Пушкин в кн Б. Бермана Сокровенный Толстой

(сериал Эпитомы пушкинистики)

Пушкин и пушкинское в кн Бориса Бермана "Сокровенный Толстой"

Судя по всему ни Пушкин (АС), ни Толстой (ЛН) идеи Гесиода "Происхождение женщины" по трактату "Теогония" не штудировали и в жизни о женщинах ничего не расчухали ... Один ушел на Черную речку,а второй на вокзал РЖД

Ибо вот что засвидетельствовал Берман:

<<<

О последних стихах пушкинской «Мадоны» Толстой сообщал А.А. Толстой, что они его «мучают».

Сикстинская мадона в нескольких гравюрах, ею подаренная ему тогда, и сейчас висит в кабинете яснополянского дома. В этом письме (задве недели до письма с цитатой Тютчева) Толстой говорит: «Что делать с собой, когда воспоминания и мечты вместе составят такой идеал жизни, под который ничего не подходит, все становится не то...»

Тут же Толстой вспоминает Мадону. «Этот идеал не выдумка, а самое дорогое, что есть для меня в жизни. Без него я жить не хочу (в «Сне»: «я чувствовал, что не могу жить без нее»). Помните вы «Мадону» Пушкина? Ваша Мадона висит у меня и радует, а последние стихи мучают».

Пушкинские стихи оказались тут столь к месту потому, что в них именно сливается представление о божестве и о личном счастье любви:

Исполнились мои желания. Творец
Тебя мне ниспослал, тебя, моя Мадона,
Чистейшей прелести чистейший образец.

Образ этот и есть для Толстого тот его идеал жизни *,  который составлен воспоминаниями и мечтами, образец для суждения о должном и недолжном — т. е. этот образ становится каким-то личным мифом, его спасающим и карающим божеством.

«Иногда приходит в голову отслужить по всему панафиду», — отвечает Толстой на воображаемый совет «бросить этот идеал», — «да тогда уж и других молитв в душе не останется».

Это «в душе вечное недовольство и грусть» вложено Толстым в самых близких ему героев, включая «Войну и мир».

>>>