Веселые каникулы

Я расскажу вам, как случайно познакомилась с человеком, которого вы все  наверняка знаете, но наверняка не знаете его имя, и чем он на самом деле занимается…

В последние  недели августа заезд в Дом творчества сочинского поселка Хоста отличался наплывом молодых людей. Понаехали музыканты, скульпторы, художники, или дети музыкантов, архитекторов, художников. Как будто молодежь почувствовала, что лето вот-вот кончится, начнется учеба или работа, и надо отдохнуть изо всех сил. Или их родители решили, что детям надо набраться сил и отправили всех к морю. Поначалу все  приехавшие держались особняком. С надменным видом  выходили к завтраку, не глядя ни на кого, посещали санаторный пляж, где после купания утыкались в книжки, вечером чинно прогуливались по центральной улице, на всякий случай, не выпуская здание Дома творчества из виду. В общем, делали вид, что ни в ком не нуждаются.
А через пару дней на первом этаже появилось объявление об экскурсии на Красную поляну. Всего могли поехать десять человек, и так получилось, что записались в эти десять  приехавшие новички. Представьте, небольшая открытая машина,  которая мчит вас между гор и обрывов,  под синем небом и жарким солнцем. Крутые повороты, вызывающие и ужас и восторг. Водитель испытывал наше терпение – он не сигналил встречным машинам на поворотах, что было очень рискованно. Что же придумали  мы?  Мы стали сами на каждом повороте хором изображать гудок.
Ааааааа, слышалось на горной дороге, ааааааа, отзывалось эхо! А водитель только смеялся.
Красная поляна была в то время диковатым местом,  но очень красивым, мы любовались видами на Грузию, смотрели вниз со страшных отвесных утесов. В форелевом питомнике нам пожарили форель, пойманную из прудика прямо при нас. Но самое главное, мы все, кто поехал на экскурсию, подружились. Художник Никита, два брата - скульптора из Тбилиси, музыкант, пара Наташа и Сережа - они приехали отдохнуть и отметить годовщину своей свадьбы, а им было - Боже мой -  только по девятнадцать лет, я, моя подруга и  кто-то еще.
Со дня экскурсии  мы уже не расставались. Молодые люди быстро сходятся и очень дорожат дружбой, или хотя бы приятельскими отношениями. Не дай Бог что-то не узнать, не услышать какую-нибудь новость, пропустить событие, не помчаться вместе со всеми, все равно, куда. Мы были похожи на стайку подросших щенков, которых хозяева первый раз отпустили на волю, и которые, упиваясь этой волей, бегали, прыгали, наслаждались беззаботностью, свойственной только молодым. После пляжа и обеда мы редко расходились по номерам, а шли на большой балкон с каменными перилами  и колоннами, садились в шезлонги и кресла, и отдыхали в беседах и шутках, строили планы на вечер. Как-то  посетили концерт симфонического оркестра, исполняющего Богатырскую симфонию Бородина. Купили билеты, пришли, сели, и вдруг увидели, что кроме нас в открытом концертном зале сидят еще человек пять-шесть. Вышел оркестр, на лицах музыкантов считывалось разочарование, дирижер низко поклонился  пустому залу, зал жиденько зааплодировал, но оркестр заиграл. Нам вдруг стало так стыдно, что такой большой коллектив оказался в смешном и унизительном положении, что после исполнения симфонии мы, десять человек, не сговариваясь, честно отработали овации. Мы встали, долго кричали «браво!»,  аплодировали, сильно хлопая руками. Оркестранты стали улыбаться, скрипачи отвечали постукиванием смычков, дирижер картинно взмахнул руками, чтобы оркестр встал, мы стали хлопать еще громче, держа руки над головой. К нам присоединились и те пять - шесть человек, которые также досидели Богатырскую симфонию до конца. Удовлетворенные добрым делом, мы шли гулять по уже темным улочкам Хосты.
Был в Доме творчества один интересный молодой мужчина. Сначала мы обратили внимание на его яркие, полосатые, сильно расклешенные брюки. Это было невозможно модно! Внешне мужчина был похож на английского принца, тонкие черты лица, острый нос, заметные веснушки – вечное дополнение к рыжеватым волосам. Добавьте к этому стройность фигуры и сдержанные манеры. Он ходил везде один, вел себя спокойно, ни с кем не сходился – такой отрешенный аристократ. Правда, иногда, я ловила его взгляд на нашей веселой компании. Ему как будто бы хотелось к нам приблизиться, но что-то его останавливало, думаю, разница в возрасте. «Принц» был явно старше. В тот день после обеда мы обсуждали вечернюю поездку на дискотеку в Дагомыс. Кто-то узнал, что там можно  потанцевать. Уже договорились, во сколько едем, как на балкон вошел тот рыжеватый, в модных полосатых штанах. Он вдруг легко вспорхнул  на мраморные  перила. Ребята  начали с ним мужское знакомство. А, че, как, где, кто - что обычно говорят мужчины друг другу. Узнали, что зовут его Толик. Толик признался, что ему страшно скучно одному, потому что его супруга уехала в экспедицию на съемки кино, а его отправила на отдых. Парни на всякий случай пригласили его прошвырнуться с нами вечером в Дагомыс, и он легко согласился.
Если бы вы знали, как он танцует! Какая пластика, как двигались ноги  в невероятных па, как играли плечи! Как он вдруг изображал комичную походку, если удалялся в танце, как неожиданно коварно возвращался!  Его взгляд мистически держал мое внимание, полностью уводил от реальности. Никогда и нигде не было больше у меня такого партнера по танцам.
На обратном пути в автобусе я стала Толика расспрашивать, кто он, где так научился танцевать. Толик очень  тихо, скромно отвечал:
-Все  просто. Это моя профессия.
- Какая профессия?
-А я артист балета.
Это ж надо мне, балетоманке такое сказать!
-Как балета? - опешила я.
-Ну, я  танцую в Ленинградском Малом театре оперы и балета.
-Ты вот просто так, солист балета?
-Да.
-А что ты танцуешь в театре?
-Зигфрида, Альберта.
Он называл премьерные партии. Он был премьером! И вот этот человек меня сейчас кружил на дискотеке! Я танцевала с премьером Ленинградского театра! Еще больше меня поражала скромность и спокойствие, с которым Толик говорил о своей непостижимой профессии. Я не выдержала:
-Ребята, слушайте, Толик, оказывается, артист балета!
Это вызвало бурю эмоций всей компании. Но наше любопытство не закончилось.
-А твоя супруга балерина, или артистка?
-Нет, она второй режиссер. В экспедицию уехала, а меня нельзя было в этот раз брать. Но скоро съемки закончатся, и мы встретимся.
-А ты снимался когда-нибудь в кино?
Нам, девчонкам, это было очень интересно, все же мечтали каким-то чудом попасть  в кино!
-Да, было дело. Меня брали в экспедицию, и находился какой-нибудь эпизод.
-А в каком фильме, может быть, мы смотрели этот фильм?
-Смотрели, наверно.  «Начало» называется. С Инной Чуриковой.
-Конечно, смотрели, я обожаю этот фильм. Ну, и где ты там?
-В самом начале. На танцах, помните? Я подошел к Чуриковой и говорю: «Вы танцуете? А я пою!»
Точно! Это был он! Крадучись  подошел, танцуя, отошел, еще смешную рожицу сделал. Еще бы не помнить! Этот эпизод запомнился сразу на всю жизнь.
До конца отдыха мы проводили время с Анатолием Сидоровым, солистом балета, но больше никогда не виделись. Когда я ездила в Ленинград, думала, а не нагрянуть ли в театр? Конечно, он вспомнит, и на спектакль проведет, мы же очень подружились в Хосте, но сразу не случилось, а потом время ушло. Сейчас заслуженный артист Анатолий Сидоров, конечно, не танцует, но преподает дуэтный танец в  Академии хореографии  им. Вагановой в Петербурге. Хорошо, что я его вспомнила!