Охранитель об опэ...

     Умные люди говорят, что прошлое можно изучать только по историческим документам. Якобы исторический документ - это достоверное, точное отражение произошедшего в прошлом.

     Не изучать, а знакомиться с прошлым, можно и читая исторические повести и романы. Сочинителям исторических повестей и романов позволяется искажать прошлое для облегчения, читательницам и читателям, знакомства с ним. С прошлым.

       Получается, что тот, который в прошлом составляет исторический документ, готовит условия для изучения кем-то в будущем того прошлого, которое отражено в составленном историческом документе.

      Сами составители исторических документов, жившие в отражаемом прошлом, также имели возможности искажать отражаемое ими в документах прошлое.

      Возможности составителей исторических документов, живших в отражаемом в документах прошлом, искажать данное прошлое - это "отпущение грехов", то есть индульгенция для сочинителей исторических рассказов, повестей и романов.

      Как составители исторических документов, так и сочинители исторических рассказов, повестей и романов, распределяются, как правило, между тремя  СИЛами, сборными историческими личностями: охранители, ниспровергатели-революционеры, нововводы-реформаторы.

     В условиях уже совершённой социальной революции или только государственого переворота, тоже - уже совершённого, нововводы-реформаторы быстро превращаются или в демократических республиканцев, или в республиканских демократов. Кто из них больше склонен к взяточничеству и искажениям прошлого: демократические республиканцы или республиканские демократы - это вопрос, который  до сих пор, до двадцатых годов двадцать первого века, остаётся открытым.

     Писатель-класссик Лев Николаевич Толстой, с его романом о прошлом "Война и мир", может быть лишь с трудом причислен к одной из названных сборных исторических личностей, а вот П.Н. Краснов (1869 - 1947) несомненно был, и как военный, и как сочинитель, охранителем.

       Беда русских охранителей состоит в том, что когда исчезает то, что они раньше охраняли, они начинают спорить между собой, какое их союзничество правильное:  с Англией (Великобританией) и Францией, то есть с Антантой, или с Германией.

      Не только большевики считали ПээН Краснова союзником нацистской Германии, за что большевики его, уже стариком, и повесили, но и другие белогвардейцы презирали его, ПээН Краснова, за тесные отношения с Германией, начиная ещё со времён Гражданской войны (1918 - 1922 гг.) в России.

     Конечно, с помощью литературно-художественного наследия П.Н.Краснова изучать девятнадцатый и двадцатый века в России нельзя, но знакомиться с ними по наследию П.Н.Краснова - можно.

      Есть в литературном наследии Краснова и довольно внушительное произведение о восемнадцатом веке, - "Екатерина Великая", но так сложилось, что ключевыми в развитии России стали именно девятнадцатый и двадцатый века. Наиболее значительная часть литературно-художественного наследия ПээН Краснова посвящена именно эти двум векам: девятнадцатому и двадцатому.

     ЭльэН Толстой только хотел написать роман о декабристах, но у него такой роман не получился, а получились "Война и мир". А вот ПээН Краснов осуществил мечту Толстого: хотя и не о декабристах, а о народовольцах написал роман, аналогичный, то есть очень похожий на  "декабристскую" задумку Л.Н. Толстого.

      В романе П.Н. Краснова "Цареубийцы",  кроме Желябова и С.Л. Перовской, а также других народовольцев, действует Николай Иванович Кибальчич, который себя народовольцем, по мнению ПээН Краснова не считал, так как Кибальчичу до свободы народа не было никакого дела: он, Кибальчич, хотел свободы только себе. Как изобретателю бомб, снарядов, которые он обязательно хотел испытать на людях,  и воздушного корабля, который, в отличие от аэростата, является управляемым. То есть, на этом воздушном корабле изобретатель может лететь не туда, куда его ветер несёт, а туда, куда хочет лететь сам изобретатель. Так изобразил мысли Н.И.Кибальчича о свободе изобретателя, которая при монархии невозможна, ПээН Краснов.

      Авторский язык, то есть манера или стиль сочинительства ПээН Краснова, несколько грубоват, но прозрачен и понятен читательницам и читателям, а главное, - в романе "Цареубийцы" есть чёткое представление автора, как охранителя, об опэ, об отечественном прошлом.

      Кроме того, в литературно-художественном наследии Краснова нет прямых указаний, но между строк прослеживается взгляд этого автора на то, что  демократические республиканцы и республиканские демократы довольно ощутимо отличаются друг от друга.

     Демократические республиканцы тщательно следят за соблюдением демократических правил, процедур  и стараются сделать демократические институты  незыблемыми. Для демократических республиканцев  цели республики менее важны, чем демократические процедуры и демократические же институты. Демократическим республиканцем был, скорее всего, А.Ф. Керенский и другие министры Временного правительства в тысяча девятьсот семнадцатом году.

      Республиканские демократы, к которым можно отнести Б.В. Савинкова (сочинителя В.Ропшина), часто плевать хотели и на демократические процедуры, и на незыблемость демократических же институтов.

     Для республиканских демократов  всегда важнее демократических институтов и процедур  были цели  даже не республики, а их собственные цели. Трепетной любовью  к собственным целям на республиканских демократов очень похожи советские демократы, то есть большевики. Или "красные".

      Да, прямо об отличиях друг от друга  демократических республиканцев и республиканских демократов ПээН Краснов нигде в своём литературно-художественном наследии не пишет, но в его романе "От двуглавого орла до красного знамени" его персонажи решают, куда им бежать из советской России, делая выбор между Германией и французским Парижем.

      Если персонажам "От двуглавого орла до красного знамени" Пээн Краснова убежать в Берлин, в Германию, то они станут предателями для тех белогвардейцев-охранителей, для врангелевцев и деникинцев, которые продолжают считать своими союзниками Антанту, то есть Англию (Великобританию) и, конечно, саму Францию.

      Убежав в Париж, персонажи  ПээН Краснова, попадут в лапы российских республиканских демократов и у них, у убежавших, как у монархистов-охранителей, не будет ни свободы слова, ни других свобод.

      Наверное, для многих монархистов-охранителей утверждение ПээН Краснова о том, что свобода, например, слова нужна, как и всем прочим сборным историческим личностями, и им, охранителям, стало для них, для монархистов-охранителей, счастливым открытием.

     А диктатура русских республиканских демократов в Париже, по мнению сочинителя Краснова, была ничуть не менее жёсткой, чем диктатура большевиков в советской России. Какая уж тут свобода для монархистов-сочинителей в Париже? Очень ограниченная!

      Сам П.Н.Краснов выберет, в конечном итоге, Берлин и Германию. Парадоксально, но факт: Краснов решил, что ему, как русскому охранителю, свободы будет больше в Германии, чем во французском Париже.

      Сотрудничество ПээН Краснова с германскими нацистами закончилось для него крайне плохо. Смертной казнью через повешение. Ну прямо как жизнь некоторых ниспровергателей-революционеров, таких, как те, которых он представил читателям в своём романе "Цареубийцы".

      Как бы ни ставили многие исследователи творчество философа-эмигранта Ильина выше литературно-художественного наследия П.Н.Краснова, но с таким прошлым, как три, а точнее, - четыре периода борьбы белогвардейцев с красными на Юге России, можно ознакомиться и с помощью чтения его, П.Н Краснова,   литературного наследия.

      P.S. Автор данной записи итогов размышлений непрофессионального историософа и неквалифицированного проведа (прошлым ведающего, историографа) считает своим долгом разъяснить читателям, что опэ в названии данного текста означает: "отечественное прошлое". Глядя на слабую научность  размышлений персонажа о знакомстве с отечественным прошлым и о его изучении.  автор постеснялся разместить данную запись итогов размышлений персонажа в разделе "история и политика" и нагло размещает её в разделе философии, за что и просит прощения у читателей и читательниц.