Пушкин. Глупость 1 пушкинистики

Казенная пушкинистика и в не меньшей степени любительская совершили глупый подлог – объявили АС Пушкина великим дуэлянтом  и непревзойденным стрелком в пространстве русскости Наше Всё.  Этим подлогом стали скрупулезно выписанные и растиражированные «30 дуэлей Пушкина» (наиболее популярен счет из 29 поединков;  31 встречается лишь раз…)
Зачем потребовался подлог?  А чтобы выставить его противника по роковой дуэли 27 января 1837 поручика кавалергардов ЕО Дантеса еще большим негодяем, чем он проявил себя на самом деле.
Вот,  дескать, превосходный стрелок был смертельно ранен негодяем только потому, что Дантес трусливо выстрелил на прицельное поражение первым, и, еще более потому, что был бесчестен – применил заговоренный скрыто одетый под мундир бронежилет, от которого отрикошетила ответная меткая  пуля  Пушкина
При  этом в качестве бронежилета обезумившие патриоты и параноики русопяты называли разные доспехи:
 - кольчугу архангелогородцев
- сковороду рассеянного с улицы Бассейной
- медный банный тазик из Монплезирской бани Петергофа (вариант – из Талеских – Гороховских)
- кирасу спецпошива отца Жозефа Конрада д-Антеса
- лорику из набора металлических пластин
- штатный корсет офицера специзготовления
- корсет-кирасу – подарок практичной любовницы  Натали
- ююю

Но подлог глупых беспардонных русофилов и безмозглых русопятов квасного патриотизма быстро обнаруживался:
1) Реально на серьезной дуэли на пистолетах со стрельбой на поражение Пушкин был всего один раз в начале 20-х в Кишиневе – это была дуэль в вечернем тумане с полковником Старовым = оба промахнулись, разошлись миром  и, выпив на посошок, поехали по бабам
2) Еще пару тройку раз Пушкин добирался до стрелкового тира, но дуэли были постановочными и до настоящей пальбы дело не доходило …
3) Все остальные 25 «дуэлей»  были  только скандалами с дуэльными ситуациями и вызовами, не приведшими к самим поединкам
4) Рассказы о том, что Пушкин регулярно тренировался в стрельбе, мог попасть в туза или прихлопнуть муху на потолке были игрой воображения обожателей и хмельных его приятелей
5) Аналогичен миф о чугунной палке весом 16 кг

Показательна история в феврале 1836, когда Пушкин  в течение десятка дней звал из-за вздора (осуждения публичного поведения его жены) стреляться трех господ, но ничего, кроме ответной  головомойки и  необходимости приносить извинения, не добившийся. Это говорило о его психостатусе и не более. Но пушкинисты в пушкиномании упорно ведут свой ложный счет … В ноябре 1836 он вызвал на дуэль поручика Дантеса без объяснения причин, ошибочно заподозрив того в авторстве полученного от нарочного Диплома Ордена кокю, нелепо замаскировав свою ревность и бессильную ярость мужа-рогача.  Вызов однако отозвал …

Итак, Пушкин был  неопытным стрелком и псевдо-дуэлянтом, хотя разбирался в тактике поединков – его литгерой Онегин убил поэта-архаика Ленского по принципу «Бей первым, Фредди!»: Евгений также не дошел до барьера, упредив выстрел  поэта-неумехи и лоха.

Дантес же был известен как чемпион стрельбы по голубям … Стрельбы для него были штатным служебным делом, а пистолеты  не заменяли ему мухо- и щекобоек на хате в Новой деревне.

В поединке 27 января (8 февраля) Пушкин элементарно ошибся и использовал неправильную тактику жертвы – заранее душевно пораженного сломленной воли человека

Хотя и тут русопятки уверяют, что им был показан высший пилотаж в деле чести:  он будто сознательно дал противнику право выстрелить первым, ибо сознавал, что это  он является оскорбившим и спровоцировавшим дуэль

И намеренно не замечают о послании Пушкина нам чрез баронессу ЕВп. Вревскую ( ур. Вульф): ИДУ ИСКАТЬ СМЕРТИ

Но Дантес этому бреду заранее не поверил и использовал 4 шага  из 5 …  Он же не чуда(и)к.

Однако тугодумы  русопяты не унимались и внутри сообщества дуремаров КБО  додумались до того, что на неизвестном нам месте дуэли на жердях забора или в ветвях вечнозеленого дуба ясеня нашли двух киллеров – соловьев-разбойников с  мушкетами с оптическим прицелом … А кучера саней Пушкина они утопили в проруби Черной речки или  Большой Невки как ненужного свидетеля в традициях мафии и треб ее омерты  без оферты

До такой уму непостижимой глупости – как миф о Пушкине суперстрелке с Дикого Запада и доспехах Дантеса – не дошли ни Эразм Роттердамский  в своей Похвале Глупости, ни Себастьян Брант в Корабле дураков, а ни Иероним Босх в одноименной картине маслом …

НеТ, фпэры и сёры, ИИ  необходим
Им