Полюбите себя - 3

     Кто бы спорил с тем, кто утверждает, что смех лучше слушать, чем плач. Но бывают в жизни моменты, когда так этот смех надоест, что самой плакать захочется.
     В нашем подъезде, этажом выше моей квартиры, у хороших хозяев живёт маленькая собачонка. Днём хозяева уходят на работу, а ей скучно, вот и лает она под дверью, видимо думает, что её призывный лай услышат хозяева и поторопятся домой. Но слушают, сами того не желая, старики-соседи. Куда же им деваться из собственной квартиры…
     Но это собачка, ей закон не писан. У меня же была другая заноза – это Рая, соседка по саду, которая, если даже что-то шёпотом скажет, люди на соседней улице услышат. Она всю свою трудовую жизнь проработала маляром на стройке, и этот раскатистый голос вполне соответствует её профессии. Там, на стройке, многие работницы громкоговорящие. Но она же со своим голосом в сад приходит, и весь день у неё рот не закрывается. Ведёт она безответный диалог со всеем, что она в эту минуту видит. Лопата, крапива, жучок-паучок, а уж птицы – это её первые собеседники. К забору, между моим садом и её, приколочена кривобокая жердь, на которой «левой ногой» сработанный скворечник. А поскольку его сколотил ещё мальчишкой Раин сын, Андрюша, то и повёрнут он своим крыльцом в Раину сторону. Понятно, что скворушки, собирая червячки на наших огородах, несут их своим птенчикам, а тут Рая со своей болтовнёй и взрывным хохотом. Птички пугаются, и, если клюв они крепко сжимают, в надежде в целости и сохранности донести добычу деткам своим, то из-под хвоста результат жизнедеятельности летит Рае на розовую  панамку  и на её широкую спину. Нет. Рая – женщина чистоплотная. Каждый вечер она везёт садовую одежду домой, стирать, но птичьи отклики появляются на её разноцветных футболках снова и снова.
     Так это скворушки, воробушки, синички. Это для неё уже не в счёт. Угораздило же сороке свить себе гнездо на чердаке моей бани. Эта квартирантка мне нисколько не мешает, хотя иной раз мыло от умывальника украдёт и где-то в огороде прикопает. Приходится прятать его от этой суетливой бестии. Но, что интересно, она меня признаёт за свою и не подаёт голоса, когда я что-то делаю на грядках. Ходит прямо рядом со мной и молчит. Я даже, иной раз ей кусочки хлеба бросаю, она их тут же несёт своим деткам. А с Раей у них вечная вражда. Они обе крикливые и переругиваются одна громче другой. Хуже того, сорока подкараулит, когда Рая забудет закрыть дверь в своём домике, и утащит с её стола кусок варёной курицы, колбасу и даже конфетами не брезговала. Рая её честит так, что даже в конце улицы слышно. А хвостатая соперница ей за это мстит, непременно ей за день несколько клякс на её панамке или на спине оставит… Тогда Рая своё недовольство мне высказывает. Дескать, вот, твоя сорока… Почему она тебе так не делает?.. Отвечаю ей: - Уважает меня, уважает. Рая на это: - Я её когда-нибудь убью!..
     И пока Рая у забора высказывает свои упрёки, принесённый ею обед перекочёвывает на чердак моей бани. Я вижу всё это, но сорока мне друг, поэтому я молчу. Но, в качестве компенсации, в обед несу Рае большую кружку горячего чая. (В Раином домике нет электричества), и ещё что-нибудь к чаю. Так сказать: мир и дружба между соседями.
     А как вылетят из гнезда сорочата, то, мне хоть в сад не ходи. Такой гвалт, как будто цыганский табор взбунтовался… Но, правду сказать, не любят Раю и вороны, что на старой сосне у дороги свили себе огромное гнездо. Дело в том, что Раин муж, Николай, весной машину, а то и две, привозит к своему саду навозу или перегною. Рая носит это удобрение вёдрами и подкармливает растения на своих грядках. Только сороки и вороны считают навозную кучу своей столовой… а тут Рая с лопатой и вёдрами им мешает. Грешным делом, даже соседи наши спорят: кто кого перекричит?  В итоге оказывается, что у Раи запас слов намного богаче…Они так накричатся за день, что я с больной головой, раньше времени домой ухожу. Одно плохо, разорванные пакетики из-под украденной у Раи курицы, я в своих кустах смородины нахожу… Увижу, и быстренько собираю их, а то ещё Рая начнёт меня упрекать: «Твои сороки мою курицу съели!» Будто я их к ней посылала…
     Эх, лето, весёлая пора! Было дело. Теперь только вспоминаю о тех счастливых денёчках. Что уж теперь говорить. Мы с Раей – старики. Наши сады принадлежат уже другим хозяевам. А я смотрю на голубей и на коршунов, которые кругами летают над нашим широким двором. Что-то в этом году даже стрижей не видно. Жаль, без них скучные вечера…

                *
     «Ничего не забывает народ, и – как ни суди, ни ряди – образ, им созданный, живуч и долговечен».
                В.П. Астафьев «Злая собачонка».

     В детстве всё удивлялась таким названиям, вроде бы не к месту они, в насмешку сказанные, просто привыкли люди так называть и повторяют вслед за своими родителями. Ан, нет. Пройдёт пусть даже несколько десятков лет и, сама Природа приоткроет тайну.
     Напротив дома моих родителей, по ту сторону дороги, дядька Штыфан выкопал колодец. Соседи часто приходили с вёдрами – воды набрать. Нас же, детей, в холодное время года редко выпускали за порог. И рады бы, да одеть-обуть нас было не во что. Вот и сидели мы у окна и поглядывали на ворота (три полусгнившие доски, позеленевшие от времени), кто-то пройдёт мимо ворот, для нас уже новость. Громко сообщали её родителям, а те уже строили догадки: кто, куда и зачем пошёл.
     Свадьбу в нашем селе называли – весиллья, а жениха с невестой называли – молодые. Посмотреть на них в свадебном наряде приходили сельчане  с ближних улиц. Приглашённых родители молодых сажали за стол, остальные люди стояли у ворот и обсуждали меж собой: кто во что одет, какие блюда подают на стол. Ни одна мелочь не ускользала от их пытливых взглядов.
     Мы, дети, тоже видели молодых, нарядно одетых, веночек у невесты на голове, по обряду, сделанный из белой бумаги, облитый растопленным парафином. Свадебная процессия проходила мимо наших ворот, и мои родители вышли их поздравить. (Чужая свадьба, а помнится по сию пору).
     Уже на другой день, Маруся Штефена, (Штефа – имя матери), с вёдрами пришла к колодцу. Я с братом, Колей, тут же громко объявили: «Молодая за водой пришла!» Но наши родители только хохотнули и поправили нас: «Это она вчера была «молодая», а сегодня она уже «старая». И хоть нас эти слова очень удивили, никаких объяснений мы не дождались.
     Шли годы, а в моей голове осталась: Маруся молодая. И вот теперь, стою я на своём балконе, ночью дождь прошёл, асфальт мокрый. На чёрном фоне асфальта видны  маленькие жёлтые листочки. Листопад в самом начале лета. (09. 06) На деревьях слегка покачиваются отяжелевшие ветки с сочной зелёной листвой. Молодые листья, но раз на асфальте лежат опавшая листва, получается – старые. Вот так! Хочешь – верь, хочешь – нет, но то, что в народе принято говорить, никакими законами не отменишь. А веточки всё ещё растут…

                *