Папа всего на час

— Слушай, Стасик, помоги... На тебя одна надежда!

— Ну что у тебя там, давай посмотрю!
Стасик лениво встает, идет к компьютеру, заглядывает в монитор.

— Да нет, не по работе!

— О, что-то случилось? Мебель собрать? С мужиком познакомить?

— Не угадал. Посиди с моей дочерью пару часов? Она извела уже. Хочу папу, подавай мне папу, что ты найти не можешь, иди, ищи. На Новый год желания загадывает, записки кладет. Три уже письма у меня в сумке! Я, говорю, приведу - первая взвоешь! Да и где его найти-то. Влад у меня и слышать не хочет, так... встречаемся.

— А где ее родной?

— Нигде. Нет его. Мне, как восемнадцать исполнилось, я замуж собралась за парня одного, а он в Германию на ПМЖ с родителями собрался. Ничего не говорил, и вот... Бросил, в общем. Пропал на неделю, пришла к нему сама в гости, а они, оказывается, уже переехали.

— Так сколько же ей, чтобы «посидеть». Не маленькая она у тебя...

— Восемь. Такая умная, ... не в меня, в общем, пошла. Вечно что-то придумывает. Ты можешь прийти и напугать, что папы чужие бывают разные. Хватит уже мечтать, многие без отцов живут, и ничего. Она у меня просто, как мальчишка. Хитрая такая.

— Маш, не все мальчишки хитрые.

— Ну да, не все. Но моей надо понять, что если мама в дом кого приведет - это не сказка с принцем. Пусть испугается, прочувствует, когда чужой человек в квартире нашей маленькой находится. Влад не согласился, подумала, может ты?

— А я что, такой страшный?

— Конечно! Ты большой, весь лохматый-волосатый, борода у тебя ужасная. И вообще. Поговори басом, погруби. Мне выговор сделай за невкусную еду. Ей за беспорядок в комнате. Скажи, что гулять не пойдет, пока все начисто не уберет. Ну, и там, ... как обычно. Займи компьютер ее, загрузи танки и поиграй. Как ты всегда в обед режешься... Внимания ни на кого не обращай. Она поймет, что все изменится только к худшему, и перестанет меня доставать.

— И когда ты хочешь операцию по запугиванию собственной дочери провести?

— Когда сможешь. Ты в какой день свободен? Нам любой подойдет, каникулы уже начались.

— Маш, я тебя, конечно, уважаю, как нормального сметчика, но у меня желания нет.

— Да, я понимаю. Ладно, тогда не надо... Буду делать вид, что ищу в поте лица. Бегаю по городу, чтобы ее желания удовлетворить.

— Подожди, я еще не отказался. Давай попробуем в пятницу. Перед выходными.

— Стасик, я знала, что ты поможешь! Поедем вечером с работы вместе, и ты зайдешь. Ботинки сбрасывай, пусть валяются, и носки чтобы несвежие были, для полноты картины.

— Маш, с носками я тебе точно не помогу!

— А ты помоги. Она у меня очень брезгливая. Покажи полноту картины. Это всего на пару часов, сменишь потом свои носки. — Маша засмеялась.

— Что, Влад не согласился даже на пару часов?

— Он вообще сказал, что слышать не хочет. Ему меня хватает. Влад же любит спокойствие, порядок... Не хочу его дальше пугать, привыкла, что он есть у меня... раз в неделю.

— Все, давай работай, не отвлекайся.

— Спасибо, Стас!!!

Пятница как-то быстро настала.

— Ну что, «отец»? Носки несвежие?

— Хватит уже издеваться. Давай заедем, купим ей что-нибудь...

— С ума сошел? Ты должен быть злым, какие еще подарки!

— Маш, ну я же, на самом деле, вообще не злой. Только вид делаю.

— Ты, пожалуйста, сделай вид, побудь злым, хотя бы один час. Этого достаточно.

— А ты ее предупредила?

— Да, но я не говорила, что отец придет, просто дядя с работы. У нас такого вообще раньше не было.

— А как её зовут?

— Спросишь сам. Только прошу, не улыбайся, как сейчас. Ты должен быть бешеным.

— Машка! Хватит. С чего я бешеный-то буду? — Стас не выдержал, начал смеяться.

— Смотри мне, не вздумай там смеяться!

— Какая ты, мать, строгая. Я бы тоже от такой… в Германию на ПМЖ.

Машка замолчала. Обиделась.

Приехали, наконец.

Заходит Стас, аккуратно разувается, забыл, что надо бросить ботинки. Машка кулак показывает. Он понял, тут же пнул, разбросал.

—Дочь? Ты где?

И тут выходит девочка скромненькая такая. Три заколки на волосах разноцветные. В платье, белых колготках…

— Иди вот познакомься. Этот дядя Стас.

Стас застыл, как вкопанный. Машка еле слышно шепчет: «отомри».

— Как зовут?

— Лера.

— Привет Лера, что же ты гостей плохо встречаешь?

— Я не знаю… А вы с мамой работаете?

— Работаю, да. А ты в каком классе? Хорошо учишься??? – Стас зарычал и сделал строгий голос.

Девочка тут же убежала. Стас посмотрел на Машку с немым вопросом «Все правильно?» Мать кивнула одобрительно.

И тут бежит девочка с дневником.

— Вот, у меня тут не все оценки выставлены, но видите пять и четыре. Я хорошо учусь.

— Так, а в комнате порядок?!

— Пойдемте, я вам покажу.

Огромный Стас протопал в их единственную комнату. Девочка подвела его к своему углу, где стояла маленькая кровать и письменный стол.

Кровать заправлена, игрушки все сидят, куклы, мишки, динозавр. Учебники в стопочках, большие тетради отдельно. Ни ручки, ни листочка не валяется. Даже придраться не к чему.

— Убралась?

— Я каждый день прибираюсь. Я самостоятельная. А вы моей маме кто?

— Я – друг, наверное. Знакомый.

— Понятно… Хотите чаю?

— Есть хочу. Да побольше. — Опять зарычал Стас.

Лера радостно закричала:
— Мамочка, давай покормим дядю Стаса! Он кушать хочет. Он голодный! — Посмотрела внимательно, потом за руку взяла потной детской ладошкой. — Пойдемте, мама вкусно готовит. У нас картошка с курицей есть!

Стас за девчонкой, как бурый медведь за дрессировщиком пошел и даже не пикнул.
— Садитесь, пожалуйста. Вот на этот стульчик. Мам, давай, я помогу.

Машка глубоко вздохнула и высказалась:
— Что-то ты сегодня на себя не похожа. Причесалась, убралась, все лучшие заколки нацепила… Сними, куда столько.

А Лера помолчала, замерла, а потом губку закусила и в комнату ушла.

— Маш, ну что ты в самом деле. Ребенок же. — Зашептал Стас.

— Ты слишком добрый. И вид у тебя, почти не страшный. Глаза такие… Стас, ты лучше иди домой. Извини, неудачная идея была.

Стас тоже сначала замолчал, а потом громко так:
— Нет уж!!! Корми мужика, раз в гости позвала. Я уже знаю про твою картошку с курицей! Давай накрывай на стол!!!

А сам в комнату пошел.

Лера действительно сняла все заколки и даже колготки белые. Села за свой столик, сидит, плачет.

— Ну что? Дружить будем? Давай еще раз, по-человечески. Я – Стас. А тебя как зовут?

— Лера. — Все плачет.

— Мультики есть смешные?

— Есть.

— Давай включай. Пока ужина нет, на кухню не пойдем. Я вообще такой ленивый, мне бы мультики посмотреть, да в компьютер поиграть!

— У меня есть компьютер.

— Значит, поиграем как-нибудь. Тебе такой друг, как я, нужен?

— Нужен. Я сейчас включу.

Машка всем разогрела, наложила и присела с сожалением. Вроде бы идея неплохая, но Стас ее воплотить не смог. Он увалень такой, мирный как бизон на пастбище… Пошла звать.

В комнате картина маслом написана. Оба на диване развалились, у Стаса в руках динозавр, у Леры мягкая лиса, с которой она спать любит. И на экране «Конь Юлий».

— Есть пойдемте. Уже готово.

— Лерка, давай ставь на паузу, я этим вашим пультом сломанным не умею управлять.

— Да, Стас. Мы его случайно разломали.

Леру накормили, спать уложили… и на кухню вдвоем пошли, обсудить.

— Ну что, провалилась твоя великая комбинация?

— Ты слишком добрый, Стас. Я сама виновата.

— Это не я добрый, а Лерка у тебя молодец. Теперь я друг и, прости, но в гости ходить буду.

— Ходи, я только за. Мы же с тобой уже пятый год работаем.

— Влад твой против не будет, надеюсь?

— Да пошел он… к жене своей бывшей, раз в неделю! Еще хочешь?

— Что хочу?

— Поесть. Добавки.

— Я вас обжирать не буду.

— Вкусно хоть было?

— А, да, забыл поругать. Вкусно! Маш… не обижайся, но дома ты другая.

— Что ты имеешь в виду? … Стас, не молчи.

— Просто другая. Давайте на выходных... может на каток? Или куда-нибудь?

— А ты разве не занят?

— Чем? Танчиками? Женщинами? Не занят.

— Хорошо! Лерка обрадуется. И я… тоже.

— Ты смотри, если не хочешь со мной, лучше сразу скажи.

— А ты бороду сбреешь?

— Нет. Но могу подровнять. Пойдет?

— Не знаю. Попробую.

— На вкус что ли собираешься пробовать. — Стас заулыбался и притянул Машку к себе. — Пробуй, давай, вижу, что хочешь!

Стас поднял подбородок. Маша осторожно погладила его коричневую смешную бороду. Борода оказалась довольно мягкой. Стасу было весело, но он держался.

— Ты еще грудь мою не видела.

— Видела.

— Когда это??? — Мужчина сделал удивленные глаза.

— Было дело. Помнишь, летом на пикнике корпоративном? Ты там играл в волейбол. Майку снял и... Ну просто зверь!

— Ну и что, не понравилось?

— Почему, интересно даже. Никогда не видела таких.

— Еще увидишь.

Стас встал, попрощался и все-таки поцеловал Машку, перед тем, как уйти. Что будет дальше, они не знали, но решили попробовать «на вкус».

Стас долго сидел в машине и смотрел на снежный двор. Думал богатырским умом, пытался прийти в себя.

Машка. Такая маленькая дома, крошка. Без каблуков, с хвостиком. На кухне суетится, делает строгий вид, а сама не знает, как себя вести. Глаза прячет.
Другая. Дома Машка совсем другая.

На работе уши от всех заткнет и сидит, не отрываясь от экрана, считает, дозванивается, требует не орать, и не ржать. Строгая, как училка. За работу держится когтями, зубами, домой увозит данные на флешке, утром готовые сметы выдает.

Стас вспомнил, как она в первый год пришла от Главного вся заплаканная, не тот материал заказала. Единственный раз «накосячила» и сразу по-крупному. Сидит, вся дрожит как осиновый лист. Сдала ее Ленка, и высказалась не начальнику отдела, а директору, что тупицу взяли на работу без образования.

Зам вступился, заказчику сделал скидку, в себестоимость сработали, не в минус. Бывало и хуже. Машка потом месяц ходила вокруг Виталия Сергеича, чай наливала, конфеты подкладывала, улыбалась и здоровалась персонально, пирог какой-то притащила сладкий и ему самый большой кусок выдала.

Сказала при всех: «Спасибо вам, что договорились за меня, я постараюсь не допускать таких ошибок, я буду перепроверять. Дочь сильно заболела, волновалась».

Он устал от ее внимания и рыкнул зверски на всю контору: «Ну что за подхалимство, в самом деле! Не ты первая косячишь, не ты последняя! Работай не отвлекайся!»

С тех пор все подсмеивались над ней. Как только начнет болтать о своем, девичьем или помощи попросит - рычали, как Виталь Сергееич: «Работай не отвлекайся!».

У Машки самая ответственная работа в плане расчетов. Незаменимый товарищ в коллективе. Всегда дружелюбная, но серьезная.

А дома – вообще милаха. И дочь у нее такая же милаха.

Сердце Стаса покорено, пропал мужик.

Лохматый-бородатый-волосатый.

Женщинам Стас нравился. А вот детям? Даже не задумывался. Это первое такое предложение – напугать ребенка, поругать, показать как это плохо – мужик в доме.

А Лерка, только глаза честные поднимет, и Стас все, растаял. Думает только одно: «Я готов. Потеряна моя свобода».

У девчонки в недоверчивых блестящих глазках прямые вопросы светятся: «А ты мне кто? Папа будущий? Или просто мимо проходил? Нужна я тебе или не нужна?»

Хочется сразу зарычать: «Нужна! Только не умею я быть отцом! Знать не знаю, что это за дела такие!»

Ой, вкусные губы у Машки, такие вкусные.

Только что с ее Владиком делать раз в неделю?…

Владик - приблудный начальник коммерческого отдела. Работал в двух конторах, устроился уже с верноподданным секретарем, женщиной старой закалки, которая его обслуживала и даже вела домашнее хозяйство. Одинокий завидный холостяк.

Закрутилось у них на первом же корпоративе под Новый год. Влад вычленил из новой конторы самую невинную и стал ей лить в уши какую-то тему о свободных независимых людях, которые встречаются и проводят время для души. Все слушали по очереди, как он соловьем заливается. А Машка краснела и шипела на него: «Владислав Валерьевич, ну что вы, я не могу, у меня дочка».

А тут, получается, дочка не помеха. Свободным отношениям никак не мешает.

У Машки частенько появлялись перед свиданием свежие цветы на столе и шоколадки. Стасу было всё равно. А теперь, что делать?

Звонок на мобильный.
«О, Машка!»

– Что, уже соскучилась?

– Стас, а ты почему не уезжаешь? Машина сломалась?

В окно, наверное, посмотрела.

– Ага, сломалась. Бензин кончился.

– Так вызови такси.

– Да пошутил. А ты что не спишь?

– Не знаю. Я тут подумала… Не надо нам, наверное.

Чувствует Стас, что голос у Машки нерешительный, дрожит.

– А что не надо?

– На каток завтра. Я … не могу.

– Владика жалко бросать?

– Нет. Лерку жалко.

– А что тебе ее жалко вдруг стало, ты, вроде, мать жестокая, бессердечная. Не я ее хотел пугать, а ты!

Машка вздыхает в трубку. Молчит.

– Сама испугалась?

– Да. Привыкнет она, и что потом? Как я ее отучать буду?

– От меня?

– От тебя… от нас…

– Ладно. Я понял. Не хочешь, как хочешь.

– Ты очень хороший, добрый. Даже слишком. Но я тебе и не нравилась никогда, значит это просто поиграть, позабавиться.

– Лучше с Владом играть будешь?

Машка трубку бросила. Обиделась.

Вот черт! Стас ляпнул эту фразу и почувствовал себя… бешеным. Злился он на себя и на свой язык. Сегодня был изумлен реакцией на эту Машку, своей готовностью обсуждать с ней жизненно важные вещи прямо сейчас, сию минуту.

«Даже не нравилась». А вот неправда, нравилась. И очень нравилась. Только повода не находилось сказать ей об этом. Пошутил пару раз, когда она по-дружески в ответ на помощь с компом: «Стасик, чем я могу отблагодарить?»

«Оплата принимается натурой, куда захочешь с тобой в отгул поедем».

Довольный наблюдал обалдевший взгляд и хохотал над ней. Неандерталец.

Примитивный мужлан. Зверь.

Зверь завел машину, рванул с места и резво вырулил на дорогу. Каток отменяется, все отменяется. Лучше бы вообще не ответил на ее звонок!!!

Дома тихо, темно.

Стас даже свет не стал включать. Снял ботинки, эти чертовы носки, схватил телефон, лег на диван и давай сообщение сочинять.

Получилось только «Маш».

Очень умно. Так и отправлю! И года не прошло - получит, сразу все поймет.

Добавить что-ли «Я дурак»? Или «Я извиняюсь»?

Нет, это уже, как в старом анекдоте... Что же ей написать?...

Прошло два часа. Стас попил чаю, кофе, еще раз чаю, минералки. Доел кусок колбасы, снова чай, только уже с батоном.

Наконец написал, что-то дельное: «Доброе утро! Жду в парке Горького у главного входа в 12:00».

Выдохнул, пошел в спальню, поправил подушку и спать лег.

Сообщение приходит ответное.

«Стас, я дура».

Улыбнулся и написал: «Знаю! Я такой же! Приедете?»

«Конечно! Ты очень добрый, Стас».

«А ты красивая и всегда мне нравилась».

Машка прислала через несколько долгих минут поцелуйчик. Стас хотел сделать вид, что спит, но отправил ответный и, наконец-то, успокоился.

Глава 2.

Приехал Стас пораньше, не стал у входа ждать, у подъезда встретил. Леркину улыбку поймал, радостную, а Мария опять вела себя, как строгая училка в гимназии для девочек, стеснялась.

Хотелось, конечно, с Машкой поговорить по дороге, но... свидетель малолетний сидел скромно в серебристой курточке. Снял в машине шапку и уши грел. При ребенке нельзя выяснять, кто там вчера чего испугался.

Стас бывший хоккеист, катался свободно и быстро. А эти две подружки, осторожничают, ступили на лед маленькими коньками. И за руки держатся. Если младшая еще хохочет, Машка, как экзамен по вождению коньков сдает.

Пока катались, Лера руку матери выпустила и умчалась от них. А Машка к бортику сразу, стоит, отдыхает.

Стас не успел подъехать, она уже кричит нетерпеливо:
– И с каких пор я тебе нравлюсь?

Требовательно так, правду знать хочет.

– Сразу понравилась. Думал замужем ты, или живешь с кем. Я ж к тебе подкатывал, не помнишь что ли?

– Да ко мне все… подкатывали сначала. Пока про Лерку не узнали.

– Да! Ты ее тогда привезла с температурой, беднягу! Жестокая мать! На стул посадила и целых два часа еще внимания не обращала.

– Стас, я ей полтаблетки дала. Мне вообще-то работать надо было, а с сада позвонили – забирайте. Куда я ее?

И тут Стас поцеловал Машку.

Сгреб в объятия, плотно прижал к себе всем телом, и поцеловал.

А потом сразу поехал Лерку догонять.

На самом деле, когда все узнали, что у нее дочь трехлетняя – сразу отстали. Нет, конечно, кадры-то все знали о семейном положении, но коллеги удивились. Двадцать один год с небольшим и большой ребенок уже. Стас решил, что такая девушка одна не может быть, живет с кем-то, и успокоился. Внимание перестал уделять.

А когда с Владом она замутила два года назад, стало понятно, что свободная, но поздно. Уже другому отдана, и будет век ему верна.

Леру разогнал за ручку, подхватил – весело девчонке. А она как мысли читает: «Я покатаюсь там, с другими детьми, а вы идите к маме!»

Теперь очередь Стаса вопросы задавать. Может, и не спрашивать ничего о Владике? Вдруг, опять обидится?

Он подъехал снова, Машка уже, как будто ждала. Улыбнулся с откровенной теплотой, чуть поддразнивая, что еще раз поцелует.

А эта барышня опять ресницы опустила, и смело так:
– Не хочешь о Владе узнать? Мы расстались сегодня утром.

Стас ее опять обнял, прижал к себе, наклонился и тихо сказал прямо в ухо:
– Хорошо, когда понимаешь друг друга.

Сердце у него забилось радостно во всем теле. Хотелось ее поднять повыше, чтобы удобнее было целоваться.

Но, Машка голову откинула, своими честными, темно-серыми глазами посмотрела, и начала делать шаги назад:
– Стас, я не хочу быть совсем одна, но так лучше для Лерки. Спокойней. Мы привыкли вдвоем.

– Я тоже один привык. Так лучше для меня. Комфортно, денег больше, никто не мешает и условия свои не ставит. Пришла-ушла это мой вариант… Был… раньше…

– Пришла и… ушла? – еще тише сказала она.

– А ты как хочешь, если вы привыкли вдвоем, и так лучше для Лерки?

– Я не знаю.

– Мне нужна женщина, которая знает, чего хочет, Маш.

И в этот момент она положила руку Стасу на плечо. Осторожное прикосновение заставило почувствовать, как будто ему предложение сделали. Но Машка не сказала - «Будь моим мужем, дорогой!», совсем наоборот.

– Это не так, Стас, ты просто хочешь, чтобы я оказалась удобной для тебя. – Она расстроено покачала головой. – Но я не одна, без Лерки - никуда. И вот уже через минуту мы не сможем даже поговорить. Она уже сделала круг и скоро увидит нас рядом, так что не надо больше меня обнимать так сильно.

– Ты думаешь, что я не смогу быть твоим мужчиной? Только другом вам с дочерью?

– Я думаю… – она сглотнула и, отвела глаза в сторону, – Можешь, но ничего из этого не получится.

Стас не удивился. С чего она должна доверять такому «шерстяному», накаченному зверю.

Но, когда Машка первая отстранилась и покатилась навстречу дочери, в его глазах застыло недоверие. Словно он не мог даже представить, что она по своей воле захотела расстаться, даже не попробовав отношения с ним на вкус.

Лерка мамочку обняла, но сразу опять устремилась мимо, помахав маленькой рукой в розовой перчатке Стасу. И Машка вернулась.

Перехватив ее на ходу, подняв на высоту, Стас прижал к себе и снова поцеловал.

Сейчас это был уже какой-то эмоциональный поединок. Рушились стены замка ее самоконтроля. Рука, которой Стас держал, соскользнула под тонкую куртку и, случайно, чуть подняла кофточку. Горячая рука на прохладной спине. Машке было здесь холодно? И сейчас?

Стас чуть пришел в себя и понял, что девушка наслаждается его силой, ничего больше не спрашивает, не высказывает.

Осторожно поставил на лед. Начал успокаиваться, сделал многозначительную паузу и убежденно сказал:
– Попробуй жизнь со мной шесть раз в неделю. Один выходной дам. Если понравится – переедешь с Лерой. Прислушайся к своему сердцу, а не разуму, Маш. Уж оно-то ведет себя с тобой честно. В чем я абсолютно уверен – не умею воспитывать твою дочь, будешь сама. А я стану добрым другом, каким и должен быть отец.

– Ты, правда, хочешь? Это все надолго?

– Да. Пришла в мою жизнь и не уходи!

– А как же работа?

– А что, ты хочешь на шею залезть и лапки свесить? – Стас заулыбался. – Да! Я готов. Машину новую покупать не буду в этом году, как хотел, а ты можешь и отдохнуть от своей… напряженной трудовой дисциплины.

– Нет, ты не понял. Как мы будем работать рядом, если…

– Могу притворяться, что я тебя вообще не знаю. … А жить будем вместе!

Машка явно обрадовалась, улыбнулась и спрашивает:
– А сколько ты за квартиру платишь? Можно пополам и снять двухкомнатную…

– Зачем снять?

– Ты же сказал вместе…

Увидев ее растерянное лицо, Стас заторопился объясниться:
– У меня своя трёшка, ничего снимать не надо. А что я вообще болтаю – поехали, посмотрим сегодня. Я у вас уже был, теперь вы в гости. Только закажем пиццу там, или что хотите. Я вчера ночью все сожрал на нервах.

Машка начала смеяться. Стас ее еще раз всю обнял и виртуозно умчался искать глазами среди веселой детворы Леркину серебристую курточку. Надо было сказать, что маме прохладно, и кататься она почти не умеет, так что желательно попить горячий чай и где-нибудь погреться.

Глава 3.

– Стас, а мы точно тебе не помешаем на выходных отдыхать?

Машка входила в квартиру нерешительно, не раздевалась, Лерке не помогала.
Но, как же рад был Стас, что привез их к себе. Улыбку с лица стереть не мог. Хорошенькие обе, румяные. Стесняются. У Стаса чистота, все новое, квартира с ремонтом и ничего такого позорного они не увидят.

Он, слава богу, мужик аккуратный, любит порядок, нанимает себе раз в неделю клининг, да и сам вещи не разбрасывает.

Шапку с Лерки стащил, куртку она сама сняла. Загнал девчонок в ванную комнату руки мыть, сам на кухню, включать чайник. Достал коробку конфет, которую телочка одна залетная принесла, распечатал и на стол. Музыкальный канал включил.

– Лер, пойдем на разведку, проверять мой порядок.

Пошел за ней. Так было интересно наблюдать, как ребенок в комнату заходит! у Стаса таких гостей раньше не было, не довелось. А девчонка сразу к фотографиям.

– А это кто? Стас это ты?

– Я! Не узнала? Молодой, да? В хоккей играл долго.

– А я танцую и пою. Мама меня водит на вокал.

– Мне споешь?

– Я еще стесняюсь. С мамой мы поем каждый день! Нам вдвоем весело, но… ходим в гости редко, только на день рождения. И Новый год мы вдвоем празднуем, я спать ложусь, а мама одна остается…

– В этот раз не останется. Хочешь, в компьютер поиграем, пока пиццу нам не привезли?

– Нет, Стас, ты моей маме нравишься, я вам мешать разговаривать не буду! Включи мне мультики погромче.

– Лера, с каких это пор дети мешают…  Пошли на кухню, я тебя научу горячий шоколад делать!

А она подошла и шепчет:
– Я хочу мультики. Я тихо посижу. Надо, чтобы мама в тебя тоже влюбилась!

– А она еще не влюбилась разве? Вот это да, я же так старался. Ладно, включу тебе мультики и пойду дальше стараться. – Стас улыбнулся – Тебе у меня понравилось?

– Очень! Ты умеешь прибираться!

– Это меня тоже мама научила, как и тебя. Лера, здесь все можно брать и везде ходить, поняла? Вот пульт, включай, ищи свои мультики! А вот приставка, если надоест - зови меня, я тебе покажу как играть вместе, вдвоем!

Машка стояла в дверях комнаты, как бедная родственница.

Наверное, считала, что он навяжет им свое общение, а потом бросит. Но если у них вдруг почему-то не получится… Стас все равно собирался завоевать ее доверие и доказать, что не предаст ребенка. Можно остаться, как минимум, друзьями.

Желудок у него предательски свело. Прекрасная девушка, нежная и обворожительная. Обиженная жизнью? Слишком скромничает, надо расспросить.

Стас с улыбкой утащил ее на кухню и усадил на колени.

— Зря мы пришли!

Стас продолжал улыбаться:
— Что ты волнуешься так? У тебя есть весь день для того, чтобы подумать над моим предложением.

— Для меня это слишком. Я не хочу так быстро решать.

Конечно, со стороны все выглядело странно. Ни одного свидания, никаких шаманских танцев, чтобы женщина доверилась, но они оба неженаты, и совершенно свободны. Что ждать? Пока еще какой-то Владик появится?

— Ладно, можешь думать сколько хочешь. Я дождусь!

Машка не сдержала и погладила его по уже аккуратно стриженой бороде.
Она позволила обнять себя и не вставала с колен, было тепло и приятно.

— Стас, а … твои родители? Они будут против, что ты связался с такой, как я?

Машка помнила, что на работу иногда звонила его мать и Стас вежливо общался, культурно.

— А не важно, я им все объясню, — заверил он.

— Я боюсь. Давай будем просто потихоньку, в тайне от всех встречаться.

— Потихоньку у меня не получится. Я громкий парень. Я - не Владик.

— Стас, хватит. — Машка попыталась встать.

— Стой, извини. Никаких напоминаний о прошлом! Если он появится на горизонте, предоставь разборки мне.

— Не появится. Сказал, что я все равно «никакая».

— В морду, что ли ему дать?

Стас задумчиво нахмурился.

— Зачем?

— Да два года ты с ним, а могла бы со мной. У тебя красивая фигура, лицо, улыбка, Маш, — нежно произнес Стас.

— Ты, правда, так считаешь?!

— Я всегда только правду говорю. — Мужчина пожал плечами и покачал головой.

— Стас, тоже скажу правду - не собираюсь менять твою комфортную жизнь.

— Давай сделаю и твою жизнь комфортной, ... регулярно комфортной! Каждый день будешь радостной!  — быстро нашелся он и засмеялся своей шуточке.

Она усмехнулась:
— Как ты вообще себе это представляешь?

— Мы вместе будем жить, финансово я способен вас обеспечивать, ты будешь воспитывать Лерку, а я тебя. — Стас опять в шутку сказал про воспитание дочери.

Мария начала все так же тихо возражать, вполголоса:
— Я вполне могу сама содержать ее. ... Знаю про твои похождения, ты часто хвастаешься. А я часто подслушиваю... Как только получишь, то, что захочешь, я стану не нужной.

— Маш, пойми, я был одинок и свободен одновременно. Если мы съедемся, обещаю, буду преданным мужчиной. Зачем мне путаться с кем-то, когда рядом такая милаха?

— Не могу поверить в это!

— Давай, завтра приготовлю комнату, ель какую-нибудь притащу, а в Новый год ночью вы у меня останетесь. И там посмотрим, познакомишься с моими родителями первого января. Постараемся ради будущего, Маш. Подумай хорошо.

— Я боюсь, Стас.

— У нас будет десять нерабочих дней. За это время поймем - хорошо вместе или нет.
В дверь позвонили, пицца приехала.

Стасу не хотелось их отвозить домой в этот день, но он решил, что надо дать время. Это правильно. Хотя был готов не тянуть и прямо сейчас менять привычный уклад жизни.

В понедельник на работе они делали вид, что друг друга не знают, даже меньше переглядывались, чем обычно. Но, когда наступил конец рабочего дня, Стас, подошел, положил на стол какие-то бумаги и шепнул: «Жду тебя в машине!»

В машине они очень долго целовались, до того долго, что поехали к Стасу.

А потом быстро и смеясь, опять прыгнули в машину и рванули к Марии домой.
По пути к дому девушка... расплакалась.

Стас остановился и не знал что сказать.
Потом выдал:
— Что, все было так ужасно?

— Стасик, меня еще никто так…

— Извини, а я думал…

— Еще никто так не любил в жизни… Я чувствую себя, как … любимая, понимаешь?

— Фу, Маша. Ты так больше не шути. Я уже думал, всё! Почему плачешь-то?

— От любви.

— Сейчас Лерка тебя зареванную увидит, ты как ей будешь в глаза смотреть?
Машка продолжала всхлипывать и утираться шарфом.

— Зайдем вместе и поцелуемся, да? Что у тебя на ужин? Картошка с курицей?

— Нет, с капустой.

Она начала сквозь слезы смеяться.

— Картошка с капустой? И что, она эту гадость тоже ест?

— Курица с капустой. Я вкусно приготовила.

— Надо попробовать. Приглашаешь?

— Да! Приглашаю. Стас, ты только скажи…

Маша замолчала, а Стас сразу понял, что она имеет в виду, обнял ее, поцеловал в заплаканную мордочку:
— Я вас люблю и буду любить каждый день без выходных.

Только дверь открыли, ребенок бросился обнимать обоих. Стас присел на корточки и сообщил, что он, к несчастью, опять поесть пришел. Голодный как волк.

— Стас, я так рада, что ты пришел! Мама вчера весь день... она не плакала, но почти плакала. Губы кусала. И в ванной закрывалась.

— Ух, ты! Маш, влюбилась, что ли? Так радоваться надо!

— А я думала ты больше не придешь. Поэтому мама так грустит.

— Лера, а ты не думай, вот я тебе телефон сейчас свой дам, и сразу звони, как начнешь думать! Давай мы с мамой поцелуемся, вы меня накормите капустой, и я домой поеду, комнату готовить, елку для вас нарядить попробую, как смогу.

— Как это – для нас?

— Новый год – все вместе у меня! С ночевкой. Готовь свою лису.

— Я с ней уже не сплю, я выросла. — девочка заметно обрадовалась.

— Тогда домашнюю одежду! Мы с мамой твоей завтра на праздник вечером сходим, потанцуем и всё. Выходные начнутся, целых десять дней.

— Стас. Я, наверное, не пойду завтра. — Маша неожиданно подала голос.

— Ты что, не хочешь медленных танцев при всем коллективе? Обидно, как-то. Я, получается, недостойный.

— Ну что ты. С тобой это престижно…

— Тогда пойдем.

Стас разделся, взял Леру за плечи и повел в комнату.

— Надо поговорить. Хочу вас с мамой к себе переселить, видела, сколько комнат у меня, ... одному знаешь как тоскливо бывает? Вот представь. Ты с мамой живешь, а я вообще один.

— Я вам не помешаю?

— Дети, Лер, не мешают. Они только помогают. Будем с тобой в приставку играть, гулять. Ругаться я не умею. Если мне обидно – я молчу и всё.

— Мама умеет ругаться. Стас, я точно не буду тебя обижать.

Лера обняла за шею.

— Я тоже тебя обижать не буду, никого не буду. Кровать лучше не брать, мне кажется, ты уже выросла почти из нее. Новую куплю. А стол и все остальное возьмем… Согласна переселиться?

— А вы поженитесь с мамой моей?

— Я хочу. Если мама захочет – обязательно!

— Она не захочет. Она и папу искать не хотела.

— Меня же тогда не видела, вот и не хотела. Ты не бойся. Переедем, а если тебе не понравится – можно назад, я тогда, буду к вам в гости ходить, ладно?

— А где я буду там жить?

— В комнате, где железки всякие, тренажеры. Я их уберу на балкон. Уже часть убрал… — Стас помолчал и добавил — Вы там с мамой спать будете, комната большая.
Почувствовал, что крепче обняла. Значит, все правильно сказал.

— Я очень рада! Скорей бы!

— Вот и я маме говорю – скорей бы, а она еще даже собираться не начинает. … Сегодня первые сумки увезу. — Усмехнулся. — Пошли на кухню попробую вашу капусту.

***

На работе царила предпраздничная атмосфера. К Стасу как обычно подходили девушки, но он их оправлял ни с чем. Вечером собирались в ресторан, и они как всегда хихикали, фигурные пряники носили, клинья подбивали.

Мария молчала, тихо сидела, сообщение ему отправила, что «показухи» не хочет, чтобы о ней сплетничали.

Ну да, конечно. К Владу все привыкли, что они с Машей встречаются, уже и болтать перестали, вопросы ей задавать. Стас же, наоборот, хотел точки над «и» расставить, чтобы укрепить связь.

И вот какое дело произошло. Подходит к Машке девчонка молоденькая, из новеньких, полгода, как работает. И начинает с ней о чем-то говорить, да на Стаса поглядывать.

Он заметил Машкино растерянное лицо. И, недолго думая, подошел.

— Кого обсуждаете? Меня? — улыбается.

— Стас, а ты свободен? У тебя никого постоянного нет?

Стас смотрит только на Машу. Хочет, чтобы она сама сказала. Не выдерживает:
— Маш, у меня есть кто-нибудь постоянный?

Мария молчит, теряется еще больше.

— Ладно, не хочешь, как хочешь. Я в эту субботу жениться решил. Есть постоянный.

— Как это? Правда, что ли?

— Да, правда. Вот Мария подтвердит.

Она взглянула так потеряно… А Стасу все равно. Взгляд спокойный, не отводит, спрашивает:
— Выбор же сделан? Я?

Кивнула все-таки! Молодец. Значит никаких больше сплетен про Влада.

— Мы вместе, надеюсь навсегда. Прошу больше не приставать. Уважайте наши чувства.
Маша так мило улыбнулась и отошла в сторону, не захотела больше разговаривать об этом.

И на корпоратив не хочет, а Стасу это физически нужно. Показать - «моя женщина, никто не посмеет». Хотя бы даже одному человеку, которому ужасно хочется набить морду. Вот прям сильно, чтобы искры сыпались. И не ревность это, а какая-то месть за то, что Машку при себе держал столько времени.

Но, когда приехали на торжество, Машка получила свою премию, грамоту, улыбнулась, и Влад съехал с темы. Не смотрит, не разговаривает и вообще уехал.

Достаточно было одного танца, чтобы они снова сбежали целоваться в машине и к Стасу домой.

Лежа в темноте, Машка опять плакала «от любви» и от того, что мужчина ей шептал.

Она призналась, как мать не простила ей Лерку, что она ее оставила, родила против воли родителей. И не помогала мама совсем. А отец в тайне передавал деньги, сидел с ребенком, потому, что работал по сменам. Пока не заболел. Когда Лерке было два года, его не стало.

Просила Стаса не говорить родителям, потому, что она для них никогда не будет порядочной. Но Стас, оказывается, уже сказал.

Первого они пойдут в гости, их ждут всех вместе.

Он обещал, что все будет хорошо, оказалось еще и сестра младше на два года с мужем в семье есть, племяннику шесть лет - Максу, тоже придут.

А еще Стас сказал, что если она захочет, можно будет поехать отдохнуть, на сноуборде покататься и просто погулять, домик снять. Десять дней – это хорошее время для отдыха, три из них можно и на активный отдых потратить.

Наконец Маша прижалась, обняла, успокоилась, дышать посвободней и улыбаться начала. Лера сегодня вечером в гостях у соседки, с ее дочкой играет, а вместо танцев с сотрудниками, они могут побыть вдвоем.

Стас выпил немного на корпоративе, поэтому, отвез ее на такси и долго целовал, пока ждала машина. Не хотелось уезжать, но в однокомнатной Машкиной квартире ему места не было.

Глава 4.

У Машки была всегда строгая прическа и детская улыбка, и Стас мечтал, чтобы она звала его по имени на работе каждый день.

Много, много раз.

Так это выходило мягко, приятно. Да, звала по работе, но всегда, когда он слышал ее голосок со словами «Стас», «Стасик» – хотелось улыбаться.

Мужчина иногда представлял, вернее часто представлял, как ее темно-серые глаза с расширенными зрачками горят от радости, которую она может чувствовать благодаря ему. И получал рабочую благодарность - «Спасибо, Стас, я знала, что ты сможешь!»

Она может стать ему прекрасной женой, он бы гордился, слышал каждый день много раз свое имя и не изменял. Но без взаимности никак.

«Вместе поедем в гости к родителям!» Маша как узнала, места себе найти не могла. Никогда не представляла себе, что она со Стасом встречается, да еще и к его родителям в дом с Лерой должна поехать.

Стаса в роли мужа даже в самых диких фантазиях она не видела никогда в жизни.
Он самый самцовый самец в офисе, абсолютно ни на кого не обращает внимания, только спорт, компьютерные игры, минимум алкоголя и никакого флирта с местными женщинами.

Девушка ни разу не видела, как он к кому-то пристает. В основном общается с мужиками или ухмыляется в ответ на кокетство девчонок.

За пять лет ни одного офисного романа.

Но, как, же он ее подкалывал «Владиком».

Если Машка болтала с каким-нибудь мужчиной и пила с ним кофе или чай в перерывах, Стас всегда смеялся: «А бедный Владик ничего не видит. Позвонить ему, что ли анонимно?»

Романтики в нем не было, а последнее время вообще внимания ни на кого не обращал, выполнял свою работу, покачивал головой и постукивал пальцами, слушая какую-то жёсткую музыку. Созванивался с друзьями, изредка оборачивался и спрашивал у Марии готов ли расчет и… «Не надо ли подвезти? Еду в твою сторону сегодня».

Два раза она соглашалась, подвозил, улыбался в ответ на дежурное - «Спасибо, Стас!». По пути немного разговаривали, слушали музыку, молчали.

Вряд ли сможет быть ей верным. Женщины восхищенно смотрели на него. Этот мужчина, казалось, мог быть настоящим другом.

И он оказывал на нее положительное влияние. В первый год, когда совершила страшную ошибку, по незнанию и рассеянности, уже думала, что ее уволят и все устройство на работу по знакомству накроется… Образования нет, только одиннадцать классов, опять будут большие проблемы.

Все видели в каком она состоянии, и сидели кто со скорбными лицами, кто с презрительными, а он повернулся со спокойными глазами, улыбкой и показал ей рукой успешный жест, как будто сказал: «Держись», «Мы вместе».

Стас сказал ей в тот чудесный вечер шепотом: «Я смогу о вас позаботиться. Обещаю, Маш». А у нее от таких слов еще больше сомнений появилось.

Квартира, которую они снимали с Леркой, тоже была… по знакомству. Женщина сдавала дороже, но пожалела и стала брать с них меньше, чем могла бы. Она следила за Лерой, которая оставалась частенько после школьной продленки одна, звонила ей и заходила проверить, что все в порядке.

А если со Стасом не получится жить - придется снова искать и квартиру в районе школы. И, может быть, даже работу. Маша понимала, что если они расстанутся – в этом коллективе ей будет очень сложно выживать, когда он будет рядом.

Любовь - это не шутки. Сейчас она чувствовала, что если к Стасу будут подходить женщины, … она не сможет работать и начнет только страдать. Теперь, когда девушка знала что значит быть с таким мужчиной.

Сильный, добрый, нежный и такой. Безумно приятно с ним каждую минуту, каждую секунду.

От Влада ее страшно воротило и передергивало, от одной мысли. Что это было? Как она могла быть «никакой» так долго?...

Лерка проснулась, подошла и обняла, залезла к ней, как в детстве. Улеглась поудобнее и прижалась. Опять спит.

А Машка не спит. Один день остался до праздника.

Стас всегда на Новый год шумно кутил с друзьями, они собирались большой компанией, снимали коттеджи с сауной, многие семьями, кто-то с девушками, детей пока ни у кого не намечалось. В основном, даже уезжали куда-то на лыжный склон и проводили торжество на шумных дискотеках и с «пенными девчонками».

Отказывался он в этот раз от всех предложений и сообщал, что у него почти семья. Будет с девушкой и ее дочерью.

Друзья, конечно, были в шоке, двое мужиков родных и близких даже приехали проверить - в себе он, или с ума сошел.

Застали Стаса за сбором мебели под громкую музыку. Помогли. Расстелили белый пушистый ковер в бывшей тренажерной. Даже не ухмылялись, ни слова он не услышал против своего решения.

Договорились, что приедет с девчонками на пару дней покататься с горы и познакомиться.

Стас не знал, была ли когда-нибудь в таких местах Машка, но Лерке должно понравиться. Он уже представлял ее в розовом комбинезоне с розовым детским сноубордом. «Возьму ей инструктора, а Машку сам научу, чтобы никто посторонний не думал даже прикасаться к моей красавице».

Совершенно не волновался за встречу с родителями, потому, что когда рассказал матери, она произнесла фразу «бедная девочка». И спросила, что лучше подарить ребенку - игрушку или что-то для творчества.

Он соскучился по ее ласке и писал Машке только одно слово, почти каждый час «Люблю». В ответ получал губки, сердечко и представлял ее поцелуй и улыбку.

Глава 5.

— Мамочка, а ты чего не собираешься?
Лера стояла готовая к выходу в свет, в любимом платье и с заколкой в виде цветка, а Маша все еще решала что надеть.

— Я свое платье ищу. Помнишь, у меня такое было серебристо-серое?

— Не помню.

— Ну конечно, не помнишь. Не могу найти.

Выбрала другое, кремовое платье, в котором была… на всех своих днях рождениях. С множеством мелких пуговичек. Лерка подбежала, обняла за талию.

— Мама не волнуйся, он тебя даже в таком полюбит.

— Лер, дочь... Умеешь ты комплимент сделать.

Машка сняла платье и опять уставилась в шкаф. Как можно понравиться Стасу и его родителям одновременно? Стас спортивный и такой, городской. Футболки джинсы. Джемперы модные, толстовки… А у нее вся одежда офисная, три платья всего. Одно из них с белым воротничком, второе уже не модное, третье дочь «оценила».

Всё, платье отменяется! Светло-голубой костюм и черная полупрозрачная блузочка, которая ей очень шла. Костюм новый, пиджак милый, юбка узкая, красивая, вместе … лучше, чем платье. Для дома можно взять белые джинсы и свитер.

— Мама, очень красиво, поехали быстрее!

Горестно вздохнула. Вчера звонил Влад с вопросом: «И как давно ты из меня посмешище делаешь?»

Маша не хотела ничего объяснять, но сказала, что совсем недавно, за один день до того, как позвонила и расстались. Но он не поверил, пообещал устроить проблемы на работе. Только бы со Стасом конфликтов не было.

Машка очень соскучилась. Купила ему подарок, они вместе с Лерой упаковали, и дочь в этом году две открыточки сама сделала своими руками, сидела, приклеивала елки, снежинки. Писала, старалась. Маме и Стасу. Стоит с рюкзачком уже у двери.
Подарок для Леры был у мужчины дома, под елку ей ночью положить собирался.

— Поехали уже, Стас же просил тебя пораньше!

Маша вызвала такси. Доехали в волнении и предвкушении. Соседи открыли им дверь подъезда, поздравили с наступающим, даже в домофон они не успели позвонить. А когда подошли к двери услышали музыку, хохот, мужские голоса, крик поздравлений. У него вечеринка?

— Мам звони в дверь!

— Лерочка, пойдем немного погуляем, я ему позвоню на телефон и встретит.

— Ты что? Звони, мы уже пришли!

Лерка нетерпеливо схватила за руку и подергала. Я сейчас сама ему позвоню! В глазах заблестели слезы. Это Машку привело в чувство, она позвонила в дверь, все моментально стихло, и Стас тут же открыл.

— Машка, Лера, вы уже здесь. Стоп! Минуту, я сейчас!

Он с улыбкой широко распахнул дверь. За его спиной снова играла музыка, и какие-то огромные «звери» в зале плясали. В костюмах, как в больших пижамах.

— Друзья мои! Пришли поздравить – не бойтесь!!! Это костюмы для сноуборда!
Лерка оказалась по очереди у каждого на руках, было жутко шумно, а Стас поцеловал девушку и повел в комнату, по пути объясняя:
— Помогали с мебелью и решили вот устроить для вас знакомство – разве их удержишь. Сумасшедшие люди. Как и я!

Лера уже скромно пыталась общаться с друзьями Стаса под музыку. Они все трое были симпатичными, загорелыми, и улыбчивыми. Машку обняли, и каждый сказал, как он рад за друга.

— Это… у нас в компании… Стас первый, у кого ребенок. Еще там одна девчонка уже беременна, родит в следующем году. Но первый пошел!!!

— Я у моей мамы только ребенок. — Лера подала голос и наступила тишина. — Стас, скажи. Я же не твоя.

— Как не моя?

— Это мама теперь твоя, а я нет.

Машка уже хотела вмешаться, но Стас ее остановил.

— Лер, наоборот. Это я – твой. И мамин. Друг, муж, отец, близкий человек.

— В этот Новый год у меня… папа будет? Как у всех?

— Не у всех, Лер! — Маша все еще пыталась усмирить активную дочь.

Стас ее на руки подхватывает и с чувством так:
— Ровно в двенадцать, как наступит Новый год - будет у тебя папа! Мама старалась для тебя, искала, как там… бегала по городу... Хорошего нашла?

Ответом были крепкие объятья.

— Машка все, теперь она тоже моя будет, как и ты!

Друзья еще долго показывали Лерке как надо правильно современные танцы танцевать, видео с «покатушек». Глаза у нее горели. Все время спрашивала: «Я тоже поеду? Я тоже? А я так смогу?»

Маша на кухне красиво нарезала и раскладывала фрукты, Стас ей мешал и все пробовал, целовал и прижимал к себе каждые пять минут.

А когда все было готово, и проводили Старый год, парни уехали, взяв обещание, что третьего января они все вместе будут отдыхать. Домики уже забронировали.
Лера ужасно хотела спать, но терпела. Они вышли встретить Новый год на улицу. Во дворе собрались еще несколько парочек с детьми и фейерверками, и молодежь вытащила колонку с музыкой.

Стас взял бокалы, Лерке держал лимонад за пазухой, чтобы не был ледяным.
А потом все начали кричать поздравления и запускать фейерверки. Лера увидела, как Стас поджигает очередную ракету и закричала: «Папа осторожно, отойди скорее! Мам, я же могу так говорить ему теперь? Двенадцать уже наступило?»

У Машки дыхание перехватило, ком в горле стоял, но она сказала «Кажется, да! Наверное, у меня получилось найти папу». Девушка смотрела на смеющегося Стаса и на дочь, которая, казалось, решила, что можно вот так добиться своего и получить всё, что она хочет.

Стас в роли папы должен был по Леркиному желанию почитать ей перед сном, и он выполнил просьбу. Девочка уже засыпала, а он смеялся над чем-то в детской книжке.

Вышел к Маше и спросил:
— Ты вообще сама читала это?

— А что? Не помню. Она сама с пяти лет читает, и книжки взяла свои.

— Маш, там сказки... странные.

— Соседка нам подарила.

— Я еле сдержался. Знаешь что такое дрючок? А про баб с железными языками, которые лес прогрызли, знаешь? Там еще из куриных яиц кобыла вылетела. Это как вообще? Лерка специально что ли надо мной пошутила? — Он захохотал и повалился на кровать. — Ты представляешь, что дочь читает? Завтра поедем к моим, заберу все, что детского осталось. Это невозможно вслух читать!

— Стас, скажи, … ты хочешь надолго быть со мной?

Парень сел на кровати и посмотрел на нее так, что Машка поняла - назад дороги нет.

— Маш, я не знаю, что ты имеешь в виду - «надолго». Но кольца нам я уже купил. Под елкой в бархатной коробочке. И размер твой узнал. Дочь мне дала для примерки одно из колечек твоих, уже вернул. Мы сговорились. Да, согласен, если бы не пригласила Лерку напугать, вряд ли что-то у нас получилось. Ты была не свободна, не видела во мне… мужчину. Я старался не видеть женщину...

— Видела, но даже не мечтала о тебе.

— А сейчас?

— Мечтаю любить тебя каждый день.

— Значит, не откажешь, да? У меня все, о чем я мечтаю будет? А то Новый год наступил, я тоже мечтал о жене и волнуюсь.

— Стас!!!

— Бороду не сбрею! Но могу подровнять!

— Она мне нравится! И грудь тоже!!!

Утром Лера скромно и тихо прошла мимо спящих мамы и Стаса к елке, достала свой подарок, а им на одеяло положила открыточки. Она была счастлива. Комната для нее приготовленная была такая милая, белый пушистый ковер. На нем хотелось валяться целый день. Мех был очень мягкий. Диванчик, шкафы, стол и даже картинки на стенах были красивые.

У нее теперь есть своя комната. Наконец-то! С мамой уже невозможно. Хочется с подружками поболтать, а она все слушает. Наконец-то будет свой папа, низкий голос которого девочка слышала, когда засыпала.

Лера, конечно, знала, что это не папа, а отчим, у ее двух одноклассниц тоже появился в прошлом году отчим, но слово ей не нравилось. Довольная, как никогда, взяла телефон и прислала фотографии, которые сделала вчера на улице всем подружкам, написала, что у нее мама устроила свою личную жизнь, и они теперь живут с отчимом!

Конечно, она уже в восемь лет была умным ребенком. И побаивалась чужих взрослых дядей, которые могут появиться у мамы. Но когда пришел Стас, посмотрел на нее своими добрыми глазами, она поняла, что если он уйдет и не останется, мама так и будет грустить вечерами одна. И даже плакать, пока думает, что Лера ее не слышит.

Знакомство с родителями прошло так: Машу с порога обняли и назвали дочкой Стаса. Лерку унесла на руках сестра Стаса. Она оказалась такой же быстрой на отношения, как и Машка. Только ей повезло, муж был молодой, даже младше на два месяца, но женился на ней. Не бросил беременную, счастливо живут, сына Макса воспитывают.

Можно сказать, что и дети хорошо провели время. Макс ходил вокруг Лерки, как рыцарь вокруг королевы и передарил ей все свои подарки, которые ей понравились. У него в марте день рождения и Лера была приглашена за два с лишним месяца.

Мама Стаса шепнула сыну, что он молодец, и девочки очень хорошие.

А отец отвел своего парня на кухню и стал учить его воспитывать дочь правильно, чтобы всегда быть заодно с женой и не дай бог не испортить отношения с Лерой.

«Тогда в семье все к черту пойдет, если ребенок тебя уважать и любить не будет».

Но девочка была умная и хитрая. Она действительно измучила мать своими просьбами - «хочу папу, найди мне папу», а Стаса собиралась любить и уважать ради мамы, и ради себя.