Поздно, но по местам

Исмар и Хаджар дружили со школьной скамьи. Они были неразлучны: вместе бегали по узким улочкам села, вместе мечтали о будущем. Он — высокий, чернобровый, с открытой улыбкой, она — тихая, верная, с глазами цвета тёплого мёда. Когда Исмару пришла повестка в армию, Хаджар, не колеблясь, сказала:
— Я подожду. Сколько бы ни было.
Два года прошли незаметно. Письма летали туда-сюда, полные нежности и надежд. Исмар вернулся целым и невредимым, с одной мыслью в голове: сразу свататься к Хаджар.
Но у Всевышнего были другие планы.
Через неделю после возвращения его старый друг Муса, которому раз за разом отказывали в сватовстве, собрал компанию парней.
— Поедем, поможем мне невесту взять, — уговаривал он. — Одна девчонка давно на примете. Красивая, как месяц.
Исмар не хотел. Внутри всё кричало: «Не езди». Но дружба, мужская солидарность, дурацкое «за компанию» — и он сел в машину.
Когда Мариям привезли в дом Мусы, вся его родня ликовала. А она — нет. Сидела в углу, закрыв лицо платком, и молчала. Родители быстро нашли её, примчались с криками и угрозами:
— Заявление напишем на всех! На Мусу и на всю вашу шайку!
Старики собрались, посовещались. Чтобы не было позора ни одной стороне, решили по-обоюдному: девушка сама выберет жениха из тех парней, кто был в машине. Так дело замнут миром.
Парней выстроили в ряд во дворе. Муса стоял, выпятив грудь, уверенный в победе. Исмар — бледный, опустив глаза.
Мариям вышла, оглядела всех медленно. И твёрдо указала пальцем на Исмара.
— Я выбираю этого.
Земля ушла у него из-под ног.
— Почему он? — потом спросила её тётя шёпотом.
— Самый видный, — тихо ответила Мариям. — Высокий, лицо доброе. Не обидит.
Село гудело неделями. Кто-то сочувствовал Исмару, кто-то посмеивался над Мусой: хотел невесту — остался с носом, да ещё друга подставил.
Исмар пытался отказаться.
— Я только за компанию поехал! Даже не прикасался к ней! — говорил он старикам.
Но те были непреклонны:
— Был там — значит, соучастник. Девушка выбрала тебя. Судьба такая. Женись.
Вечером того же дня пришла Хаджар. Бледная, как полотно.
— Правда ли? — спросила она дрожащим голосом.
Исмар не смог поднять на неё глаз. Только кивнул.
Она долго стояла молча. Потом прошептала:
— Два года ждала… А ты за одну неделю всё разрушил.
Развернулась и ушла. Навсегда.
Свадьбу сыграли быстро, без радости. Исмар смотрел на Мариям, как на чужую. Она — на него, понимая всё без слов.

Годы шли. Чтобы заглушить боль и чувство беспомощности, Исмар стал уезжать на заработки в дальние страны. Приезжал раз в год, привозил деньги, подарки детям, которые вскоре появились. Но тепла между ним и Мариям не было никогда.
— Папа опять уехал, — привычно говорили дети.
Хаджар вышла замуж далеко от родного села. Пути их с Исмаром разошлись навсегда.
Прошло двадцать лет. Дети выросли, разъехались. Исмар всё так же приезжал-уезжал, как тень.
А однажды через общих знакомых он узнал: муж Хаджар умер.
Сердце сжалось. Дрожащими пальцами набрал номер, который ему передали.
Она ответила не сразу.
— Алло…
— Хаджар… Это я. Исмар.
Тишина. Потом тихий всхлип.
— Ты… всё ещё помнишь меня? — спросил он.
— Как можно забыть… — голос её дрожал. — Я до сих пор люблю тебя, Исмар. Все эти годы.
Он закрыл глаза. Слёзы текли по щекам.
Через месяц он вернулся домой навсегда. Пришёл к Мариям вечером, сел напротив.
— Ты знаешь, что между нами никогда не было любви, — начал он тихо.
Она кивнула, не поднимая глаз.
— Ты хотела детей. У тебя есть дети — хорошие, взрослые. Я всю жизнь любил только Хаджар. И теперь… я женюсь на ней.
Мариям долго молчала. Потом подняла взгляд — спокойный, без упрёка.
— Я знала с самого начала. С того дня, когда выбрала тебя в ряду. Знала, что сердце твоё не со мной. Иди. Будь счастлив наконец.
Исмар и Хаджар поженились тихо. Им было почти по сорок. Никях в мечети, близкие, скромный стол. Когда она посмотрела на него в тот день — так же, как в школе двадцать лет назад, — он понял: вот оно, настоящее.
Через год у них родился сын. Исмар больше никуда не уезжал. Жил с Хаджар, растил малыша, строил дом. Вечерами сидели на крыльце, держались за руки и молчали — слова были уже не нужны.
Мариям осталась в старом доме с детьми и внуками. Они часто приезжали, наполняли дом смехом и жизнью. Родственницы иногда заговаривали о новом замужестве, но она только качала головой:
— Хватит. У меня дети есть. Внуки. Сердце спокойное.
Село уважало её молчаливую силу. Говорили: «Марьям одна подняла троих и никому не кланялась».
Иногда на базаре или в мечети она встречала Исмара с Хаджар. Кивали друг другу издали — вежливо, без горечи.
Жизнь расставила всё по местам.
Поздно.
Но расставила.
И каждый принял свою судьбу с достоинством.