Ворона, лошадь и браслет

    Как на самом деле выглядела Елена? Та самая, оставившая своего мужа Менелая и сбежавшая с любовником Парисом. Та самая, из-за которой разгорелась многолетняя Троянская война, выиграть которую грекам помог гигантский деревянный конь. Та самая, из-за которой под стенами древней крепости сражались шлемоблещущий Гектор, хитроумный Одиссей, быстроногий Ахиллес... Как она выглядела на самом деле?
    Все мы видели старинные статуи (по крайней мере, на картинках) и представляем себе древнегреческий идеал красоты. Но, будем честными, разве красота статуй потрясает нас до глубины души? Допустим — прекрасная кожа, правильные черты лица, густые волосы, точеная фигура... Но что бы ни говорили недоброжелатели про «глупых бездушных красоток» — для создания по-настоящему потрясающего эффекта всего перечисленного мало. Должно быть чудо. Должна быть — нет, не харизма, а... что-то большее. Харизма проявляется в словах и делах. А тут достаточно одного присутствия. Так как же все-таки выглядела Елена?
    Так думала утром первого декабря туристка Алена, стоя на склоне холма, недалеко от турецкого городка Чанаккале, среди серых и розовых остатков древних стен — на руинах Трои. Было пасмурно и прохладно. На Алене была шапка с помпоном, теплая куртка, длинная юбка и рюкзак. На носу — странноватые очки. Косметикой Алена не пользовалась.
    Тайнами красоты она вообще-то никогда не интересовалась (о чем легко можно было догадаться по ее манере одеваться), но разве можно на руинах легендарной крепости не погрузиться в размышления о древнем мифе... И тут к ее ногам упало что-то блестящее. Над головой Алены раздалось воронье карканье. Девушка наклонилась и подняла изящный браслетик. Она рассеянно надела элегантную вещицу на запястье, полюбовалась на переливающиеся камушки (или, скорее всего, стеклышки), а потом подняла голову.
    На ветке хвойного дерева сидела ворона. Похоже, именно она выронила браслет. Вероятно, где-то подобрала или украла. Надо бы найти владельца... Но кто знает, сколько птица пролетела с этим браслетом в клюве. Может, хозяин живет в далеком городе... Алена снова поглядела вверх. Над ней покачивалась пустая ветка. Вороны и след простыл.

….
    Елена стояла у городской стены. Ветер развивал ее густые волосы, трепал складки роскошного серебристого одеяния. Елена глядела вдаль, щурясь от ветра и яркого солнца... Вдруг раздалось карканье. На стену рядом с красавицей опустилась ворона.
    — Ах, это опять ты, — сказала Елена, глядя на птицу своими вечно сияющими глазами (лучше даже сказать — очами). С чего это ей вздумалось говорить с птицей? Вероятно, это были просто мысли вслух.
    — И куда пропал мой браслет?! — воскликнула Елена, с укоризной глядя на ворону (которая никак не реагировала на обращенные к ней слова). — И, кстати, как это тебе удается исчезать на лету, растворяться в воздухе?
    Елена задумчиво приложила изящный палец к подбородку цвета рассветного облака — нежного-нежного оттенка.
    Ворона каркнула, поднялась в воздух и... исчезла.

…..
    В самолете Алена все разглядывала изящный браслетик и размышляла почему-то о «кротовых норах» — так, кажется, в некоторых научных или псевдонаучных теориях называются прорехи во времени, которых, впрочем, не существует... А в иллюминаторе между тем вздымалось настоящее цунами — огромное облако, к которому самолет подлетал все ближе... Алене было радостно и жутко глядеть на эту приближавшуюся облачную стену.
    А потом они летели под снеговой тучей. Земля внизу была абсолютно белой. Вдали тянулась узкая полоска отрешенно голубого неба... Алена не заметила как заснула.

….
    Побрякушки она никогда не любила. Муж Алены, Миша, очень удивился, что свое новое приобретение — блестящий браслетик — она носит практически не снимая. И дома, и на работе. Да что там, Алена даже спать ложилась в этом браслетике. А вот Мише он совсем не нравился.
    — Мне кажется, эта штука плохо на тебя влияет, — сказал он однажды.
    — В смысле? — удивилась Алена.
    — Ну, не знаю. Ты теперь дольше смотришься в зеркало. Краситься стала — зачем?
    — Разве это плохо? — пожала плечами Алена.
    — Это штука напоминает мне что-то древнее, — задумчиво продолжал Миша.— Ты, говоришь, нашла ее на руинах... У одного чокнутого конспиролога я читал, что иногда такие предметы пересекают границу времени и несут с собой отпечаток той истории, частью которой они когда-то были. Конспирология, конечно, это отстой, но... С такими вещицами надо осторожнее.
    — Бред, — сказала Алена, выслушав мужа. И поправила украшение на запястье.

….
    Паша пришел к ним в гости за пару недель до окончания года. Это был, кажется, новый сослуживец Миши. Алена толком не поняла. Она и понять-то ничего не успела. Темный пламень в глазах Паши сразил ее наповал. Это была любовь с первого взгляда.
    Они сидела втроем за столом и ели приготовленный Аленой пирог с яйцом и луком. Алена не чувствовала вкуса. Она вообще ничего не чувствовала и почти ничего не видела кроме Паши. Ей с трудом удавалось сохранять видимость спокойствия, поддерживать застольную беседу...
    Ночью Алена совсем не спала.
    На следующий вечер, когда Миша был на работе, Паша позвонил в дверь. Алене не потребовалось много времени на сборы. Через час они уже были у Паши дома. Мужу Алена не оставила даже записку. Ей было не до того. Она вообще действовала как автомат, разум молчал. На нее обрушилась страсть.

….
    Новый год приближался. Оставалось всего несколько часов. Паша и Алена проводили праздник в Пашиной квартире, украшенной разноцветной мишурой - красной, синей, золотой... Алена резала салаты, Паша достал из холодильника шампанское, расставил тарелки и фужеры и теперь смотрел телевизор. День был серый, хотелось снега. Впрочем, двоим влюбленным мир все еще казался полным золотого сияния (начавшего, однако, уже немного угасать, если говорить совсем честно). Так что они были счастливы и без всякого снега. И тут с улицы раздался крик и в окно Пашиной квартиры ударился камень. Стекло чудом не разбилось.
    Алена выглянула в окно и обомлела. Внизу, во дворе стоял Миша со своими друзьями — Аликом, Олегом, Димой и Агафоном. Вид у мужчин был мрачный и решительный.
    — Как они нашли меня?... — пролепетала Алена.
    Паша, который только что выглянул на улицу из-за ее плеча, присвистнул.
    — Надо звать подмогу, — только и сказал он. Вышел на лестничную площадку и начал звонить в соседние квартиры, где жили его друзья. Хорошо, когда они рядом! Нужно отметить, что почти все жильцы подъезда были либо Пашиными друзьями, либо Пашиными родственниками. В определенном смысле подъезд напоминал крепость.
    Через десять минут в Пашиной квартире уже находилось несколько здоровенных парней, готовых драться за Пашу с кем угодно. Самым здоровенным из них был Гоша — настоящий великан. А еще зачем-то пришла мелкая рыжая девица с безумными глазами и странным именем Кася. Все глядели в окно. Потом сели вокруг стола и стали держать совет.
    — Что делать будем? — спросил Паша.
    — Пусть только сунутся! — мрачно ответил Гоша.
    — Они ушли, — вдруг тихо сказала Алена, все это время продолжавшая глядеть в окно.
    Друзья Паши кинулись к окну. Действительно, во дворе теперь было пусто. Уже давно наступила ночь, на ближайшем к дому магазине сверкали разноцветные гирлянды. В их свете Паша, Алена и гости увидали неподалеку от Пашиного подъезда игрушечную лошадку. Она была вся обмотана поблескивающей мишурой.
    — Какая прелесть! — умилилась Алена. — Давайте занесем ее в дом. Это на счастье, ведь наступает год лошади.
    — Классная идея, — одобрил Гоша.
    — Гороскопы — бред! — вдруг заверещала ненормальная Кася. — Даже не думайте прикасаться к этой лошади!
    Но, похоже, никто не собирался ее слушать. Гости и Паша начали надевать куртки и шапки, готовясь выйти на улицу и забрать лошадь — несмотря на все попытки Каси их удержать. Она хватала всех за руки... и вдруг случайно (или все же не очень случайно?) сорвала с Алениного запястья браслет.
    Он ударился об пол и из него выпал блестящий камушек. Алена вскрикнула, на секунду забыв про лошадь во дворе, про Мишу и Пашу, про наступающий Новый год... И этой секунды хватило, чтобы густой угар последних нескольких недель немного рассеялся. Иногда стоит лишь на минутку переключиться, чтоб увидеть ситуацию свежим взглядом.
    — Стойте! — крикнула Алена. — Я ошиблась! Эта лошадь реально странная!
    — Семь пятниц на неделе, — пробурчал Паша, но остановился, и его друзья тоже перестали одеваться, застыли, не зная, что делать дальше. Они растерянно переглядывались. Кася тоже замерла, глядя на Алену, она словно бы чего-то ждала. И тогда на улице прогремел взрыв.
    Как потом выяснило следствие, лошадка была начинена взрывчаткой. К счастью, рядом с ней никого не было, а потому Миша со товарищи отделались лишь штрафом за хулиганство. А ведь все могло кончиться просто ужасно.
    Но в тот момент ни Алена, ни Паша, ни остальные присутствующие в их квартире (кроме, возможно, Каси) еще не поняли, какой трагедии избежали. Звук взрыва был моментально перекрыт: над городом засверкали фейерверки и все подошли к окнам — смотреть праздничный салют.

….
    С той новогодней ночи прошло не так уж много времени. Но, тем не менее, Паша с Аленой уже успели надоесть друг другу. Мужчина вздохнул с облегчением, когда его возлюбленная заявила, что собирается вернуться к мужу.
    Миша простил Алену (тем более, что его совесть в плане супружеской верности тоже была не совсем чиста). А Алена простила Мишу — за историю со взорвавшейся лошадью. Муж утверждал в последствии, что приготовил «новогодний сюрприз» вовсе не для жены, а для Паши с дружками. О том, что могли пострадать непричастные люди, Миша, ослепленный ревностью, не думал. Что ж, и Алена, и Миша действовали под влиянием слишком сильных чувств. Но пелена спала, страсти улеглись... Жизнь вошла в прежнее русло.
    Пасмурным днем на исходе зимы туристка в шапке с помпоном и ее муж в лыжной шапочке, оба в теплых куртках и штанах (был холодный день) стояли под раскидистыми ветвями хвойных деревьев, название которых было ни ему, ни ей не известно. Вокруг поднимались серые и розовые камни, остатки древних стен — руины Трои.
    — Положу тут? — спросила Алена, опуская что-то на камень. И добавила: — Здесь, кажется, находится та «кротовая нора» во времени, через которую, видимо, могут проникать только птицы. Может, она высоко над землей...
    Миша задумчиво кивнул. Алена вздохнула, последний раз глянув на блестящую безделушку, и решительно пошла прочь. Миша на секунда задержался, посмотрев на ворону, сидевшую на ветке. Стоило ему отойти на пару шагов, птица каркнула, бросилась вниз, схватила клювом оставленную Аленой вещицу и... растаяла в воздухе.

….
    Елена стояла у крепостной стены. Ей было скучно. Ветерок слегка колебал ее великолепное золотистое одеяние. Красавица легонько кусала нижнюю губу белыми идеально ровными зубами и размышляла, чем бы заняться... И тут откуда ни возьмись появилась ворона. Она опустилась на стену, в ее клюве что-то блестело. Птица каркнула, вещица звякнула о камень стены.
    — О, ты принесла мой браслет! — обрадовалась Елена. Но, взяв его в руки, нахмурилась: — Тут не хватает одного камушка. Зачем он мне такой нужен?
    И красавица, размахнувшись, выбросила браслетик за крепостную стену.