Обычная история

Месяц август уже на исходе. Дни стали короче, а ночи длиннее. Цветущее, знойное лето подходило к концу. На смену ему спешила осень с холодными дождями, сизыми туманам и роскошной прелестью красок - пылающие гроздья рябин, тёмно-красные капли калины, золото увядающей листвы. Караваны птиц отлетающих на юг в дальние тёплые страны наполняли бескрайние просторы щемящей грустью расставания. И так из года в год. На первый взгляд одно и тоже. Но в тоже время всё это не одно и тоже. Между минувшей осенней порой и нынешней пролегал целый год. И природа, и люди становились старше на год. И уже новую осеннюю пору встерчали иначе, чем прошлую. Острее воспринимали прелести увядающей природы, прощальные крики журавлей. Поселялось в душе  тревожное чувство ностальгии. На год старше, может быть мудрее, кто-то счастлив пережитым чувством любви, кто-то переполнен горьким чувством безвозвратной потери. Кто-то...разные люди, разные судьбы.

глава 1

Разные люди, разные судьбы... У одной пожилой пары тоже была своя судьба.  Он - недавний вдовец, Она - вдова со стажем. Оба проживали в сельской местности. Местность эта не тянула по своему статусу ни на деревню, ни на село. Два десятка домиков по обеим сторонам большака можно было определить как Местечко. Дом недавнего вдовца стоял по одну сторону дороги, дом вдовы по другую. Жили они в домах покойных родителей всю свою жизнь по праву рождения. Дома в Местечке были старинные, деревянные с красивыми, резными наличниками. Возле домов - огороды, сады, цветники, сараи и строения для домашней живности. А дальше простирались поля, за полям лесные полосы. В колхозные времена поля засевались зерновыми, засаживались овощными культурами и время от времени превращались в пастбища. Жизнь в Местечке текла размеренно и спокойно по давно привычному укладу. Правда, иногда этот порядок нарушался неким событием - как-то - свадьбы, похороны, и более мелкими, мало значащими для всего населения Местечка, но многозначащими для отдельной личности или семьи.
В прощании с покойным принимало участие всё население Местечка. Свадьбы, крестины, проводы в армию, встречи возвращавшихся из армии - единые события для всего населения. События объединяющие и даже в некотором роде, роднившие жителей Местечка. Это то, что роднило, сплачивало местный народ. Но жизнь каждой отдельной семьи обуславливалась теми житейскими факторами, которые были присущи только этой семье и никакой другой.
Не все в Местечке были местными старожилами. Были люди со стороны, но таких был не много. В основном это были девушки выходившие замуж за местных парней, и молодые люди женившиеся на местных девушках. Бывали случаи, когда старики умирали, наследники, живущие в городах, продавали родительский дом, но таких случаев было мало. Зачем было покидать родные места если колхоз был богатым, работы хватало. Всё своё, привычное, родное. А что там в городе? Работа на заводах в три смены, койка в общаге и отдельная квартира лет этак через десять - пятнадцать?

2

А что же наши вдова и вдовец, и какова их судьба? Местные, приезжие? Любопытно, конечно. А потому и придётся рассказать о них как можно подробнее. И так  - Громов Игнат Васильевич, шестидесяти восьми лет от роду. Единственный сын своих родителей. Вполне возможно что он мог быть и не единственным сыном, но родители, особенно мать не хотели больше иметь детей. Хотя родители и были староверами, а вера запрещала аборты, трезвый расчёт в этой семье стоял на первом месте. Аборты легальные и нелегальные оставили Игната без братьев и сестёр. Родители не были людьми жестокосердными, скорее всего их пугала послевоенная бедность и тяжёлый, до полного изнеможения труд на колхозных полях и фермах. Вот и получается, что избавляясь от нежелательной беременности, родители на первое место ставили благополучие ребёнка. Им хотелось лучшей доли своему единственному сыну. Вырастить, выучить, вывести в люди чтобы тому не пришлось пасти коров или ходить за плугом, зарабатывая трудодни, на которые к осени почти нечего было получать. Время шло, Игнат рос мальчиком старательным и послушным. Закончил семилетку, поступил в Вишский сельскохозяйственный техникум по специальности - автомеханик. Помимо основной специальности, техникум готовил механизаторов широкого профиля. Прошло время, Игнат окончил техникум, вернулся в родной колхоз. Родители, в особенности мать, горды своим сыном были невероятно! Правда, не сразу Игнат занял должность автомеханика - поначалу пришлось походить и в слесарях, и посидеть за " баранкой", но всё же, диплом о основной специальности со временем должен был помочь занять достойное место в колхозной иерархии. Но это было потом. А пока подошло время отдать почётный долг - службе в рядах Советской Армии. Отслужил, но вернулся домой не один, а с молодой женой. Службу Игнат проходил вдалеке от дома, аж в далёком Карпатском краю. До службы в армии была у Игната девушка, первая любовь. Встречи, расставания, робкие поцелуи и объятия, обещания ждать. По- первости так оно и было. Но Игнат был далеко, время ожидания тянулось медленно, а хотелось всего и сразу. Дело молодое. И не устояла молодая девушка перед зовом юности. Будь она дурнушкой или, не особо привлекательной девушкой, вполне возможно что и дождалась бы Игната со службы. Но девушка она была видная, парни внимание обращали, не обходили стороной. Так и не монашка чтобы сидеть дома затворницей - танцы, кино, вечера. И полетело однажды в далёкие Карпаты прощальное письмо - прости, разлюбила. Игнат такому письму, конечно не обрадовался, погрустил, погоревал да и обратил внимание на местных девушек. А тут было на кого посмотреть! Статные, весёлые, черноглазые, певуньи, плясуньи. Вот и увлёкся Игнат одной из таких девушек - Марысей. До того увлёкся, что сделал Марысе предложение руки и сердца. Девушка подумала и согласилась. Что поделать? Любовь, да и немаловажную роль в её согласии выйти замуж за парня из Прибалтики сыграло то обстоятельство, что для местных жителей Прибалтика казалась чуть ли не Западом, то есть страной обетованной. Мать Марыси пролила немало горьких слёз расставаясь с дочерью. Как-то она там, одна на чужой стороне? Обидят, а кто заступится? Хорошо, если муж не даст в обиду и кто знает какие там законы и порядки? Единственным, пусть и слабым, но всё же утешением для матери было одно - в случае чего, то пусть  дочь не мучаясь ни часа, собирает вещи и возвращается домой, хоть одна, хоть с ребёнком. И не важно что подумают и что скажут соседи.
Но ничего такого не случилось. Молодые жили дружно в любви и согласии, родители мужа молодую невестку не обижали. Но... было одно но. сразу после свадьбы Марыся забеременела. Свекровь всполошилась:
 - Куда вам так сразу, ребёнок! Поживите хоть для себя. Мне нянчить внука некогда, сама работаю с тёмок до тёмок.
Свёкор не возражал. Ему было всё равно появится внук теперь или через пару лет. Он давно был у жены под "пятой". Игнат не посмел возразить властной матери и как следствие - аборт. Добро бы аборт! В Советском Союзе дело обычное. Для большинства женщин последствия абортов никак не сказывались на новых беременностях и лишь единицы из них оставались бездетными на всю оставшуюся жизнь. К числу этих  женщин присоединилась и несчастная Марыся. И чем старше становилась молодая женщина, тем тяжелее и горше переносила вынужденную бездетность. Прошло время, родители мужа ушли из жизни, но Марыся (а попросту Маруся), так и не простила свою свекровь. Правда, она не простила и себя, но что она могла поделать одна в чужой семье? Так и жила, так и старилась женщина с неизбывным чувством вины за погубленную родную жизнь, а может и не одну. Правда, муж чувствуя свою вину перед женой не раз предлагал Марусе взять ребёнка из приюта, но Маруся отказывалась наотрез. Она любила своего не родившегося ребёнка и чувствовала, что не сможет полюбить чужого. Марусе казалось, что чужой невинный ребёнок будет постоянным укором её родного погубленного дитя. Время шло. Игнат с Марусей старели.  Ранняя седина появилась в её некогда тёмных, как смоль волосах. Жили они, по здешним меркам, зажиточно. Что-то осталось от стариков, что-то нажили сами. Они даже купили машину, правда не новые "ЖИГУЛИ", а всего лишь старый "МОСКВИЧ". Но, будучи к этому времени завгаром, Игнат из "старой рухляди" как насмешливо называли мужики Игнатово приобретение, создал первоклассную машину. Иметь машину, в те Советские времена, было делом весьма и весьма престижным. К этому нужно добавить что машину Игнат не поставил в гараже под замок, не выгонял иногда на всеобщее обозрение чтобы вызвать зависть соседей. "МОСКВИЧ2 работал, он без устали бегал не только по гладкому асфальту, но и по лесным дорогам. Отказа в поездке не было никому. Шли года, а машина как бы и не старилась. Хозяин берёг её не хуже чем родное дитя. А вот сам хозяин, на вид совершенно здоровый мужик, ушёл из жизни. Причём, ушёл внезапно - обширный инфаркт! И остались сиротами его верная жена и верный, любимый "МОСКВИЧ". Однако, жизнь продолжалась. Молодой вдове не пришлось предаваться внезапно свалившемуся на неё горю - работа, хозяйство. И лишь осиротевший " МОСКВИЧ" горестно пылился в гараже. Правда, соседи не оставили вдову наедине с её горем. Женщины утешали как могли, мужчины предлагали в помощь свои мужские руки. Чаще всего на помощь приходили соседи - муж с женой, самые близкие друзья покойного. К тому же они были кумовья. Всё это было хорошо, но... но долго ещё не могла прийти в себя Маруся. Одна! Долгие  томительные вечера, длинные ночи без сна в пустом и гулком доме. Разные мысли теснились в её голове. То возникала мысль уехать на родину, к своим, то продать дом и купить квартиру в городе, то попытаться найти мужчину, который бы скрасил её одиночество. Но мысли - мыслями, а в жизни Маруси ничего не менялось, да никаких усилий что либо изменить она не предпринимала.
"Что уж, - рассуждала женщина в минуты просветления, - разве я одна потеряла мужа? Вон, сколько баб живут по одиночке и ничего, живут. И я буду жить. И куда ехать, кому я нужна на родине? Старики умирают, а племянникам не до меня. В чужой семье хлеб всегда горек."
Соседи интересовались не только жизнью Маруси, но некоторых из них, особенно мужиков, интересовала судьба машины. Не раз и не два они советовали Марусе продать " МОСКВИЧ" пока он в хорошем состоянии, пока не заржавел в гараже. Маруся выслушивала доводы рассудительных людей, соглашалась с ними, но непонятно почему откладывала продажу машины на потом. Порой ей казалось - продай она " МОСКВИЧ" и оборвётся последняя связь с покойным мужем. Но всё же неожиданно для себя она рассталась с машиной. Как-то в один из вечеров, когда все работы по хозяйству были переделаны к ней зашла соседка (близкая подруга и кума) Стеша. Поговорив о том, о сём женщина обратилась к Марусе с просьбой:
- Маруся, что хочу у тебя попросить. Может дашь Степану машину в город съездить? Вот век бы не просили, а дочка позвонила, через два дня приезжает всей семьёй в гости. А чем кормить? Надо бы в город, а разве много в руках притащишь? А Степан он ведь аккуратно машину водит, всю жизнь шоферит и ни одной аварии.
- А что?-  встрепенулась Маруся, - А что? - повторила она, - да пусть берёт. Возьмите и меня, а то всё автобусом да попуткой.
Так и съездили в город Степан, Стеша и Маруся А по приезде домой, вдова совершила странный на первый взгляд, поступок. Она отдала машину Степану.
- Знаешь, Степан, забирай "МОСКВИЧА", владей. А мне он ни к чему.
- Да как же так? - неподдельно изумился обрадованный Степан, - как же так? Если уж хочешь продать, то купим с женой. Только денег у нас маловато для такой машины.
- А мне не нужны деньги. Катайся, вози Стешу, да меня, да соседей как когда-то Игнат возил. Я думаю он очень обрадуется, когда узнает что его машинка не тоскует в гараже, а бегает и бегает по дорогам.
Много было в Местечке пересудов по, казалось бы, такому безрассудному поступку вдовы. Но... поговорили и забыли. Жизнь продолжалась. Настали новые времена. Перестройка, независимость, развал колхоза. В Местечке появились заграничные машины, прозванные в народе "консервными банками". Красивые внешне, но изношенные до последнего предела, требующие постоянного ремонта. Зато старенький "МОСКВИЧ" неутомимо бегал и бегал...

3

Жизнь продолжалась. Маруся свыклась со вдовством и вынужденным одиночеством. Жизнь свою кардинально менять расхотелось. О переезде на родину или в город не помышляла, на посторонних мужчин внимание не обращала. Да и на кого было обращать? На женатых? Чего ради? На одиноких брошенных пьяниц? И тоже - чего ради? По хозяйству, там где требовались опытные и сильные мужские руки, ей помогал Степан. Как ни как старый друг  покойного мужа, женщины закадычные подруги да вдобавок ко всем еще и родня. Маруся была крёстной матерью их дочери Ирине.
  Так прошло несколько спокойных лет. Маруся получала пенсию, пусть и не большую. Какой ни какой, а стабильный доход, плюс домашнее хозяйство. А много ли одной надо? На жизнь хватало, а наживать и копить богатство было не для кого. Маруся жила размеренной и спокойной жизнью без особых радостей, но и без особых потрясений. Понемногу старела вместе со своими сверстниками. Но однажды, как всегда это бывает, однажды спокойная жизнь Маруси была нарушена самым печальным образом Заболела и тяжело заболела её любимая подруга Стеша. Диагноз - онкология, а в простонародье - рак! Болезнь оказалась запущенной, лечению не поддавалась, хотя необходимые медицинские действия всё же проводились. Лежала Стеша и в районной больнице, и Даувгавпилской региональной и даже в Риге в онкологическом центре. Была проведена бесполезная операция, химиотерапия, облучение. Но Стеша медленно угасала. Кратковременные улучшения самочувствия сменялись длительными периодами тяжёлого недомогания. В минуты облегчения все переполнялись сомнительными надеждами на возможное чудо. Но чуда не наступало, болезнь прогрессировала, всем, в том числе и Стеше становилось ясно - конец не за горами.
И, если совсем ещё недавно, боли были терпимыми, то наступило время когда боли стали беспрерывными и непереносимыми. Стеша держалась на обезбаливающих. Но что это были за обезбаливающие? Морфий? Хорошо ещё что дети (дочь и сын) присылали из-за границы дорогие, но действенные препараты, да бывший председатель колхоза использовал свои стары связи. Бросить на произвол судьбы Стешу и Степана Маруся не могла. Последнее время женщина дневала и ночевала у соседей.
Правда, социальные службы, предлагали поместить больную в палиативное отделение районной больницы, обещая достойный уход больной, но Степан от такого предложения отказался наотрез.
- Спасибо, но я свою Стешечку ни в какую богадельню сдавать не стану. Если сам свалюсь с ног, тогда другое дело, делайте что хотите.
 Решение это далось мужчине не легко, он был измучен и физически и духовно, но представить свою любимую жену на казённой койке среди таких же умирающих людей не мог и не хотел. Верная Маруся не оставила на произвол судьбы дорогих её сердцу друзей. Ирина обещала приехать в ближайшее время, как только оформит отпуск на работе.
Стеша была местной, а Степан с не далёкого хутора. Считай что тоже местный. Степан был из многодетной семьи. Семья была дружной и работящей. Да попробуй ослушаться отца - ревностного старовера! Так было до тех пор пока дети в этой семье не выросли, стали взрослыми и должны были начинать новую взрослую жизнь. то есть жениться, выходит замуж, заводить свои семьи. У Степана было три брата и две сестры. Сёстры повыходили замуж, ушли на житьё к мужьям. Старший брат после службы в армии остался на сверхсрочную, женился и домой возвращаться не собирался. Младший остался в родительской семье, женился на местной девушке и привёл жену в дом. Волей-неволей Степану пришлось уходить из родного дома на "сторону" Правда, никто его не прогонял, отец даже предлагал остаться и жить всем вместе большой дружной семьёй. но на это Степан согласиться не мог. Он познакомился с женщиной, бывшей замужем, а на то время уже в разводе и с ребёнком на руках Женщина ему понравилась, работала она кассиром в колхозе и жила с родителями. Женщине Степан тоже нравился, ухаживания его приняла благосклонно. Родители женщины против Степана ничего против не имели - работящий, не пьющий, и что не маловажно, без детей. Так они и поженились и Степан после свадьбы покинул родной дом, поселился у тестя, то есть стал примаком. Вскоре у молодых родился свой ребёнок дочь Ирина. Пасынку к этому времени исполнилось семь лет. Василия Степан не обижал, растил как родного. Жизнь, можно сказать, удалась. Дети выросли. Василий окончил мореходное училище и бороздил океанские воды на торговых судах третьим помощником. После перестройки обосновался в Англии, создал семью. Время от времени наведывался в родные края. Говорил, что очень скучает по родным местам, но возвращаться на родину, во всяком случае пока, не собирается нужно детям дать достойное воспитание. Ирина окончила медицинский колледж, недолгое время проработала медсестрой в районной больнице, а затем поддавшись на уговоры брата, уехала за границу. Стеша со Степаном отъезд детей пережили тяжело. Но делать было нечего - не прозябать же всю оставшуюся жизнь в нищете! Так и жили, понемногу старели Стеша и Степан. И всё бы ничего, если бы не проклятая болезнь!

4



Время шло, Стеша слабела на глазах. Она мало говорила о себе, о том что вот скоро покинет этот мир и ей страшно умирать, лежать в гробу под землёй. Женщина свыклась с мыслью о неизбежном конце. Она много молилась как могла и как умела. При жизни она не часто посещала моленную, хотя в Господа Бога нашего верила безусловно. Но моленная это моленная для особо верующих, а она почти как все. Верую, чего же ещё? Некогда, дом, работа, хозяйство, да и неинтересно и тяжело стоять на молебне.
В минуты наименьших страданий Стеша не раз и не два обращалась к подруге. Все её мысли сосредоточились на одном - на муже, который останется сиротой. Кто присмотрит, кто пожалеет, кто посочувствует. О детях Стеша вспоминала редко. Пристроены, живут хорошо и слава Богу! У них семьи и мать это мать. Пришло её время, не она детей хоронит, а они её. Поплачут, конечно, да и заживут прежний жизнью, благо есть с кем разделить и горе и радость. А вот Степан! Останется один как перст. Конечно найдутся женщины которые не прочь подобрать стоящего мужика. Но добро если повезёт Степану с новой женой. А если наоборот7 Выйдет по расчёту, станет нажитое ими добро пихать по своим детям, а мужа ни во что не ставить. И Стеша остановилась на мысли что лучшей жены чем Маруся её Степану не найти. Добрая, заботливая, почти родня, детей своих нет. И однажды Стеша обратилась к верной подруге:
- Чувствую - уж не долго осталось. А тебя слёзно прошу - не бросай Степана. Он был мне хорошим мужем, хорошим будет и тебе.
- Так он любил тебя. А что я, чужой человек, - опешила Маруся.
 - Чужой-то чужой, а относится к тебе Степан с большим уважением. А почувствует что ты к нему с душой, то и он к тебе. Сама подумай  на кого я его оставлю. Окромя тебя - не на кого.
Не раз и не два возвращались подруги к подобным разговорам.
- Вот ты, Стеша, говоришь - сходись, да сходись. А что люди скажут? Скажут - не успел жену похоронить, а уже бабу в дом привёл.
- И пусть говорят! Умные не скажут, а на балаболок и смотреть  нечего. Да я и сама людям скажу, что это мой наказ, что я только тогда спокойно буду лежать в гробу, когда буду знать что Стёпка  мой не остался сиротой. Пусть тогда кто слово посмеет сказать.
- Да скажут всё-равно.
- Скажут, конечно, но я им скажу, что если кто вздумает вас со Стёпой судить, то я с того света достану и покоя не дам.
- Маруся, а сам-то знает?
- Знает. Я ему уже не раз говорила...
- А он что?
- А что? Плачет. Плачет, а соглашается.
- Стеша, ты вот всё об муже беспокоишься. А ведь страшно небось самой?
- Страшно, да я уже смирилась. Как все так и я. Болей боюсь. Да, спасибо детям, лекарства сильные присылают. А у нас разве есть такие?
- Может и есть, - вздыхала Маруся, - да стоят... не докупишся. Спасибо председателю, связи  у него.

4
Зима была в разгаре, снежная да морозная. Минуло Католическое Рождество, минул и новый Год. В Местечке встречали праздники весёлыми гуляньями, салютами. К кому-то приехали  родные, близкие, дети. Соседи ходили к соседям. Заходили соседи и к умирающей Стеше, но долго не засиживались. Гнетущая атмосфера в доме не располагала к пустым разговорам. Потому отдав должное, люди спешили покинуть дом страданий. Стеша угасала на глазах. Маруся со Степаном  привезли отца Никодима. Больная исповедалась и причастилась. А после Крещенских праздников тихо скончалась. Сознание её за несколько дней до смерти помутилось окончательно. Она никого не узнавала, ничего не просила. Губы её время от времени шевелились и непонятно было - женщина хочет что-то сказать или молится как может, как умеет. Маруся почти всё свободное время проводила у постели больной сменяя измученного Степана.  За день до смерти Стеша пришла в себя. Она вдруг глянула на подругу ясными, осмысленными глазами и голосом, ровным и спокойным, но в этом спокойствии сквозила явная угроза, произнесла:
- Маруся, ты всё помнишь? Забудешь, я тебе с того света припомню!
Маруся почувствовала как по всему её телу пробежал холодный озноб. Она знала - перед уходом из жизни у умирающего наступает последняя минута просветления. Значит - Всё!
Под воздействием болеутоляющих уколов, Стеша погрузилась в блаженное забытьё из которого уже не выходила. Как ни старались Степан и Маруся не оставлять больную ни на минуту, всё же самый момент перехода Стеши в мир иной не углядели. Стеша скончалась в одиночестве. Местные бабы рассудили - значит хотела уйти из жизни в спокойствии. Может душе как раз и нужно было чтобы никто ей не мешал.
Стешу похоронили, всё как положено. Батюшка отпел покойную, гроб с телом усопшей опустили в яму, могилу обложили венками и цветами. Обязательные поминки на которые собрались все соседи. Посидели, выпили, помянули добрыми словами. Так закончила свой жизненный путь Стеша, а точнее - Афанасьева Степанида Петровна.

5

А жизнь, меж тем, продолжалась. И в этой жизни было пока ещё место для Степана. И нужно было жить. Прежняя жизнь окончилась. А новая? К новой нужно было как-то приспосабливаться. Хотя Стеша и дала чёткие указания мужу и подруге, но всё же, но всё же. Как вот на глазах всего местечка сходиться вдовцу, едва успевшему похоронить жену, сходиться с женщиной, как привести её в дом, как спать в одной постели? Хотя в одной постели можно было и не спать. За долгие месяцы болезни жены мужчина приучился спасть один. И ничего, понравилось. Стирка? Да и это  не проблема. Кое-как справился бы, но вот кухня! Кухня это совсем другое дело. Готовить Степан не умел и не любил. Оставалась одна надежда на Марусю. Маруся и не отказывалась. Она умела готовить, а теперь ей предстояло не просто готовить, а заботиться о одиноком человеке, мужчине. Какие бы ни были отношения между Степаном и Марусей в прошлом, сейчас эти отношения приобретали совершенно иную окраску. Маруся была женщиной, Игнат мужчиной. Этим всё сказано. Маруся вновь обретала семью. Пусть не сразу, пусть через колебания и сомнения, но сближение между мужчиной и женщиной происходило. Маруся всё чаще и дольше задерживалась у Степана объясняя это не только соседям, но и самой себе житейской необходимостью. Время шло и Маруся вдруг почувствовала - она уже не может и не хочет проводить вечера одна в своём пустом доме. Одиночество, ранее совсем не ощущавшееся, вдруг стало всё чаще и чаще напоминать о себе непонятной тоской.
"Да, - думала в такие вечера женщина, - можно жить одной, быть вроде бы довольной спокойствием в доме, но всё же это не то. Совсем не то и можно прожить вот так до самой своей смерти. И быть счастливой. Но стоит появится в жизни мужчине, как сразу, пусть и не сразу, но начинаешь чувствовать, что одиночество не что иное, как придуманный тобою щит для самоуспокоения."
Жителей Местечка волновало извечное женское, да и мужское отчасти любопытство. Как там у Степана с Марусей? Повременят или сойдутся не дожидаясь года? Как обычно бывает - жители Местечка разделились на два лагеря. Одна половина была  за то чтобы Степан с Марусей сошлись как можно скорее. Они сочувствовали несчастному вдовцу. Вторая половина, в эту половину входили в основном одинокие женщины, осуждающе качали головами глядя вслед новоявленной паре. Или пока ещё не паре? Что же двигало этими женщинами? Да ответ лежал на поверхности - обыкновенная зависть одиноких женщин. Кому не хотелось иметь рядом надёжного мужчину, хозяина? А то что Степан был надёжным мужчиной, сомневаться не приходилось. Он не курил, выпивать-выпивал, но знал меру и выпивкой не увлекался. Хозяйство вёл умело, был домашним человеком.
Пока была жива жена, пусть и тяжело больная, Степан не чувствовал себя сиротой, одинокими и никому не нужным. Умом он понимал своё будущее, но осознать до конца реальную действительность не мог. С этим нужно было столкнуться, в эту новую реальность нужно было прогрузиться. И столкнулся, и погрузился.  Единственным спасением в бушующем море одиночества стала Маруся. При её появлении он оживал, а после её ухода, снова тонул в море тягостной пучины.
"Нет, - думал длинными тоскливыми ночами Степан, - не стану ждать годовщины, иначе я сойду с ума. Вот придёт Маруся и упрошу её остаться. И если она согласится, то плевать что станут думать и говорить люди. Только бы согласилась.!
Дни шли за днями, но Степан никак не мог собраться с духом и произнести заветные слова. И то что в мыслях казалось простым или почти простым, но самом деле оказывалось и не лёгким и не простым.
Но однажды он всё же решился. Стоял тёплый весенний вечер. Мягкий свет зари золотил нежную листву. Птицы допели свои вечерние песни и устраивались на ночлег. Предвечерняя тишина опускалась на землю жаждущую покоя. Степан и Маруся окончили ужинать и сидели молча за столом. Марусе пора было уходить, Степану снова оставаться одному в пустом и гулком доме.
"Сейчас или никогда, - вдруг решился он.
-Ну что, Маруся, опять уходишь7
- Да, пора уже. Вот всё сделала, можешь спокойно отдыхать до завтра.
- Маруся, да разве я отдыхаю когда ты уходишь7 Разве отдыхаю? Останься, - на женщину глянули тоскливые глаза Степана.
Маруся молчала. Да и что она могла сказать? Она давно ожидала этих слов, была готова их услышать, но когда услышала, то растерялась и оробела. Что делать? Нужные слова застряли в горле, а мужчина между тем продолжал:
- Не уходи. Ну сколько можно?
- А люди?
- А что люди? Люди живут себе и живут. И чем мы хуже их? Стешу уже не подымешь и ничем ей не поможешь.
- Не знаю, - выдохнула Маруся не поднимая глаза.
Рука мужчины осторожно легла на её плечо, щека прижалась к щеке и он тихо заплакал.
Много разговоров прошлось по Местечку... Было о чём посудачить местным кумушкам. Но разговоры как вспыхнули так и погасли. Жизнь продолжалась. Счастливы ли были Степан и Маруся? А почему бы и нет? Люди пережившие большие страдания и потери умели ценить жизнь и дарованное богом счастье пусть и на закате жизни.

03. 01 26