Возвращение к жизни

– Слышь, придурок! Помоги мне, а потом вешайся, – донеслось до Виталия откуда-то снизу, где проходила лесная тропа.

Это было так неожиданно, что Виталий выронил из рук верёвку, конец которой пытался перекинуть через толстый сук дерева. Он посмотрел туда, откуда донёсся голос и заметил, что на тропе, которую сверху плохо было видно из-за нависших над ней веток деревьев и кустарников, кто-то барахтается.

– Ща спущусь. Жди, – он нехотя повесил верёвку на дерево и стал спускаться с пригорка, на котором только что замышлял нечто недоброе.

Он подошёл к перевёрнутой инвалидной коляске, у которой отвалилось одно  колесо и увидел барахтающегося на земле мужчину. Вместо ног у мужчины торчали две культяпки заправленные в аккуратные дермантиновые чехлы:

– Ну тебя и угораздило! – Виталий протянул мужчине руку, пытаясь его поднять.

– Ты лучше колесо подай мне. Видишь – отвалилось, – мужчина, которому на вид было не более тридцати лет, насмешливо, снизу вверх, смотрел на Виталия.

Виталий поднял лежащее метрах в трёх от коляски колесо и протянул его мужику. Тот уперся руками в землю и ловко сел на траву, беря из рук Виталия колесо:

– Вот шайтан! Так и знал, что шпилька вылетит, – с досадой ругнулся он.

– Как тебя занесло сюда на коляске? Это ж километров пять от поселка, – удивленно спросил Виталий.

– Ерунда… Не впервой… Коляска старая, на ладан дышит, а так – не сложно. Меня Кириллом зовут. Ты не придержишь коляску, пока я колесо прилажу? – он привычным движением перевернул коляску вверх колесами.

– Тут плоскогубцы нужны, – заметил Виталий.

Кирилл приподнял сиденье коляски и вытащил из-под него небольшой холщовый мешочек, в котором оказались необходимые инструменты (плоскогубцы, молоток, несколько гаечных ключей, отвёртки…):

– Вот так подержи, – попросил он своего помощника и ловким движением водрузил колесо на место. Умело работая плоскогубцами, он быстро починил свой транспорт и лишь попросил Виталия помочь перевернуть тележку и установить её на колеса.

– Лихо ты управился! – восхитился Виталий.

– Наловчился уже… – Кирилл ловко забрался в коляску и стал вытирать руки куском ветоши, которую взял из кармашка, что был сбоку сидения.

– А у тебя что стряслось, отчего в петлю решил лезть? ... Не хочешь – не рассказывай  я просто так спросил. Одно могу тебе сказать: не бывает проблем важнее собственной жизни, по собственному опыту знаю, – Кирилл понял, что откровения от парня ему не дождется и стал разворачивать коляску, чтобы ехать по своим делам: – Ладно, бывай! Спасибо за помощь.

Виталий поднялся на холм, где оставил свои принадлежности и задумчиво присел на камень. Хотелось закурить, но он вспомнил, что пару недель назад бросил и с тех пор не носит с собой сигареты. Парень сорвал травинку и стал её жевать. Мысли, как шальные, стали проноситься в его голове.

В ушах звучал голос Тамары:

– Ты неудачник! Лузер!!! Ты только и умеешь ныть. Привык, что тебе легко всё даётся и плывёшь по течению. Вот и доплавался! Разве можно было так доверять?! Тебе же говорили, чтобы не жалел денег на экспертизу, но ты же у нас умный, сэкономить решил. А в итоге – не только свои деньги проSRaл, но и полмиллиона “гробовых” своей матери, без её ведома, между прочим, подарил мошенникам!

Виталий понимал, что он сам виноват в своей беспечности и в том, что случилось, но как теперь из всего этого выкрутиться, он не знал. Ладно мать, она хоть и будет в шоке, но простит, а где он два миллиона найдет сейчас? Свою-то машину он продал, а она была для него не просто средством передвижения, но и инструментом для заработка. Получается, что у него сейчас нет ни работы, ни машины. Есть только огромный долг…


Всё началось с красавицы Мазды, которую он увидел в автосалоне, когда ездили оформлять машину для его друга Серёги. Это было нЕчто, от чего у Виталия от восхищения даже дыхание сперло. Глубокий тёмно-зелёный цвет пробивался сквозь лакированную поверхность капота, замысловатые фары, панель управления… Но главное – цена! Всего два с половиной миллиона за двухлетний навороченный кроссовер – это, по нынешним временам, почти даром.

Как тут было устоять? Он не мог ни о чем думать, он заболел в буквальном смысле слова, его мысли крутились вокруг того, как попросить у матери денег на первоначальный взнос. Он знал, что у неё накоплено полмиллиона рублей “на смерть” – как она говорила, знал, где она их хранит, но знал и то, что она не даст ему из этих денег ни копейки. И он решился…

Единственным человеком, кто был посвящён в эту тайну, была Тамара, его жена. Она Виталика и отговаривала, и убеждала, что без разрешения деньги брать нельзя, но у него язык не поворачивался, попросить их у матери.

В город, оформлять на себя машину он поехал с двоюродным братом, который упорно советовал, перед покупкой, провести полную экспертизу машины. Но Виталий не послушал брата, он был уверен, что раз машину продают через салон, то это уже служит гарантией безопасности сделки. Он внёс предоплату, оформил кредит на недостающую сумму, заключил договор ОСАГО и счастливый отправился домой обмывать покупку…
Радоваться ему пришлось не долго.

Развели его профессионально и виртуозно. Не успел он покататься на своей “ласточке”, как на третий день его остановил инспектор ГИБДД и потребовал следовать за его машиной на площадку ДПС. Там Виталию сообщили, что к ним поступил сигнал, будто машина, которую он приобрёл, находится в угоне.  По этой причине, они вынуждены её изъять  для выяснения обстоятельств.

Виталий был спокоен, он передал ключи от машины и ксерокопию технического талона инспектору и, взяв расписку, что его машина оставлена в автоинспекции, отправился домой на рейсовом автобусе. Волнение конечно было, но он отгонял от себя плохие мысли.


На следующий день ему позвонили и попросили явиться в инспекцию. Там ему сообщили, что машина действительно находится в угоне, экспертиза показала, что в ней перебит серийный номер и на кузове заметны следы сварки. Автомобиль был у него изъят, а Виталию предложили подавать иск в суд к продавцу машины.


Сказать, что Виталий расстроился – это значит ничего не сказать. Он был в шоке. Какое-то время не мог даже пошевелиться от охватившего его оцепенения. Он не представлял как скажет об этом жене, как будет выслушивать укоры двоюродного брата, как матери объяснит исчезновение её денег…

Теперь то он понимал что зря поскупился на экспертизу при покупке машины. Но он и не подумал тогда ничего плохого. Продавец Мазды показался ему хорошим парнем, оставил Виталию  ксерокопию основных страниц своего паспорта, рассказал, что срочно вылетает в Германию, где его жена со дня на день должна родить ему сына. Говорил, что поэтому и продает недорого свою машину, что торопится к жене.

В полиции приняли его заявление, но сказали, что это очевидный “висяк”,  что скорее всего, ни в какую Германию его продавец не улетел, а спокойно переехал в свой город, выбросил фальшивый паспорт и залег на дно до очередной подобной сделки.

– Вот дурилка я картонная! Зачем старую машину продал? Не велики были деньги, можно было без них обойтись… – ругал себя Виталий, но время назад не повернешь.

Хуже всего было слушать ежедневные упреки Тамары. Работу он искать пробовал, но зарплата там такая, что не то, чтобы кредит отдавать, но и себя не прокормить. Решение покончить сразу со всеми проблемами, возникло у него давно, но решиться на такое он не мог долго. Да и сейчас…  Из головы не выходили слова безногого парня. Хорошо ли он подумал? Все ли возможности учёл?

Он ещё немного посидел, потом вспомнил про записку, которую  утром написал Тамаре и от безысходности застонал. Он представил как Тамара будет над ним измываться, если уже успела прочитать его прощальное письмо:

– Рохля! Ты даже сдохнуть не можешь по-мужски. От табуретки пользы больше,  чем от тебя…

Что же делать? Не идти домой, а пойти к матери? Тоже не выход, надо будет как-то про деньги ей сказать, а то Томка опередит его и подольет масла в огонь…
Он, все же, решил пойти к матери и всё ей рассказать – не убьёт же она его.
Виталий смотал верёвку положил её в рюкзак и с тяжёлыми мыслями отправился в сторону дома.

…
Кирилл каждую неделю отвозил в город микросхемы, которые он паял для маленького частного заводика по производству детских игрушек, где числился электронщиком на удалённой работе. По шоссе до города было 18 км, но автобусы ходили редко, а напрямик через небольшой лиственный лесок было всего семь километров. Всё бы хорошо, но коляска его давно просилась в металлолом, да только на новую ему было никак не заработать,

Иногда, в плохую погоду и зимой, он добирался в город автобусом, а обратно – если повезет, то на попутках, а если нет, то приходилось несколько часов ждать обратного рейса. В этот раз ему не повезло:  отвалилось колесо. Он давно просил знакомого токаря выточить ему нормальную деталь для тележки, но всё как-то не получалось.

Хорошо хоть этот хлюпик помог ему сегодня. Интересно, как он там… Слабак. Не хватит ему решимости повеситься, сразу видно….
Так размышляя, он крутил колеса своего “бронепоезда”, как он шутя называл свою коляску и вспоминал то счастливое время, когда он это самое расстояние пробегал за пятнадцать - двадцать минут.

У него было всё: успешный бизнес – хоть и не большой, но кормил досыта, любимая женщина, квартира, машина… Это был тот счастливый период, пока чья-то преступная халатность не разделила его жизнь на “до” и “после”

Он хорошо помнит тот воскресный день, когда они поехали на праздник “День города”, как ехали по шоссе пели песни, шутили. С ним рядом, на пассажирском сидении, заливисто смеялась его Настенька, а на заднем сидении, что-то смешное рассказывала её подруга Лена, обнимая своего пятилетнего сынишку Глеба.

Погода была солнечная, по чистому голубому небу плыли пушистые белые облака, яркая зелень деревьев радовала глаз и вдруг… Кирилл не успел ничего сообразить, когда увидел кабину мчащегося прямо на него КАМАЗа. Он крутанул руль, но удар раздался быстрее…  Он успел только услышать истошный женский крик и… темнота.


Первое, что он увидел, когда открыл глаза – это исхудалое, заплаканное лицо мамы.

– Сыночек… Очнулся! Слава богу! – радостно запричитала она.

Позже он узнал, что Настя и Лена погибли на месте, Глеба спасли, но что такое боль, мальчик усвоил на всю жизнь, выдержав четыре сложнейшие операции. Сам Кирилл больше месяца провёл в коме, оставшись без обеих ног.

Три года тяжелейшего восстановления, привыкания к своей инвалидности, утрата бизнеса, горе от потери любимой и маленький Глеб, который остался совсем один. Мама его была сиротой из детского дома, папу своего он не знал.  Ребенок находился на лечении в больнице, но в будущем ему предстояла жизнь в приюте.

Кирилл чувствовал долю своей вины за погибшую маму мальчика и мечтал добиться опеки над этим ребёнком, но он хорошо понимал, что ему, в его положении, самому нужен опекун.

В течение трёх лет длилась судебная бюрократическая тяжба, но в итоге, опеку над мальчиком оформила замужняя родственница Кирилла, а по факту договорились, что ребенок будет проживать с Кириллом и его мамой. И вот уже шестой год они живут вместе. Глебу одиннадцать лет, он учится в пятом классе.

Выживают они за счет государственных пособий: мама Кирилла получает пенсию по старости, Глеб – по потере кормильца, а сам Кирилл, получает крохотную пенсию по инвалидности и удаленно подрабатывает на заводе. Не густо, но на скромную жизнь хватает. Всё бы ничего, но приходится по крупице отрывать немного денег от семьи, чтобы накопить на протезы для ног. Плохие –  он не хочет, а хорошие стоят очень дорого. Да, что там протезы? Ему бы коляску нормальную…

Кирилл услышал позади себя шаги и обернулся. За ним, лёгкой походкой шёл недавний знакомый.

– Что, передумал вешаться? – насмешлиао спросил Кирилл.

– Испугался… – честно признался Виталий, чем вызвал уважительной взгляд Кирилла.

– Это не так легко и просто, как кажется… У меня был такой порыв, но логика победила хандру. Я понял одну простую вещь: когда тяжело и хочется выть от боли, то надо идти к людям и понаблюдать за ними со стороны. Помогает… Порой, свою проблему видишь как нЕчто мелкое и несущественное, по сравнению с проблемами других людей. Всё познается в сравнении.

– И ты знаешь… Как только ты перестаёшь скулить от собственной боли, а начинаешь видеть и чувствовать чужую боль, жизнь даёт тебе столько подсказок… столько всяких вариантов решения своих проблем, что невольно начинаешь думать: “как я раньше этого не сообразил”, – Кирилл говорил медленно, словно вытаскивал слова откуда-то из глубины себя, а Виталий слушал…

– Давай я повезу коляску, пусть твои руки немного отдохнут. Представляю какое усилие на руки должно быть постоянно, – Виталий взялся за спинку коляски и начал толкать её вперёд. Коляска поехала гораздо быстрей.

– Ты прав. Сейчас привык уже, а раньше – думал сломаюсь, не выдержу. Коляску люди добрые отдали, у меня бы никакой не было. Были бы протезы, можно было бы сесть за руль. А так – машина в гараже ржавеет, а я на этом “бронепоезде лихачу” – засмеялся Кирилл.

– А я такого натворил, что не знаю с какой стороны клубок этот разматывать. Ты говоришь к людям идти… Мне люди не помогут, – вымученно улыбнулся ему в ответ Виталий,

– А ты расскажи. Вдруг, что-то вместе и придумаем, – предложил Кирилл.

Виталий сделал глубокий вдох и в нескольких словах рассказал свою историю.

– И ты из-за каких-то sраных бабок хотел лишиться жизни?!! Ну ты дебииил… – Кирилл даже задохнулся от своих гневных слов: – Вот что. У меня есть идея. Я должен её переварить сам, а потом поделюсь с тобой. Ты мне номер телефона свой оставь.

… …
Прошло с тех пор около года.

Парни замутили свой бизнес на старом фундаменте бывшего бизнеса Кирилла. .
Кирилл стал его “мозговым центром”, организатором, разработчиком программ, переговорщиком и бухгалтером, а Виталий – исполнителем, водителем, логистом и мальчиком на побегушках (без этого не бывает бизнеса).

Виталий признался маме про то, что потратил её деньги и пообещал, что вернет всё до копейки. Он исправно оплачивал свой банковский кредит. Зарплату ребята почти не получали – кое-что у них с Кириллом оставалось от закупок и обязательных платежей и, они это делили поровну.

Виталию было неудобно, что их выручка, в основном, уходит на погашение его проблем, а мечта Кирилла о хороших протезах пока даже не обсуждалась. Он заикнулся об этом Кириллу, но тот успокоил:

– Давай мы будем решать проблемы по степени их важности. Нам сейчас главное сохранить позиции и нарастить объёмы продаж. Станет больше выручки от реализации, сможем полностью закрыть твой долг по кредиту, а я возьму новый кредит себе на протезы. Будем гасить новый кредит и откладывать деньги для твоей мамы, – уверенно сказал Кирилл.

– Ну ты башка, Кирюха! Без тебя бы мне никогда из ж@пы не вылезти, – восхищался Виталий.

– Да ладно…  Без тебя я бы тоже ничего не смог добиться, – хохотнул в ответ Кирилл.

Вот так… Не прошло и года с первой встречи друзей.

С Тамарой Виталий развёлся. Позже она поймет кого потеряла, но случится это не скоро, а года через три-четыре.

Прошло ещё пару лет…

Глеб подрос и уже сейчас помогает Кириллу и Виталию, выполняя мелкие поручения и на практике постигая азы управления бизнесом.

Мама Виталия получила от сына все свои “гробовые” деньги, положила их в кубышку, но сказала, что умирать ещё не собирается – в 60 лет жизнь только начинается.

Кажется, у Виталия намечаются изменения в личной жизни, недавно он познакомился с хорошей девушкой и у них завязался роман.

Кирилл собирается ехать в Израиль за новыми протезами. Старые хороши, но прогресс не стоит на месте – хочется более совершенные. И ещё…  Он пока сам не знает, но похоже, что он влюбился… Боится себе в этом признаться, сомневается, что его чувства взаимны.

Поживем – увидим.
Как вам такая история?