Но мимолётность крутит мир земной

Тону в сугробе, как в морской волне.
Мороз крепчает, щёки жжёт,
И ветер по полю снежинкою несёт,
Как будто на разглаженном сукне.

И я иду — и склоном обрываюсь,
Карабкаюсь — и снова на краю.
Надрывно волки песнь поют свою,
С отчаяньем души моей сливаясь.

И звёзд на небе дальние огни
Так ярки, но теплом не согревают,
И губы мои просьбой изнывают:
«Моя судьба, ну хоть чуть-чуть храни».

И вижу я на выселках дворов
Под шапкой снега приунывший вяз,
Который горбится совсем не по годам
От куражей февральских и проказ.

Как отданный маэстро в назиданье
В симфонию мороза — скрипачам,
Чтоб скрип сугробов вызывал отчаянье,
Как кудри веток, отданных ветрам,
До дерзости над ним звучащим холодам.

Но мимолётность крутит мир земной,
Весна бушует за зимы спиной.
Он ждёт тепла, когда апрельский луч
Сорвёт засов пунцовых туч.

И я стремлюсь к теплу, к твоим губам,
И кубарем — в сугроб,
Вновь с ног себя сбивая сам.

24.02.2019  Анатолий Анри Шварц
Шпайер