6 пустот 7 начал. Глава 1. В начале веков черновик

Шесть пустот семи начал

--- Заметка ---

Это ещё одна художественная история.

История на любителя. Тем кто младше 20 я бы не советовал такое читать. Да и сама по себе она тяжёлая, как мне кажется. Идея истории берёт из иронической статьи «67». В тетрадке она заняла 2 листика. А тут… Мда.

Повествование берёт начало в фантастическом мире, первыми жителями которого стали легендарные звери. Огненный жаворонок не находит в нём места — это начинает движение сюжета.

Первые пять историй будут необходимы для взращивания сердца жаворонка, который чуть не уничтожил всё, когда стал фениксом. Четыре из пяти будут трагедиями людей.

В общем, я предупредил.

Тем кто прочитает и ничего не поймёт — фигово быть вами.

Ну а что я ещё могу сказать?

P.S. Из-за попытки приобретения ещё одного навыка, в этот раз рисование, публикации будут выходить реже. С К10 совсем беда, это не простая рубрика, идеи для неё я беру из переваривания множества книжек. Последняя сотня книжек в прошлом году была бизнес литературой — редкостный мусор. В 18-ом веке было всего 200 книжек в которых были все знания мира. Какие же сейчас книжки жидкие. И не лень же много печатать. Вот мне лень, но это заметно, ага, особенно по вступлению.

Приятного чтения.

--- /// ---

В начале веков

Когда жизнь только начала свой бесконечный путь к усовершенствованию боги создали пять высших начал, которые со временем обрели форму и чудесную силу. Прародители всего были смертными, им не суждено существовать в своих оболочках вечно, но каждый из пяти обладал сверх сознанием. В конце своей жизни сущности должны были растаять в пучине мироздания и положить основу для иной жизни. Каждый из них знал об этом и не горевали о своей судьбе, а стремились насладится каждым отведённым мигом.

Высоты горных пикой облюбовала стальная обезьяна. Её когти били столь прочны что крошили камень будто переспелые плоды вишни. Каждый день обезьяна наслаждалась верховьем скал. Близость неба её завораживала. Однажды она хотела прорвать небо и посмотреть что находится за его приделами, но сейчас радовалась тому что может его наблюдать. Чистые, холодные горные руки были её гордостью, ведь в их отражениях было отражение её мечты, которую можно было испить.

Ниже год была вотчина лесного дракона. Его гибкое тело скользило меж ветвей столетних деревьев. Замерев он сам будто превращался в вековое растение. Зелёная чешуя его, сравнима с сочной травой, полнилась силами самой жизни. Путь его всегда зарастал зелень и редкими, травами. Дерево на котором любил прикорнуть дракон своей кроной уходило в облака, оно служило зелёной сокровищницей, ведь такого обилия растений не встречалось нигде более. Пока обезьяна смотрена в небо, дракон взирал на горы, мечтая пленить камень вечными травами.

Любая река из гор по равнинам через леса и луга впадала в глубокое пресное море, обитателем которого был важный сом. Достав эту рыбу из воды море обмелело бы на несколько метров. Сом смотрел на своих собратьев и порой радовался их целеустремлённости, но дороже всего ему был покой и кристальная чистота его вод. Он радовался и травинке от братца дракона и изумительным кристаллам, которыми хвастался ему братец обезьяна. Сом всегда готов был выслушать всех собратьев, сводя бури в их душах к спокойным волнам.

В низинах и тёмных, зловещих ущельях обитала мантикора — существо иного рода. Будучи ближе всего к тиши её считали стражем загробных врат. Её защита была нерушима, её убийственная атака всегда достигала цели. Мантикора была существом из-за которого другие звери старались избегать конфликтов не давая повода ей вмешаться. Каждая затянувшаяся ссора сопровождалась встряской земной почвы, что побуждало зачинщиков прекратить. Порой земной покров изменялся под воздействием этого существа, что не давало никому абсолютно доминировать.

И только у огненного жаворонка не было места в этом мире. Все небесные выси были ему по плечу. Пламя его перьев во время стремительного полёта, становилось белым, как облака. Никто не мог соперничать с жаворонком в небе кроме ветра и солнца. Но нигде не были ему рады. На горных пиках жаворонок плавил драгоценные камни, что сильно расстраивало братца обезьяну. В гостях у мантикоры огненный жаворонок выжигал весь воздух ущелий. Стоит ли упоминать как сильно птица надоела лесному дракону? И лишь братец сом мог выслушать и побеседовать с пташкой.

    — Ей, братец, хватит дно нюхать! — жаворонок не обладал таким недостатком как тактичность — Да что бы тебе пусто было, рыбина!

Испив немного воды жаворонок отправился ввысь только для того чтобы спикировать на дно хрустального озера. Раскалённые добела перья взорвали водную гладь с такой силой что это услышали все обитатели мира.

— Несносная птица, снова кому-то надоедает. — огрызнулась обезьяна услышав до боли знаковый звук.

Сом не мог этого не услышать. Открыв свои глаза он посмотрел вверх со дна и сразу же почуял как вода начала нагреваться. То что он видел казалось ему очередным ночным кошмаром — озеро превратилось в джакузи, оно кипело.

    — Ты что творишь безмозглая пташка!!!
    — Потолковать надо, давай наверх! Жду!

Как только птица передала сообщение она резко взмыла, стараясь как можно скорее покинуть водную стихию, что могла её уничтожить.

Сом озадаченно смотрел на след из кипящей влаги, который за собой оставила его подруга. Он знал что никого ближе его жаворонок не имела. Но её экстравагантный способ «постучать в двери» всегда озадачивал.

«Тебе ведь больно дурёха...»

Подождав пока температура немного распределиться сом начал подъём со дна.

    — Долго ты там. Что делал?
    — Варился!
    — Ты же не килька?
    — Вот потому, курица, с тобой никто и не дружит!
    — Ну, успокойся, чего ты кипятишься?
    — …
    — А, ну да.
    — Зачем пожаловала?
    — Скучно.

Сом на время потерял дар речи. Эта беспокойная птица делала всем жизнь веселее: на немыслимых скоростях пробивала скалы, случайно жгла леса, оплавляла землю в стекло, пыталась вскипятить воду в озере — что это если не шалости?

«Какое ещё скучно?! Ты до этого чем занималась? Разве не дурила все эти годы? О, небеса! Этот мир не переживёт ещё каких-то её выходок!»

    — Я боюсь спросить...
    — Не бойся, спрашивай, мы же друзья.

«Ты меня только что чуть не прикончила, подруга!»

    — И чем ты намерена заняться?
    — Ну я...

Жаворонок опустила голову и немного поскребла землю, из-за чего сом немного напрягся.

    — Братец, как считаешь... Солнце... Очень высоко?
    — Солнце? — сом рефлекторно взглянул на небо — вероятно выше скал.
    — Думаешь, я смогу к нему долететь?
    — Для этого ты должна была бы всё это время не дурью маяться а тренировать свои навыки полёта...

Казалось что жаворонок стыдливо улыбается, как нашкодивший ребёнок.

«Да ладно! Все эти годы?»

    — Зачем тебе это?
    — Сом, когда ты появился где ты был?
    — В воде.
    — Братец дракон сказал что он был деревом. Обезьяна камнем... А я? Мне нет тут места. Везде и всюду я чужая. И только это светило источает огонь что кажется мне таким родным. Я хочу иметь свой дом. Я устала быть гонимой отовсюду.
    — Вот как.

Ни сом, ни кто бы то ни было, не задумывались что лежало на душе у этой проказницы. Все её всегда видели вздорной, взбалмошной непоседой.

    — Думаешь сможешь?
    — Я, — птица посмотрела в небо, — всю жизнь к этому шла.
    — Ясно.

Сом ещё раз вспомнил как жаворонок ежедневно доставляла всем хлопот. Как все жаловались на неё ему.

    — Если уж на то пошло, тогда, почему бы и не попытаться?
    — Страшно.
    — Ты там уже была?

Жаворонок посмотрела на сома с вопросом в глазах.

    — Ты была за небом?
    — Да.
    — И как там?

Жаворонок радостно рассказала сому как там тихо и как всё то давит, то разрывает. Как там всё душит, тушит и восхищает.

Сом видел восхищение в глазах птицы и слышал восхищение в её речах, о том что никогда не сможет ни узреть, ни ощутить.

    — Делай, что задумала.
    — Но...
    — Хочешь прождать ещё век? А за ним ещё? Когда ты будешь готова? Делай.

У птицы затряслись крылья. Страх. Последний шаг определит — либо она найдёт свой дом либо смерть.
    — Я надеялась что ты меня отговаривать будешь.
    — Ты уже всем надоела.
    — Жестоко! — не было предела возмущению жаворонка.
    — Слушай, жаворонок. Обезьяна тебе завидует, ведь ты ближе к небу чем она, дракон не может взрастить древо что пробьёт небосвод, а мои воды лишь наполняются небом. Тебе уже давно стал тесен этот мир.
    — А мантикора?
    — Давай не будем, она слишком часто сглаживала твои конфликты с братьями.

Пташка слегка пристыдилась. Мантикора, если подумать, слишком часто помогала жаворонку решить споры, ничего не прося и не попрекая, будто всегда знала зачем птица испытывает себя, а попутно нервы собратьев.

Сом ударил по водной глади хвостом и несколько брызг врезались в птицу приводя её в чувство как лёгкая пощёчина.

    — Если пришла узнать моё мнение, то я его уже озвучил.
    — Но...
    — Хотя бы  попытайся. А затем возвращайся назад и расскажи мне о границе, выше небес.
    — Ты никогда не рассказывал что на дне.
    — Никто не спрашивал.
    — Но ведь, — жаворонок вспомнила как часто собратья приходили со своими историями и проблемами к сому, но никто не знал что находится в его владениях, — расскажешь?
    — А ты сперва вернись и спроси.
    — Вот и вернусь!

Птица и сом отвернулись друг от друга. Жаворонок расправила крылья, ветер предавал ещё больше очарования её виду.

    — Только осторожнее.
    — Хорошо. Не забудь приготовить для меня красивую историю об обитателях морских.
    — Я подумаю.
    — Необязательно быть таким противным.
    — Лети давай.

Взмах за взмахом жаворонок начал подниматься всё выше, потом направился в сторону улетая прочь от моря. Сом всё смотрел ввысь ожидая чего-то.

Спустя какое-то время над морем пронеслась с грохотом ярко жёлтая комета.

Прошло ещё немного времени и белый как звезда огонёк вновь пролетел над водной гладью, звук что возник через время был похож уже на гром.

Третье появление не пришлось долго ожидать, но теперь звуковая волна напоминала обрушение скалы.

Всё мироздание дрожало когда жаворонок взмыл ввысь.


Боль — первое что ощутила жаворонок. Она ушла от места, которое было её домом столько лет. Впереди — только неизвестность.

Рывок. Ещё. Рывок.

Пламя её перьев долго не продержалось, но внутренний огонь по прежнему был непоколебим.

До этого самого момента звезда казалась настолько близко, просто протяни руку. С каждым рывком птице казалось что она всё дальше от заветной цели. Каждое усилие забирало силы, но никак не приближало её цель.

Сил больше не было. Желание пропало. Мысли начали затухать. Птица только иронично посмеялась в своих мыслях, когда внезапно услышала чей-то голос.

«Дитя, я всё ещё жду.»

«Мама?»

«Ну же, осталось не так уж много.»

Тепло звезды подстегнуло жаворонка на дальнейший путь. Чем ближе птица была к звезде там сильнее пылала. Казалось что светило передаёт не только своё тепло, но и какую-то неведомую силу своему ребёнку.

    — Ну здравствуй.
    — Кто вы?
    — Светило.
    — Вы меня создали?
    — Ты порождение подобно мне, часть меня, но не еда со мной. Чуждая, но едина. Зачем ты пришла ко мне?
    — Я ищу дом.
    — А чем тебе не нравился твой предыдущий?
    — Там нет для меня места.
    — Уверена что хорошо искала?
    — Не то чтобы... Но я уже здесь.
    — Я не смогу дать тебе новый дом. Но мне не хочется отпускать тебя ни с чем. Я могу предать тебе сил, для того чтобы ты смогла создать свой очаг.

Немного разочаровано жаворонок полетел ближе к звезде. Спустя столько времени и стараний она получила не то на что рассчитывала. То место, которое должно стать концом, дало новое начало.

Приближаясь всё ближе перья жаворонка начали поглощать жар, который до этого лишь источали. Чем дальше птица двигалась к центру звезды тем сильнее преображалась.

Выйдя со звезды жаворонок преобразился настолько, что узнать его было практически невозможно. Пламя. Неугасаемое, неудержимое, бессмертное. Взмах крылом порождал поток огня. Взгляд переродившегося жаворонка иссушал.

Поблагодарив звезду за подарок, птица отправилась в мир, который никогда не считала своим, но там был её друг и он её ожидал.

Взмах за взмахом феникс не заметил что более не страшится пространства что недавно грозило ему смертью. Ранее угасающие крылья сейчас разрывали пространство вокруг.

Не замечая метаморфоз птица летела к месту, в котором теперь намеревалась найти своё место.

Став фениксом из жаворонка, это существо не заметило, что несёт разрушение в мир, который готово было признать своим домом.


Небесная кара, бедствие надвигалось на мир. Яркое солнце опускалось всё ближе, желая исчерпать всё, что было на земле. Невосполнимая жажда одолевала всё живое. Вскоре начались пожары. Все высшие звери собрались у моря в поисках спасения. Учуяв что-то неладное сом применил свои силы создав водный купол что неистово сопротивлялся жару исходящему от феникса.

Спустившись из огненных небес на землю, не замечая того жаворонок превратил её в кипящую лаву, что с каждым его шагом только больше разливалась по земле. Птица весело шагала к своему другу поделиться историей и выслушать его рассказ.

Мир умирал.

Власть сома не была безграничной, но во власти своей он держал все водные широты. Вмиг на пути феникса появилась десятиметровая волна, но вода только и смогла что испариться.

Через несколько шагов феникса ждала волна уже в сотню метров высотой, но лишь на мгновение она смогла задержать неистовую птицу.

Собравшись с силами сом призвал мировые воды сотворив волны высотою в тысячу метров. Звери не ожидали проявления такого могущества своего собрата. Старые споры о том кто сильнее теперь казались такими мелочными при одном только виде водных вершин и грохота сотворяемого ими.

Феникс радостно спешила к другу, как вдруг небеса разверзлись и странный образ приказал птице замереть, но ей было наплевать. Вода вокруг не могла служить препятствием для сошедшего с небосвода светила. Огромная ладонь прорвала пространство и впечатала безумное животное в твердь с такой силой что всё могущество феникса было вмиг рассеяно.

Жаворонок оставил после себя бескрайние разрушения, несколько капель крови, что продолжали кипеть и небольшой чёрный камушек — сердце феникса, за которым спустился мужчина в длинном белом одеянии с вышитыми золотом письменами.

Стащив камешек мужчина удалился.

Потушив пожары сом был крайне истощён. Звери оплакивали свои старые владения, которые было трудно узнать: всё оплавлено, испепелено, земля выгорела и напоминала стеклянную бракованную заготовку.

Прошли века.

Сом всё продолжал спать на дне пресного моря, а другие звери налаживали разрушенный быт. Постепенно приходило их время уйти из мира живых заполнив собой стихии, из которых они черпали свою силу.

Когда пришло время владыки водных просторов, то перед ним в глубинах возник тот самый человек, что приходил за сердцем жаворонка.

    — Давно не виделись.
    — Ты меня помнишь? — удивился мужчина.
    — Вы творец?
    — Я не могу сравниться ни с отцом, ни с матерью. Я, скорее, смотритель.
    — Вот как. Вам от меня что-то нужно?
    — Немножко твоей силы.
    — Я могу вам отказать?
    — Не думаю. — Мужчина был настолько спокойным и безразличным к огромной рыбе, пасть которой достигала нескольких десятков метров шириной, что даже немного раздражало сома.
    — Тогда могли дождаться пока я сконаю.
    — Я посчитал что тебе будет интересна причина.
    — С чего вы это решили?
    — Это для вашей подруги.
    — У меня давно уже, — сом замолчал, казалось что-то припоминая, — она жива?
    — Её состояние сложно как-то определить.
    — Знаете я до сего дня жалею, что подтолкнул её на тот полёт. Если так надо, скажите, что мне сделать.
    — Дайте ваш ус, пожалуйста.

Рыба втянула в рот воду, вместе с один из отростков на своей морде и откусив его выплюнула мужчине перед собой. Сом удивился что странная личность совершенно никак не отреагировала на проявленное могущество владыки водных просторов.

    — Это всё, что вам было нужно для того чтобы ей помочь?
    — Нет.
    — От меня требуется что-то ещё?
    — Нет.
    — От моих братьев?
    — Да, но не сейчас.
    — Знаете, нам ведь осталось не так уж и много времени. Ещё несколько лет и, думаю, никто из ныне живущих, уже не в силах будет вам чем-то помочь.

Мужчина прикоснулся странным камушком к усу сома и тот растворился. Кивнув на прощание рыбе, незнакомец уже собирался уходить, но его окликнули.

    — Ей, я смогу ещё хотя бы раз её увидеть?
    — Вам последнего раза не хватило?
    — О чём вы? — сом сомневался, что этот мужчина знал о их последнем разговоре с жаворонком.
    — А, так вы ничего не поняли.
    — Не понял что? — владыка глубин уже был заметно раздражен.
    — То огненное бедствие. Это была ваша подруга.

Незнакомец исчез оставляя за сомом решение ненавидеть или жалеть свою подругу. Единственное что мог сделать друг непутёвого жаворонка — унести тайну бедствия с собой в могилу.

Век сменялся веком. Древние существа стали частью мироздания и им на смену пришли другие создания.

Потом появились люди.

Существо назвавшееся смотрителем ожидало появление человека, который сможет передать сердцу феникса часть своей души, для того чтобы начать взращивание сущности, которая в начале веков стала мировым бедствием.

Если в том мире были боги, то кажется они от него уже отвернулись.

Или же нет?