Духовные костыли

Бывают для человека времена, когда его духовная жизнь терпит крах под невыносимыми жизненными обстоятельствами, под тяжестью собственных грехов и страстей, когда  упав, невозможно снова подняться. Тогда Господь, видя такое состояние человека, который не имеет духовных и физических сил преодолеть жизненные ситуации и духовно окрепнуть, но имеет великое желание это сделать, и с молитвой, со слезами обращается к Богу за спасением. Тогда Господь даёт такому человеку некие "духовные костыли", чтобы подвигнуть его к восстановлению духовной, а за ней и телесной жизни. Такими "духовными костылями" приходилось пользоваться и мне, когда я уже не мог ничего сделать для себя, а лишь кричал в небо от сердца. Что это были за "духовные костыли"? Многое зависило от того состояния, в котором я бывал. Когда это была тяжёлая болезнь, когда чудо, когда появление близкого человека и создание семьи, когда соборование, исповедь, а когда самое удивительное... Причастие Животворящих Тайн Христовых, без подготовки... без исповеди... с одним только вопросом от священника: "Веруешь ли, что это истинно Плоть и Кровь Христова?".
Было время, когда я не мог даже уразуметь, что нужно готовиться к Причастию. Просто потеряв семью, работу, карьеру, место жительства, с обретенными крупными долгами, погрязший во внезапной болезни, с порванными мышцами ног и таза, пополневший на сорок килограмм, и всё за четыре месяца, но получивший надежду через чудо воскрешения маленькой птички у себя дома от Образа Пресвятой Богородицы "Знамение", вдруг пришёл на окончание Литургии, в Церковь... Батюшка, отец Сергий, тогда уже начал Причастие и, держа лжицу в руках увидел меня, подошедшего вместе с причастниками. Конечно он знал, что я не исповедывался. Он спросил меня: "Готовился?". Я смотрел на него глазами, полными слёз, в которых отражалась вся ситуация, произошедшая со мной... Тогда он, глядя мне в глаза, спросил меня: "Веруешь ли, что Это истинно Кровь и Плоть Хростовы?". Я ответил, что да. Тогда он причастил меня и попросил остаться, рассказать, что произошло... Это и были тогда мои "костыли духовные", на которые, опираясь, я восстал из уныния и скорби...
Бывало, что страсть то одна, то другая, крепко держали меня в своих цепях и не давали подготовиться к Причастию, поститься, молиться, когда я уже довольно чётко осознавал, что это необходимо. Даже бес одной из тех страстей являлся сам, искушая меня, вживую... Тогда вдруг приходило дерзновение хотя бы день воздержаться от всего и идти на исповедь и Причастие. С пониманием всей недостойности своей, своего падшего и горького состояния. Я бежал в Церковь со слезами и болью к Тому, Кто мог утешить и ослабить эти узы страсти. Однако я просил, чтобы Господь дал мне сил самому противостоять страстям, а если не получится, чтобы Он не оставил меня в этом состоянии поражения и падения... И тогда Господь опять давал мне эти "костыли", я Причащался с глубоким пониманием, что делал это недостойно, не правильно... Но вынужденно. И тогда страсти на время ослабевали и душа моя обретала новые силы.
Так, завязнув в иной страсти, которая терзала мои помыслы, которая даже после исповеди и Причастия не отпускала меня, пришло время горького лекарства - тяжёлой болезни. Это было время для покаяния. Самое ценное время для моей измотанной тогда души... Болезнь, реанимация, больше пол месяца без сна и непрекращающаяся молитва... Тело моё умирало, а душа восставала из пепла страстей. Конечно же не навсегда. Страсть эта потом вернулась, но тогда...
Когда меня вернули из реанимации в общую палату, все три смены врачей, медсестёр и техничек во время своей первой смены со мной, вернувшимся обратно, заглядывали в палату, чтобы убедиться, что это действительно я. Просто до меня никто оттуда, за тот период времени, во время эпидемии, не возвращался. После меня, с их же слов, люди стали возвращаться из реанимаций в общие палаты.
Так, привезли меня в общую палату, а я и дышать не могу, в реанимации подача кислорода была 8 литров в минуту с маской, а в общей палате прибор на 5 литров в минуту и канюли. Разница в 3 литра очень сказалась. Появился страх уснуть и не проснуться. Поэтому продолжал не спать. Потом оказалось, что спать невозможно, так как невозможно было лежать на боку. За 2 минуты температура тела поднималась с 35,5 до 40,1, меня начинало трясти и я начинал задыхаться. Оказалось, это был огромный абсцесс в районе правой ягодицы. Пришлось делать срочную операцию.
И вот лежу я в общей палате, перевязанный и не способный даже подняться, присесть. Просто не было сил и не хватало дыхания. И тут заходит (имя я изменю) техничка Зоя со своей боевой шваброй и ведром воды с антисептическим раствором. Худая, невысокого роста, со злым выражением лица, как будто приходилось мыть в палатах с ранеными преступниками, уклоняющимися от справедливого наказания.
- "Чего расставил тут свои пакеты!?" Лежат как свиньи тут! Не дома! Что мне теперь, шваброй толкать все ваши пакеты!? А ты чего разлёгся!? Видишь же, что я мыть пришла! "
Зоя мыла полы, как будто пришла на стердаун, на битву взглядов к противнику перед боем, ругалась, кричала, ворчала, провоцировала на встречную агрессию. И что не удивительно, у неё это очень хорошо получалось.
Каждый лежащий в кровати" объект" был расстрелян словами, иногда прилетало в ответ, но очень робко, поэтому она торжествовала над каждым "побеждённым". Я смотрел, как она моет, это было разделение на территории вокруг и под каждой кроватью. Пока она не выговорится, к следующему объекту не подойдёт.
Но я тоже был в палате и видел, как она неумолимо приближается к моей кровати. А у меня пакет с фруктами, туалетной бумагой и ещё с чем-то, уже не помню, да и посудина стоит не вылитая. А это повод для возмущения, хотя это её работа.
-"И этот тоже разложил тут свои пакеты! Я сейчас всё брошу и уйду отсюда, сами мойте!"
-"Простите Христа ради" - ответил я ей. Она промолчала. А я добавил: " Тяжёлая у вас работа, терпите нас, немощных, помоги вам Господь..."
-"Убери вот это..." - рявкнула она уже тише," И вот это... да, дай! Сама задвину..."
-"Спасибо вам за ваш труд" - сказал я ей в след, когда она выходила из палаты.
Так продолжалось несколько дней. Она заходила, ворчала, но уже не так громко. 
Я её всё время благословлял, благодарил, а однажды спросил её, не смотря на то, что у неё был бейджик:" Как вас зовут? " Она ответила уже спокойно: " Зоя"...
-"Тяжело вам здесь? Может дома что случилось?"
Зоя немного поморщилась, потом сказала: "Да везде хватает проблем"...
В этот же день она зашла снова, как бы протирая пыль с подоконников. Я сразу встретил её словами:" Здравствуйте ещё раз. Вас всегда приятно видеть".
-" Да, приятно, ага... кричу на всех тут, достали..."
Потом она вдруг неожиданно стала рассказывать про свою жизнь, просто как на исповеди, как ей тяжело живётся с мужем, который её обижает, как её дети не интересуются своими родителями, как они обижают её, как здесь к ней относятся не правильно и постоянно выговаривают ей за её характер. Я ей рассказал, как тяжело тут болеть, что пришлось пережить, но каждый раз заканчивал мысль, благодаря Бога за избавление от смерти. Ведь могло быть намного хуже. И о том, что Господь услышал молитвы тех, кто за меня молился...
-"А я тоже в Церковь ходила, толку то... Ничего в моей жизни не меняется..."
Она даже не стала скрывать своих слёз, когда говорила это. Они были видны под маской.
-"У меня тоже ничего не менялось, пока я сам не изменился, не поменял своё отношение к людям"
-"Ты, смотрю, шибко верующий?
-"А нельзя быть чуть-чуть человеком, немного беременной, слегка духовным и лишь частично спастись. Господь всегда посылает мне нужных людей, чтобы я чему-то от них научился. Чаще всего, терпению. У меня его не хватает."
-"А у меня то как его не хватает" - сказала она задумчиво, с досадой...
-"Вот Господь и посылает вам нас, таких немощных и нечистоплотных, которые раздражают вас, всё не так делают. А вы большая молодец, очень усердно трудитесь. Мало кто оценит этот ваш труд. А без вас у нас была бы тут пылища..."
-"Да ладно, пылища... Каждый день убираем. Ты если надо, зови меня, я тебя на коляске отвезу в туалет..."
С этого дня отношения у меня с Зоей стали дружественные. Она и только она старалась возить меня на коляске, по много раз в день приходила в палату, убирала мусор, рассказывала о новостях в своей жизни, о других своих коллегах. Где-то жаловалась, где-то просто рассказывала интересное. Я всё время по доброму относился к ней, каждый раз благословляя её, говоря :"Да сохранит вас Ангел-Хранитель", "Помоги вам Господь Милосердный", "Да поможет вам Пресвятая Богородица, как мне помогла". Зоя даже стала просить помолиться за неё, и вот, однажды, она пришла в очень хорошем настроении. Оказалось, её навестили дети, и с мужем она помирилась...
Через две недели её было не узнать. Она перестала ругаться с пациентами, просто молча работала, мыла полы, протирала пыль и двигала пакеты, туда, куда ей нужно, без скандала...
Когда меня выписывали, Зоя поменялась сменами, чтобы проводить меня...
Я часто вспоминаю это преображение. Никто бы не подумал, что такой человек, как Зоя, вдруг так резко положительно изменится. Бывает, что и самого тебя Господь даёт другому человеку, чтобы и у него появились "духовные костыли"...

03.01.2026