Экстремальная адаптация

Тема, которой закончил старый год и хочу продолжить в новом.

Итак, кому интересно, конечно, проблема образования новых качеств.

Но это не про злокачественные новообразования.

До этого пытливый ум пока не дошел.

Объяснение, данное во втором законе гегелевской диалектической триады, ничего не объясняет.

Это, кстати, общая беда подавляющего большинства всевозможных объясняющих объяснений.

Да, там только иллюстрация механизма эволюции.

Количественные изменения происходят всегда, но когда, в какой момент, и по какой конкретно причине происходит так называемый качественный скачок, переход, бифуркация, это всегда остается загадкой.

Образование новых качеств, проблема еще и постольку, поскольку она касается возникновения и появления нового, которое отнюдь не всегда хорошо забытое
старое.

Во всяком случае, не в этом эоне.

Не в этом вселенском цикле, если так понятнее.

Качественно новое очень многое меняет в жизни и его всегда сложно предсказать обоснованно.

Угадать иногда можно, но не более.

А причина такой неопределенности во внешнем главном факторе, который скрыт в огромном количестве других факторов.

Поэтому, что именно в данном вопросе сыграло роль, определяется постфактум, когда все уже произошло.

Сама по себе эволюция не приводит к революции.

Только под влиянием извне, по внешней причине. И причина эта независимый от данной эволюции внешний фактор.

Если говорить о видообразовании в биологии, таким общем внешним фактором выступает экстремальная адаптация.

Глобальные катастрофы в экологии и климате всегда приводили к массовому вымиранию видов.

Но как то совсем не подчеркивалось, что те же самые катастрофы приводили к не менее массовому возникновению видов новых.

Разве могут быть сомнения в том, что данные факты  взаимообусловлены?

Разумеется, генетические механизмы видообразования заложены в каждом виде изначально.

Но включаются эти механизмы только в моменты, когда нужно быстро приспособиться к новым внешним обстоятельствам.

Конечно, ни про какой «естественный отбор» как причину видообразования говорить не приходится.

Причина всегда одна – необходимость экстремальной (стремительной по эволюционным меркам) адаптации к внезапно изменившимся внешним условиям.

В википедии такого объяснения нет,
( привожу здесь википедию, как определенный консенсус и стандарт современного представления по разным проблемам).

А вот некоторые, иллюстрирующие это объяснение, примеры в ней представлены.

Для любого животного вида главным внешним фактором является его кормовая база.

Смена базы приводит к образованию нового вида.

Доместикация животных происходила через изменение способа питания, способа добычи для себя самого необходимого.

Начав кормится с руки человека, волк стал собакой.

Разве собаками стали те волки, у которых была генетическая предрасположенность?

Да просто не всем волкам посчастливилось встретить человека одновременно.

Генетика у всех волков одинакова и здесь она ни при чем.

Тем, кому посчастливилось встретиться с человеком первыми, стали в итоге собаками.

А зачем еще приручать и кормить остальных волков, когда уже есть собаки?

Поэтому остальные волки и живут, по сей день, волками.

И вид их физически правильный, здоровый и одинаковый, чего не сказать о собаках, разделившихся на искусственно выведенные пароды.

В общем, подобных примеров сколько угодно и нет смысла продолжать их перечислять.

Не просто количественные изменения приводят к изменениям качественным, но обязательно под воздействием существенного внешнего фактора.

Без этого фактора количественные изменения приведут только к смерти и исчезновению. Но не к новому качеству.

Разумеется, в эпоху генной инженерии надо особо оговориться и подчеркнуть, что речь идет о естественном видообразовании в дикой, как говорится, природе.

Генетики получили инструментарий создавать искусственные виды, всевозможные гибриды и т.п.

Кто сегодня не знает про ГМО, и что от них больше вреда, причем долгосрочного и непредсказуемого, чем какой-то пользы для потребителей (но не производителей!), поскольку главным методом генетических экспериментаторов остается метод, типа, научного тыка.

Если вспомнить пресловутого Лысенко с введенным им в агротехнику термином «яровизация», то ведь он был, по-своему, несомненно, прав, когда пытался привить новые качества через создание экстремальных условий выживания.

Причем, возникновение таких видов естественным путем совершенно свободно от недостатков, связанных с ГМО.

Генетический механизм видообразования это рекомбинация генов, но почему она происходит, что ее запускает, остается вопросом.

Либо они сами рекомбинируют по какой-то внутренней эволюционной программе, либо под внешним воздействием, естественным или искусственным.

У Дарвина все просто.

Насекомые скрещиваются. Потомству случайным образом передаются фенотипические признаки.

Какой признак более подходит для выживания, то особи, его имеющие, затем передают и закрепляют этот признак в потомстве.

Так все вороны становятся черными, а все лебеди белыми.

Так естественно они отобрались.

Но как это объяснение поможет вороне стать галкой?

А лебедю стать журавлем?

Или, почему у приматов с белой шерстью, стать человеком больше шансов, чем у приматов с черной?

Почему?!

А ведь естественный отбор по сей день считается чуть ли не единственной причиной видообразования.

И этому заблуждению продолжают учить детей.

Что касается Лысенко.

Недопустимо, преступно решать научные споры посредством НКВД.

Сегодня, можно сказать, вейсманисты – морганисты победили, а ГМО победило яровизацию, про которую, как детище Лысенко, уже мало кто помнит.