Аполлион, 9. Фавн и Дриада

Гл. 9.ФАВН И ДРИАДА

Первое видение Николая второго перед расстрелом в подвале Ипатьевского Дома  в ночь с 16 на 17 июля 1918 года.

..."Ужас охватил Ники, когда он увидел лежавшую на ложе окровавленную, бесформенную фигуру со страшно перекошенным болью ртом, покрытым пеной; одежда на императоре была изодрана в клочья. Врачи суетились вокруг умирающего; дамы плакали навзрыд. Из обрывков разговоров Ники узнал, что император – такой добрый, такой достойный – пал жертвой негодяя, бросившего бомбу. Ошарашенный мальчик приблизился к своему кузену, великому князю Александру Михайловичу, который был старше всего на два года, и вцепился ему в руку. Впоследствии Александр Михайлович запишет в своих мемуарах – одетый в синюю матроску Ники был мертвенно-бледен, а мать его сжимала в руках коньки, которые только что сняла с его ног. Умирающий смотрел на двух юношей взглядом, лишенным всякого выражения..."

 Анри Труайя, "Николай II"



1.

...И вдруг я увидел себя подо льдами
средь рыбин огромных,Левиафанов,
глубин океана ,что были годами,
плывущими между резвящихся фавнов
как бы затонувшей давно Атлантиды
на дне ,где меж Летнего Сада -аллеей
вельможами свиты -кариатиды
меня провожали, антично белья.

И видел себя я сквозь лёд -на коньках,
Куда-то несло меня.Знать бы-куда!
В балет лебединый?В безумный канкан?
Иль в черную прорубь отверстого льда...
О да! Водосвятье!А Петр-то в мундирчике!
Так вот как на древе сломается ветвь-
мол ,шубку накиньте!Отверг он придирочки.
А значит царю предстоит заболеть.
Да, Петр второй, он не то что Петр первый,
сломили охоты его, кутежи,
да бабы ядреные -хитрые стервы,
в таком хороводе юнца закружили,
что он захирел этот хлипкий росток,
внезапно свалившийся в адскую пропасть,
и срок его так скоротечно истек,
что вмиг подступили предсмертные хрипы.
Да сколько он правил? Ведь то против правил-
и в спешке ему подбирают невест...
Но оспа!И всех он спохмелья оставил
и тут же вознёсся до самых небес.
Туда -к своему богоравному деду,
где с Брюсом они колдовали на башне,
чтобы под Полтавой ударить по  шведу,
забыв про Лефортова буйные шашни.
Но вытекло время из юного тела-
что делать-ухмылки довольные рож! 
И вслед прогремело вдруг-   "Слово и дело!"
и прежних вельмож волокут на правёж.
Его собутыльника долгим рукам
на плахе тотчас укорот учинили.
чтоб важный урок преподать языкам,
и всем,кто желает бумагу чернилить.

2.
Фавн гнался за юной Дриадой. Она же
медлительно двигалась и не убегала
под звуки оркестра,журчанье адажио
случайно наткнувшись средь шумного бала
на это чудовище парнокопытное,
рогатое ,шерстью лесистой обросшее...
Плескалось в фужерах вино недопитое,
лёд над головами бриллиантовой брошью
сверкал.То алмазом Орлова,то пыткою
дворца ледяного на стылой Неве ли-
причуды капризной Курляндской принцессы,
шутихи визжали,медведи ревели,
с гробами замёрзших тянулись процессии.
И камнем из почки на ножках - из бочки
власть выпала - всё ж доканала подагра...
Другая принцесса дождалась сыночка
и это Бирону прелучший подарок.
Рыгнула царица - и регент назначен,
готовый на плаху -князей под топор,
и, значит, оно не могло быть иначе,
как было с седых незапамятных пор.

Вскрывались и Миниха вывихи явные ,
и выжившего из ума Остермана,
им Анна вначале дела окаянные
прощала.С небес на них сыпалась манна.
Но в почке возрос древовидный коралл
а в нем завелись барракуды, покуда
льстецов благозвучно -певучий хорал
царице вранья в уши вылил два пуда.
А дерево каменное разрасталось
дворцами ветвясь на холодной Неве.
Была она Нимфой, но что же с ней сталось...
Сие даже и Остерману неведомо.
Дриада вросла в кристаллический трон,
гигантская глыба, насквозь ледяная,
сам станешь ледышкой, хотя б её тронь,
и императрица не будет иная.
Но таяли трон изо льда и вельможи -
куда -то они завели не туда...
И глыбою мертвой лежала на ложе
Императрица - России беда.


От трона Бирона успев отпихнуть,
уселась в него недалёкая баба,
быть может и знала,где пряник,где кнут ,
но ей не хватало ,конечно, масштаба.

Не долго Дриада ласкала ветвями
счастливого фавна - спровадили в Ригу,
оттуда аж в Мурманск со всеми чертями...
Другой уже фавн напирал своим рогом.
То певчего хора красавец -псаломщик,
венчаний, крестин, похоронных процессий
властитель...Пастушек он мял на соломе,
а то вот добрался до самой принцессы.
А,может,не САтир он,а Аполлон,
она ж дочерь Зевса - прекрасная Дафна
и будет периной им царственный  трон,
любовь и блаженство  воздав навсегда.


...Как кстати со Швецией всё же война!
И в гвардии дело доходит до матов.
И будет на трон она возведена
под крики гвардейцев "Веди же нас,матушка".

И скипетром алмазным тотчас поведя,
все казни с тех пор отменивши на свете,
куда то ,конечно,она повела,
под звуки  узЫки, кружась в менуэте.

Ей нужен наследник!Кого же случить,
чтобы в результате монаршью особу
без всяких изъянов бы ей получить,
ну кто это сделать ,скажите, способен?
Петр Ульрих или жеребец Салтыков?
Породистый конь иль подобье макаки?
Из всех этих орденских лент,париков
как ей получить благовонные каки
младенца ,чтоб кровь бы текла в его в жилах
Романовых, а не каких то других?!
И в опочивальню она уложила
Дриаду и Фавна антично нагих.
Принцесса и принц. И скандальней эксцесса
нельзя было выдумать, чем эти двое.
Фавн силится вырваться ,вроде, из леса
Дриад ,но во след ему хохот и вой.
Принцесса из Цербста?А может быть Цербер?
Кто Ангел она во плоти или ведьма...
Какие Всевышний наметит ей цели-
сие и самой ей пока что не ведомо.
Она в Полонезах как в Полинезии
на всех парусах магеллановых юбок.
Флиртует, швартуясь...Для тела полезны
гимнастика танцев и глянцевость губок.
Себя погубить среди льстивых улыбок
готова принцесса.Но нужен наследник!
А стан её статен,а стан не гибок,
как ветви Дриады...Голштинец последним
из Фавнов свой кол,чтобы ствол залечить
дуплом столь призывно зовущий в чащобу
его в эту норку упрятать спешит,
ведь нужен наследник...Конечно.Еще бы!
Потоками семя на дивный алтарь
как будто фонтаны скульптур в Петергофе
и вот зачала от Аврама Агарь...
как будто бы выпила чашечку кофе.


3.

Из проруби смотрят Пророка глаза
И видят сквозь тонкое стёклышко наледи
как бы в телескоп...Наползает гроза,
и Фавнов толпой к трону тянутся нелюди.
Да то не гроза,а другая Галактика,
рой льдистых обломков,грозящих комет,
а из декольте торчит голая титька,
такая растопит мозги хоть кому.

Роняя на мрамор ступеней свой кал,
горсть тянет к короне степенный нахал.
он жаждет её заграбастать в горсти.
И даже не скажет ,покаясь,"Прости!"
И снова Дриада сквозь трон проросла.
Преторианцы! Того им и надо.
Им даже на троне бы лучше -Осла,
ну а пока пусть хотя бы Дриада.
У Ангальт у Цербстской плодовый налив,
толпой окружают её фавориты.
Как бы в полонезе они средь олив
античных. Такие, поди ж,  сибариты.
И в рвенье готовы эпикурейском
они кого хошь возвести на престол-
гетеру, Юдифь или Руфь иудейскую-
пусть царствует даже хотя бы лет сто.

Слеза у Орлова тяжельше брильянта.
Герой он.И может лечить геморрой,
у Лехи малеха такие таланты,
чтобы огранить монархический строй.
На трон возвести ядрогрудую деву,
ну где вы видали такую Викторию!
Из Цербстской принцессы он вмиг королеву
сварганил, как будто сквозь лабораторию
у Брюса нацелил магический луч,
направив на пьянку в Ропше на Голштинца.
Ну разве удачней бывает и лучше
труп мужа -жене наподобие гостиница!

Заветы Елизаветы блюдя ли
меж сменою блюд схоронив скрипача,
Пока что ещё этикет соблюдали,
и вот скрепя сердце и без палача,
а только лишь силой луча Люциферова
из Башни алхимика послан он Сухаревской,
проникнувши в Ад сквозь Небесные Сферы,
достичь - этих пятен всецарственной сукровицы
в Михайловском замке.Удар табакеркой,
в висок,как внезапной кометы удар.
Сюжет для писаки- судебного клерка,
но нужен к тому поэтический дар,
чтоб ведьма Хоме на загривок вскочила-
и правила столько же как Елизавета,
но все ж и она наконец опочила,
хоть ей , как и всем,пели  "долгия лета".
И скоро в Сибирь сибаритов отправят,
а некоторых даже вздёрнут на виселице,
и Петр свою длань на восставших уставит.
Вон он - над Сенатскою площадью высится.
4.
Да и у Великой, у Екатерины
дней меньше, чем крупных алмазов в шкатулке,
прошедшее , как в Эрмитаже картины
в багетовых рамах...Когда б это турки...
Тогда бы Потемкин пришёл бы на помощь,
как Леха или же Григорий Орлов...
Потомки припомнят...Ну а в ком ещё, в ком ещё
уверенной быть, чтоб наделать делов!
Но вот на глазу у героя пятак,
на том медяке её имени оттиск...
И всё -то не то, и все -то не так.
И тискает скипетр заждавшийся отпрыск.
Её завещание -пеплом в камине,
и валится царство из рук помертвелых,
ей Павел закатит такие поминки...
И вот в облаках она, как каравелла
из платья и мантии - флагманом парусным
навеки уходит от нас в небеса,
со временем вместе неистово -яростным,
лишь  ангелов пенье на все голоса.

Недолго в камине бумага горела
и корчились буквы на жадном огне,
Камину- дрова.Гренадерам-горилку.
Царю- отреченье.Какие сомненья?!

И вот табакеркой в монарший висок
удар...То удар о планету  -кометы,
и брызнул из Фавна накопленный сок,
теперь за него не дадут и монеты
грошовой. И всходит ,не медля, другой,
дабы отменить униформы излишества.
Он миловать будет, не дрогнув рукой...
Всегда милосердны другие величества.

5.

...Французский дракон через Березину
утягивал хвост.По нему рубанули.
Мы кажется выиграли эту войну...
Неужто в шампанском побед утонули?
Не Аустерлиц это,не Бородино,
да и ни Синоп,не Чесменская битва...
Но очи сверкают и плещет вино.
И карта покуда ещё не побита.
И вот ,видно,всё это нам на беду,
мы губим своих же нещадной картечью,
на том же ,на Невском сверкающем льду,
как было и в сече великой - предтечи,
когда потянуло железо на дно
тевтонов, крестовым походом на Русь
ударивших. Ну а в итоге одно-
великая и неизбывная грусть.
Лёд,как Конституции  текст на клочки
разорван.Что было написано кровью
смывает потоком...Как чьи то очки
раздробленный лёд.И скульптуры на кровле
дворцовой от ужаса замерли...Дрожь
объяла таких полуголых Атлантов...
И где же здесь Правда, а где же здесь Ложь?
Вопросы , конечно же, не для дилетантов.
...Под Томском Кузмич за Россию молясь,
о том вспоминает, как был Александром.
Так вот она где неразрывная связь-
в пути этом дальнем, пути этом санном.
В Пелыме Бирон, Остерман ли в Березове,
или же Меншиков в стылой Сибири,
всё им опостылело...Утром морозным
снега бриллиантятся...Птица ли Сирин
крылом отмахнулась от жуткого прошлого,
чтоб вдаль упорхнуть лучезарно-прозрачную,
где ждет меня паволоковою порошею
невеста моя, моя Русь новобрачная.