Тесть мой

Дед познакомился с отцом Дмитрием совершенно случайно, когда привозил на зилке с завода, старые доски для лесов. Они тогда немного поговорили и Дед с удивлением уловил нечто особенное в тоне попа и в его мягкой манере общения.
Не было в ней никакого напряжения, а только искренняя благожелательность и настоящая простота, то малое, чего так недоставало Деду в окружающем его мире...
И тогда он стал часто  захаживать в этот захолустный, разрушенный храм, чтобы посидеть тихой тенью на промороженной скамейке, наспех сколоченной из сырой сосновой доски, и сквозь разбитое окно, наблюдать как отец Дмитрий, неловко  таскается через снег по церковному кладбищу с фонарём и раздолбанным сварочным аппаратом, неумело подваривая до весны ветхие, покосившиеся оградки и кресты...
Потом, иногда, они выпивали фуфырь горькой  под моргание нумело  наделанных из кулинарной фольги  лампад, расположившись прямо на остове обрушенного купола, и именно в эти минуты, отец Дмитрий особенно раскрывался, когда сбиваясь, заходясь, нервно кашляя, сглатывая и перескакивая по буквам,  рассказывал Деду о всяких неземных чудесах.
Тогда уж, Дед слушал с особенным вниманием, скользя взглядом по тёмным стенам, по россыпям битого кирпича, по торчащей арматуре и не помнил он уже ничего,  кроме мучительной мысли, свербившей сознание: как же всё это могло идти мимо него целую жизнь, не задев душу ни единым  образом?!
...
За первую неделю весны, Дед украл с завода медную проволоку и намотал из неё новый сварочный аппарат, смастерил маску, сшил краги и на самодельной сумке с колёсиками притащил обновки отцу Дмитрию.
Поп с благосклонностью обозрел выставляемую на скамью бутылку, пластиковые стаканчики, маринованную закуску из погреба и с благоговейной  осторожностью погладил бок сварочника.
Потом он посмотрел на Деда с каким-то, новым интересом и вдруг, с отпускающей улыбкой,  погрозил ему пальцем.
Дед искренне опешил, а поп прижал его к своей пропотевшей, драной рясе и погладил холодной ладонью по голове...
--------
Тесть мой, Николай Константиныч, чистая ты душа! Сегодня, за тебя!