Октябрь в Мамедовом ущелье

Продолжение саги об одесской девочке

У нас зной и дым
 
Когда мы вернулись из Хорватии домой, в Москве, Подмосковье и ближайших областях полыхали пожары, горели торфяники и едкий дым повис над землёй. Во всю разгоралось дымное лето-2010. Мы пытались скрыться на Владимирщине, в своём дачном домике, но скоро дым приполз и туда. По утрам мы с Вовой ещё кое-как двигались, пытались косить и поливать газон, но к середине дня задраивали окна и двери, смачивали полы и принимали горизонтальное положение. Хорошо, что мы в начале лета успели наладить спутниковую телевизионную антенну и так называемый ресивер, пылившийся уже года два за телевизором, так что мы располагали более чем достаточным числом телевизионных и радио каналов отличного качества.

 Один за другим шли теннисные турниры в США, Эмиратах, Париже и Уимблдоне, и мы были самыми прилежными зрителями и болельщиками, забывая про дым и жару. Болели за стройную  Лену Дементьеву, косолапую, но умелую Свету Кузнецову, плачущую Веру Звонарёву и атлетичную Надю Петрову и, конечно, за красивых славянок  - Ану Иванович и Елену Янкович, которых неожиданно побила австралийка Саманта Стосур. Наши мужчины, кроме Миши Южного, в этом сезоне мало радовали нас. За неимением своих, болели за Джоковича,  Хьюита и Монфиса против амбициозного курносого Надаля и слегка надоевшего Федерера.

Вообще-то, Володя взял двухнедельный отпуск, чтобы походить на виндсерфере по Плещееву озеру. Прошлым летом мы нашли там спортбазу, где можно было взять виндсерфер напрокат за 800 рублей в час и даже разок покатались по этому просторному, но мелководному водоёму. Но этим летом нас постигла неудача. Мы приехали, взяли виндсерфер, Володя нашёл какой-то слабый ветерок и кое-как отошёл от берега, но обратно шёл по морю, яко по суху, таща на верёвке лодку. Так и пролежали две недели  на диване перед телевизором. Пропало лето!

Пожарные справились с огнём только в сентябре. Почувствовав некоторый припадок сил, я решила добыть парную путёвку в санаторий, помня, как хорошо было в «Архангельском». Организационная неразбериха, поразившая этим летом санаторно-курортную службу министерства обороны, неожиданно сыграла нам на руку, потому что всем жаждущим и страждущим в июле сказали, что путёвок не будет, лавочка закрылась. А мы этого не знали, поэтому я пришла в эту самую «санкур лавочку» в сентябре, удивилась безлюдью и  неожиданно стала обладательницей двух путёвок в неведомый санаторий «Янтарь» в Лазаревском. Оказывается, чиновники, сначала отнявшие путёвки, потом не знали, что с ними делать, и вернули их в гарнизоны. Путёвки были с 16 октября по 5 ноября, Володя поколебался, как всегда, но потом всё же взял оставшиеся четыре недели отпуска.

И мы поехали поездом Москва-Адлер, ехали чуть больше суток, но не скучали. Володя познакомился и разговорился с Колей, водолазом-маляром из Иванова, и с большим интересом слушал его рассказы из жизни под водой и на суше. Лазаревское нам запомнилось своим тёплым и душистым воздухом, когда мы в 1997 году ранним утром мы вышли из поезда на почти безлюдный перрон. После душного вагона это было волшебно! На этот раз всю ночь лил дождь, было пасмурно и сыро Проезжая Туапсе, мы видели приморские посёлки по пояс в воде. Мда-а-а… Зато гарью не пахло ничуть. Взяли такси и поехали в санаторий на краю Лазаревского.

Скромное обаяние  «Янтаря»

Санаторий «Янтарь» принадлежит железнодорожным войскам, что импонировало мне, как дочери Почётного железнодорожника, но немного смущало противоречивой информацией о нём в интернете. И мы были приятно удивлены, когда таксист, провезя нас по горной дороге, высадил в живописном Мамедовом ущелье, где прятались невидимые корпуса санатория. Дальше тоже всё пошло, как говорится, «в благорастворении воздухов».

Миновали какой-то старинный ров с мостиком, оставили позади ряд живописных гасиенд, прилепившихся на склоне горы и перед нами открылись современные корпуса санатория. После обычной процедуры в приёмном отделении мы отправились на третий этаж, где проведём двадцать один день. Что ж, не такой роскошный, как в «Архангелском», но вполне удобен наш двухкомнатный полу-люкс с видом на лесистую гору и на танцплощадку. Потанцуем!

Дальше тоже было неплохо:  столовая оригинальной архитектуры, спортивный комплекс с настольным теннисом, роскошный парк, в котором утопал санаторий, цветущие розы и стройные восковые соцветия юкки, боскет под сенью плетистых роз и быстрая речка Куапсе на дне ущелья. Назначенные нам процедуры оказались необременительны, а одна из них - даже приятна. Я имею в виду травяной чай «Мономах», который подавали в фитобаре, отделанном в японском стиле: с фонариками, драконом, ветками сакуры и пагодами.

 Познакомились мы и с небольшим заведением, к которому нас привёл мостик через речку. Там симпатичный молодой человек с ассирийскими миндалевидными глазами продавал местные горячительные напитки: вина, ликёры, чачу и даже благородный коньяк.  Мы выпили по пробному стаканчику в честь прибытия, одобрили и сделали закупку на несколько дней. Осталось познакомиться с морем.

Море не дружит с железной дорогой

Реклама не обманула: до моря от нашего корпуса было от силы 150 метров по парку. Как и на всём сочинском побережье, пляж там галечный и близко соседствует с железной дорогой. На информационном щите пляжа мы прочли: температура воздуха 21;, воды 19;, волнение 0 баллов. Мы расположились на топчанах под тентом, где уже было много народу, разделись и полезли в воду с некоторым трудом из-за камней.

 Поначалу вода показалась холодной, но через некоторое время стало совсем комфортно. Володя пустил в ход свой академический вольный стиль и не хотел выходить из воды. Потом мы обсыхали и любовались спокойным, таким ласковым, таким лазурным морем, и не хотелось верить, что в ту ночь, когда мы ехали в поезде, над этим побережьем бушевали ливни и кое-где прошли смерчи. Задним числом мы поняли, почему наш поезд опоздал на час, а утром из окна вагона было видно, как в низинах люди бродят в грязи по колено и выносят сушить ковры и мебель. Через два дня разгул стихии косвенно отразился на нашем пляже.

Однажды, придя на пляж, мы обнаружили, что на нём работает тяжёлая техника: экскаватор, кран, бульдозер и два «Камаза», а на платформе с тентом кучка рабочих в комбинезонах с эмблемой Кавказской железной дороги получает указания от начальника. Кран выгружал из самосвалов большие бетонные блоки, а потом выстраивал их рядком вдоль кромки пляжа, создавая стенку. Ещё один экскаватор трудился в русле Куапсе, сгребая гальку и нагружая ею самосвалы.

По наивности я решила, что начинается осеннее благоустройство пляжа (хотя какое благоустройство перед зимними штормами?), и сняла это на видео с радостным комментарием. Но часом позже спасатель, дежуривший на пляже, сказал нам, что неподалёку сель размыл железнодорожную колею и что железнодорожники проложат вдоль пляжа дорогу для подъезда тяжёлой техники к месту повреждения. Мы подивились такому методу, потому что правее пляжа начиналась большая глубина и подсыпка дороги прямо по морю казалась нам немыслимой. Но самосвалы подходили один за другим и день за днём упорно насыпали гальку, а бульдозер разравнивал дорогу, продвигая её всё дальше.

Мы залюбовались филигранной работой экскаваторщика, который сначала выковыривал из моря тяжеленные рогатые блоки, защищавшие берег от волн, и отбрасывал их дальше в море, а потом ставил на их место бетонные кубы в два этажа. Казалось, что он без всякого усилия, одними пальцами, манипулирует рычагами, непринуждённо сидя в кабине своего «Hitachi» в трусах.

Точно так же играючи экскаватор вгрызался в русло речки, набирал полный ковш огромных валунов и нагружал ими самосвалы. Русло речки становилось всё глубже и широко разливалось, а прозрачная прежде вода стала грязной и замутила всю акваторию напротив санатория. Мы стали купаться левее, на диком пляже, но вскоре и там вода стала жёлто-бурой.  А тут и погода испортилась, Володя попытался плавать, но прибой валил его с ног.  Ладно, тогда поедем на экскурсию в Абхазию!

Едем в Апсну, страну мандаринов

Чтобы пораньше пройти российско-абхазскую границу и выполнить большую программу экскурсии, мы выехали в 4.50 утра, а встали в 4.00. Сочи, Хосту проехали ещё до рассвета, так что ничего не увидели, кроме огней, а на границе, обозначенной словом «АПСНЫ» (что означает «Страна души», самоназвание Абхазии),  всё же пришлось постоять в очереди за более шустрыми автобусами, а потом у окошек пограничников. Увидели, как работает граница, какие толпы пересекают её утром со стороны Абхазии. Эти толпы состояли, в основном, из женщин, которые катили тяжело нагруженные тележки с мандаринами. Видимо, душа Абхазии – пахучие мандарины…  Вскоре мы были в Гагре. Нашим гидом была абхазка Нана, пламенная патриотка.

Визитная карточка Гагры, её набережная, была в порядке, а вот санатории показались нам обветшавшими и опустевшими. Впрочем, это был конец октября, летом здесь, наверное, веселее. Но, вообще-то, последствия недавней абхазо-грузинской войны видны всюду: руины частных домов , пустые глазницы санаториев, брошенные усадьбы, разбитые дороги.

Потом мы остановились в Пицунде, полюбовались широким пляжем, аркой с дельфинами, знаменитыми пицундскими соснами, взяли по чашке кофе и съели припасенный завтрак. Там же, на крошечном базарчике, мы купили фейхоа и фундук, всё дёшево, потом жалели, что мало купили. И, конечно же, нам показали знаменитый христианский храм X-XI в.в., который поражает своими мощными формами и грандиозными размерами. Внутреннее убранство там более чем скромно, но верующих привлекают  туда чудотворной иконой и перевитыми свечками, скрепляющими союз брачующихся (Володя на всякий случай купил такую парную свечечку...)
 
Следующим пунктом была горная пасека, где красноречивый её хозяин прочёл нам лекцию о северокавказской пчеле и о целебных свойствах мёда, особенно, каштанового. Напоследок он задал вопрос, на который я первая ответила правильно и выиграла бутылочку сладкой и липкой медовухи. А дальше было маленькое, но необыкновенно бирюзовое озерцо под горой, в него впадал быстрый и говорливый ручей. Потом мы остановились в ущелье «Каменный мешок», где скалы почти смыкаются над головой. Здесь довольно широкая дорога закончилась, и начался головокружительный серпантин старой дороги над руслом реки Бзымбы. И вот, наконец, достославное озеро Рица в обрамлении гор, покрытых лесом, уже слегка тронутым багрянцем.

Рица уже не та!..

 Озеро не порадовало бирюзой, оно было серым из-за облачности, по-видимому. На его берегах угнездилось с десяток кафе, распространяющих шашлычный чад.
Гид привела нас в бревенчатую избу с очагом в центре (дым уходил в отверстие в потолке) и предложила попробовать национальное абхазское блюдо: кукурузную кашу с жареной бараниной и с красным вином. Мы сильно проголодались, поэтому съели всё, хотя мясо было жилистым, а каша лишь отдалённо напоминала мамалыгу, была жидкой и безвкусной. Помню я молдаванскую мамалыгу, крутую и горячую, эх! Жители Апсны не очень разборчивы в еде, наверное.

После обеда мы ещё прогулялись у озера, сняли сценку, как подвыпившие молодые люди влезли на ограждение озера из тонких трубок и лихо балансировали над водой, и тронулись в обратный путь. Володя сел внизу, рядом с шофёром, и постарался заснять на видео тот участок дороги, где кажется, что колесо автобуса крутится в сантиметре от края дороги. Мне  из окна вообще не было видно дороги справа, мы буквально висели над пропастью, так что обмирало под ложечкой. Впрочем, после Сочи, когда стемнело и пошла старая дорога, ночная езда по ней тоже была пугающей: Встречные машины со слепящими фарами буквально выскакивали на нас из-за поворотов, а этих поворотов на серпантине – сотни! Как здешние шофёры уворачиваются от лобовых столкновений – загадка для меня. Мы видели, как длиннющая фура не вписалась в поворот и беспомощно упёрлась лбом в гору. В санаторий мы вернулись в час ночи, потеряв примерно час на границе. До свидания, Апсны-Абхазия!

В Берендеевом царстве

Расхрабрившись, мы заказали ещё одну экскурсию - в Сочи через неделю (31 октября), а в ожидании её снова и снова снимали работу дорожников, играли в пинг-понг, гуляли вдоль трассы Новороссийск-Адлер и по дороге покупали у хозяев хурму, истекавшую сладким соком.

В этом году случился небывалый урожай хурмы, и за заборами усадеб ветки просто сгибались под тяжестью спелых оранжевых плодов. Так как мой саквояж не выдержал тяжёлых покупок, мы решили купить новый чемодан в Лазаревском, куда аккуратно, по расписанию ходил автобус №68 (билет стоил 9 рублей) прямо от проходной «Янтаря». 15 минут – и мы на городском рынке, а там, в пристройке, громоздятся горы сумок и чемоданов. Мы выбрали самый красивый, цвета кофе, с блестящими молниями и накладками.

В один из дней мы пошли посмотреть, что такое «Берендеево царство». Это оказался живописный уголок заповедной зоны в Мамедовом ущелье с целым каскадом небольших водопадов. Для туристов там проложены тесовые тропинки, лесенки и висячие мостики. Сезон уже закончился, но мы попросили охранника пропустить нас туда и чувствовали себя, как в настоящих джунглях с лианами, вечнозелёным самшитом и благородным тисом. Говорили, что где-то выше растут настоящие каштаны, но мы не дошли до этих мест (мы потом купили сладкие каштаны на рынке). Зато всюду вдоль троп росли отличные грибы-рядовки, и мне так хотелось собирать их! А местные жители хвастались, что корзинами собирают на склонах белые грибы.Сказочное это Мамедово ущелье!

В Сочи? Обязательно!

Пришло время экскурсии в Сочи. На этот раз мы выехали довольно поздно, в 10 часов (а в ту ночь часы перевели на час назад), проехали знакомый перекрёсток вблизи «нашего» санатория «Лазурный берег» и где-то в районе Лоо вышли из автобуса, чтобы посетить - ну, конечно же, пчеловодческое хозяйство! Опять лекция, опять шоппинг, потом такая же процедура в винодельческом хозяйстве... Словом, два часа потерянного времени. Поехали дальше, одним глазком взглянули на правительственную резиденцию где-то возле Якорной Щели, и вот мы, наконец, в Сочи.

Мы видели этот город более десяти лет назад, во время апогея разрухи. Тогда Сочи и его окрестности очень не понравились нам. Сейчас его отмыли и полакировали, построили новые отели, украсили их цветниками, скульптурами и блестящими металлическими цацками, так что старые места не узнать. В порту теснятся дорогие яхты, на рейде стоят большие корабли, а на окружной дороге много новеньких, с иголочки, светлых, широких тоннелей.

Тогда и теперь

Словом, жизнь вернулась в Сочи, хотя собственно олимпийских объектов здесь нет: они строятся в Имеретинской долине и в Красной Поляне. Мне очень хотелось хоть одним глазком глянуть на Красную Поляну, где я в 1971 году была на турбазе Минобороны. У нас тогда были пешие походы на ледник Ачишхо, в древний каньон, где мы собирали черемшу для похлёбки, в реликтовую самшитовую рощу, а оттуда - переход к морю, в Кудепсту. Наверное, турбазы уже нет, зато, говорят, на противоположном снежном склоне появились лыжные трассы с подъёмниками, а ещё можно заказать экскурсию с подъёмом на джипах. К сожалению, экскурсия туда не состоялась:  мало желающих.

В тот день мы ещё побывали в Мацесте, подышали сероводородными испарениями возле старинных водоёмов с желто-зелёной водой в окружении камней, рядом с таинственными, смертельно опасными пещерами. Потом нас привезли к горе Ахун, где мы поднялись на башню и со смотровой площадки увидели на юге всё Сочинское побережье, а на севере – весь Кавказ, зелёные горы и долины с тенями от бегущих облаков, замечательное зрелище!

Но это не всё. От Ахуна мы проехали к Новому Афону с его знаменитым Симоно-Канонитским монастырём, к которому мы поднимались не с фасада, а почему-то с тыла, по очень крутому склону. Я к этому времени уже порядочно устала и в монастырскую церковь не пошла, любовалась красивой архитектурой монастыря, а Володя, несмотря на больные коленки, поднялся туда по лестнице и получил глубокое удовлетворение.

Посетите Анакопийскую пропасть!

В Новом Афоне был ещё один туристический объект – Анакопийская пропасть, знаменитые пещеры, и нас, конечно, спустили в подземный вестибюль, усадили в вагончики метро,  повезли в глубь горы и высадили перед первым залом пещер. Я бывала и в Барединской Яме в Хорватии, и в Моравском Красе, и в соляных шахтах Велички, так что не ожидала ничего нового: слава богу, я насмотрелась на всякие сталактиты, сталагмиты и подземные залы. Но в Новом Афоне мне пришлось удивиться.

Таких гигантских подземных залов с высотой купола до ста метров не было нигде. Мы прошли шесть таких залов, один больше другого, с огромными расщелинами в куполах, со следами катастрофических обвалов, так что невольно задерживаешь дыхание. Жаль, что нам не удалось сфотографировать это грозное чудо природы. Это было нечто фантасмагорическое, убежище каких-то подземных великанов, которые швырялись скалами, мыли ноги в голубом подземном озере и между делом устроили замечательную акустику.
В темноте по дендрарию и парку «Ривьера»

В программе экскурсии было ещё посещение сочинского дендрария, но организаторы забыли о переводе времени. Когда мы вышли из пещер, было совсем  темно, но деньги уплачены, и гид повела нас в дендрарий, который не был освещён. Можно было только догадываться, как прекрасен этот парк, созданный литератором Сергеем Худековым в 1892 году. На фоне звёзд угадывались немыслимо высокие и острые верхушки кипарисов, на ощупь чувствовалась колоссальность слоновых пальм, вспышки фотокамер позволяли лишь на секунду увидеть экзотические цветы,  уловить красоту беседок и дачи «Надежда».

Идти в нижнюю часть дендрария было уже бессмысленно, экскурсовод извинилась и ушла,  а нам было очень жаль, что так бездарно получилось из-за этих не нужных нам, но почему-то очень нужных турфирме заездов за мёдом и вином. 

Водитель автобуса ещё отдыхал положенное время где-то на стоянке, поэтому гид направила нас в городской парк «Ривьера», и мы минут сорок походили по его аллеям при свете красно-синей иллюминации и золотых огней аттракционов. В парке веселился молодой народ, проводился конкурс брейк-танцоров, кружились карусели, плавно вращалось колесо обозрения с подсвеченными спицами. В пустынном уголке парка мы посетили аллею магнолий, высаженных первыми космонавтами. Про ночную езду по серпантину я уже рассказывала, не буду повторяться, но к острым ощущениям трудно привыкнуть. Мы здорово устали, и всё же экскурсия нам понравилась, честно.

Оставшиеся пять дней в «Янтаре» мы просто отдыхали. Процедуры закончились, небо снова стало голубым, море – шёлковым, но прохладным. Вот сводка погоды на табло: воздух +14;, вода +17;.  Теперь можно было только сидеть у моря и подставлять себя солнышку. Строящаяся дорога ушла уже далеко за пределы пляжа, а бедная речка Куапсе потеряла свой резвый вид и хрустальность воды. В коридорах, у процедурных кабинетов и в столовой стало совсем мало отдыхающих, курортный сезон заканчивался. Но всё так же зеленел газон в парке, цвели розы, гордо стояли султаны юкки, а приглянувшаяся нам молоденькая юкка продолжала тянуть вверх свой колос, не чуя осени.

До свидания, «Янтарь»! До свидания, Мамедово ущелье!

Наступил день отъезда. Мы просмотрели с помощью ноутбука весь отснятый материал, сфотографировали особенно понравившиеся виды, пообедали, попрощались с приветливой официанткой и хозяйкой винного магазинчика, матерью продавца с ассирийскими глазами. Кстати, она пригласила нас в следующем году приехать на отдых в их с сыном строящийся пансион в ущелье Аше.

Ну, вот и всё, сдали номер дежурной медсестре и покатили свои чемоданы на колёсиках к остановке автобуса №68, который исправно возил нас в Лазаревское за покупками. Он и на этот раз пришёл во-время, и вот мы уже на вокзале, сидим в колоннаде, пьём кофе в бумажном стаканчике и фотографируем закат и бюст адмирала Лазарева, к которому прониклись большой симпатией, прочитав в санатории книжку о нём.


Поезд пришёл, и мы водворились в купе на свои места. Там уже ехали солидный дядька и молоденькая девушка. Дядька Александр Михайлович отдыхал в Сочи по бесплатной путёвке, а девушка Лена ездила повидаться со своим другом, за которого собиралась замуж. С ними мы ехали весь следующий день до самой Москвы. Ночью дядька немилосердно храпел, но когда я его слегка тормошила, послушно ложился ниц и так спал некоторое время. Потом опять храпел.

Лена то и дело обменивалась эсэмэсками - наверное, с другом. Она была очень ладненькая, так легко вспархивала на свою верхнюю полку и так непосредственно рассказывала нам о себе! Словом, дорогу мы перенесли легко. На Курском нас встретила наша милая дочка, довезла нас быстро до дома на своей красной «Хонде», а мы нагрузили её дарами Кубани.
Прошло всего чуть больше месяца со времени нашего возвращения, но мы уже строим планы, как поедем в эти благодатные края снова. В мирное время почему бы не строить планы? В мирное время они сбываются. Увидимся!

Продолжение следует.