Старушка из болота

        Жила-была самоуверенная непослушница Таня.
- Не ходи в лес одна! Ты ещё маленькая и заблудишься! – говорила ей мама, когда видела у неё в руках корзинку.
- Ага! Все грибы собирают, и я тоже хочу собирать! – спорила с ней Таня и топала ногой: - Бросай свою работу и пошли в лес! Ты всё равно никогда в доме эти дела не переделаешь!
- Вот переделаю и пойдём, - не уступала мама.
        Наконец, когда маме опять было некогда, Таня взяла корзинку и потихонечку сбежала в лес. А там птицы поют, дятел стучит, кукушки кукуют – красота сказочная!
- И чего мама меня пугала? В лесу совсем не страшно, а очень даже хорошо, - огляделась довольная Таня и принялась за дело: - Вот сейчас наберу целую корзину самых лучших грибов, мама и перестанет за меня переживать!
        Да сколько она ни шарилась в траве и под кустами, сколько не высматривала эти «лучшие» грибы, ни одного не нашла. Стоят поганки да мухоморы везде. Решила тогда Таня подальше в лес зайти, но и там ничего не нашла. Зашла тогда ещё дальше, потом ещё дальше, дальше, дальше и вдруг оглянулась, а кругом мрачная глушь. Дремучие деревья и ели заросли лишайниками. Под ногами сухие залысины, да скудный мох. А птиц вообще не слышно.
- Оё-ёй! Надо идти назад! – испугалась девочка, побежала отсюда, но заблудилась ещё больше.
        И чем дальше она пробиралась, тем дремучее и темнее становится лес. Вот уже и солнце пошло на закат, оставив в просветах дремучести догорающие блики. Совсем испугалась Таня. Села на пень и расплакалась:
- И почему я не послушалась маму? И мне теперь плохо, и ей. И некому меня отсюда вывести к дому…
        Вдруг её ласково погладили по голове и говорят добрым голосом:
- Не плачь, девочка, не горюй. Я тебя выведу отсюда к твоему жилью.
        Подняла Таня голову и видит, стоит перед ней добрая старушка с корзинкой грибов и ягод. Обыкновенная седая старушка в платочке, в длинной юбке, в старенькой кофточке, в чунях и продолжает говорить:
- Так как дорога далёкая, сейчас ты переночуешь у меня, а завтра уже будешь у мамы.
- Спасибо, бабушка! – мигом успокоилась Таня и даже призналась и заверила: - Я маму не слушалась, потому и заблудилась. Но теперь я буду слушаться всех взрослых, чтоб больше никогда не попасть в беду!
- Ты всё правильно говоришь. Умничка! – похвалила её старушка и повела через глушь.
        Шли они, шли и вышли к какому-то непроходимому болоту. Молчит оно, туманом покрытое, и ни одна лягушка в нём не квакает. Заволновалась Таня, спрашивает старушку:
- Бабушка, а куда это мы идём? Ты здесь живёшь что ли?
        Старушка и отвечает с печальным вздохом:
- Живу, моя хорошая. За мою доброту люди меня из деревни извели, вот и пришлось бежать в эти недоступные места.
- За что же они так поступили с тобой? – в сочувствии ужаснулась Таня.
- За то, что я их лечила, они ославили меня колдуньей, - ответила старушка и улыбнулась: -  Зато здесь меня никто не трогает. Живу себе потихоньку и радуюсь своему приюту.
        За такими разговорами они и подошли к болоту. А его трясина сплошь мхом подёрнута, зыбучими кочками горбатится и даже пузырями не булькает. Опять страшно стало Тане, а старушка спокойно говорит:
- Ничего не бойся, а иди за мной следом и в трясину не попадёшь.
- Я, бабушка, так и сделаю! Я же сказала, что теперь буду слушаться всех взрослых! – горячо произнесла Таня и след в след пошла за своей спасительницей.
        Так они и вышли к одинокой горбатой избушке, крышу которой покрыл густой толстый мох. Она находилась за частоколом острого высокого тына. Старушка со страшным скрипом отворила ворота, пропустила девочку и, заперев их на замок, пояснила:
- Это я от медведей закрываюсь. Они забредают сюда и однажды чуть мою избушку не разворотили. Когти-то у них что огромные крючья.
- Оой, как страшно! – съёжилась Таня.
        На трубе избушки и на коньке сидели маленькие сычи. С приходом хозяйки они поднялись целой стаей и с чириканьем кинулись в редколесник.
- Кши! Вечно всю крышу обсядут, – шугнула их старушка, открыла такую же скрипучую дверь жилья и радушно пригласила: - Ну вот мы и пришли. Завтра я для тебя баньку истоплю, а сейчас покушать сготовлю, и мы с тобой пополуночничаем. Ты же точно весь день ничего не ела.
- Ничего, поэтому всё съем с удовольствием! - прилежно согласилась Таня.
        Пока старушка, засветив свечку, хлопотала у печи, она уселась у стола на пенёк и стала смотреть в окошко. На небе к тому времени уже гуляла яркая луна и светились звёзды. В этот момент Таня увидела, что болото не такое уж и вымершее. Там всюду засветились зелёные огоньки.
- Как красиво! – ахнула Таня и поинтересовалась: - Бабушка, а что это на болоте зелёненьким светится?
- Мои друзья – светлячки, - ответила старушка.
        С этой минуты Таня совсем перестала бояться, так ей было уютно в этой заброшенной всеми избушке с добрым изгнанным человеком. Старушка поставила на стол полную сковородку жареных грибов, свежее варенье ягод и чай из душистых трав. Таня с таким аппетитом наелась, что потом быстро уснула на лавке под мягким одеялом.
        А в полночь девочка проснулась от чириканья сычей. Они топтались на подоконнике и звали её человеческими голосами.
- Девочка, а девочка, проснись и слушай!
- Скорее проснись и слушай!
        Таня сначала испуганно затаилась, решив, что это враги несчастной старушки. Ведь не зря же она их гоняла, войдя во двор. Но человеческая речь птиц ей подсказала, что тут что-то не то. И она откликнулась:
- Эй, кши отсюда! Вы сейчас разбудите бабушку!
        В ответ она услышала страшное объяснение:
- Эта бабушка болотная ведьма!
- Какая ведьма?! У неё даже светлячки друзья! – не поверила Таня.
        Но ей было сказано:
- На этом болоте нет светлячков. Это болотный газ.
- Ворота она запирает не от медведей, а чтоб не сбежала её пожива! Ведьма тебя сюда заманила!
- А люди выгнали её из посёлка за то, что она наводила на них страшную порчу.
- А сейчас она пошла приглашать одноглазое Лихо к себе на завтрашний обед.
- До прихода Лиха она с утра тебя обманет баней, чтобы зажарить в печи.
- Для аппетитного обеда она тебя и кормит вкусно.
- Какой ужас!!! – выскочила из-под одеяла Таня так, что сычи перепугано сорвались с подоконника и улетели, а она заметалась: - Ой, что же делать?! Что мне делать?! Высоченный острый бабкин забор мне не перелезть никогда!!! А если я побегу отсюда, то непременно утону в болоте!!! 
        И она беспомощно заревела со страху во весь рот! Но тут на подоконник вернулись сычи и замахали на неё крылышками:
- Девочка, не шуми!!!
- Лезь под одеяло и притворись спящей! Вернётся ведьма, сделай вид, что ничего не знаешь!
- Да-да! Утром поешь с ней, попей чаю и будь так же всем довольна.
- Когда же ведьма выйдет из избы за хворостом для растопки печи, выдерни из её метлы хворостину и спрячь её за пазухой.
- Истопит ведьма печь, садись по её велению на лопату и спокойно отправляйся в горнило. Как закроет она заслонку, бери хворостину в руки покрепче и слушай то, что мы тебе начирикаем в трубу! Да повторяй слово в слово!
- Ошибёшься хоть где-то, быть тебе изжаренной и съеденной старухами-людоедками!
- Теперь быстро ложись на лавку! Ведьма заходит в ворота!
- Спасибо вам, птички! Я буду очень-очень стараться! – в шёпоте приложила Таня руки к сердцу, юркнула под одеяло и затихла мышью.
        Она слышала, как страшная старуха вошла в избу, подошла к ней посмотреть на сон и, забравшись на печную лежанку, затихла.
        Утром Таня изо всех сил состроила из себя вчерашнюю всем довольную умницу и старательно поддерживала разговоры с ведьмой.
- Сейчас позавтракаешь, а на обед ко мне придёт моя добрая приятельница, - коварно ворковала та.
        И Таня изображала изумление, во все глаза высматривая помело:
- Приятельница? Тут - на болоте? Какая у тебя, бабушка, необыкновенная жизнь!
        Помело она увидела в углу возле двери и еле усидела на месте, чтобы сейчас же не выдрать из него хворостину! А ведьма добреньким голосом похвалилась, чуть не облизываясь:
- Да, у меня тут всё необыкновенное. И обед будет необыкновенный, - и наконец проговорила, направляясь из избы: - Ладно, ты отдыхай, а я за хворостом схожу, баньку для тебя истоплю.
        И как только дверь за нею закрылась, Таня кинулась к метле, выдернула из неё хворостину и спрятала её за пазуху. Её сердце при этом колотилось так, что она испугалась, чтобы его стука не услышала ведьма. А та вернулась в избу и быстро раскочегарила печь, хорошенько дунув на вчерашние тлеющие головёшки. Тане захотелось выскочить в окошко и удирать во все лопатки из страшного места! Тут она ещё увидела, как по болоту пробирается толстая омерзительная старуха с одним глазом во лбу. Таня сразу поняла, что это людоедка Лихо одноглазое. Про него всегда рассказывали в посёлке детям, но те не верили в этот ужас.
        Танины жуткие размышления прервала ведьма, тоже заметив в окошко злыдню.
- Давай-ка, детонька, в порядок себя приводи, - заторопилась она и взяла огромную широкую лопату: - Садись прямо в своей одёжке сюда, а я тебя в баньку отправлю. Там и сама намоешься, и бельишко заодно постираешь.
- Сажусь, бабушка, сажусь! – с лютым страхом в душе уселась Таня колобком на лопату, и ведьма живо засунула её в горнило, захлопнув заслонку крепкой задвижкой.
        В следующую секунду послышалось её колдовское злорадство:
- Гори, огонь, ярче!
Полыхай жарче!
Что есть в печи,
Пусть то шкварчит!
Пламя, жарь, как пожар!
Девчонку зажарь!
Чтоб наесться лихо
С одноглазым Лихом!
        Вокруг Тани шибче заплясали языки пламени, но из трубы ясно понеслось чириканье спасительных слов. Услышав их, она накрепко сжала выхваченную из-за пазухи хворостину и слово в слово повторила:
- Лети, хворостина,
Из трубы выше тына
От поганой трясины
В неба чистые сини!
Неси меня домой
К матушке родной!
        И не успело коснуться пламя ни одним языком её платьица, как Таня с такой скоростью вылетела в трубу и понеслась в небе над болотом и чащей, что следом посыпались снопы искр и заклубился чёрный дым! В своей избе в проклятиях взвыла ведьма так, что Лихо одноглазое оступилось и бултыхнулось в трясину, а сычи с избы разлетелись по всей чаще. Коварная бабка в лютой злости схватила корзинку девочки, плюнула туда и с порога избы зашвырнула её далеко в болото, угодив прямо в единственный глаз своей приятельнице.
        Таня тем временем чебурахнулась возле своего дома, не веря спасению. Всё случившееся казалось ей страшным сном! Но в руках была хворостина, конец которой искрился, словно бенгальский огонь. Таня дождалась, когда хворостина сгорит вся дотла, растоптала пепел и вбежала в дом, подбежав к маме с криком:
- Мама!!! Мамочка, я больше никогда-никогда-никогда не буду уходить в лес одна! Я всегда тебя теперь буду слушаться! Прости меня!
        И она крепко обняла маму, а та на неё в ужасе напустилась:
- Значит ты всё-таки заблудилась в лесу?! Я тебя искала весь вчерашний день и сейчас уже собиралась бежать в милицию!!! Когда ты уже поймёшь, что так нельзя поступать?!
- Я уже всё поняла! Очень хорошо поняла! – твёрдо ответила дочка и с неподдельным страхом проговорила: - О том, что со мной произошло, я всем буду рассказывать, чтобы они не перечили своим родителям, а слушались их.
        И она рассказала своё злоключение первой маме. Выслушав её, мама поняла, что дочка теперь действительно будет послушной. Ведь Таня пережила такой страх, что поняла, от чего уберегала её мама.
     Ну а вторые эту историю услышали те, кто её сейчас слушал. Правдивость её в том, что самоуверенные непослушные дети рано или поздно обязательно попадут в беду. Потому-то и надо слушаться тех, кто их оберегает от этого. Не поймут по-хорошему, найдётся по их душу какая-нибудь старушка из болота.

(г.Суздаль 2025)