Однажды зимой

Это был ничем не примечательный день предновогоднего месяца. Морозы ударили дней пять тому назад. Настолько сильные, что речка, на берегу которой стоял наш дом, уже успела покрыться двумя-тремя сантиметрами льда. Но снег пошел только сейчас. Такой крупный, белый и медленный. Зима вовсю принимала бразды правления над природой. Сколько себя помню, я всегда с трепетом и любовью относился к этому времени года. Наскоро вылепленные кривые снеговики, санки, спускающиеся с ледяных горок на высокой скорости, войнушки с построенными штабами под грудой снега, здесь же «Царь горы», «власть» которого менялась за минуты, если не секунды, и вишенка на торте - странный зимний футбол, где вся похвала отдавалась вратарю, потому как можно было прыгать за мячом, не боясь испачкаться или сильно удариться. Чем я только ни занимался вместе со своими друзьями. И все мне было интересно, пока не стал старше, где на смену подвижным играм пришли телефонные приложения.

Как обычно, ранним утром, тепло укутавшись, благодаря стараниям бабушки и мамы, я вышел на улицу. Пахло морозной свежестью. Солнце еле-еле выглядывало из-за горизонта, пробившись сквозь стаю серых туч. Кругом не было ни одной живой души. Люди спали, собаки не лаяли, птички, оставшиеся на зимовку, не щебетали. Тишину нарушал лишь небольшой ветер, крутивший хлопья снега в музыкальных ритмах вальса.

Поднявшись на гору насыпного снега, мне открылся вид на улицу по правую сторону от лицевой части дома. Эта сторона резко уходила вниз из-за рельефа местности. Было ощущение, что вся наша деревня построена по системе американских горок. Все шесть улиц, кроме центральной и нескольких переулков, безусловно напоминали данный вид аттракционов.

Вдруг, вдали появилась маленькая точка с каждой минутой превращающаяся в силуэт человека. Яркая красная шапочка, на которой наверняка был изображен ромбик известной футбольной команды, сразу говорила мне о том, кто направлялся в сторону моего дома. Вторым фактором узнавания стала походка человека. Эту сверхспособность я приобрел ввиду присутствия в моей жизни такого не страшного, но неприятного недуга –  близорукости. Не знаю, каким образом, но я реально угадывал шагающего человека по его походке. Практически у всех они отличаются.

Приближающийся человек оказался моим лучшим другом – Родей Шалимовым. Мы пожали руки и обнялись так, словно не виделись недели, хотя еще вчера нас с трудом разлучили родители, благодаря многочисленным звонкам на мобильные устройства ранним и поздним вечером. Какой нагоняй нам устроили! Это надо было видеть и слышать. Ну хотя бы наказывать не стали.

– Погнали на школьный каток! – громко предложил Родя, когда мы разомкнули объятия.

– Зачем? – задал я вполне логичный вопрос, понимая, что дружок мой, так просто, в сторону школы не то что не пойдет, а даже не посмотрит.

– Там наши девчонки с класса тусуются, – ответ друга был готов.

– Да ну их.

– Почему?!

Я недолго пораскинул мозгами. С одной стороны, девчонки. С ними скучно. Их игры настолько неинтересные, что по сравнению с ними даже любимые романтические сериалы женской части нашей семьи показались бы мне очень любопытными. С другой стороны, мой лучший друг, который очень редко предлагал что-то унылое и занудное. Может быть, все-таки стоит дать шанс предложению друга и поддаться его уговорам?
 
– И что мы с ними делать будем? – спросил я, ожидая очередную фееричную задумку Роди.

Он не подвел меня. Хитро улыбнувшись в воротник куртки, мой лучший друг сообщил мне о причине задуманного похода в школу:

– Мы их снежками атакуем!..

Так, мы и отправились за нашей «жертвой» в лице девчонок с класса. Несмотря на то, что наша улица была самой дальней по расстоянию от школы, дошли мы довольно быстро. Азарт от предстоящей шалости взбудоражил нас. Тела наши неслись на всех парах. И нам не помешало даже то, что мы укатывались от смеха, уже живо представляя будущую картину того, как наши девчата визжат от испуга и страха перед приближающейся опасностью – снежками.

Добравшись до места назначения, мы, как настоящие партизаны, заняли позиции в школьном лесочке, где отлично просматривался каток, и тут же принялись изготавливать белоснежные снаряды.

Девчонки с нашего и, как оказалось, с параллельного классов непринужденно занимались своими делами. Одна стайка каталась по льду, изображая фигуристок, хотя коньками, костюмами и музыкой тут и не пахло. Другая стайка занималась созданием семейства аккуратно слепленных снеговиков с присутствием всех известных атрибутов, предназначенных для образа этих снежных фигур. Были и пластмассовые ведра, и оранжевые морковки, и ветки, ставшие руками.

Во второй стайке находилась и моя зазноба. Моя первая любовь еще с детского сада – Варя Кулемина. Маленькая ростом, тихая и смирная девочка. Она отличалась от всех. Ее голубые глаза и светлые волосы были тем фактором, благодаря чему я в нее влюбился. А еще я помню, как в первом классе, мы сидели с ней вместе и показывали друг другу фиги. И она тихо смеялась с этого дурачества. А какая была улыбка! Просто загляденье!..

От влюбленных мыслей Родя оторвал меня неожиданно. Он приполз ко мне, чтобы не выдавать наши позиции, а затем шепотом спросил:

– Ну что, готов?

– Да… – также шепотом ответил я.

– Тогда по моей команде, – сообщил он и пополз обратно на свое место.

Спустя полминуты, условную тишину девичьего мира нарушил протяжный звук волчьего воя, исходящего из уст моего друга. То был наш условный сигнал, означавший призыв к активным действиям. Чаще всего, он использовался во время игры в войнушки. Когда наш слух улавливал звук воя, наша сторона выходила из своих позиций и приступала к нападению на противника, применяя против него все имеющиеся средства, то бишь снежки.

Девчонки же о таких особенностях нашей тактики знать не могли. Искренний визг страха растревожил все пространство вокруг так сильно, что все вороны, обитающие рядом с школой, покинули на некоторое время свои гнезда. Наши «цели» принялись бежать прочь от катка и школы, по-настоящему решив, что поблизости оказался волк. Видимо, девчата не знали, что последнего живого волка в наших краях видели около пятидесяти лет назад, судя по рассказам моего деда. Но, как бы там ни было, инстинкт самосохранения взял верх над разумом.

А зря! Ведь могли бы догадаться, что это никакой не волк, а какие-то мальчишки решили подшутить над ними. Но это их не остановило. Даже то, что вслед убегающей толпе был открыт огонь из снежных снарядов.

Родя пристрелялся сразу. Как минимум, пяти или шести девочкам не повезло оказаться у него на мушке. Мне же не везло. Все мои снаряды падали рядом или вовсе не долетали до целей. Но, если честно признаться, я особо и не старался, так как чувство беспокойства за Варю не давало мне повода должным образом «стрелять».

Почти все девчонки скрылись за зданием школы, куда уже наши снаряды точно не дошли бы до них. Родя израсходовал все свои припасы и валялся на снегу, укатываясь от смеха. У меня же остался последний снаряд. Особо не веря в удачу и понимая, что достать до девчонок уже вряд ли получится, я все же собрал оставшиеся силы и кинул снежок в их сторону.

И тут случилось то, чего я точно не хотел видеть и тем более сделать. Снежок попал в бежевую шапочку Вари. А один небольшой «осколок» снега попал ей за шиворот и, тут же слегка растаяв, потек холодными струйками воды по спине.

Этого я не видел из-за плохого зрения. Зато увидел Родя, который по пути домой рассказывал мне об этом в мельчайших подробностях, попутно умирая со смеху. Я же только делал вид, что мне также неимоверно смешно. Но на душе была тоска. Мне начало казаться, что Варя видела меня и узнала. А это означало лишь одно…

– Я тебя не буду любить… Ты плохо поступил со мной… – говорил мне тихий голос Вари, от которого я смог избавиться лишь на следующий день, когда началась новая учебная неделя. Она ведь ничего не сказала мне про данное происшествие. И даже не бросила на меня злобный взгляд. Значит, пронесло.