Как же я была слепа

История обмана и возрождения

«Когда я подписывала договор на продажу квартиры, думала: это шаг к счастью. А оказалось — к пропасти. Потому что человек, которому я верила, уже давно готовил ловушку». Жертва отчаяния.
Он обещал любовь, но хотел моё жильё: история обмана

 Потеря

Горе Ирины было отчаянным и безутешным. Она до последнего надеялась, что всё обойдётся. Но нет, не обошлось. Болезнь победила, и мамы не стало. Боль сжимала грудь, каждый вдох давался с трудом. И она пережила все стадии потери близкого человека: шок, глубокое переживание, осознание утраты.

Но самым страшным было то, что у неё не осталось никого, кроме подруги Оли. Отец трагически погиб ещё в детстве. Братьев и сестёр не было. Мама так больше и не вышла замуж. Молодой человек, с которым она встречалась в юности, оказался сиюминутным увлечением. Фактически Ирина осталась один на один со своей трагедией.

На работу ходила тупо, по инерции, ничего не замечая вокруг. Ольга была готова помочь, но у неё своя семья: муж, дочка. Однако именно она уговорила подругу обратиться к психологу за профессиональной помощью. Ирина выкарабкивалась из своего состояния с отчаянием спасённого утопающего.

 Надежда

Эдгар появился в популярной соцсети, в которую Ирина иногда заходила. Она не помнила, как это произошло. Изредка переписывалась со старыми знакомыми, отправляла дежурные поздравления с днём рождения и юбилеями. Вероятно, по инерции приняла предложение дружбы от незнакомца.

Он стал писать ей часто и много. О себе не распространялся особо, уходил от разговоров о своём прошлом, а всё чаще интересовался её жизнью. Узнав о трагедии Ирины, горячо и искренне сочувствовал.
Ей понравилось лицо на фото в аватарке: открытое, с едва заметной асимметрией губ, которая делала улыбку чуть застенчивой, с честными, немного грустными глазами. Имя было настолько редким, что она уже не могла его ни с кем спутать.

Эдгар утешал её тонко и деликатно, не вызывая и нотки раздражения. О себе сообщил, что не женат, никогда не имел своей семьи, живёт с мамой и очень был бы рад близкому знакомству.

Встретились в кафе. Молодой человек смотрел на Ирину с участием и пониманием. Нежно отогревал в руках её холодную ладошку, но не назойливо — это ей особенно понравилось. Перейти на «ты» было легко, как и согласиться на новое свидание.

— Ирочка, твоё горе не сотрёшь. Но жизнь впереди, ты ещё будешь счастливой.

Она взглянула на обаятельного парня с доверием и надеждой.

Через несколько встреч Эдгар предложил:

— Ирочка, хочешь, я помогу тебе? Я буду с тобой рядом. Я хочу попытаться стать твоим самым близким человеком.

Ира, тронутая его теплотой, согласно кивнула:

 — Да, конечно. Пожалуй, ты прав.

Эдгар стал приходить каждый день. Надев мамин фартук, он с удовольствием хозяйничал на кухне и оказался очень умелым кулинаром. Ирина оттаяла: она впустила его не только в свою квартиру, но и в свою душу. Давящая, гнетущая боль отпустила. Ей теперь очень хотелось, чтобы Эдгар оставался с ней рядом. Преследовал страх остаться опять одной.

Немного смущаясь, она сама предложила ему:

 — Эдгар, может, ты останешься у меня? Не на ночь, а надолго?

Он в нерешительности взглянул на девушку и спросил:

 — А ты сама готова к этому?

 — Я была бы только рада.

 — Хорошо, я перееду к тебе. Только обещай: если почувствуешь, что тебе со мной плохо, сразу скажешь об этом?

 — Я думаю, всё будет замечательно, — пообещала Ирина.

 Идиллия или иллюзия?

Появление Эдгара наполнило жизнь девушки новым смыслом. А когда он после очередной ночи любви привлёк её к себе и нежно прошептал: «Я тебя люблю», — в груди стало тепло, сердце затрепетало, и она впервые за долгое время почувствовала себя защищённой от бед и невзгод.

Подруга узнала о переменах в её жизни и порадовалась:

 — Это хорошо, что ты наконец встретила свою любовь. Но всё же стоит присмотреться к Эдгару. Всё-таки вы знакомы не так давно. Мало ли что.

 — Не преувеличивай. Ты его просто не знаешь. Это очень порядочный человек. И потом, я же сама предложила переехать ко мне. Он не настаивал, — отмахнулась Ирина.

Рядом с ней теперь был надёжный и любящий друг, который поддерживал её морально.

Ирина с радостью и предвкушением приятного вечера спешила домой. Нередко Эдгар уходил в другую комнату: важные деловые разговоры требовали незамедлительного решения. Но ведь это нормально — у мужчины дела. Так и должно быть.

О своей работе Эдгар не рассказывал, сразу предупредив, что она секретная и он дал подписку о неразглашении. Стоило Ирине появиться в дверях комнаты, и монитор компьютера тут же потухал.

— Сама понимаешь, подписка, — пояснял возлюбленный.

— Конечно-конечно. Я всё понимаю.

Как-то ей показалось, что на экране мелькнула страничка знакомой соцсети. «Да ну, ерунда какая-то. Сама, наверное, забыла выключить компьютер», — подумала и тут же забыла Ирина.

В другой раз она случайно услышала обрывок его разговора:

 — Конечно, дорогая, я тебя тоже очень люблю.

Она с удивлением приоткрыла дверь. Эдгар, не смущаясь, пригласил:

 — Заходи-заходи, с делами на сегодня я разобрался. Только что с мамой переговорил. Надо бы забежать к ней.

Ирина с пониманием кивнула. «Доверие — это оплот счастливой жизни, — размышляла она. — Нельзя допускать даже малейших подозрений в искренности другого. Иначе все чувства исчезнут безвозвратно». И она доверяла и любила.

В семьях, в близких отношениях нередко возникают недомолвки. Но у них за всё время тесного общения не случилось ни одной конфликтной ситуации.

Ольга удивлялась:

 — Ну надо же! Такой идиллии просто не бывает.

Польщённая Ирина улыбалась в ответ:

 — Мы просто очень любим и понимаем друг друга.

 Ловушка

Однако счастье оказалось недолгим. Однажды Эдгар вернулся чернее тучи. Ирина впервые видела его таким, поэтому испугалась не на шутку.

— Милый, у тебя что;то случилось?

— Случилось. Но это мои проблемы, я буду думать, как с ними справиться.

— Что же? — настаивала девушка. — Делись, мы будем решать их вместе.

— Хорошо, раз ты настаиваешь, я поделюсь с тобой своим горем. Думаю, ты как никто меня поймёшь. Моей маме поставили страшный диагноз. Болезнь тяжёлая, но излечимая. Однако не для нас.

— Как? Почему? — встревожилась Ирина.

 — Это лечение стоит больших денег. Очень больших. К сожалению, у меня их нет, и я не смогу их найти.

— Подожди, не паникуй, Эдгар, мы обязательно придумаем выход, — Ирина запнулась, пытаясь совладать с подступающей паникой. В голове вихрем проносились мысли: «А если взять кредит? А если попросить в долг у коллег?»

Ирина, не так давно пережившая потерю матери, не могла и мысли допустить, чтобы её любимый человек страдал так же сильно. Она ни разу не видела его мать, но возлюбленный часто рассказывал о ней. Мужчина сидел, обхватив голову руками. Сердце в её груди сжалось от боли за него.

— Скажи… сколько именно нужно? — тихо спросила она после долгой паузы.

Он назвал цифру с шестью нулями. Ирина глубоко вздохнула, до боли стиснула кулаки, чтобы унять дрожь в пальцах.

— Я, кажется, знаю, что делать, — произнесла она, стараясь, чтобы голос звучал твёрдо. — Я продам свою квартиру. Твою маму мы спасём.

— Да, но где мы будем жить? — возразил Эдгар, избегая её взгляда.

 — Мы с тобой работаем. Для начала снимем жильё, потом накопим деньги на ипотечный взнос и постепенно решим вопрос с жильём.

 — Нет, нет, нет, я не смогу пойти на такой шаг! — возразил Эдгар.

 — Вопрос больше не обсуждается. Я люблю тебя и просто очень хочу помочь, — поставила точку Ирина.

 — Ну что ж, — поколебавшись, ответил Эдгар, — если ты так решила, то, наверное, я готов принять твою помощь и согласен. Да, мы справимся вместе.

 Он обнял её и прижал к себе:

 — Ты самый великодушный и добрый человек из тех, кого я когда-либо встречал в своей жизни.

 Ирина оформила документы очень быстро. Эдгар помог найти подходящего покупателя. Сделка совершилась успешно, и Ирина сразу передала возлюбленному требуемую сумму.

Он расцеловал любимую и сразу поспешил на встречу в медицинскую организацию, где уже шла подготовка к обещанному лечению матери.

 — Я тебе сразу перезвоню, — пообещал Эдгар.

 «Ха-ха, дурочка…»

Это были его последние слова. Ирина прождала весь вечер, но звонка так и не последовало. Забеспокоившись, она стала набирать номер сама. Но механический голос постоянно повторял: «Извините, номер не существует».

Ирина села на диван, обхватила колени руками. «Может, он попал в аварию? Или телефон сломался?» — лихорадочно думала она. Решила позвонить на следующий день.

 Назавтра Эдгар так и не появился. А к вечеру Ирине пришло СМС от незнакомого номера:
 
 «Ха-ха, дурочка. Ты даже не представляешь, как легко тебя было развести. Думаешь, ты одна такая? У меня сейчас ещё две «невесты» собирают деньги на «лечение мамы». Ты просто самая сговорчивая. Прощай, лохушка. И не ищи — всё равно не найдёшь».

 Она перечитала сообщение раз десять, потом уронила телефон на диван и бессильно опустилась рядом. До Ирины вдруг дошло, что она понятия не имеет, где живёт мама Эдгара. В комнате было тихо — непривычно тихо, без его шагов, без запаха жареной рыбы с кухни, без тихого бормотания телевизора.

 В течение нескольких дней квартиру нужно было срочно освободить для новых собственников. Ирина  в состоянии прострации бродила по комнатам, собирая вещи.

«Как же я могла так глупо поступить? Почему я вовремя не поняла намерения этого проходимца? Ведь было же ясно, всё очевидно с самого начала. Почему не обратила внимания на эти странные разговоры, затухающий экран монитора, сомнительные звонки. Я просто как ослепшая закрывала глаза. Не хотела верить. Как идиотка повелась на все его уловки. Как малолетняя дура развесила уши на песни о любви. Вот и получила.

За что же мне такое наказание? У меня нет близких, родных, теперь лишилась и своего угла. По собственной глупости потеряла мамину квартиру — единственное, что у меня оставалось. Как и где теперь дальше жить? Всё кончено».

 Ирину душили слёзы отчаяния. Безысходность придавила как бетонная плита. Куда идти, кому она нужна? Ольга. Только к ней.

 Ирина бросилась за помощью к подруге. Задыхаясь рыданиями, кое-как объяснила, что случилось, трясущимися руками показала смс-ку. Та, едва увидев её лицо, поняла: случилось что-то плохое. Выслушав, молча обняла и сказала:
 — Всё. Хватит. Ты не одна.

 Ирина достала из сумки заявление в полицию. Ольга просмотрела его, покачала головой:
 
 — Шансы малы, но попробовать надо. А пока — переезжаешь ко мне. Насовсем или на время — решим позже.

 — Но у тебя семья…

 — Именно поэтому. Тебе сейчас нельзя быть одной.

 В ту же ночь Ирина перенесла оставшиеся вещи. В руках оказалась мамина шкатулка с бижутерией — та самая, которую она в детстве тайком примеряла перед зеркалом. Внутри лежал сложенный вдвое билет на первый концерт Ирины в музыкальной школе и засушенный цветок с выпускного.

«Всё, что у меня осталось», — подумала она, пряча шкатулку в сумку. Пока они с Ольгой расставляли коробки в гостевой комнате, домой вернулись муж и дочь подруги. Девочка, увидев Ирину, молча подошла и обняла её за талию:
 
 — Тётя Ира, а вы теперь всегда будете с нами?

 От этого простого вопроса у Ирины перехватило дыхание. Она кивнула, погладив девочку по волосам.

 На дне

Следующие дни слились в серый поток: визиты в полицию, звонки риелторам, попытки найти хоть какую-то работу. Ирина почти не ела, спала урывками, просыпаясь от кошмаров, где Эдгар смеялся ей в лицо…

 Ольгины домочадцы разошлись по своим делам, Ирина достала мамину аптечку, которую прихватила с собой, и залпом выпила горсть таблеток. Но подруга как будто почуяла неладное. Позвонила ей и, не дождавшись ответа, поспешила домой. «Скорая» успела вовремя.

 Подруга не бросит

 Ирину спасли. Но что делать дальше, она не знала. И Ольга опять пришла на выручку. Взяла досрочно отложенный на лето отпуск и теперь уже ни на шаг не отходила от подруги, потерявшей смысл жизни.

 — А теперь давай поговорим, — дождавшись её осмысленного состояния, начала Ольга.

 Они сидели на кухне, и Ирина наконец рассказала всё: от первой переписки до последнего обещания Эдгара. Ольга слушала, не перебивая, только крепче сжимала её руку.

 — Знаешь, что самое ужасное? — прошептала Ирина. — Я даже не могу сказать, что он меня обманул. Я сама всё отдала. Сама поверила.

 — Да, не спорю, тебе сейчас больно и обидно, —  выслушав её признания, продолжила разговор  подруга. — Но ты пойми, жизнь на этом не закончилась. Ты считаешь, что только одна такая? Остальные живут, не зная бед и трагедий? А ты только вспомни, как мы бились за эту квартиру. Сколько бессонных ночей провёл мой муж на нештатных дежурствах, отрабатывая каждую копейку?

Вспомни, как у нас заболела трёхлетняя Элечка, а я сутками напролёт дежурила у реанимации, дожидаясь хоть какой-нибудь информации от врачей, каждую секунду боясь потерять дочь. Именно тогда у меня появились первые седые волосы. И потом, когда мы с мужем были на грани развода. Думаешь, легко было забыть всё и начать сначала? Нет, это не конец, это просто жизненные испытания.

Ты готова сейчас расстаться с жизнью, но представь, что у тебя больше не будет ни горя, ни радостей. Ничего. Ты исчезнешь навсегда. Безвозвратно. Ты потеряешь самое главное, что тебе дано — свою жизнь. Так цени её, пока она у тебя есть. Учись принимать всё, что она тебе преподносит. Боль делает нас уязвимыми, но не должна лишать разума.

То, что сейчас произошло, — это урок. Жёсткий, суровый, незабываемый, но только урок, который пригодится тебе в дальнейшем. И сегодняшние твои проблемы тоже решатся. И будут новые радости. Так, может, стоит жить ради них?

 С чистого листа

Ключевое Ольгино «жизнь одна» вывело Ирину из состояния шока. До неё дошло, что у неё осталась работа, будущее, силы, чтобы преодолеть все трудности, а главное — верная подруга, которая поддержит и не подведёт. А она справится и начнёт всё сначала. С чистого листа.

Через неделю Ирина впервые вышла на новую работу — администратором в клинику рядом с домом Ольги. Зарплата была скромной, но хватало на самое необходимое.

По вечерам она сидела на балконе, наблюдая, как садится солнце за крыши домов. В голове постепенно складывались планы: снять маленькую комнату, закончить курсы бухгалтеров, которые давно откладывала.

Однажды она открыла папку с фотографиями и долго смотрела на снимок мамы — та улыбалась, держа в руках пирог, который они испекли вместе. 
«Прости, — подумала Ирина. — Я потеряла наш дом. Но не потеряла себя».

Она достала блокнот и написала сверху: «Мой план на год». Первая строчка гласила: «Найти жильё — пусть маленькое, но своё». Вторая: «Научиться готовить мамин пирог». Третья: «Помочь кому;то, кто в этом нуждается».

В дверь постучали. Это была Ольга с пакетом свежих булочек и улыбкой: 
— Ну что, готова к новому дню?

Ирина улыбнулась в ответ. Впервые за долгое время в этой улыбке не было ни горечи, ни боли — только тихая, но твёрдая решимость жить дальше.

 Эпилог

Спустя полгода Ирина сняла комнату в коммунальной квартире — небольшую, но светлую, с окном во двор, где рос старый клён. Денег хватало на самое необходимое, но она научилась ценить каждую мелочь.

Однажды, разбирая вещи, она нашла ту самую мамину шкатулку. Открыла её, достала засушенный цветок и положила его на подоконник. 
— Я не забыла тебя, мама. И я справлюсь, — сказала она вслух.

За окном шумел город, где;то смеялись дети, а в духовке доходил до золотистой корочки пирог — тот самый, мамин рецепт, который Ирина наконец научилась готовить.

Она записалась на курсы бухгалтерского учёта — по вечерам, после работы. Преподаватель, заметив её упорство, предложил подработку: вести документацию небольшого кафе неподалёку.

Через год Ирина смогла снять отдельную студию — крошечную, с низким потолком и скрипучим полом, но свою. В первый же вечер она расставила на полках фотографии мамы, шкатулку и несколько книг. На столе стояла ваза с полевыми цветами, которые она купила у старушки на рынке.

«Это не тот дом, который я потеряла, — думала Ирина, зажигая свечу. — Но это мой дом. Мой новый старт»

Жизнь продолжалась. И теперь в ней было место не только воспоминаниям, но и надеждам.