Анна-Мария. Цель оправдывает средства

27 ноября 1941 года

Киллили, Ирландия

Вопреки распространённому заблуждению, служба в спецназе в мирное время на 99% состоит из упорных тренировок и жуткой скуки – и лишь максимум на 1% из проведения операций.

Спецназ Орлеанской Девы не был исключением, поэтому для его бойцов и командиров (взводов и отделений – это была усиленная рота из ста человек) в полный рост встал экзистенциальный вопрос: чем, собственно, себя занять.

Решение оказалось очевидным – изучением языков и творчеством. Каждый спецназовец (Жанна не была исключением) знал от двадцати до тридцати языков. Каждый со временем стал художником, скульптором, резчиком по дереву, композитором… или литератором.

В основном сочиняли худлит…  а вот Жанна решила освоить исторические исследования. Одним из которых оказались Хроники христианских мучениц. Во время учёбы в монастыре Сен-Мар – за пять лет Жанна прошла обучение, примерно соответствующее программе современной средней школы (разумеется, с сильным религиозным уклоном) - монахини ей все уши прожужжали историями христианских мучеников и мучениц.

Она решила во всём разобраться досконально; отделить зёрна от плевел, а мух от котлет… так со временем на свет Божий и появились Хроники христианских мучеников. Одной из которых была история Афры Аугсбургской.

История мученичества Афры Аугсбургской (небесной покровительницы одноимённого немецкого города) очень странная. С одной стороны, вроде похожа на правду… с другой, сплошные непонятки. Начиная с её имени.

Имя «Афра» происходит от латинского слова africa, что значит «африканка». Но это не единственное мнение: другие считают, что это имя дала Афре греческая богиня любви Афродита.

Жанна пришла к выводу, что правильна была первая версия; при этом вовсе не факт, что Афра была темнокожей или даже мулаткой: просто её семья была выходцами из Северной Африки, где в те времена жили немало белокожих.

В ряде древних источников, в том числе в мартирологе Иеронима, указано, что в один день с памятью Афры отмечалась память Венереи, мученицы Антиохийской, имя которой было неправильно истолковано как прозвище Афры - служительница Афродиты… то есть, Венеры. То есть, продажная девка.

Эта ошибка, по мнению исследователей, и привела к созданию легенды о том, что Афра до своего обращения была проституткой. Впрочем, версия Афры-путаны никогда не была единственной: во многих мартирологах и в аугсбургских календарях XI века отмечено, что Афра почиталась как девственница.

Во времена гонений из Героны (в Испании), в Аугсбург бежали епископ Нарцисс и диакон Феликс. Они нашли убежище в доме Афры. Епископ Нарцисс обратил в христианство не только Афру, но и всех её родственников (случалось).

Затем епископ вернулся в Герону, а Афра, к изумлению и негодованию соседей-язычников, вдруг перестала принимать участие в традиционных религиозных обрядах. Это вызвало подозрение, арест и допросы.

На допросах Афра твёрдо заявила о своей преданности христианской вере, и наотрез отказалась покаяться. После чего последовал невероятно жестокий приговор – и 7 августа 304 года Афра была заживо сожжена на одном из небольших островов на реке Лех.

Дальше начинается уже откровенный сюр. На следующий день после казни тело Афры якобы было найдено её служанками невредимым. Мать Афры и три служанки: Дигна, Евмения и Евтропия погребли тело мученицы в склепе в двух милях от города, где как раз и стоит сейчас церковь Святой Афры.

Это погребение не прошло незамеченным: служанки по доносу были схвачены, и после отказа участвовать в языческих обрядах были сожжены в том же склепе, где ранее ими была похоронена Афра.

Тщательно изучив относящиеся к Афре документы, Жанна пришла к выводу, что что никакого сожжения не было. Ни одного. Тогда всё становится понятным и логичным: Афра была задержана, допрошена, призналась в том, что она христианка, отказалась отречься от Христа и была обезглавлена.

Её тело, скорее всего, было вывезено за пределы города и брошено на съедение собакам (такое практиковалось). Три христианки отбили тело Афры у псовых и похоронили. Кто-то это увидел, донёс властям… далее см. выше (только в трёх экземплярах). Однако на этот раз судья, похоже смилостивился и позволили захоронить всех в одном склепе.

Однако документы документами – а живые свидетели всяко лучше. Поэтому Жанна обратилась… правильно, к графу фон Шёнингу… и к своей в некотором роде коллеге, работавшей соло… и на 1500 лет дольше, чем Жанна. К кельтской королеве Будике. Граф подтвердил версию Жанны… а вот реакция Будики Орлеанскую Деву удивила – и сильно.

«Ты не права насчёт Афры Аугсбургской» - спокойно и уверенно констатировала Будика, возвращая Жанне текст Хроник христианских мучеников. И ещё более уверенно добавила: «И насчёт её подружек ты тоже неправа…»

«В смысле неправа?» - изумилась Жанна. Ибо граф её версию подтвердил.

«Ты права в другом» - неожиданно задумчиво продолжила кельтская королева (которая родилась почти за триста лет до гибели Афры Аугсбургской).

Глубоко и грустно вздохнула – и сбросила Царь-бомбу:

«Граф действительно был у Баронессы… тогда ещё только Лилит… и потому у Иисуса Христа, начальником отдела провокации. Только в гораздо более страшном, жутком смысле, чем тебе представляется…»

Жанна с ужасом посмотрела на неё – ибо догадывалась, что сейчас услышbn. И не ошиблась. Ибо Будика ещё более грустным тоном объяснила:

«Граф подставлял не только метагомов под разного рода смертные казни в Римской империи… иначе им не удалось бы осуществить римейки Голгофы и воскресения на глазах изумлённой публики…»

Их жгли на кострах – а они не сгорали; распинали – а они снимали себя с крестов; топили – а они не тонули; бросали в кипящую воду… с тем же успехов можно было попытаться сварить мраморную статую; пытались обезглавить – ломалось запястье палача (головы рубили мечом) … а им хоть бы хны…

В результате такого перформанса соответствующий населённый пункт обращался в христианство чуть быстрее, чем сразу. Ибо с богом, способным на такое, лучше дружить… в смысле, перейти под его покровительство.

«… но и людей – самых обыкновенных людей с точки зрения биологии. Анатомии, физиологии и так далее…». Ещё более грустно вздохнула – и продолжила: «Причём подставлял под максимально болезненную смертную казнь – сожжение живьём на костре…»

«… чтобы инъекция Благодати Божьей через созданный Христом на Голгофе канал жуткой боли и мучительной смерти была максимальной…» - мрачно закончила за неё Жанна. «Ну и сволочь…»

Будика пожала плечами: «Просто он считал, что такая цель, как спасение человечества от настоящего Ада, и определяет, и оправдывает средства…»

После чего усмехнулась: «Ты же знаешь мою биографию… поэтому знаешь, что мои художества во время войны с Римом куда более впечатляющие…»

В этом она была права на все сто. По сравнению с её подвигами на Британских островах времён римского владычества даже самый жуткий ужастик читается как добрые сказки для детей дошкольного возраста.

Будика вздохнула – и продолжила: «Афра Аугсбургская действительно существовала… кстати, она действительно была мулаткой – отсюда и прозвище… её мама вольноотпущенница, которую ребёнком привезли рабыней из Африки…»

Сделала небольшую паузу – и продолжила: «Никакой блудницей Афра не была – просто на всю голову отмороженная девица сколотила из таких же банду луддиток типа христианского ИГИЛ… и отправилась громить местные языческие храмы…»

Жанна кивнула – ибо это было очень похоже на правду. Будика продолжала:

«Их быстро повязали; ущерб был незначителен; родители его тут же возместили; местный правитель был готов ограничиться примерной поркой и отпустить барышень на все четыре стороны… если они все откажутся от христианства…»

После чего усмехнулась: «Кстати, в одном церковные сказочники не ошиблись: всё семейство Афры в христианство обратил действительно беглый епископ Нарцисс, которого по неясной причине укрыла мать Афры…»

Сделала небольшую паузу – и продолжила: «Афре едва исполнилось восемнадцать; её подружки были ещё моложе… умирать им не хотелось совсем…, и они были уже почти готовы принять предложение префекта…»

«Но тут вмешался Луций Корнелий Пулл…» - мрачно закончила за неё Жанна.

Будика кивнула – и продолжила: «Он убедил всю эту великолепную четвёрку, что им обязательно нужно умереть – причём именно в муках на костре. Что это жизненно важно для спасения человечества от Ада… и что их после очень недолгих мучений на костре ждёт райское блаженство в Царствии Небесном…»

С колокольни Жанны, оба утверждения были крайне сомнительными.

Будика вздохнула: «Девицы упёрлись, Луций использовал свои полномочия императорского легата… в результате Афру заживо сожгли на речном острове, а её подружек-подельниц на старом кладбище… предварительно жестоко выпоров»

И грустно добавила: «Не знаю, поработал ли Луций с мамой Афры или у неё просто слетела крыша, но она… в общем, её тоже сожгли на том же кладбище…»

«Ты это знаешь… откуда?» - осведомилась Жанна. Королева спокойно ответила:

«Я присутствовала при всех казнях». Жанна осведомилась: «И многих Луций так… уговорил?». Будика загадочно улыбнулась: «Общепринятые оценки числа христианских мучеников и мучениц, скажем так, несколько занижены…»

Ответ графа на прямой экзистенциальный вопрос Жанны её ошеломил. Ибо он бесстрастно пожал плечами: «Я вообще ни о чём тогда не думал…»

«Но почему???» - удивилась Орлеанская Дева. Граф вздохнул: «Я лично общался с Христом… трижды. Я не смогу это объяснить… это поймёт только тот, кто с Ним сам общался…». Жанна всё поняла – и спросила: «Ему невозможно отказать?»

Граф пожал плечами: «В наши дни кто-то может… наверное. Но в то время…». Он пожал плечами и развёл руками. Мария вернулась в сознание.