Глава двенадцатая. визит кентавра

Никита шёл по той же дороге, что шли и девочки. Но шёл он уже впереди них. И так же, как и они, собирался после снова повернуть направо. А дальше, не сворачивая в переулок на свою улицу, расположенную напротив полиции, он продолжил путь. Тот же, что проделывал на велосипеде, когда в одиночку отправился в конный клуб. Туда, он как раз и отправился, только в этот раз пешком. Юноша хотел прокатиться верхом на Вихре и расслабиться чуть – чуть, приведя в порядок свои чувства и мысли. Ведь там он чувствовал себя беззаботным и услышанным. Никита глубоко ценил общество Гоши. Он понимал, что у него есть равноправный друг. Подросток любил своих младших друзей, хотел защитить, но также и сильно хотел на кого – то самому опереться. Кто мог бы его направить, кто мог бы ему помочь. И Гоша стал тем самым человеком – наставником и другом.
Однако же, когда юноша прибыл в конный клуб, добравшись до него пешком, там он Гоши не нашёл, обойдя каждый уголок. Он также не нашёл и владельца клуба. Его это слегка огорчило. Он не стал далеко уходить, зайдя в лесок, решив освежить дух.
 Вернувшиеся после школы на свою улицу, Мадлена и Ксюша увидели на лавочке дома Новиковых расстроенного Даниила.
- Это так глупо... Я обиделся на брата из-за его общения ещё с кем – то. Я ж не его хозяин, пускай общается с этим Гошей. Но я так боюсь стать для него пустяком. Так боюсь, что он отдалится от меня, от вас, от семьи. Он так эмоционален. – Вздыхая, сказал Даня, убрав руки под себя, глядя на глиняную землю.
- Пускай отдаляется, для него уже всё не как прежде. – Темпераментно выговорила Мадлена, всё ещё обижаясь на слова друга детства.
- Спокойно, Мадлена. Кто – то ещё у нас эмоциональный есть. – Перевела дыхание Ксюша.
- Что у вас там произошло? – Опешил младший Сухов, подняв голубые глаза на подруг.
- Я поругалась с Никитой. Он задел меня за живое. Назвал меня безрассудной. – Мадлена скрестила руки на груди, опустив голову.
- Возникло недопонимание, оба были раздражительны. – Добавила рыжеволосая девочка.
- А где Виталя? – Спросил с испуганным взглядом Даниил, не найдя среди них лучшего друга.
 Он почувствовал укол совести, когда вспомнил, как в тот миг не обращал никакого внимания на его заботу, когда был заведён от злости. Девчонки молчали и виновато смотрели в землю. Вдруг дверь дома Мадлены открылась, и наружу вышла Снежана, её мама.
- Мадлена... Доченька, вот ты где... – Делая паузы, сказала женщина, глядя на неё неистовыми глазами.
- Мама, я не вернусь к тебе. – Ответила ей холодно дочь.
- Мадлена, солнышко моё... Что ты такое говоришь? Пойдём домой... Я волнуюсь за тебя. – Снежана нарочно опустила руку себе на грудь в области сердца.
 - Или за своё уважение? – Равнодушно добавила Мадлена, глядя отрешённо на неё.
- Да ты ж безобразница! Как ты смеешь так бездушно играть с материнским сердцем? – Женщина изменилась в лице, её несчастные черты приобрели форму агрессию.
Увидев ярость матери подруги, Даниил соскочил с лавочки её дома, подойдя к Ксюше.
- Ты маленькая забияка! Мне из-за тебя стыдно... Ты вместе с двумя мальчишками избила Графского. Он у нас уважаемый человек в городе. Бандитка! Зачем ты меня позоришь? – Роптала Снежана на дочь.
- Уважаемый человек? – С насмешкой спросила русая девушка, глядя на мать. – Тогда ты покрывательница беса, мама! – крикнула на неё Мадлена.
- Что уши греете?! Пошли по домам быстро! – Старшая Новикова велела убраться её младшим друзьям отсюда.
Ксюша скрылась за воротами своей ограды, не зная, как дальше поступить. Даня перелез через невысокий деревянный забор ограждения, спрятавшись под деревом, что росло напротив окна его квартиры. Спор матери и дочери был слышен на соседней улице. Виталя сидел на старом кресле, стоящего в ряд у бревён рядом со старым домом. Он мог спокойно слышать их ругань. Мгновение, и ему стало тяжело сдерживать слёзы. Мальчик смотрел на синий забор своего дома, ощущая, как по щекам скатывались горячие капли.
- Я всё испортил... Мне не следовало возвращаться в школу. Наше сплочение стало поражением. Я разрушил наш второй дом. – Подросток наклонил голову, пряча под чёлкой мокрые карие глаза.
Тут же неподалеку от него, со стороны заброшки, послышался шорох веток старого дерева, прятавшего сломанную дверцу забора, прижатую к стене дома. Возникло чувство, что какой – то гигант прошёлся рядом с малиновым клёном, прикоснувшись к его хрупким ответвлениям. Обернувшись в его сторону, мальчик увидел знакомое запугивающее лицо, да даже не лицо, а морду. Перед ним вновь предстало существо со смесью человека и лошади. На этот раз при дневном свете. При виде его, подросток подпрыгнул с места, а после замер, остановившись, глядя с застывшим ужасом на него. Но тут впервые сущность заговорила. Заговорила бархатным и человеческим голосом, звучащим мягко и приветливо.
- Здравствуй, Виталя. Мы недавно с тобой виделись. Не пугайся. Я пришёл неспроста. – Существо смотрело на него спокойно.
- Кто ты? Почему ты меня преследуешь? – Спросил с дрожью в голосе Кроткин, не переставая смотреть на него с опаской.
- Меня зовут Атронитас, я хранитель начала жизни. Я наблюдал за тобой. И видел, что тебе довелось увидеть страшные вещи, начиная прощальной запиской одноклассника и нападением на твою семью. Прежде чем, мы отправимся с тобой в путь, я должен сообщить тебе одну весть... Приготовься её услышать. – Существо захватило внимание подростка.
Виталя смотрел с интересом на непонятное создание, но в нём по-прежнему сидели страх и волнения.
- Тот, кто напал на твою семью, являлся её частью...
- «Это был кто – то из старших братьев? Я их так и не знаю, только Славу, к нему одним летом я ездил однажды» - Подумал мальчик.
- Тот, благодаря кому ты появился на свет. Это был твой отец. – Человеко – конь говорил невозмутимо.
Кроткин оцепенел от испуга, накрыв половину лица  небольшой ладонью.
- Ты преодолел немало испытаний за столь короткий промежуток жизни, Виталя. Но это не конец. Не конец твоей простоты и непринуждённости. Ты всё прежде свободен. Конец настал только твоей череде боли.  Если ты желаешь пойти со мной в тот мир, где нет ругани и страданий, где дни напоминают то самое светлое лето, то я тебя туда непременно отведу. – Атронитас вышел из укрытия на дорогу.
Виталя смотрел на него со смешанными чувствами – от смятения до ожиданий. Он также подумал, что находится во сне, что поход в школу, ссора в компании, ему приснились только. Но так на самом деле было наяву. И замечая хладнокровие мимо проходящих людей, то тех, что спускались на нижнюю улицу, и тех, кто проходил мимо его дома, мальчик понимал, что его никто, кроме него не замечает. Хотя взгляды парочки людей он всё же видел на загадочном госте, но они так и ничего не говорили.
- Я не могу бросить друзей... Они не должны мучиться так же, как и я. Я могу их привести тоже, и мы все вместе будем жить в этом мире. – Подростка с реальностью удерживала дружба.
- Не бойся, ты их не бросишь, ведь я их в скором времени сам приведу к тебе. Они пока не готовы. Как будут, я тебе сообщу, приведя в тот мир. – Говорил приятным голосом Атронитас.
Кроткин обернулся назад, глядя на угол улицы, за которым жили его друзья. Затем вернулся глазами к существу, развернувшись к нему.
- Пожалуйста, не забудьте только... – Попросил мальчик вымаливающим голосом человеко – лошадь.
Создание протянуло длинную тонкую руку подростку. Виталий подошёл поближе к нему, взяв его за человеческую конечность.
- В том мире будет то, что мне всегда показывал Никита? Новые места, другие горизонты. И родник в лесогорной местности, и вольные равнины, где в поле зелёном пробегают кони. – Следуя за сущностью, спросил Виталя, держа его за кисть.
- Всё будет, всё, что попросишь. И то, что показывал Никита, и то, что сам захочешь увидеть. – Отвечал умиротворенно Атронитас, заходя вместе с ребёнком в заросшее владение заброшенного дома, где забор был сломан.
 Оказавшись на его территории, за домом, посреди сухих кустов, высокой соломенной травы, над обрывом, существо остановилось вместе с Виталей.
- Перед чем – то прекрасным, нас ждёт шаг в неведомость. Когда мы очутимся внизу, там сразу же появится то, что ты так сильно жаждешь увидеть. Там ты услышишь и трель родника, и встретишь необъятные равнины. Остаётся только ступить наземь. – Успокаивающе проговорил человеко – лошадь.
- Я боюсь, я вижу только яму, мне страшно падать, что если я ногу подверну? – Атронитас почувствовал, как его небольшая ручка задрожала, спрятанная в его большой ладони.
- Подумай о друзьях, Виталя, представь, как они тебе помогают. Твоя посадка, как будто бы перелёт. – Поддерживало подростка существо.
 И тут же неким образом мальчик представил перед собой свою компанию в маленьком размере с прозрачными крыльями, как у мух. Они летали перед ним, кружась со всех сторон. Копии Дани и Никиты взяли его за руки с двух сторон, нашёптывая ему убаюкивающие слова поддержки. Крохотные двойники подруг беспечно хихикали, опускаясь медленно крыльями ко дну, зазывая к себе них.
И Виталя вместе с ними стал опускаться вниз, в яму, летя непринуждённо, ощущая, как с него спадает тяжесть беспокойств.