Глава вторая

                (начало http://proza.ru/2026/01/02/1028)


1

  Я не слишком надеялся на результат своих поисков, больше на то, что хотя бы кто-то из моих приснится. Поэтому даже поговорил с ними перед сном. Попросил у них прощения. Благо было за что. Как и каждому, наверное.

Но не сработало. Регинин папаша, видимо, более ушлый, чем мои.

Я поразмышлял над случившимся за эти дни. Ведь произошло невозможное. О таком я даже не слышал и не читал, хотя жил в стране, про которую говорится, что в ней то, что невозможно, случается. 
Что, если мы ещё многое не знаем, и потому тупо отрицаем его существование? Тогда за видимыми нам вещами может скрываться нечто иное, движущее события, которые мы истолковываем неправильно.
И я полез в интернет за инфой.

Поиски дали немного, тут я оказался пророком. Но кое-что любопытное я надыбал.

Например, я натолкнулся на такую вещь:

«Древние верили в Мойр, слепых богинь наших судеб, прядущих и обрезающих нити человеческих жизней. Продолжая сравнение, можно сказать, что из этих нитей соткано полотно истории. Но под историей люди привыкли понимать то, что произошло, а значит, и прошло, прошлое. На деле же, настоящее – это просто длящееся прошлое, которое никогда не проходит, хотя принято думать обратное. В «прошлом» ищут образцы для подражания, ему поклоняются, и – пока так происходит, а люди не могут иначе – прошлое среди нас, это не столько мы заглядываем в него, словно в зеркало, безжалостно являющее нам те же пороки и изъяны, что и «ныне», сколько «оттуда» приманивают, вглядываясь в нас, определяя: кем прирасти, в кого пресуществиться.
За примерами таких воплощений далеко ходить не надо: Иоанна Грозного считали идеалом государя для России Пётр I и Сталин. А выбранный римской курией наместник Бога на земле берёт имя предшественника, чью политику считает образцом, желая её продолжить, добавляя к нему лишь свой порядковый номер».

Вот один из смыслов, что пришёл мне  в голову в ответ на её фразу, что с того света решают наши судьбы. Значит, и таким образом…

Но моё ЧЮ (Чуйство Юмора) и тут сработало, пытаясь перевести серьёзность в свои владения. Я вспомнил, как дядьСаша когда-то пошутил, что это западные покойники спокойно себе там загнивают, а наши – активно вторгаются в жизнь!
Поистине…
Нет, надо настроиться на серьёзную волну.

Потом я подумал, что в разные эпохи одно и то же воспринимается по-разному. К примеру, Жанна Д*Арк, спасительница Франции, слышала голоса, которые говорили, что ей делать. Если б она явилась с тем же самым в начале Второй Мировой, то её поместили бы в психлечебницу и никакую Францию бы она не спасла. 

Реджи назвала мне египетскую «Книгу мёртвых»? Пришлось заняться и ей.
Чем дольше и глубже я погружался в эту историю, тем… смешнее мне было.
Ладно, ещё истинное название этого руководства к действию, звучащее на нашем языке несколько рискованно: «Эр ну перет эм херу», что означает: «Изречение выхода в свет дня», то есть, как удрать от тьмы того света и наказания в виде Аммат, ибо сами тексты призваны были служить (с точки зрения сегодняшнего дня) цели обмануть службы загробного царства и свалить оттуда в вечное наслаждение. Все эти обряды, заклинания, ритуалы, молитвы и образцы поведения, гимны тамошним богам служили исключительно этому, являясь как бы выражением уважения к тем проверяющим службам, а на деле (сказали бы сегодня мы) «взяткой» им, способами наладить отношения, чтоб не пропасть там. Правда, оставалось ещё процедура «взвешивания сердца», чтоб определить чистоту помыслов и поступков при жизни, но я не удивился бы, если б существовала история обмана неким грешным и там. Если уж наши люди некогда ухитрялись приходить в торговлю со своей гирей (мама рассказывала)… на которой зарабатывали не меньше, чем на бумаге  при взвешивании или пересортице, то, думаю, египтяне были не глупее их. Как бы они иначе воздвигли свои пирамиды, научились писать, создали математику и астрономию…
Причём, немалую роль в этом представлении играли «группы поддержки» из живых, провожавшие своего игрока на тот свет. Они обращались к богу Солнца и богу Тьмы, не удивлюсь, если при этом расхваливали покойника.
В принципе, если ушедший натворил при жизни немало зла, то верю, что избавляясь от него, провожающие даже могли быть искренни…    

Попытки погрузиться в Юнга ничего мне не дали для моей цели. Где у него Реджи откопала ту цитату?

А если жизнь нашего мира… и почему только нашего… это – сон Бога, в которого не верю, но ему-то от этого что…
Покопаем-ка в этом направлении.
И тут же получил ответы от некого Борхеса и Ницше.
Первый предположил то же, что и я, считая, что лучше не будить… Бога, а то всё исчезнет, второй сделал отсюда вывод, что мы – фигуры этого сна пытаемся угадать его ходы. Подумалось, что если сон с нами(!) это всё, что есть у этого бога, то просыпаться ему не следует. И не из-за того, что мы исчезнем – невелика потеря планете, а что тогда у него останется?

Ну, вот, - сказал я себе, - ты убил день на эти разыскания. И к чему пришёл? Нет, Алекс, сии умствования не для тебя. Живи в своих эмпиреях. Ты, в лучшем случае, пастафарианец.

Так то оно так, - возразил я себе, - но что я скажу Реджи?

Придётся ещё поднапрячься. Может, я не с того захожу? А с чего?

Вспомнил, что дядя Саша назвал меня на прощание Орфеем. Тот, вроде, спускался в Аид за своей Эвридикой, чтоб вывести оттуда на свет, но в последний момент сам не поверил в успех, что она идёт за ним, обернулся и… потерял её.
Применительно к Реджи это звучит символически. Что-то не нравится мне такая символика.

Где ж я ещё не копал… А что сообщает нам современная физика?

И я снова с головой ушёл в поиски.

Эверетт с его теорией многомировой интерпретации меня сначала утешил. По нему получалось, что если здесь я даже и потеряю Реджи, то в других вселенных произойдут самые разные иные возможные исходы.
Потом я понял, что тогда выбор не имеет никакой ценности, как и действия человека здесь. Теория-утешение для бездельников. Чисто головная  конструкция. Наверняка она выведена из более общей теории, красиво обсчитана и доказуема, подумалось, но… пустышка. Основа для фантастических романов.
Остальные теории о мульти-пульти вселенных оказались не лучше, и не подтверждались никакими наблюдениями.

Нет, я – пастафарианец, ничего с этим не поделаешь. Макаронный Летающий Монстр создал нашу вселенную из макарон и тефтелей, раминь!
Единственно, что макароны я не очень люблю. Видимо, еретик.

Я походил по коридору квартиры, соображая. Выходит, ты сдаёшься? А что делать? Буддизм ещё не смотрел, а вдруг?


2

Как я понял, уйдя в буддизм с головой, там и не подозревали о Макаронном Монстре. А если серьёзно, то понравилось у них, что бог им, как и учёным, не потребовался для создания учения. Потом все эти перерождения… неагрессивное учение…. Судьбу/карму творишь себе сам своими действиями.
Подумал, что мог бы и разделить буддизм по-своему, но он не помогал в понимании того, как регинин отец мог явиться мне и ей во сне.

Спросить ни у кого нельзя, да и бессмысленно. Что то нароет Реджи?..

Голова у меня после стольких трудов стала квадратной и соображала туго. Поэтому я решил пройтись, подышать воздухом наших каменных джунглей с бензиновым ароматом, а там глядишь…

Прыгая через ступеньку спустился во двор-колодец, вышел на улицу, где с двух проспектов сразу: Добролюбова и Большого на меня обрушился грохот машин и прочие звуки города.
Не обращая ни на что внимания, сквером прошёл собор, перешёл на другую сторону к бывшему ГИПХу и отправился через Биржевой мост на Стрелку.

И только когда я перебрался через Дворцовый и не спеша углубился в Александровский сад, то почувствовал, что голова вновь начала работать.

Тогда я сказал себе:
- Алекс, произошло невозможное. Объяснить его можно либо обычным, либо невероятным. Как сказал дядя Саша, две тенденции? Вот и зайди, пробуя объяснить с двух сторон.

Некоторое время я просто шёл по дорожке сада без мыслей. Потом вспомнил об отрывке, подаренном мне поисковиком, о том, как «прошлое прирастает нами» и второй смысл фразы Реджи: как с того света решают наши судьбы.
Может это быть одним заходом, с потусторонней стороны? Наверное. По крайней мере, я отдал должное сверхъестественному.

Правда, тут же опроверг себя.

То, что вторим, подобно древним предкам, хоть и в новых условиях, сидит в наших генах с тех пор. Просто не особенно изменились. Воланд тут верно заметил.

Пройдя ещё немного, я огорчённо сказал: так что это ничего не объясняет в моём случае.

Несколько минут я шёл, пока перед глазами у меня не выросла громада Исаакия.
Остановился. И меня озарило: психотронное оружие!
Оно считается изобретением фантастов, но известно, что работы в этом направлении велись. Якобы ничего не вышло пока. Но ведь, если б и вышло, то было б засекречено. Раз уж представляю невозможное объяснение, то почему бы не предположить, что со мной во сне беседовали с помощью такого устройства, а Регина… не обязательно в курсе этого эксперимента. Больше я ни на что не гожусь для них. Проба манипуляции людьми, о том не подозревающих.
Стоп! Почему она работает именно в НИИ Телевидения, из-за которого была засекречена улица. Я на ней был, больше там секретить нечего. Обычные жилые домишки.
Телевизоров у нас давно не выпускают… А НИИ остался. Чем же он занимается на самом деле?

Неплохо бы при случае уточнить: действительно ли умер её отец? Или… он – руководитель этого проекта, к примеру.

Но тогда и Реджи в курсе… и она – прекрасная наживка для ослов, вроде меня.

Вот беда-то тогда.

Но постой, ты это только что придумал. А если это не так? Дай бог, чтобы было не так. Однако нужно быть осмотрительнее и осторожнее. И нужно, если всё же «так», не показывать вида.
Больше ничего я искать не буду. Спросит Реджи – приведу ту цитату про прошлое, что вглядывается в нас. Мол, они давно десантируются оттуда, твой отец просто не знает. Будто верю в это. Хорошо бы поддержать это ещё чем-то. Ладно, пороюсь опять, как приду.

Я повернулся и тем же маршрутом пошёл назад.


3

  Во дворе я увидел, что у меня в гостиной горит свет. Не помню, чтоб его оставлял. И в гостиную-то не заходил, занимался в своей комнате.

На всякий случай прислушался, прильнув ухом к двери квартиры. Тихо.

Осторожно вставил ключ…

Войдя, внимательно осмотрел всё. Ничего подозрительного. Всё-таки оставлял я свет или нет? Убей, не помню. Ушёл с такой головой, что мог. Только шизы мне не хватало. А что, тогда был бы шанс побеседовать в женском отделении с Жанной Д*Арк. Или в нашей психушке другие героини? В принципе, мне достаточно поведать психиатру о голосе во сне, чтобы там оказаться.

Надо хоть чаю попить с чем-нибудь. Потом уже в Нет лезть. 


На сей раз мой улов оказался значительнее. Некий Кольский С.Ю., психолог практик, гранд доктор философии, профессор в области энергоинформационных технологий, член-корреспондент МАНЭБ (Международной Академии Наук Экологии) и прочая и прочая … выступая на ломоносовской научной конференции, по поводу ноосферы, определил её как совокупность знаний всех когда-либо существовавших на Земле сознаний, с которой этому автору даже удалось установить… телепатическую связь!

«Сумасшедший или шарлатан, - подумал я, - либо то и другое в одном флаконе».

А если на основании его исследований папа Реджи практикуется на мне? Ведь целая международная академия наук с тысячами учёных, планами работ… Психотронное телепатическое оружие?
Самое интересное, что как оказалось, этот автор выступал на конференции, о чём упомянуто в резюме данного сборища, даже приведена его более ранняя работа, дальше я нашёл упоминание о его информационно-энергетическом центре в соцсети, но больше никакой инфы о нём, словно корова языком слизнула. Поисковики не давали ни-че-го.
Либо… либо засекретили.

Спрошу у Реджи, погляжу на её реакцию.

Вот только звонить ли сегодня вечером под предлогом доклада? Сама не позвонит – уже проверено, даже когда сама обещает.

Я промучился этим вопросом до того часа, когда решил, что звонить уже неприлично. Ей завтра на работу, легла уже.

И понял: почему не позвонил. Я боялся, что она проколется, оказавшись подсадной уткой! Очень бы не хотелось.

  В итоге, только когда рухнул в кровать, почувствовал насколько устал.
Но моя надежда на сон не оправдалась. Нет, я уснул почти мгновенно и таки увидел сон. Но что это было…
Тот же псевдоголос, уже не обращаясь ко мне и не изображая регининого папу, как будто читал наставление.

Он сообщил мне, что на земле полно пустых, безынициативных людей, которые пойдут туда, куда им Скажут. Поэтому они не являются главной целью, и убирать их следует лишь по мере необходимости, либо… под замену живых на мёртвых.
Достаточно сменить или внушить что надо их вожакам, как бы те у них не назывались.
Мол, в сущности, те пустые люди, коих большинство, не лучше мёртвых. Мёртвые, по сути, и есть. Но не равноценная замена. Ибо мёртвые всё же более управляемы, не цепляются за земное, уже зная его преходящесть, не боятся смерти и не стареют! У них ниже температура тела, выше выносливость и низкий болевой порог.

К концу его речи я, онемев, решил, что схожу с ума.

И тут он пропал.

Я проснулся и сел на постели. На лбу у меня выступил холодный пот.

Что это было?

Какой смысл был мне вещать подобное?

Не намёк ли, что принадлежу к пустым людям, что хуже мертвецов…

Но я не хуже многих. Столь же пустых?

Надо спать! Хватит с меня этой белиберды мистической!

Заснул я, на этот раз, нескоро.


4

  Чтоб убить время до вечера, я придумал готовку. Сходил в магазин, до того выписав в старинной кулинарной книге ингредиенты (слово-то какое!), и принялся второй раз в жизни готовить борщ. Бывшая не готовила, так иногда сам кухарил. Второе решил не делать, разве что картошку сварить, потому что мясо поем борщевое.  Вытащу, обжарю. Кусочек-то неплохой. На третье… точнее, к третьему купил пирожные. Едва не приобрёл кое-что покрепче, но удержался. Как бы не запить, как случилось после смерти родителей. Не просыхал с неделю. Еле вышел из того запоя.

Поев и помыв посуду, несколько умиротворённый я присел к компу и погрузился в игру. Но на часы поглядывал.

  Вечером я позвонил Реджи. Она не взяла. Начинается…

Перезвонил позже. С тем же успехом.

В следующий звонок робот мне сообщил, что её телефон выключен или находится вне зоны приёма.

А она точно была? – спросил я себя, криво усмехнувшись. Нет, надо было звонить вчера вечером. Могла обидеться.

Написал в сообщении: «Ничего не случилось? Нужна помощь?»

Тишина в ответ.

Я говорил себе, ходя их угла в угол гостиной: «Она могла забыть, потерять телефон, да мало ли что ещё… разрядился. В театре выключила его. Что угодно».

Но правда состояла в том, что я понимал: пусть бы она даже была подставой-наживкой для меня, пусть, но главное, была.
А теперь её нет.

На меня вдруг медведем навалилась такое отчаяние, какое не помню когда испытывал.
И я принялся уничтожать себя, говоря: да, я – никто и звать меня никак. Я ничего не добился в жизни, чем можно было б гордиться. Собственно, и не стремился ни к чему. Что я делаю? Сражаюсь со временем. Вничью. Я убиваю его, а оно – меня, день за днём. У меня нет ни одного настоящего друга, но полно приятелей ни о чём. Первая девушка, что меня зацепила по-настоящему, похоже, мной потеряна из-за моих идиотских подозрений. А для неё я готов был бы совершить куда больше, чем для себя, я это чувствую. Психотронное оружие! Психо-тропное тебе принимать надо!

Конечно, она приняла меня за пустого парня, который не прочь за ней приударить и только.

А разве это не так?

Нет, к ней это серьёзно.

И – с похорон мамы, ушедшей вскоре после отца, я впервые заплакал…

 
  Когда я немного пришёл в себя, то, вероятно, инстинкт самосохранения стал увещевать меня: «Алекс, у тебя есть то, о чём многие только мечтают, не обретая и к концу жизни. Ты материально самостоятелен, можешь жить в своё удовольствие, если без задвигов. Ты ещё молод, а выглядишь ещё моложе, здоров, даже привлекателен для кого-то, не дурак уж совсем. И ты несчастлив? А не зажрался ли ты, дорогой?»

Но это не помогло. Легче не стало.

Тогда я оделся и пошёл куда глаза глядят, без мыслей в голове.

От ворот я пошёл налево, потом свернул в сторону Нестерова, пересёк Съезжинскую  и побрёл по Большой Пушкарской. Видимо, было поздно, потому что люди не встречались, и шум города сильно притих. Я шёл и шёл, пока из одной подворотни мне навстречу ни вышли две тёмных личности. Один был в ватнике, второй в каких-то обносках.
Надо было бежать сломя голову, и тогда у меня ещё был шанс спастись. Но я почему-то остановился, поглядывая на них сверху.
Они подошли, и тот, что в ватнике, державший одну руку в кармане и глядевший исподлобья, собирался что-то сказать, но я опередил его:
- Убейте меня! Ну, скорей же!
И я надвинулся на них. Почему-то они попятились.
- Чего вы ждёте? Ну!
- Он того, - сказал тот, что в обносках, пятясь, а второй вытянул другую руку, словно останавливая меня.
- Ну, убейте же… - со слезами в голосе попросил я, чувствуя, что сейчас разрыдаюсь.
- Иди! – сказал тот, что в ватнике, отступая во тьму подворотни, - Иди дальше!
Я постоял мгновение, потом повернулся и пошёл, надеясь, что ударят ножом в спину.
Не ударили.

  Я дошёл до Льва Толстого и повернул назад по Большому. Шёл ни на что не обращая внимания, как вдруг меня остановил патруль.
- Куда идём? – спросил сержант. Почему-то я так решил.
- Домой, - отвечал я.
- Так поздно?
- От женщины… - со значением произнёс я, тот, которому так бы это хотелось.
- Паспорт?
Я достал. Паспорт носил с собой по привычке со времён, когда приходилось инкассировать. Хотя данные его помнил наизусть – столько доверенностей заполнил.
Он открыл, взглянул туда, потом на меня с сомнительным выражением лица. Думаю, не узнал на фото, никто же настолько плохо не выглядит, чтоб походить на свой снимок в аусвайсе.
- Держите и не ходите так поздно, - сказал он мне.
- Вы меня бережёте, - ответил я, убирая документ.
- Нас мало, а сволочей полно, - парировал он.

И я пошёл дальше к дому. Про Пушкарскую ему не сказал. Всё-таки они меня отпустили. Интересно, за кого они меня приняли? За нарика или ненормального?
Видимо, нарики без дозы и несчастные влюблённые не слишком отличаются…
Чёрт, а ведь я впервые по-настоящему влюбился! И тут такое…


  Когда я вошёл во двор и поднял голову, то увидел, что в гостиной горит свет.

  Я боялся уснуть, чтоб не услышать опять «голос», который напомнит мне: насколько я пуст и насколько пуста жизнь моя без Реджи. Почему я не позвонил вчера? Конспиролог хренов… И ведь не захотел ехать к ней домой, а так знал бы адрес. Первый раз предпочёл заехать к ней на работу, мол, ближе, а во второй не стал провожать. Придурок!
Когда встречались на Невском и болтали обо всём, она ответила, что её ни в каких соцсетях нет. Но я, тем не менее, набрал её имя и наш город, примерный возраст. Имя редкое, а вдруг…
Нет, не врала.
Я полез шарить в сети, пропуская политику, где только оскорбляли друг друга в комментах, и не думая слышать аргументы иной стороны. Как сказала Реджи? «Убеждения берутся на веру, без доказательств». А из них уже всё проистекает… Что мне втолковывал голос во сне? То, что плетут эти – не имеет значения. Они повторяют вслед за вожаками. Или вожаки используют тараканов у нас в голове, изображая, что верят в это.
Нет, я искал какой-нибудь жалостливый рассказ о любви. Несостоявшейся или с грустным концом.
И нашёл. То был, скорее, даже не рассказ, а чей-то пост как крик отчаяния. Пост об отсутствии любви. Я и то был счастливее автора. У меня она, по крайней мере, была.
Полез в комментарии. И среди них попалась цитата из «Трёх товарищей» Ремарка: «Без любви человек всё равно, что покойник в отпуске». Эти слова могли бы стать эпиграфом к посту.
Значит, роман о любви. Почему бы мне его не послушать?
Нашёл аудиоверсию в телефоне, включил и лёг.
Услышал:
«Небо, еще не закопченное дымом печных труб, отливало латунной желтизной. Над крышами фабрики оно светилось сильнее. Солнце вот-вот должно было взойти. Я взглянул на часы. Восьми еще нет. Без четверти»…

Дальше ничего не помнил, потому что уснул.


5

  Очнувшись, я не понял: кто это говорит мне и о чём?
А это мужской голос продолжал чтение романа!
Я остановил это, пытаясь вспомнить: что включил и когда. Ах, да, роман о любви…  Сколько ж часов он рассказывался? В голове ничего не осталось.
Однако… Но зато никто другой не пришёл ко мне во сне учить жизни. Возможно, это способ.
За окном еле брезжило. Какое солнце у нас осенью, да ещё попавшее во двор-колодец. Обидно, что ничего не услышал из чтения. Ничего, можно будет повторить попытку. На ночь с тем же успехом?
Между прочим, я помню историю, как в прежние времена одна домохозяйка при включённом по радио докладу Брежнева целый день стряпала на семью. А потом под гипнозом повторила весь многочасовой текст.
Где тот гипнотизёр?
Был ещё не менее интересный случай. Там мужика погрузили в сон и внушили, что когда проснётся должен пойти в конкретное место в городе, зайти в сквер, залезть на скамейку и, подняв одну ногу, запеть. Причём в определённый час.
Очнувшись, он этого не помнил и сначала повёл себя естественно. Но чем ближе было к тому часу, тем тревожнее он становился. И в конечном итоге, он таки пришёл в этот район, сквер, залез на скамью… После он не мог объяснить почему это сделал. Не пытаются ли меня зазомбировать похожим способом, только на расстоянии?
Ага, а Реджи это делает, глядя в сторону моего района, и посылая туда пассы.

Который час? Ничего себе! Нужно вставать.

  Пока завтракал, решил: если не ответит опять, еду к её работе и встречу. Должен успеть.
После звонка на отключённый телефон уже без надежды написал: «Реджи, что с тобой? Если обидел, прости… пожалуйста. Не нарочно, ей богу».

Перед уходом глянул в гостиную. Свет не горел.


  Приехал к её проходной заранее. От нечего делать завязал разговор с вахтёршей и почему-то признался ей кого жду и почему. Видно, совсем пал духом. А она прониклась. Конечно, по одному имени и описанию не просто было понять о ком речь, но она узнала, где Регина работает, и справилась о той в отделе.
- Как болеет? – услышал я итог её изысканий, - А дома лежит? Нет? В какой больнице? Тут родственник интересуется. Поняла. Спасибо!
Она положила трубку и посмотрела на меня:
- Что-то ты с лица спал. Побледнел… Жива она. Записывай или запоминай… Её полное имя… Больница… Сам узнаешь там с чем попала. Говоришь, телефон отключён? В реанимации телефон и все вещи забирают. По мужу своему знаю. А больница та… так себе. Он в ней и умер. Ничего не подумай! Он уже в возрасте был. Да и пил…
- Спасибо вам, - прочувствовано произнёс я, - как вас величать?
Она удивилась:
- Величать? Любовь я, Фёдоровна. А что?
- Кого благодарить хочу знать.
Вахтёрша засмущалась как девушка. У неё даже морщины расправились.
- Да ладно тебе, Алексей. Иди, звони в справочную. Удачи вам с ней!
- Спасибо, Любовь…


                (продолжение http://proza.ru/2026/01/04/1295)