Глава 24. Принятие решения

Прошли сутки. Шотту стало лучше — он пришел в себя и вспомнил, что случилось, о чем подробно рассказал Мэрману и Назару. Наши рыцари, обдумав все, решили оставить Мадеру в Нуклеоне до полного выздоровления.

Вспомнив к вечеру о своем плане, магистр попытался найти свою сумку, в которой лежала новая записная книжка. Увы, сумку наш герой в спешке оставил у владельца городской таверны Ааракона. Пришлось послать Назара забрать оставленную вещь из столицы, а сам парень остался в Нуклеоне вновь что-то планировать и думать.

— Наш с тобой план хорош, Дарк… — все еще восхищаясь идеей атаки Бьотта, упомянул Мэрман в разговоре с Шэди, — Думаю, это будет то, чего не ожидают люди Блэйда…

— Если он выйдет из-под контроля — проблема будет не велика, у него стало меньше командиров… — рассевшись на троне магистра, Шэди поправил волосы, — Единственная его опора — это тот чародей, что остался после двух стычек в живых, в отличии от двух других…

— Это да… Но у нас есть теперь в союзниках Дэрол, — подметил Мэрман, поставив руки в бока.

— Согласен, этот Белый Рыцарь довольно таки сильный соперник… С учетом того, что он еще и ветеран войны — это только увеличивает его ценный вес в нашу пользу, — закивал задумчиво тень, откинувшись на спинку трона.

Магистр молча кивнул, отводя взгляд в сторону пасмурного погодой окна. План идет шикарно, нет никаких проблем… Почти. Однако все равно что-то мешало внутри… Будто…

Это все — сомнительная идея?

Не может быть… Однако, чувств не обманешь — что-то все равно было не так. И это «что-то» глодало изнутри, будто камень на плечах лежал…

Наш герой встрепенулся, обернувшись на зов Шэди.

— Эй! Ты там уснул? — тень подошел ближе, привлекая внимание, — Ну наконец-то, ожил! О чем задумался?

— Наш план хорошо, Дарк, я согласен с этим… — натянул улыбку Мэрман, складывая распрямленные пальцы на столе в кулак, — Но… Я хочу все еще раз обдумать. Иногда…

Парень замолчал, когда в его памяти всплыли слова Альфора об его предназначении.

— Что — «иногда»? — с недоумением пялился Шэди на своего хозяина, пытаясь уловить суть мысли.

— Иногда я боюсь пойти не тем путем, — подобрав слова, продолжил Мэрман, вздыхая, — Вспоминаю слова Альфора о том, что я должен стать кем-то могущественным и почти идеальным. Смотрю на себя — не вижу я чего-то великого в своих поступках, мыслях, решениях. Порой, ощущаю себя кем-то не тем, кем я хотел быть…

— Ой, да брось ты! — насмешка промелькнула на лице призрачного силуэта. Дарк откинулся вновь на спинку трона, закинув глаза на потолок, — Альфор-Альфор… Этот волшебник, признаюсь, один из тех, кто действительно могущественен до невозможности. Однако, взгляни на него еще раз! Он же обычный старик! Со своими предрассудками, ошибками и промахами, которые он хранит у себя в памяти, ибо кроме него самого никто не знает его же собственного пути и его прошлого. Спроси кого угодно — ни один тебе не скажет, как начинал Альфор! Даже я, существуя неизвестно сколько лет в своем проклятом замке, не слыхал об его начале пути! — Дарк переместил зрачки на взгляд разноцветных глаз Мэрмана, понизив тон, — Пойми, Мэр — не существует идеальных. Есть только те, кто падает и становится аморален к себе и обществу, и те, кто падает, но каждый раз встает и не ленится отвечать за то, что делает. И я уверен, что твой учитель — второй вариант. Как и ты сам…

Мэрман, помедлив, отвел взгляд. Он перематывал реплики Шэди в мыслях — казалось, в словах тени было что-то, что подкладывало кирпичик к разгадке чувства, которое создавало ощущение незавершенности чего-то…

— А что насчет твоего предназначения и того, кем ты хочешь стать… — Дарк переметнулся ближе к магистру, вновь переключив внимание рыцаря на себя, — А ты знаешь, кем ты хочешь стать? И нет, я не говорю про мораль и взгляды относительно чего-то. Я спрашиваю о том, что будет твоим делом жизни. Посмотри на себя! — тень метнулась к окну, усевшись расслабленно на подоконнике с цветами, — Ты — молодой, полный сил парень. У тебя есть средства, связи, объект обожания, крепкие друзья… Но при этом ответь на вопрос себе: ты из себя — кто?

— Как — «кто»? Рыцарь, магистр Ордена Мести! — ответил с сомнением Мэрман, скинув ногу с ноги и оперевшись локтями на колени.

Шэди тихо посмеялся.

— Знаешь, хоть я и аморален с точки зрения мифологии вашей веры, но твой ответ «рыцарь, магистр»… Рассмешил, — широкая улыбка подчеркнула насмешку, задев струны самолюбия нашего рыцаря.

— А кто я, по-твоему? — нахмурился Мэрман, сцепив пальцы рук друг с другом.

— Я не знаю! — театрально развел руками Дарк, потянувшись после реплики, — Ты довольно часто мечешься с выбором своего пути. Совсем недавно, еще до нашего знакомства, твои цели были просты для молодого гения — улучшить экономику своих владений, найти союзников, восстановить Орден… Но когда я прибыл в твою жизнь в качестве полноценной единицы — ты вспомнил о том, что затаил на своего врага. И твои вот эти метания туда-сюда… Я не понимаю, чего окончательно ты хочешь. Поэтому-у-у… Увы и ах, — Шэди уселся рядом с магистром, — …твоя уверенность в самоопределении слишком натянута, как ни крути.

— То есть, по-твоему, я не рыцарь? — поднял бровь Мэрман, повернувшись к переместившемуся.

— Хах… Нет, ты рыцарь, конечно, — окинув быстрым взглядом аналитика своего собеседника, покачал головой Шэди, — Только для кого ты — рыцарь? Для себя? Или для кого-то другого? Думаю, тебе здесь есть, над чем подумать. Да и ты, вроде как, собирался перепроверить свой план… Оставлю тебя, пока что, — тень исчез, растворившись в воздухе, — Если понадоблюсь — ты знаешь, как меня разбудить…

Оставшись один, магистр задумался. Шэди действительно прав… Мэрман не был уверен в своих двойственных планах, не был уверен в том, что все пойдет так, как он предрекал. И эта неуверенность чувствовалась даже тем, кто подселился в сознание совсем недавно — буквально несколько недель назад. Но… Что делать?

На этот вопрос найти ответ не удалось сейчас — в голову пришло напоминание, что надо бы зайти к Шотту и обсудить с ним его действия. А именно…

— Как ты? — подойдя к ложу ближе, задал сочувственный вопрос наш магистр.

Мадера, слегка улыбнувшись свободным от повязки уголком рта, показал палец вверх — международный знак «все в порядке».

— Рад, что тебе лучше, — похлопав по плечу лежащего, Мэрман прошелся до приоткрытого окна и встал на месте, задумавшись.

— И с каким вопросом меня посетил сей представитель знати? — усмехнувшись, спросил хрипло Шотт — после ранения в шею его голос слегка изменился, став чуть сиплым, на что лекари посоветовали поменьше разговаривать и сохранять силы.

— Что будешь делать, когда вернешься к Хэрону? Как отмажешься? — спросил в ответ магистр, повернувшись лицом к лежащему коммандору.

Шотт фыркнул.

— Не беспокойся. Я всего лишь пытался догнать принцессу, а ты отбил ее, ранил меня и раскрыл, что Зирольд работает на тебя… Всего-то! — улыбнулся Мадера, вздыхая.

— Вот как… — с пониманием кивнул Мэрман, слегка улыбаясь в ответ. Он подошел к кровати и присел на краю, — Давно придумал?

— Когда только встретил тебя, — тихо посмеялся Шотт, — Увидел тебя — сразу в голове всплыло: «надо будет вон в тот момент такое сказать»!

— А свой план по переманиванию врагов на свою сторону? Тоже тогда придумал? — улыбка растянулась во весь рот.

— Не, это еще в утробе матери прописывал, — рассмеялся Шотт, слегка закашлявшись.

— Осторожней! Жив должен быть, — с артистичной строгостью приказал Мэрман.

— Обязательно буду, — отмахнулся Мадера и вздохнул, ловя момент тишины между диалогом.

— Вот и молодец… Ты нужен нам, — Мэрман встал и снова подошел к окну, слегка прикрывая его — с улицы повеяло холодом осени.

— Да кому я нужен, — усмехнулся Мадера, поежившись, — Отец мертв, брат тоже… Мать меня не принимает. Невестка давно не моя… Отцовское дело проворонил, даже доверие многих… И тебя из-за своих страхов потерять все успел предать. И это ты пытаешься меня убедить теперь в том, что я кому-то нужен?

— Я не пытаюсь убедить. Я говорю факт, — Мэрман покачал головой, скрестив руки на груди, — Ты нам нужен, Шотт…

— В качестве шпиона, разве что, — кисло отмахнулся коммандор, поправив подушку под собой, — Когда Братство падет — я просто исчезну. Уйду обратно в Глорту. Пробьюсь, как-нибудь…

— Да? — удивленно усмехнулся магистр, прищурившись, — Я думал, что ты из тех, кто готов пойти на риск…

— Пойти на риск? Готов, как видишь. Риски оправдали себя — я до сих пор жив и не растерзан злыми междоусобицами Кровных Братьев. Я не жалею, что решил пересмотреть свои возможности стать кем-то большим…

— А почему ты решился пересмотреть свое отношение к Братству? — поинтересовался вдруг Мэрман, внимательно смотря за реакцией коммандора. Тот, недолго думая, вздохнул.

— Так и знал, что ты захочешь задать этот вопрос, — покачав головой, Мадера запрокинул голову назад, встряхнув челку, — Ты же помнишь тот день, когда отряды Братства напали на твою пограничную деревню?

— Насберг?

— Да, Насберг… — прикрыв глаза от усталости, Шотт продолжил, — Я был там. Я не командовал нападением, нет. Мне было поручено проследить за Барком, который исполнял роль командующего нападением. Проследить я должен был за его действиями относительно награбленного богатства — оставлял ли Барк что-то себе или нет. Проследить-то проследил, но…

Недолгая тишина. Тяжелый вздох — Шотт приоткрыл глаза.

— Я не буду распинаться о картинах, которые видел. Скажу лишь одно — я был готов бороться за народ, который был обижен когда-то королем. Но я не был готов к тому, как борется этот народ. Ты понимаешь, о чем я… Меня несколько раз вырвало, пока я наблюдал за действиями Братьев. После я вернулся подавленным, отчитался перед Хэроном и ушел к себе. И там же, в своей комнате я придумал, что мне нужно сделать, чтобы остановить этих безумцев. А затем, собрав единомышленников среди рядовых Братства и некоторых коммандоров — очутился у тебя в замке с предложением, — окончив свой рассказ, Шотт повернулся к Мэрману усталым взглядом, — Знаешь, хоть я и чувствую, что поступаю зачастую, как подлец и мерзавец, но чувство долга перед тем, кто попытался меня вытянуть с самого глубокого дна общества, у меня еще осталось. Как и чувство, что я могу на что-то сгодиться.

Наш рыцарь опустил руки, встал с подоконника и подошел к лежащему Шотту. Положив руку на перебинтованное плечо, Мэрман произнес:

— Ты принят в Орден.

Мадера от неожиданности чуть не вскочил.

— Ч-чего?..

— Ты принят обратно. Считай, это была проверка на твои шпионские способности, — усмехнулся магистр, наблюдая за бурной реакцией шокированного Шотта.

— Но я же еще ничего не сделал! Орден Хэрона все еще существует! — в знак протеста жестикулировал Мадера, пытаясь осознать событие.

— Ошибаешься. Ты многое сделал для меня. И не только для меня, — вспомнив о своей любимой, добавил Мэрман, — Пора бы оценить твою работу в осязаемых наградах.

Шотт, качая головой в состоянии шока, улыбнулся.

— Ты сумасшедший, — пробормотал он, с облегчением вздыхая и смеясь, — Ты сумасшедший!

— Зато какой! — улыбнулся магистр, обходя кровать и направляясь к выходу, — Я оставлю тебя. Выздоравливай! Служанку прислать?

— Да какая служанка?! Тут такое событие! — завопил радостный Шотт, взмахнув руками. Затем резко сел в постели, — Ладно, зови! Буду ей докучать своей болтовней и умными высказываниями!

Мэрман расхохотался.

— Хорошо, брат, — кивнул он и вышел из комнаты с приподнятым настроением.

Мадера, плюхнувшись на подушку, снова покачал головой, продолжая прибывать в резонансе.

— Сумасшедший… — улыбнулся он, вздыхая.




Назар присел на табурет, взглянув на старика.

— И с чем же ты пожаловал, Назар Василес? — спросил Альфор устроившегося на месте гостя, — Как там наш ученик?

— Я хотел обсудить с вами несколько моментов насчет магистра, — подавшись вперед, Назар окинул серьезным взглядом сидящего волшебника и напряженно стоящую поодаль Элис.

— Что-то случилось, не так ли? — догадался Альфор, прищурив глаза.

— Да, Альфор. Фоксу очень сложно сдерживать свой гнев — он иногда срывался, когда его что-то раздражало. А несколько раз его пик ярости доходил до колоссальных поступков. Он почти забил до смерти сдавшегося в поединке коммандора, а на днях напал на меня, когда Ее Величество оказалась в плену врага. Он словно становился в такие моменты слеп и глух, а иногда его могла остановить только принцесса. Я слыхал от него, что Мирабелла для него много значит… Так вот, Альфор. Я хочу знать, как друг Мэрмана — что с ним происходит и насколько он опасен со своим проклятием?

Волшебник взглянул на Назара сначала с опаской, реагируя на его новости, а затем — с пониманием.

— Знаешь, — помедлив, начал старик, доставая из кармана некие записки, — На днях ко мне заходил старый знакомый, работающий в исследовании проклятий… Он раздобыл кое-какую информацию, которую передал мне в простой форме. Смотри, — маг разложил бумажку на столе перед коммандором, где была небольшая, по-детски нарисованная схемка, связующая три звена: магистра Фокса, Дарка Роттена и Слепую Ярость.

— Мой друг указал на мою ошибку в исследовании — Дарк не контролирует Фоксом, даруя ему Ярость. Слепая Ярость сама по себе — частичка силы Тьмы, силы Разрушителя — брата Создателя. Эта сила априори тянет всех к разрушению всего окружения и самого носителя. Я ошибочно считал Дарка Роттена духом, дарующим сию силу. Эта правка от моего коллеги меняет абсолютно все понятие «Проклятия Мрака»! Дарк, являясь посредником между силой Разрушителя и нашим Фоксом, сдерживает всю мощь этой силы, поддерживая своего носителя в адекватном состоянии и не давая силе Разрушителя в лице Слепой Ярости захватить разум Мэрмана-Младшего. Тогда выходит, что сам Дарк — наш союзник, а не враг, как я предполагал до этого!

Назар, увлеченный полученной информацией, впился холодом своих глаз в схему из трех пунктов.

— Получается, если Мэрман каким-то образом будет обходить сдерживающий фактор Шэди, то его рано или поздно уничтожит эта сила?.. — подытожил коммандор, взглянув в глаза волшебника.

— Если! — подметил Альфор жестом указательного пальца вверх, — А на самом деле, Фокс-Младший может запросто добиться обхода предела, который дает ему Шэди… Достаточно ему просто выйти из-под контроля окончательно. Ведь Дарк Роттен тоже не всесилен, и он тоже нуждается в ресурсах для удержания мощи Слепой Ярости! Если судить по твоим рассказам — Фокс уже переступил однажды черту…

— Я забыл добавить одну вещь — Мэрман сам по себе изменился, когда Мирабеллу пришлось отдать Братству… — вспомнил Назар.

— Погоди-ка… Ты же сказал, что принцессу пленили, так?

— Так то оно так, принцессу пленили — мы пошли ее вызволять, и Фокс более-менее сдерживался, пока не получил в плен истязателя, захватившего ранее принцессу. Но когда нас нагнали и поймали в ловушку, а Мирабеллу пришлось отдать вместо меня — его словно подменили, он стал таким… Безразличным к окружению и замкнутым, пока не разразился гневными речами в мою сторону о моей оплошности. Тогда я смог успокоить его лишь сыграв в его дуэли на ничью, что привело его в чувство. Либо гроза на улице его охладила. Не знаю… Но я понял одно — он словно зависим от девушки, в которую влюблен, — разъяснил коммандор, скрестив руки на груди и фыркнув.

Альфор ухмыльнулся.

— Ты прав лишь отчасти. Я знаю, что молодой магистр не испытывал сильных чувств ранее, пока не встретился с моей воспитанницей. Это его и спасает, и губит: любовь к Мирабелле может стать как его опорой, так и игральной картой врагов. Если он не продолжит тренироваться в сдерживании своей силы — он просто превратиться в чудовище, одержимое и опасное. И да, отвечаю на твой основной вопрос — Фокс-Младший очень и очень опасен. С ним лучше всего сравним огонь — можно как греться рядом с ним, так и сжечь лес дотла.

Назар согласился, вспоминая безумный взгляд и злостный оскал Мэрмана под влиянием Слепой Ярости.

— Я постараюсь его сдерживать и помогать развиваться, но обещаю, что как только мы разберемся с основной угрозой наших земель — я притащу его хоть добровольно, хоть силой сюда, — пообещал парень, взглянув мельком на задумчивую Элис, — Такая мощь не должна находиться без присмотра и заниматься саморазвитием без помощи опытного мага.

— Хорошо, — кивнул Альфор, улыбнувшись в ответ, — Единственное — я не согласен, что меня можно назвать опытным магом. Я ведь абсолютно наравне с вами изучаю явление, которое был удостоен видеть во времена своего жизненного пути.

— В любом случае, мы получаем от тебя информацию, необходимую для выживания нашего магистра, — парировал Назар, снова взглянув на Элис. Ему показалось, что она что-то хотела сказать, но передумала, а затем — решительно вышла за дверь.

— Ну, ладно. В случае чего, если вдруг он выйдет из себя, я советую тебе немедленно обезвредить его всевозможным способом, даже если это будет чревато для его здоровья. Ты, как никто другой, ближе к нашему рыцарю, и поэтому ответственность за его поступки в моменты Слепой Ярости также лежит на тебе. Будь осторожен, Назар. И поскорее решайте свои вопросы, — Альфор встал, чтобы проводить гостя до выхода из своего убежища, — До скорой встречи, коммандор Василес!

— До встречи, сэр Ротаккай, — поклонился Назар и направился к старой двери, выводящей из замка. Однако путь его оборвался мыслью о том, что стоит подойти к Элис… Так он и поступил, найдя девушку возле выхода.

— Чего хотел? Или так, миловаться подошел? — в саркастичной манере спросила Эла, ожидая, когда гость выйдет за пределы двери, чтобы запереть ее.

— Было бы время — предложил бы руку и сердце, — вырвалось со смешком у Назара.

— Оригинальнее и не придумаешь, — закатила глаза девушка и кивком головы указала на раскрытую дверь, — Твой магистр ожидает тебя, один-одинешенек, в своем сером, злодейском замке, вместе с бедами и хлопотами.

— Ну-ну, раскрасила тут серыми красками, — фыркнул коммандор и вышел за дверь, — Бывай!

Проводя взглядом коммандора, Элис вздохнула, поджав губы. Не выдержав, она окликнула Назара:

— Эй, железный!

Рыцарь обернулся, остановившись на миг.

— Удачи вам, — через силу выдавила девушка, слегка улыбнувшись и захлопнув дверь.

Назар ухмыльнулся.

— Другое дело, — пробормотал он и двинулся к своей пасущейся лошади.




Мэрман осторожно вошел внутрь. Его глазам предстала прекрасная для его души картина задремавшей в свободной позе принцессы, видно, уставшей за эти дни настолько, что с непривычки девушку клонило в сон даже ранним вечером.

Тело вполоборота слегка спускалось ножками к краю кровати, изгибаясь от бедер до груди в слабой напряженности; одна рука разлеглась за спиной, вторая — над головой, в легком сжатии утонченных пальчиков; острое ушко, что виднелось из-под спутанных локонов светло-русых волос, отдавало легким, совсем нежным румянцем, как, впрочем, и ее щеки, которые так любили выдавать смущение и взрывы эмоций рядом с нашим героем. Ее лицо, такое утомившееся и, при этом, все равно доброе… На нее можно было смотреть бесконечно, насколько это было возможным.

Крадучись, словно кот, Мэрман подошел к уснувшей девушке. С расстояния чуть ближе он увидел, как ровно и спокойно вздымается и опускается ее грудь — она, действительно, уснула глубоким сном. И сейчас наш рыцарь решился на один очень смелый для себя, но очень волнующий шаг.

Настороженно приблизившись к Мирабелле вплотную, магистр застыл, чувствуя сдержанный страх разбудить девушку в глубине своего тела. Но, сделав глубокий вдох и осторожно выдохнув, Мэрман пододвинулся лицом к лицу красавицы и нежно прильнул губами к ее щеке. Поток горячего дыхания милашки хлынул на лицо, поджигая еще больше смущения внутри тела и головы. Душа заметалась между сердцем и пятками, попутно замедляясь в темпе — насладиться моментом приятных чувств было просто незабываемо даже в миг страха сделать шаг вперед. Прикрыв глаза, рыцарь растворился в нежных чувствах, которые так скрывал от посторонних глаз.

В этот миг принцесса приоткрыла один глаз, взглянув на разнежившегося парня. В ее висках уже как с самого появления любимого в комнате билось сердце, но ее самообладание не подвело и позволило девушке насладиться небольшим, но милым шагом осторожного и недоверчивого к другим людям рыцаря. Ее любимого рыцаря…

Хотя эти двадцать секунд были очень быстрыми для других людей, для наших влюбленных трусишек эти секунды показались такой вечностью, что Мэрман взмок от приятного напряжения, а Мирабелла сильно раскраснелась, даже притворяясь, что спит — самообладание не всегда спасает.

После того, как наш герой отодвинулся от девушки, он заметил жар на щеках возлюбленной, отчего машинально протянул руку и осторожно погладил по одаренной поцелуем щечке пальцами. Принцесса лишь вздрогнула, тихо стараясь не пискнуть от переполняющих ее чувств. Рыцарь, учуяв вздрагивание девушки, осторожно отодвинул руку и, не удержавшись, с нежностью в глазах погладил ее по голове, увековечив в памяти милую улыбку и невольное вздрагивание малышки.

Однако чаша любви вмиг наполнилась печалью. Перед глазами возник тот первый разговор, когда наш герой вспоминал с горечью свое поражение, разгром Ордена и смерть отца… Как он разбито утопал в теплых объятиях этой прелестной девушки, глотая комки боли в горле. Она сделала столько всего для него, находясь просто рядом… А он просто сидел и пускал слезы по мертвому отцу… Нет, так не годится!

Мэрману было стыдно за тот вечер. Он чувствовал себя слабым тогда, и он доверил свою слабость девушке, с которой был знаком чуть меньше месяца. Ему было горестно, что она, возможно, может посчитать его слабаком, который ни на что не годится… Да, она любит, но каковы шансы неуверенного и слегка трусливого рыцаря на руку и сердце дочери самой королевы?

Мэрман не мог простить себе быть слабаком после того. Он старался быть сдержанным, более жестким и четким в своих действиях. Быть лучшим, сильнейшим, как ему и предначертано! Но глаза смотрели под ноги, а спина сутулилась от тяжести той маски, которую нацепил на себя наш магистр, будучи неподходящим под нее. Казалось, что эта роль была тяжела…

Но что, если он покончит со своими главными врагами? Что, если он убьет Хэрона и, как победитель, прибудет к столичному дворцу? Тогда все будут считать его за равного — магистры больше не будут презирать и саркастично воспринимать речи на собраниях, королева не будет скрывать своих эмоций при нем, а Мирабелла… Она почувствует опору и защиту!

«Но… Я же защищал ее совсем недавно… Ох, нет… Нет, нет-нет-нет… Этого недостаточно, чтобы стать равным. Надо совершить подвиг и убить своего сильнейшего врага, чтобы покорить тех, кто считает меня неудачником…» — мысли давно уже улетели в пространство самокопания, что заметила и принцесса: она потянулась и открыла глаза с легкой улыбкой, все еще делая вид, что спала. Однако, увидев взгляд, полный отрешенности и отчаяния, девушка осторожно приподнялась, села и пододвинулась к рыцарю ближе, аккуратно положив руки ему на плечи.

— Солнце, что с тобой? — ласково проворковала она, всем взглядом готовая впитать всю тягость душевных терзаний молодого кавалера.

В сердце проникла боль, когда магистр услышал ласковый щебет милой девушки. Почему так больно?..

— Мирабел, я… — ком подступил к горлу. Осторожно проглотив его, парень снова попытался произнести свою мысль, — Я…

Встретившись взглядом со светлыми глазами изумрудной чистоты, Мэрман поймал еще одну стрелу боли в сердце. Что-то щемило… Не давало произнести ни слова.

Обеспокоенная Мирабелла продолжала терпеливо ждать, когда загадочный душой рыцарь раскроет свои мысли ей.

Тяжело вздохнув, наш магистр поник головой.

— Прости, Мирабелла… — голос казался слишком тихим, но девушка услышала его, — Прости, я… Я оказался слаб.

Парень поднялся с кровати, пытаясь взять себя в руки.

— Я оказался слишком слабым, что даже не смог защитить тебя от угроз со стороны врагов королевства…

Мирабелла изумленно и с сочувствием глядела во все глаза на Мэрмана. Она тревожно напряглась, ощущая сердцем, что с парнем что-то случилось снова.

— Я не смог… Помочь тебе, когда тебе нужна была моя поддержка…

— Но Мэрман, ведь ты…

— Нет, Мирабелла. Это не поступки мужчины… Эгоистично думал лишь о своих планах, позабыв о твоих чувствах, о твоих заботах и тебе вообще. Вспомнил лишь тогда, когда угроза настигла тебя… — Мэрман продолжал говорить, словно пытаясь переговорить свои мысли в голове.

Вздохи участились, рыцарь почувствовал напирающее из-под пяток ощущение паники.

— Я не смог доказать самому себе, что достоин… Достоин тебя, — прерывисто бормотал Мэрман, сжав руки в кулаки, — Я слишком слаб, чтобы быть твоим защитником…

— Мой любимый, что с тобой? — прошептала Мирабелла, не веря своим ушам. Она действительно не понимала, что произошло за секунды между тем, как рыцарь ласкал ее лицо прикосновениями и тем, как его пробрал холод.

Постоянное ощущение тепла, присутствующее в теле с момента угрызения совести, резко сменилось холодом. Сердце бешено заколотилось… Что это… такое?…

Мэрман медленно взялся руками за голову, простонав от подступающей боли.

…В этот момент, далеко-далеко от реальности, на своем ложе вскочил Шэди. Он услышал сигнал горна, который говорил об опасности. Опасности того, что может произойти…

— Ну не-е-ет… Только не это! — прорычал он, откидывая в сторону плащ, под которым дремал. Быстро оказавшись возле ока, через которое он видел события, что происходили у хозяина, Дарк вгляделся в окружение Фокса. Ничего необычного… Рядом даже принцесса сидит, которую этот остолоп так любит! Но… Почему сигнализация сработала?

И тут Шэди заметил, что око по краю стало покрываться черной коррозией. Вытаращив глаза, тень метнулся по лестнице вниз, под свой тронный зал.

— Проклятие… Как его угораздило?! — ругался он, отворив снизу дверь. За ней была комната с пространственным расколом, в котором виднелась темно-алая гигантская сфера из сгустков светящейся силы — частичка, которая помогала управлять всей мощью Слепой Ярости. И, собственно, примерно так она и выглядела — полужидкое вещество неизвестного состояния, материи и происхождения.

— Я уже и забыл, как ты выглядишь… Мать честная, — пробормотал Дарк, осторожно перебирая все вещество своей магией. Руки повернули сферу, предоставив Шэди вид на черное пятно, которое и служило началом роста коррозии…

— Сила разрушения… Слишком рано тебе сюда заявляться, — прошипел с усилием тень, голой рукой протянувшись к испорченному сгустку и вырвав его. Это действие не осталось бесследным: рука тут же покрылась темной материей, причинив адскую боль телу духа. Взвыв от ощущений, словно тело разрывает на части, Дарк свалился на колени, хватаясь за покалеченную руку, — Теперь… Ты спасен. Тупица железная… — процедил сквозь зубы тень, вскинул голову вверх и, закрыв глаза, принялся читать что-то на неизвестном языке — рука его словно перестала покрываться черным разрушением, а темный сгусток перестал захватывать все больше площади тела. Однако, боль не ушла — она осталась. Хватаясь за руку, Дарк поднялся с колен. Но вдруг послышался резонансный, как вибрация крыльев тысяч насекомых, звук, заставивший обратить внимание на себя. Алые глаза уставились в раздраженный поступком тени сгусток Ярости, начинающей разъяренно набирать обороты гнева.

— Ну, тут уж без меня справься, недотепа… — простонал Дарк, сгибаясь от пронзающей боли. Но тут же, недовольно оскалив зубы, он попытался на дистанции силой своей магии остановить поток Ярости. Кажется, ему удавалось это сдерживать, но остановить…

— Ну что за народец, эти люди! — пытаясь подбодрить себя, раздосадованно усмехнулся Шэди, — Ну кто-нибудь, успокойте его там! Мирабелла, на кой вьюриг ты там сидишь?! Ох, боги, надеюсь, мне хватит сил…

…Мэрман, почувствовав режущую боль в голове, вздрогнул — и словно отключился от окружающего мира, грохнувшись на колени. Принцесса, испугавшись резкого ухудшения состояния своего возлюбленного, метнулась к нему, руками ощупывая его пульс и лоб.

— О Создатель, у тебя кожа ледяная… — прошептала испуганно Мира, замечая, что юный рыцарь не реагирует на ее слова. Девушка попыталась поднять парня, но тот был слишком тяжел для нее — он, безудержно пошатнувшись, сел на пол, ударившись спиной о кровать.

— Ох, прости, пожалуйста! — встрепенулась Мирабелла, все еще пытаясь вернуть рыцаря в реальность. Она присела рядом, наклонилась и заглянула в глаза любимого. Левый был полностью алым, словно его залили краской — не было разделения на зрачок, радужку и белок. Один алый цвет, светящийся холодным безразличием. А вот правый вовсе сходил с ума — он резко менялся с алого на обычный, с обычного — на алый, с каждым разом ускоряясь в смене цветов. Дыхание магистра было таким тяжелым и резким, словно он умирал — ловил воздух, а не дышал.

Мирабелла от ужаса вскрикнула, но не убежала. Наоборот, она схватила магистра за шиворот одежды и встряхнула несколько раз.

— Мэрман! Мэр-ман! — крикнула Мира пару раз. Никакой реакции. А тело становилось все холоднее…

— Да что же с тобой случилось?! — в сердцах воскликнула она, сдерживая страх и слезы. В ее голове летали миллионы мыслей, которые она старалась сдерживать. Руки затряслись, дыхание тоже дрогнуло… Что же делать?..

Внезапно в ее голове появилась мысль:

«Успокойся,» — эту мысль словно кто-то навеял приятной прохладой. Перед глазами девушки вдруг возникло существо, похожее на тень. Он был похож на Мэрмана, только слегка отдаленно: лицо с тремя выразительными шрамами, улыбкой-оскалом и зоркими алыми глазами уставилось на девушку.

— Привет, красотка. Я чего-то не понял, а что это мы сидим?! — обратился возмущенно Шэди, забыв представиться.

— Ч-что?.. К-кто вы? — заикаясь, пробормотала Мирабелла, начав сомневаться — а точно ли она не спит?

— Я — тот, кто сейчас пытается спасти твоего наивного дурачка от смерти! — сжав покалеченную руку в кулак и подняв ее на обозрение девушке, произнес Дарк, следом ткнув пальцем целой руки в сторону принцессы, — И тебе тоже советую этим заняться!

— Н-но что мне делать?! — с отчаянием пробормотала перепуганная девушка, кидая изумрудный взгляд туда-сюда.

— Согреть его, — кинул Шэди, подойдя поближе, — Он замерзает после того, что слегка побыл под влиянием силой разрушения, которую случайно сам же притянул к себе, дуралей… — раздосадованно схватившись за почерневшую руку, тень прошипел, наклонившись к бессознательному Мэрману, — Вот кто тебя просил накручивать себя, а?! Чего молчишь, идиот?! Мало тебе было умирать под деревом, теперь тебя еще здесь спасай, ы-ах! — Шэди отмахнулся, стиснув зубы.

Мирабелла с изумлением взглянула на бредящего рыцаря, который начал что-то бормотать несуразное.

— Ну, чего сидим, Ваше Величество?! — вырвал из размышлений принцессу Шэди, — Давай-давай, бегом, в тиски любви обвяжи его! Тьфу… Ну, обними его! Ух, поршивец… — ругаясь на хозяина, Дарк метнулся к одеялу, что валялось на кровати, схватил его и, дотащив здоровой рукой, кинул на замерзающего, — Чтоб ты замерз, дубина двухметровая… — затем, подняв кое-как рыцаря магией, он усадил бредящего на кровать.

Пока Шэди искал, чем еще укрыть страдальца, Мирабелла, взяв всю свою смелость в кулачки, села на колени к рыцарю и прижалась к нему, стараясь согреть всем своим теплом…

Тень, взглянув на этих несчастных голубков, с тяжестью вздохнул.

— Где здесь можно перекусить? Мне нужно восстановить силы, хотя бы косвенно… — обратился он к принцессе, накинув плащ рыцарю на спину.

— Прямо по коридору и… — хотела было объяснить Мира, но Дарк перебил ее:

— А хотя… Стоп, я же знаю… — он исчез, направляясь к двери из комнаты, кинув напоследок, — Скоро приду! Не уходи никуда от него.

Принцесса, вцепившись мертвой хваткой в бессознательного рыцаря, никуда не собиралась уходить. Она не хотела ни то, чтобы уходить — даже уезжать отсюда после своего спасения…

Мирабелла, опечалено взглянув в чужие глаза почти обернувшегося в чудовище Мэрмана, дала волю чувствам и выпустила горячую слезу. Она прижалась так сильно, словно боялась… Боялась потерять его. Но почему — «словно»? Ведь это так и есть…

Всхлипнув, девушка вдруг почувствовала нежное прикосновение ближе к талии. Она подняла глаза, заглянув в обернувшееся к обычному виду правое око рыцаря. Оно было таким измотанным, тяжелым, но таким счастливым.

— Мирабелла… — прошептал Мэрман с силой, перебирая прохладными пальцами по спине любимой.

— Ох, жив-здоров… — усмехнулся появившийся рядом Шэди, заглядывая в лицо рыцарю, — Кормят у вас тут хорошо-о-о… о-ого… Вот это тебя разнесло… — присвистнул от шока тень, увидев полностью алый левый глаз, — Сиди спокойно, сейчас исправим…

— Д-дарк? А ты что здесь… — вяло начал было спрашивать Мэрман, но Мирабелла прикрыла ему рот рукой, с легкой укоризненной улыбкой взглянув на слабого рыцаря.

— Спокойно, mi caballero… — перебила девушка, взглянув на Шэди, — Сначала господин Дарк тебя вылечит… Да, ведь?

— Сэр Роттен, — поправил Шэди, приготовив здоровую левую руку, — Один момент, госпожа Чуида…

— Откуда ты знаешь…? — хотела было задать вопрос Мирабелла, как вдруг ее слова прервались событием, которое она увидела.

Из расставленных широко пальцев Шэди быстрой струей полились черно-алые, светящиеся линии, переплетающиеся в одну единую сеть, схожую с корявыми ветвями старых дубов. Эта струя темного света так быстро пронеслась рядом с девушкой, что та не успела разглядеть ее полностью — магическая связь вонзилась в шею Мэрмана, отчего тот вскрикнул.

— Что вы делаете?.. — с испугом спросила принцесса у Дарка, заметив его сосредоточенность.

— Убиваю то, что подселилось в него заместо его самого! — процедил Шэди, усердно пытаясь что-то сделать. Но рычание Мэрмана и его вздрагивания говорили о неудачах — да и само раздражение тени утверждало о провалах попыток.

— Зараза… Придется потом с ним разобраться! — больной рукой Дарк одним движением провел еще одну линию, охватывающую первую, после чего по ней в его тело от магистра потянулось алое свечение, отчего Мэрман взвыл… Мирабелла с силой прикрыла рот рыцаря рукой, чтобы крики не услышал кто-нибудь в коридоре.

Стиснув зубы, Шэди оборвал магическую связь между собой и хозяином. Мэрман, взглянув уже привычным алым глазом на свое окружение, бессильно свалился на принцессу, в то время как Шэди с тяжелым облегчением вздохнул — теперь его левый глаз стал полностью алым. Но в нем не было каких-либо поведенческих изменений… Все такой же.

— Ну все, принцесса! — тихо посмеялся Шэди, тяжело вздыхая, — Он твой!

— Спасибо большое вам, господин Роттен, — улыбнулась Мирабелла, облегченно вздохнув. Шэди лишь многозначно ухмыльнулся, растворяясь в пространстве.

Принцесса, охваченная большим количеством эмоций, не выдержала тяжелого парня и ухнулась с ним на кровать, придавленная уснувшим глубоким сном Мэрманом.

Попытавшись выбраться, девушка смирилась — осталось ждать помощи из вне. Но… Этот обхват рукой… Слишком сильно будоражил все нотки нежности внутри.

— Мой любимый глупыш… — ласково прошептала Мира, обняв в ответ спящего рыцаря руками за спину.

— Я вам не мешаю? — послышалась робкая реплика Назара, открывшего дверь и увидевшего всю ситуацию.

Мирабелла вздрогнула, напуганная тихим появлением коммандора.

— С-сэр Василес, я… Мы… — щеки залила краска под осознание, в какой момент застал их друг Фокса, — Тут у нас произошла проблема…

— Вот как! Надеюсь, моя помощь не понадобится? — широкая улыбка понимания озарила лицо Назара, явно намекая на иронию.

— Очень даже понадобится! — взмолилась Мирабелла, снова предприняв попытки выбраться из-под своего любимца.

— Ох, он без сознания… — вдруг озабоченно нахмурился коммандор, скинув сумку с плеча и подойдя ближе. Одним движением он поднял магистра, высвобождая девушка из необычного, но приятного для нее плена. Осмотрев бледное лицо командира, Назар серьезно взглянул на Мирабеллу.

— Что у вас произошло?


Глаза медленно открывались, заслышав ушами диалоги поодаль. Поднявшись головой, наш герой несуразно что-то буркнул, уронив в сторону грелку. Зрение указало на трех сидящих возле разыгравшегося камина людей, которых Фокс знал.

— Ох, наконец-то, он очнулся! — ласковый голос Миры приблизился, после чего последовало прикосновение мягкими пальцами к щеке.

— Эй, Мэр, ты как? — осторожно поинтересовался Назар, тоже подойдя ближе.

— Ну куда вы поперлись, он же сейчас не тверже перины! — неожиданно раздался голос Шэди, продолжающего сидеть возле огня.

— Б-вх-хк… — выдохнул с тяжестью Мэрман, с силой открывая глаза — веки словно отяжелели, закрываясь при слабом усилии держать взгляд на чем-то, — Ч-что произошло?

— Ты чуть не умер от своей же глупости, — тень оказался возле кровати, склонившись над бессильным взглядом Фокса-Младшего, — Вот на кой ты накрутил себя, когда меня не было в замке?

— О чем ты говоришь? — сипло зажмурился Мэрман, нахмурившись в недопонимании.

— Ты слишком сильно переживал, — вставил Назар реплику, но тут же его жестом прервал Дарк.

— Так, погоди-ка, стальной телохранитель, — Шэди присел рядом, подняв брови, — То есть ты даже не помнишь, как искал виноватых в том, что случился провал твоего же плана? Как ты был готов убить любого, кто помешает тебе добраться до Хэрона и спасти свою принцессу? Как ты дотронулся до Слепой Ярости, пока я не выходил с тобой на связь, и чего это тебе стоило? Ты хоть понимаешь, что ты мог умереть, как личность? — тень выставил почти зажившую правую руку, показывая напряженному Мэрману черные искажения кожи, — Вот это могло тебя убить!

Мирабелла незаметно для всех покраснела, услышав о переживаниях своего любимого.

— Что это?.. — сфокусировав взгляд, спросил рыцарь.

— Сила разрушения, уничтожающая всех вокруг и того, кто ею обладает. Я могу с ней немного совладать, ибо сам являюсь частью тьмы, но вот ты… По своей глупости притронулся напрямую к Слепой Ярости, элементу Силы Разрушителя, вызвав главную мощь самого Разрушителя на себя! — раздраженно воскликнул Шэди, поставив одну ногу на стул и облокотившись на нее, — Ты мог умереть, идиот!

— Откуда я мог знать? — сморщился Мэрман, — Я знать ни знаю об этих ваших терках в Пустошах!

— Причем тут наши междоусобицы?! — вскочил Дарк, почти театрально взмахнув руками, — Ты чуть не погубил себя и всех вокруг! Ты это понимаешь?! Ты слишком далеко зашел со своими планами, я это уже давно заметил! Да, мы хотели с тобой расправиться с Хэроном и его бандой, но таких мудреных идей я не планировал! Ты слишком многим рискуешь, стараясь поскорее достичь своей цели и стать сильнейшим!

— Позволь мне напомнить, дорогой мой Дарк, что ты сам предложил мне сотрудничество и помощь Слепой Ярости! — правый глаз Мэрмана сверкнул алым, а Шэди переменился в лице — раздражение словно сошло, — Как только я узнал, что ты — реальный дух, оказавшийся в моем теле по соседству, то сразу решил, что ты не зло. Мне говорили, что ты опасен, но я тебя таким не считал. И потому верил тебе и доверял, ведь ты говорил, что я смогу справиться с той силой, которую ты мне даруешь… А теперь я узнаю, что моя сила может уничтожить всех и вся, в том числе и меня! Почему ты скрывал это?

Дарк вздохнул.

— Потому что это не моя сила, — тихо ответил он, — Я всего лишь ее страж, который контролирует ее потоки… — дух отвернулся куда-то в сторону, делая длинную паузу, — Я скрывал это, потому что хотел казаться кем-то большим, чем просто темным духом с мрачным прошлым… Ты ведь чувствовал себя когда-нибудь безнадежным, бесполезным? М, Фокс?..

Мэрман молча кивнул. Ему стало тяжело… Он увидел себя в этом духе…

— Ты, как и я, получил свою силу не по своей воле… И моя сила — вовсе не Слепая Ярость, а темная магия алого огня. Я могу совладать с Яростью, но не могу ею управлять так же, как ты. Ты можешь с ней совладать, и управлять тоже можешь научиться. Я же — просто камень, который перекрывает поток в нужные моменты… Я не всемогущее существо. Я… — Дарк медленно отошел в сторону, улыбнувшись своему отражению в стекле окна, — Я просто ничто.

— Ты спас меня и всех вокруг! Как это — «ничто»? — возмутился Мэрман, присаживаясь в постели.

— Когда-нибудь моя помощь тебе больше не понадобится. Это лишь вопрос времени, — отрезал Шэди, приложив руку к стеклу. Наш рыцарь еще никогда не видел таким свою тень — голос был тихим и не имел в себе каких-либо эмоций, а улыбка на лице заметно была притянута к ушам, — Пойми, Мэр… Когда тебя считают ничем, выдавая невыносимую работу прислужника, то притворяться, что ты — всесильный, единственное утешение внутреннего «я»… Самообман утешает. Ты ведь понимаешь, о чем я…

Перед глазами резко предстало воспоминание о видении в комнате с зеркалом. Мэрман пролистал в памяти, как он на эмоциях уничтожил интерьер, стараясь заглушить чувство скорби… И поодаль с ним стоял Шэди, наблюдая, как гнев выливается наружу.

— Да, ты меня понимаешь… — медленно закивал Шэди, переместившись к огню, — Ты ведь сам обманываешь себя… Ты не хочешь смириться, как и я… Ты считаешь, что твоя задумка тебя исцелит… И я тебя понимаю… И полностью поддерживаю любое твое действие, ведь и сам когда-то решился на такое…

Мэрман понуро сник, задавленный правдой. Мирабелла, тихо стоящая рядом с Назаром, потянулась к нашему магистру и обняла его, грустно вздохнув.

— Не будем о грустном, — недолго помолчав, воскликнул Шэди в своей привычной манере. Он встал из кресла и повернулся к остальным улыбчивым лицом, — Буду честен, хозяин — твоя заноза отлично справилась в стрессовой ситуации, беспрекословно выполнив все мои поручения. Даже волю чувствам дала лишь тогда, когда все почти закончилось! Слышишь, Фокс? — Дарк переметнулся ближе к магистру, который почти его не слушал, лишь смотрел слегка отрешенно, — Не смей ее обижать! А то наподдам… — шутливо усмехнувшись, Шэди приблизился к улыбнувшейся принцессе, в своей привычной манере присвистнув, — Будь я реален — стал бы твоим поклонником… Однако, увы, не имею возможности… Но я буду ждать ваших нежностей с Фоксом! До встречи, реальные люди! — улыбка растворилась в воздухе, оставив одних рыцарей с принцессой.

«Шэди прав… И я действительно не знаю, что будет, если я довершу начатое… Если это не поможет, то… Что спасет меня от этой постоянной боли?» — путались клубком мысли у Мэрмана в голове.

Девушка, заметив тягость взгляда своего голубка, разнежилась и крепче обняла парня, уткнувшись носом в его плечо.

«Но… Я хочу завершить начатое… Что ж, посмотрим, что выйдет после смерти подонка-Хэрона…» — утвердилась игла в клубке мыслей, после чего магистр крепче прижался к хрупкой девушке, сдерживая любовь под замком глухой ненависти.

Назар, тоже задумавшись о чем-то, тяжело вздохнул, наблюдая за тем, как пальцы принцессы держатся за спину и плечи его сложного друга…