заметил Арсений, обратив внимание, как что – то промелькнуло за ним. Это ослабило его удары, он вновь оттолкнул от себя соперника. И направился к выходу.
- Не трогай моего сына, ублюдок! – Увидев, что Арсений удаляется из дома, понимания, что Виталя может быть где – то на улице, Ирина сзади подбежала к бывшему мужу, воткнув ему в спину спицы.
 Он заревел от боли, как медведь, согнувшись, падая на колени. Василий тут же прижал к себе женщину, защищая её, отгораживая от беды.
- Ах, ты сволочь! Мразь! – Вопил от мучений Арсений.
Здесь непредвиденно в ограду Кроткиных забежал обходящий улицы караульный. Его привёл Виталя, успев выбежать за ограду. Перед этим работник отчитал мальчика за то, что тот нарушает режим тишины. Ведь на часах уже было восемь часов вечера. Уже было темно, но фонарь сторожа дал хоть какую – то надежду. Караульный вошёл в открытый дом, увидев у порога, стонущего от боли Арсения и изведшихся Ирину и Василия.
- Нападение на семью, гражданин... Серьёзное преступление. Вы арестованы, дальнейшее распоряжение вашей судьбы ожидайте от решения суда. – Мужчина в форме приблизился к нападавшему, заведя его руки за спину, пристегнул их друг другу наручниками, наклонившись к нему.
 Когда караульный быстро вытащил спицы из его раны, Арсений заголосил от муки, опустившись лбом к полу. После того, как налётчика взяли под стражу, выведя за ограду, Виталий вбежал в дом, влетев в объятия матери.
- Мама, прости меня... Всё это время я был в ограде, мне захотелось побыть на улице недолго. Я бы никогда тебя одной в опасности не бросил. – Хлюпая носом, сказал он.
- Я так испугалась за тебя, Виталя... Боялась, что этот нелюдь тебя пальцем тронет. – Ирина с нежностью вытирала с его лица слёзы, глядя на него с утешением. – Как хорошо, что на помощь подоспел Вася. – Женщина перевела благодарный взгляд на своего сожителя.
- Запомни, Виталя, не один настоящий мужчина никогда не поднимет руку на женщину и не упрекнёт ее, в чём либо. – Мужчина мягко кивнул мальчику.
- Вы два моих защитника. – Кроткина нежно и одновременно обняла Василия и сына.
- Скажи, Виталя, а что ты сказал караульному? – Решил спросить отчим.
- Я сказал, что какой – то незнакомец напал на мою семью. – Ответил подросток, продолжая обнимать маму.
Василий понял, что он не знает Арсения, как своего отца. Ведь, мужчина их бросил, когда мальчику исполнился только один год. Вернее говоря, не бросил, а вынужден был с ними расстаться. Арсения посадили на десять лет за решётку за умышленное убийство. Тогда одиннадцать лет назад его признали виновным в убийстве многодетной женщины. А случай был совсем нечаянным. Его жертва стала свидетельницей того, как он избил одного подростка до полусмерти. Не желая, чтобы кто – то ещё узнал об этом случае, Арсений убил её, перерезав ей горло, нанеся следом несколько ударов в грудь. Он также успел забрать и её украшение в виде серёжек – колец, которые после того инцидента подарил Ирине. Узнав историю происхождения его подарка, женщина избавилась от драгоценности. Впоследствии она молилась за упокой той несчастной потерпевшей и за благополучие её четырёх детей, которые позже были отправлены в детский дом.