Река, которая всегда найдет свой путь

В ту ночь Митька пошёл к реке. Не потому, что звал кто-то, а потому что вода сама тянула — тихо, как будто шептала: «Приходи. Пора вспомнить».

Река была тёмная и гладкая, как зеркало, на котором забыли стереть чьи-то сны. Митька сел на самый край, опустил кончики пальцев в холод и почувствовал, как что-то мягкое, живое, поднимается из глубины.

Свадхистана открылась в нём не светом, не вспышкой, а текучестью. Как будто внутри него растаяли границы — и он стал не человеком, а частью медленной, мудрой волны.

Оранжевый цвет вспыхнул в животе — тёплый, как костёр, но такой непостоянный, что Митька невольно подумал: «Эй, не исчезай, я только привык».

Звук был странный — не ОМ, не песня, а покачивание. Ритм, который чувствуешь в крови, когда стоишь по пояс в реке и не можешь понять, что ли вода движет тобой, то ли ты — водой.

Янтра возникла в его сознании медленно, как луна, выходящая из-за туч: шесть лепестков, и в центре — белый круг, чистый, как дыхание реки до первого человека.

В глубине Свадхистаны Митька увидел Варуни и Вишну — не как богов, а как течение: вечное, принимающее, в котором нет ни начала, ни стыда, ни страха быть живым.

Но тень пришла тоже. Сладкая, ускользающая, обещающая забвение, как запах спелых фруктов, когда ешь и ешь, а насытиться всё равно не можешь. Желания поднимались, как пузыри со дна — и Митька понял: не всё, что хочется, — нужно. И не всё, что нужно, — хочется.

Сиддхи проходили мимо, как отблески лунного света на воде: чувственность, творчество, умение двигаться, не ломая себя, а текуче, как река, которая всегда найдёт путь.

Тело стало мягким, живым, в нём исчезли углы — и Митька сидел, словно его сделали из воды и дали забыть, где начинается он, а где — ночь. И тогда вода заговорила. Не словами — рябью. Не звуком — теплом. Она сказала ему: «Жить — значит позволять себе течь. Но помнить берег».

И Митька запомнил.

Он встал медленно, как поднимается туман на рассвете. Река блестела спокойно. Ночь держала его за плечи, как мать, которая знает: сын ещё вернётся. Свадхистана закрылась,но оставила внутри мягкий огонь — тот, что греет, но не обжигает.

Митька пошёл домой, и шаги его были лёгкими, как будто он несёт не себя, а тихую воду.