Даже лошадь смеялась над нами

     Произошло это в те дремучие времена, когда небольшие личные огороды под картошку землевладельцы перекапывали лопатами. И не потому, что денег им было жалко на культиватор или мотоблок, а просто этой чудо-техники еще не было в нашей стране развитого социализма.
     На майские праздники наши родители решили навестить родственников в Челябинске, а мне и младшему брату Вите приказали жить в эти дни на даче, регулярно кормить нашего пса Мухтара, и, чтобы нам было нескучно, перекопать огород под картошку, предварительно разбросав на нем кучу перегноя.
     Те майские праздники наше государство сделало необычно длинными – целых четыре дня. Уже и не помню почему: то ли они совпали с пасхой, то ли начальство опять в чем-то обмишурилось и решило народу кость подкинуть. Но точно помню, что на ипподроме впервые проводились бега два дня подряд. И к этому событию мы давно готовились и ждали с нетерпеньем – это я, брат Витя и два его друга с работы из часовой мастерской, Валера и Миша.
     Часовщики посовещались и решили: надо всем вместе ехать на дачу. Если выедем в пятницу после работы, то за субботу сможем перекопать огород. А в оставшиеся дни будем выбираться на ипподром и возвращаться вечером на дачу, чтобы покормить собаку.
     – Ты как студент, согласен? – Я согласился.

     Брат, Витя, проснулся в субботу раньше всех. Размер картофельного поля ему совсем не понравился: «Не успеть нам за день лопатами его перекопать. Глинозем – это вам не чернозем. Ну и пусть что не целина – все равно не успеть. А что если…». И Витя пошел к поселковому гаражу, вокруг которого валялось много железа: нужного и ненужного, даже первый советский трактор с шипами на огромных колесах. «Трактор нам не подойдет, а эта вот хрень, по-моему, будет в самый раз». И достал из-под всякой  рухляди плуг, который к лошади обычно цепляется. Проверил: вроде все на месте.
     Витина идея нравилась не всем, только ему самому. Тогда он обратился ко мне:
     – Вот скажи мне, брат-студент, вы втроем сможете плуг тянуть?
     – В среднем мощность взрослого мужчины в пять раз меньше лошадиной. Значит, заменить лошадь могут пятеро мужиков. Но, кто сказал, что лошадь при пахоте использует всю свою силу? Так, что у нас есть шанс заменить лошадь втроем, если конечно пахать будем не щадя живота своего – по-стахановски.
     – А почему ты будешь управлять плугом? – поинтересовался Миша, быстрее других понявший, во что его собираются впряч. – Мы тоже хотим.
     – Чья идея тот и рулит! Впрягайтесь хлопчики. Я тут у отца в сарае вожжи нашел.
     Коренником Витя определил Валерку, как самого габаритного из нас. Конечно, самым сильным был он сам, но руководство – это тоже не простая работа, да и в одной упряжке не может быть двух коренников. Меня с Мишкой назначил пристяжными. Прямо как на картине Перова «Тройка».

     Первую борозду прошли легко, а после третьей сил у «тройки» уже не осталось. Увидев это, Витя скомандовал:
     – Пора завтракать.
     – Кто предложил, тот и готовит. Так ведь, Витя, – съязвил Мишка.
     Все, кроме Вити, завтракали медленно, излишне тщательно пережевывая пищу и стараясь не глядеть на пашню для лучшего пищеварения. А Витя уже успел сходить к поселковому гаражу:
     – Смотрите, что я нашел, – в руках он держал пару альпинистских «кошек» с креплениями на ботинки. – Теперь наш коренник Валерка скользить не будет. Глядишь, до обеда управимся.
     – Слушай, Витя, а у гаража случайно лошади какой-нибудь завалящей ты не видел? Ну, раз там альпинистские кошки валяются, так может быть и…
     Альпинистское снаряжение помогало от скольжения, но сил не прибавляло. Валерка, каждый раз падая без сил на колени, говорил одно и то же:
     – Витя следи за плугом. Глубоко берешь.
     Перерывы на отдых объявлялись чаще и были все более длительными. Валерка, осмотрев внимательно вспаханную землю, с возмущением закричал:
     – Я же говорил, что слишком глубоко копаешь, начальник! Надо на штык лопаты, а тут почти полтора.
     – Угомонись Валерочка. Ничего ты в пахоте не понимаешь. Это тебе не часы ремонтировать. Ребята давайте еще парочку проходов сделаем, и обедать будем.

     Вдоль забора проезжал лесник на двухколесной бричке и неожиданно, без его команды, лошадь остановилась и выпученными глазами уставилась на нас. Лесник был удивлен не меньше лошади. Такое видел он только в детстве во время Великой Войны, но тогда за плугом стояла женщина, да и тянули его тоже женщины. Бабы все могут, но чтобы одни мужики…. 
     А лошадь видела такое вообще впервые и никак не могла понять: «Почему так мучаются люди на земле, если они даже в космос научились летать? Неужели вы, люди, не можете что-нибудь придумать, чтоб на земле вам жилось легче?». Оскалилась всеми зубами и громко заржала. Но видимо наша троица, тянущая плуг, всколыхнула на генном уровне память лошади о трехголовом Змее Горыныче и она с испуга понесла. Лесник еле удержался в бричке, ругая матом лошадь, что не дала ему досмотреть фильм ужасов в натуре.

     Закончили пахоту только вечером. Сели отдохнуть перед ужином на краю вспаханного поля около кучи перегноя. Только Витя бодро ходил вдоль поля, улыбаясь и размахивая руками:
     – Какие же мы ребята молодцы! Такое поле вспахали и чем – обычным плугом без лошади. Вы об этом своим детям еще рассказывать будете. Таких, как мы, в нашей стране уже не найти. Мельчает народец. Мы просто герои из прошлого… – и тут он внезапно замолчал, посмотрев на кучу перегноя. Молчал долго: – Что же ты, брат-студент, мне не напомнил?
     – У, ёёё! – только и смог я сказать ему в ответ, вспомнив наказ родителей: «сначала разбросать перегной, а затем перекопать». Мама, лучше других знавшая своих сыновей, повторила это дважды, но, как говориться, что об стенку горох.
     До Мишки и Валерки доходило долго, но когда дошло – я, брату Вите, не позавидовал. Первым заголосил Мишка:
     – Никудышный ты начальник, Витя. А еще в партию собираешься. Зачем? Там таких бестолковых и без тебя с избытком. Посмотрите на него люди! Умудрился перепутать порядок всего двух слов: разбросать и перекопать. Как же ты с такой головой собираешься страной управлять? – Мишу понесло похлеще, чем Остапа Бендера. – Не успела страна избавиться от одного волюнтариста, так новый народился. Хочет в коммунизм на плуге въехать. Предлагаю разжаловать Виктора из начальников в рядовые.
     – Я больше лошадью работать не буду, – Валерка срывал с ног альпинистские кошки, – забирай Витя подковы, теперь они твои, пользуйся.

     Мимо забора проезжал лесник. Ни он, ни лошадь не захотели остановиться. Смотреть, как люди работают – это одно, а как ругаются – совсем другое.
     Витя сказал, что ему надо срочно отойти по делу и ушел в поселок. Мы сели ужинать, но не успели даже распечатать бутылку водки, как влетел Витя, схватил бутылку и побежал на огород. А там его ожидали двое молодых парней из поселка – наши дружбаны с детства. Витя показал им бутылку водки:
     – Эту получите сегодня, когда разбросаете перегной, а завтра нам нужно отъехать по делам в Москву, так что вечером будет еще, если перекопаете лопатами картофельное поле. Договорились?
     К нам Витя подошел бодрым и веселым, будто его и не разжаловали недавно из начальника в обычного человека:
     – Сегодня ужин без спиртного, а завтра – это как фишка ляжет на бегах.
 
     Фишка легла как надо. Выиграли не сказать что много, но и этого хватило, чтобы на такси доехать с ипподрома до вокзала, закупить на рынке все, что хочется нам и Мухтару,  и на подмосковной станции нанять грузовую машину до дачи, поскольку легковые в те времена отказывались ехать по бездорожью.
     Радостный лай Мухтара мы услышали на подходе к калитке и первым делом скормили ему мясистые кости. Мухтар успокоился, а Витя повел нас смотреть картофельное поле. Оно было перекопано только наполовину, а рядом сидели уставшие наши друзья из поселка. Витя без лишних разговоров скомандовал:
     – Миша, выдай ребятам бутылку водки, – и добавил, обращаясь к копателям, – я так и думал, что вы все поле не перекопаете. Миша, ты понял, что пахота плугом это не волюнтаризм – это производительность! Мы-то плугом за день управились. На завтра объявляю «День сурка». Для непонятливых поясняю – все будет как сегодня: мы в город по делам, а вы, ребята, огород докапывать. Такса прежняя.

     Следующий день был, как под копирку срисован с предыдущего. Нам опять повезло на бегах. Опять мы кормили Мухтара костями и вырезкой.
     Наконец-то огород был перекопан! И это событие мы отмечали вместе с ребятами из поселка за одним столом уставленным деликатесами. Ужин готовил Витя. Ему не только нравилось готовить, но он и классно это делал: – Если бы за мной мыли посуду, – говорил он, – я бы не отходил от плиты. Мухтар присел на пол около накрытого стола, аккуратно положил на него голову меж тарелок, и стал пускать слюни, чтобы всем было понятно, что он тоже хочет с нами вместе.
     – Валера, выдай псу кусок вырезки, да побольше, он заслужил – весь день сторожил дачу. Пусть запомнит этот день как лучший в своей собачьей жизни.
     Вернувшиеся из Челябинска родители были приятно удивлены, увидев поле,  подготовленное к посадке картошки. Только мама очень обеспокоилась здоровьем нашего пса: – По-моему он заболел. Мухтар совсем не хочет есть кашу.