Выбор

по мотивам произведения "Сквозь канон к жизни" Джахангира Абдуллаева.

ЗЛО редко начинается с удара. Оно начинается с ОТРИЦАНИЯ реальности другого человека. УНИКАЛЬНЫЕ СУДЬБЫ легко превращаются в ФУНКЦИИ своего настроения.
Скука — ИДЕАЛЬНЫЙ ИНСТРУМЕНТ такого превращения. Она не требует злого УМЫСЛА, не оставляет чувства вины, не нуждается в оправданиях. «Мне просто было скучно» — одна из самых страшных форм АЛИБИ ПРЕСТУПНИКА. За ней скрывается ГОТОВНОСТЬ РАЗРУШАТЬ, НЕ ЗАМЕЧАТЬ РАЗРУШЕНИЯ, ОПРАВДЫВАТЬ ИХ.
Вы для него заранее оказываетесь НЕ ЧЕЛОВЕКОМ, а ОБСТОЯТЕЛЬСТВОМ, не другом, а НЕУДОБСТВОМ, не живой верой, а ПОВОДОМ для иронии. Ваша ОТКРОВЕННОСТЬ будет ТЕРПИМА ровно пока будет ему интересна. Ваши ЧУВСТВА — ЗАБАВНЫ, пока не нарушат внутреннего комфорта скучающего сноба. Ваша ЖИЗНЬ — ДОПУСТИМА, пока не станет зеркалом, в котором он увидит ПУСТОТУ собственной жизни.
И вот тогда-то его СКУКА с ведома своего хозяина начнёт ТИХО и БЕЗЖАЛОСТНО РАЗРУШАТЬ ваш МИР.
Он ОПУСТОШИТ пространство смысла,оставив лишь руины на том месте вашей картины мира, где когда-то был дом и цветущий сад.
Всё ЖИВОЕ покажется чрезмерным, всё ИСКРЕННЕЕ — неловким, всё ТРАГИЧЕСКОЕ — смешным.
Разговоры о ЧЕСТИ, ДРУЖБЕ, ВЫБОРЕ — останутся красивой риторикой.

Да, СКУКУ принято считать состоянием невинным, почти физиологическим, чем-то вроде усталости, как ПЛОХУЮ ПОГОДУ ДУШИ. О скуке говорят снисходительно, ей сочувствуют, её лечат развлечением, переменой мест, новыми лицами.
Скука — не отсутствие событий, а ОТКАЗ ОТ соучастия в ЖИЗНИ ДРУГИХ ЛЮДЕЙ.
Скука — не томление или тоска. В ней НЕТ БОЛИ, а значит — нет желания ИЗМЕНИТЬ свою или чью-то жизнь. Для скучающего НИЧТО не стоит УСИЛИЯ, НАПРЯЖЕНИЯ ДУШИ.

Скука человека, который слишком МНОГО ВИДЕЛ и решил, что уже ВСЁ ПОНЯЛ, — это скука ПРЕВОСХОДСТВА.
В таком состоянии другой человек ПЕРЕСТАЁТ БЫТЬ СОБЕСЕДНИКОМ. Его внутренний мир становится ДЕКОРАЦИЕЙ.
"А с декорациями,как известно, НЕ СЧИТАЮТСЯ".

Кто он, этот человек, способный "убить в тебе всё живое"?

*Он ЗАРАНЕЕ ЗНАЕТ, чем всё закончится, и потому НЕ ЖЕЛАЕТ НАЧИНАТЬ человеческие отношения.
*В нём нет ни драмы,ни надлома, ни даже явной усталости — только РОВНОЕ, ПОЧТИ ВЕЖЛИВОЕ БЕЗРАЗЛИЧИЕ, как у зрителя, которому слишком часто показывали один и тот же спектакль.
Он смотрит на тебя так, словно ты ЛИШНИЙ ПЕРСОНАЖ, не предусмотренный заранее абсурдной пьесой жизни.
Полуобернувшись, он снисходительно слушает тебя с тем вежливым вниманием, за которым скрывается готовность не соглашаться ни с чем всерьёз.
Иногда он задаёт ВОПРОСЫ— это ПОСЛЕДНЯЯ ФОРМА ЧЕСТНОСТИ, оставшаяся у него.

Его СТИЛЬ — это очень БЕЗОПАСНО для него, но очень СКУЧНО из-за ОТСУТСТВИЯ там ИЛЛЮЗИЙ, призванных украшать жизнь.
Ровное ХОРОШО ВОСПИТАННОЕ РАВНОДУШИЕ закладывает основу крушения иллюзий ещё до их проявления.
Не злоба,не страсть — а именно эта ПУСТОТА, в которой чужая жизнь допустима ТОЛЬКО В РОЛИ фигуры на доске. Пустота уже ОТПОЛИРОВАНА ДО БЛЕСКА.
Он не желает человеку зла напрямую — он попросту не МЕШАЕТ этому произойти по задуманному им сценарию. Разница между этими двумя позициями исчезает в критический момент.

Жизнь для него — это череда РОЛЕЙ. ИГРАТЬ таким людям предпочтительнее, чем жить обыденностью.
Им ЛЕГЧЕ считать чужие жизни ЭЛЕМЕНТАМИ ИГРЫ, особенно если эта жизнь требует СЛИШКОМ РЕЗКОГО движения души.
Они давно предпочитают НАБЛЮДАТЬ СО СТОРОНЫ в ОЖИДАНИИ исхода — гибели иллюзий у тех, кто ещё ВЕРИТ В ЛЮДЕЙ. Это забавляет их.
В этой игре действуют ритуалы,традиции, механизмы, в которых личная воля растворена.
Убивает не только выстрел. Убивает РАВНОДУШИЕ, доведённое до эстетического СОВЕРШЕНСТВА.

Но не всё можно свести к роли.
Человек СПОСОБЕН избежать соучастия во всеобщем убийственном ритуальном МОЛЧАНИИ.
Можно и дОлжно ВМЕШАТЬСЯ, даже если это страшно.
Умный человек НЕ ПОЗВОЛИТ ГЛУПОСТИ и МЕРЗОСТИ БЫТЬ СИЛЬНЕЕ себя.
Он мог бы и должен спасти человека — в том ТОНКОМ СЛОЕ ЧЕЛОВЕЧЕСКОГО ВНИМАНИЯ, где ещё возможно признать другого не ролью, а человеком.
Но именно ТУДА скука и НЕ ПУСКАЕТ. Она выстраивает вежливую, интеллигентную, почти незаметную СТЕНУ, за которой убийство идеалов перестаёт выглядеть ПРЕСТУПЛЕНИЕМ, а смерть их становится всего лишь «ПЕЧАЛЬНЫМ ИСХОДОМ».
В обществе ТАК ПРИНЯТО, потому что НЕЛОВКО отступить, отказаться от участия в этом фарсе или вмешаться, когда кого-то "убивают" словом, как на дуэли.
С этим СОСТОЯНИЕМ скуки и равнодушия почти невозможно хоть как-то БОРОТЬСЯ,потому что кажется, что процесс необратим.
Но ведь"выстрел" можно НЕ ДЕЛАТЬ?..
—и это понимание сильнее всякой ФАТАЛЬНОСТИ.

Казалось бы, ПРЯМОТА — единственный способ ПРЕДОТВРАТИТЬ катастрофические последствия. Но твою ПРЯМОТУ и ПРАВОТУ скучающий убийца направит против тебя же самого, разрушая остатки твоих иллюзий.

С этим НЕВОЗМОЖНО СМИРИТЬСЯ, если ты однажды признаёшь ПРАВО ДУМАТЬ ПО-СВОЕМУ.
У каждого из вас есть
ВЫБОР— слово старомодное, но иногда оно спасает жизнь всем участникам словесной "дуэли".

---